Легенда

      — И зачем мы тут?       Через некоторое время Винкс всем составом (кроме живой-мёртвой Блум, всё ещё отдыхающей в своей комнате) следом за Огроном оказываются в большой просторной комнате, которая была опознана как библиотека. Вместе с ними была Флора, на этот раз без своей излюбленной свиты, и иллюзорная копия королевы Диаспро. Настоящую же призвали на Темпус «срочные дела».       Огрон не спеша проходит в самую глубь комнаты и присаживается в одно из кресел, таки отвечая на вопрос:       — Терпение, хоть я расскажу и не всё, но история будет длинной, а это место нравится мне больше всех в замке, — Огрон усмехается и, устроившись поудобнее, начинает свой рассказ: — Чтобы вы поняли кое-что о состоянии Блум, я должен вернуться немного назад. Всё это началось много столетий назад, когда магия ещё не была так распространена, а о магических школах даже и не думали. На одной планете появились люди, которые лишь одним своим рождением изменили Законы Магии, переписали их под себя. Всё это было из-за незаурядного магического дара, который не до них, не после больше ни у кого врождённым не являлся. Этих людей прозвали Верховными.       — Отец рассказывал мне про них в детстве, но я думала, что это всего лишь сказки, — Стелла прервала его, непонимающе всплеснув руками. — Он говорил, что все они были необычайно сильны, что даже воскрешение было им под силу…       Огрон удовлетворённо хмыкнул в ответ на её слова. В его голове зародились подозрения на счёт ещё одного «брата». До нынешнего времени дошло не слишком много информации о Верховных, которая, как он узнал, к тому же являлась запретной, поэтому мало кто о них такие подробности. Впрочем, это могло оказаться обычным совпадением.       — Твой отец хорошо осведомлён. Мне казалось, что знание о нас кануло в Лету…        — О нас?! Хочешь сказать, тебе тысяча лет?!        Стелла не смогла сдержать своего удивления, снова и снова пробегая взглядом по фигуре мужчины. Нет, она знала, что маги живут и стареют куда медленнее обычных людей, но не настолько же…       — Такое невежливо спрашивать, принцесса, тебе ли не знать, — Огрон косится на неё, недовольный, что его снова прервали. — Моему физическому телу всего две сотни лет. Моей душе почти в пять раз больше.       Текна, что внимательно его слушала, нахмурилась. Она знала о Верховных благодаря Фарагонде, что так любила баловаться различными книжками и зачастую позволяла копаться ей в своём личном архиве. Информации о Верховных было немного, но достаточно, чтобы понять, что они все были чертовски сильны, а Огрон, хоть и был в их прошлую встречу весьма и весьма сильным магом, до звания Богоизбранного определённо не дотягивал. Нельзя сказать, что Текна не верила в его рассказ, но сомнения всё же терзали её. В конечном итоге она всё же не выдерживает и задаёт интересующий её вопрос:       — Ты помнишь события своей первой жизни?        — Я помню события всех своих жизней, только давайте по порядку, — он неопределённо махнул рукой и продолжил свой рассказ: — Как я сказал ранее, Верховные обладали различными способностями, поэтому простые люди часто приравнивали их к богам. Из-за этого большинство из нас возгордилось и забыли о своей истиной цели, творя всё, что им вздумается. Более благоразумной части команды это не понравилось, поэтому они решили попытаться обуздать остальных. Отчасти это получилось. Некоторые поумерили свои амбиции и отделились от общей группы Верховных. Они приняли нейтральную сторону и стали затворниками, более ни во что не вмешиваясь. Некоторые же присоединились к «праведникам», получая звание Светлых. Ещё одна часть также отделилась от группы «плохишей», однако осталась при своём мнении и затаилась, тёмные маги. Оставшиеся же не остановились, решив полностью подчинить себе весь мир и стать Богами, но уже буквально. За что последние и покарали их, наделив неспособность полностью владеть собственными силами, маги хаоса. Но даже нестабильные они были очень опасны, поэтому Боги увеличили силы остальных, наделив дополнительными способностями для полного уничтожения Хаотичных, что угрожали всему живому...       — И к какой же «касте» принадлежишь ты? Светлый? — с сомнением спросила Рокси, уже догадываясь, какой она услышит ответ. Уж со слишком самодовольной улыбочкой Огрон выделял их «благоразумие».       — Какая догадливая фея, — он усмехнулся, а Рокси лишь закатывает глаза, когда на его руке появился шар полностью белого пламени, мысленно называя показушником. — Всё верно.       — Твою магию нельзя было назвать светлой в наши прошлые встречи, — Лейла скептически хмыкает, на что Огрон лишь пожимает плечами.       — Она и не была моей, это магия принадлежала этому телу до физической смерти его прошлого хозяина, — увидев непонимающие взгляды, он снисходительно улыбнулся и поспешил объяснить. — Собственно, именно из-за этого уничтожение Хаотичных так затянулось. Ещё до распада Верховных, мы, соединив свои силы, совершили один обряд, благодаря которому мы и должны были помнить о наших прошлых жизнях и иметь те силы, какие имели тогда. У нас получилось, но не так, как задумывалось изначально. Силы и память возвращались лишь после гибели физического тела. Если проще, тот я, которого вы все знали, не был заточён во льдах Омеги, он умер там, не сумев справиться с магическим истощением и чересчур сильным давлением холода. После его смерти появился настоящий я, уже со своей памятью и способностями.       — Получается, одна личность была заменена второй? Ты лишился тех сил, которые были до смерти, верно?       Быстро вникнув в ситуацию, Текна начала опасаться. Если он на самом деле говорит правду, то весь их план находится под угрозой срыва. Надо как можно быстрее доложить обо всё Фарагонде и составить новый, только с учётом всех известных обстоятельств. Что ещё более важно, является ли Фарагонда одной из них? Она весьма странно себя вела, поэтому Текну одолевали некоторые сомнения…       — Верно, — Огрон кивнул, не обращая внимания на заминку девушки. — Как ты уже догадалась, я обрёл силу одного из Верховных и Светлого, но потерял те способности, которыми обладал другой я до своей смерти. Разные личности, разная магия, — он пожал плечами.       Внимательно слушающая Стелла несвойственно для себя замялась, не решаясь задать мучащий её вопрос. Она прекрасно понимает, что ответ может быть отрицательным, поэтому и боится. Однако картинка бессознательно лежащей на кровати Блум всё же заставила её пересилить себя.       — Блум… — она запинается, чем привлекает к себе внимание остальных Винкс. — Блум тоже… Верховная?       Огрон лишь понимающе хмыкает на её замешательство и вновь кивает.       — Да. Айси убила её чтобы вернуть истинную силу и воспоминания о прошлых жизнях, только так от неё был бы хоть какой-то прок в предстоящей битве. В ближайшие пару дней она должна очнуться.       Облегчение буквально повисло в воздухе, а на лицах Винкс заискрила ничем не прикрытая радость. Все были рады, что с их подругой всё в порядке. Почти в порядке, но это уже не так важно. Главное, что она жива, этого вполне достаточно.       Флора, которая обо всём этом уже знала, думала лишь о своей последней стычке с Айси. Из слов Огрона становилось очевидно, что да, она тоже является Верховной, но девушку всё же мучали сомнения. Она победила ведьму уж слишком легко.       — Скорее всего, она пробудилась лишь недавно. Да и ты фея Элемаксимума, которая находилась на своей территории, поэтому всё достаточно легко объяснить, — Огрон, который почувствовал обрывки её мыслей благодаря их особой связи, отвечает на так и невысказанный вопрос. — Нам требуется пережить полнолуние, так как именно в это время совершался обряд. Лишь после этого откроется доступ к полным силам, — последнее было адресовано уже всем.       Весь разговор молчавшая Муза напряжённо хмурится. Она ни капли не сомневается в своих силах, но прекрасно понимает, что отомстить Гантлосу будет сложнее, если тот всё же является Верховным. Поймав на себе взгляд Огрона, она чересчур громко спрашивает:       — Все члены Чёрного Круга являются Верховными?       — Нет. Выжили они лишь благодаря мне.       Получив краткий ответ, Муза облегчённо выдыхает, что не укрывается от взгляда Огрона. Однако на этот раз он решил не вмешиваться по просьбе Гантлоса, который и ввёл его в курс дела. Его почему-то заинтересовала девчонка-полукровка, которая так активно сопротивляется своей сущности… Огрон не понимал причины, но сейчас у него есть и свои заботы. Не только в виде предстоящей войны, но и в лице его милой королевы, с которой ему срочно требовалось кое-что прояснить…       — Ещё вопросы?

***

      — Думаю, нам надо кое-что обсудить.       Муза вздрогнула от неожиданности и резко обернулась, не ожидая увидеть кого-то постороннего в своей комнате. Гантлос, снова.         — Что ты тут делаешь?!       Она чувствует закипающую внутри злость и не может удержаться от нервного оскала. Вопреки ожиданиям, её вампирская сущность не сразу же полезла наружу, а это значит, что кровь этого кровососа всё-таки сработала и ненадолго приступила её жажду. Он был прав, когда говорил, что ей всего лишь нужно «питаться». Впрочем, Муза и сама это прекрасно знала.       — Всё ещё ненавидишь меня? — Гантлос лениво оперся о дверной косяк и сложили на груди руки, улыбаясь ей с лёгкой долей снисходительности. — Готов признать, в тот раз я немного перегнул палку…       — Немного?! — её руки сжимаются в кулаки, а сама девушка переходит на крик. — По твоей прихоти умер человек! Мой друг! Я убила его из-за тебя! Ты…!       Муза внезапно замолкает и в панике хватается руками за горло. Её голос пропал, а «причина» этого лишь безразлично усмехается, всё так же снисходительно глядя на неё. Музе хочется собственноручно вмазать по этой надменной роже, но воспоминание о прошлой подобной попытке останавливает её.       — Ну вот, опять ты ищешь себе проблем, — короткий недовольный хмык. — Мы родились вампирами, Муза. А вампирам не следует думать о таких вещах, как чьи-то жизни. И не надо говорить, что ты фея, твоя истинная сущность всегда была именно такой. Жестокость, сила и жажда — вот те слова, которые идеально описывают весь наш род, — он внимательно смотрит в её глаза, но так и не находит в них хоть капли понимания или согласия. Упряма, как и обычно.       Устало вздохнув, он подходит ближе, игнорирую предостерегающий взгляд и выставленную вперёд руку.       — Зря я позволил тебе покинуть наш клан и поступить в ту школу, она только испортила тебя.       Муза зло шипит, когда её в очередной раз за день вдавливают в стену, заламливая над головой руки. В неё впивается внимательный взгляд покрасневшие глаз Гантлоса, и она чувствует, что желание сопротивляться понемногу покидает её сознание. Впрочем, это долго не продлилось. Чему-то усмехнувшись, он коротко улыбается, отпускает её и отстраняется. Муза понимает, что к ней вернулась способность говорить.       — Я вынужден признать, ты достигла огромных высот в светлой магии. Просто волшебно, особенно учитывая твою изначально тёмную сущность. Что ж, ты всегда была талантливее многих чистокровных вампиров, хоть сама и являешься полукровкой, — Гантлос довольно хмыкает, на несколько секунд прикрывая вновь вернувшиеся себе привычный цвет глаза. — Поэтому, Муза, я предлагаю тебе возобновить наши тренировки.       На его предложение Муза лишь зло фыркает и скалит выступающие клыки.       — Чтобы ты опять делал со мной что вздумается? Чёрта с два!       — Ты же сама понимаешь, что тебе это необходимо. Ты уже с трудом контролируешь свою сущность, — он смотрит ей прямо в глаза, внимательно отслеживая любую реакцию. Муза хмурилась, но не пыталась прерывать его, поэтому Гантлос продолжает: — Если её не взять под контроль, она навредит не только тебе, но и окружающим тебя людям. Да, я говорю про ту группку фей. Пока твою суть подавляет светлая магия, но долго ли это продлится? Внимательно подумай над моими словами.       Ничего больше не говоря, Гантлос разворачивается и уходит, оставляя Музу в полном одиночестве. Девушка зло сжимает зубы, прекрасно понимая, что он вновь прав, но так просто сдаваться она не намерена.

***

      — Вот как… — с безразличной улыбкой протянул сидящий на троне молодой мужчина.       Его Величество Анриель, первый и единственный правитель Сэи — могущественной и богатой планеты звёзд. В узких кругах король был более известен как Вадес, третий принц Империи Демонов. В ещё более узких кругах его знали как основателя и лидера группы могущественных магов, Верховных.       — Благодарю за информацию, Гризельда, — он благоволительно кивнул склонившейся у трона женщине и жестом подозвал слугу, который наполнил опустевший бокал вином.       — Я недостойна вашей похвалы, Ваше Величество.       Женщина не смела поднимать головы, уже прекрасно зная, с чем ей придётся столкнуться. Хоть её повелитель и улыбался, его синие глаза были мертвы. Всегда мертвы. И в неё, повидавшего многие битвы воина, его взгляд вселял почти первобытный ужас.       — Не стоит преуменьшать свои заслуги, дорогая, твоя помощь неоценима, — он вновь улыбнулся той самой улыбкой мертвеца и, отсалютовав Гризельде наполненным бокалом, сделал пару глотков. — И, должен признаться, она снова нужна мне.       — Чем я могу быть вам полезна?       — Фарагонда, — он едва заметно поморщился от досады, — она слишком часто суёт свой нос не в своё дело. Думаю, пришла пора от неё избавиться. Сделай это как можно скорее. И тише. Впрочем, не мне тебя учить.       Нельзя сказать, что директриса Алфеи представляла для него хоть какую-нибудь угрозу, нет. Но эта её привычка вмешиваться в чужие дела Анриеля уже конкретно раздражала, как и многое в этой странной женщине. Последняя её афера едва не стоила жизни нескольким его подчинённым.       — Поняла. Сделаю всё в лучшем виде, — Гризельда хоть и была удивлена, но виду не подала, и, получив безмолвное разрешение, быстро удалилась.       — Рассчитываю на тебя… — это прозвучало уже в пустоту. — Что ж, — Анриель безразлично посмотрел на тут же сжавшегося слугу и поднял всё ещё наполненный бокал, — выпьем за воссоединение старых друзей?

***

      — Всё работаешь?          Его неожиданное появление отнюдь не испугало Флору, напротив, она ждала его. Чего совсем нельзя было сказать по лицам её личных помощниц, на которых тут же заискрилась ничем не прикрытая неприязнь. Впрочем, её Защищающего мало кто жаловал в замке после случившегося несколько лет назад. Однако нельзя было сказать, что это хоть каплю его волновало или печалило.       — Я же королева, это мои обязанности, — Флора позволяет себе небольшую улыбку.       — Ты же королева, так спихни на время свои обязанности на две свои лишние тени и удели внимание мне, — Огрон насмешливо передразнивает её и довольно усмехается, полностью игнорируя напряжённые взгляды застывших за спиной Флоры фей. Можно с уверенностью сказать, что их неприязнь была взаимной, однако сам маг не демонстрировал этого так открыто.       — Почему бы и нет? — Флора, вновь улыбнувшись, кивает ему и встаёт из-за стола. — Вы же справитесь с остальным? — она с вопросом посмотрела на стоящих позади неё девушек.       — Конечно, Ваше Величество, — Сильвана, поправив очки, коротко кивает, незаметно посылая в Огрона убийственный взгляд. Получив в ответ лишь усмешку, она едва слышно хмыкает, тут же теряя к нему всякий интерес.         — Он таки вернулся… — с лёгкой досадой тянет Никси, когда они с сестрой остаются наедине, и садится на краешек рабочего стола.       — Сейчас это необходимость, но я сомневаюсь, что для него это является достойным аргументом. Меня всё же удивляет, что у него появилась причина вернуться, — отвечает Сильвана и присаживается на освободившееся место, тут же беря в руки несколько листов с документами.       Никси лишь поджимает нижнюю губу и отводит взгляд в сторону, вспоминая об этой самой причине, которую она обеспечила Огрону, еженедельно рассказывая ему обо всём происходящем в замке. Быть его личной шавкой в планы феи точно не входило, но Долг Жизни иначе вернуть не получится, пропали он пропадом…       — Ты что-нибудь знаешь об этом? — Сильвана, заметив короткую заминку сестры, внимательно смотрит прямо ей в глаза, отчего Никси едва удерживает себя от нервного смешка.       — Знай я что-нибудь, я бы тебе рассказала, — но она лишь беспечно пожимает плечами и лукаво улыбается, не отводя взгляда. И кажется её ложь так и не раскусили.       Сильвана лишь коротко хмыкает в ответ и возвращается к документам. Она прекрасно понимает, что сестра что-то скрывает, однако об этом можно поговорить и потом.       — Давай работать.

***

      Они неспешно прогуливались по саду, разговаривая на отвлечённые темы. Несколько месяцев разлуки таки дали о себе знать, заставляя говорить буквально не переставая. Впрочем, никого из них это ничуть не напрягало.       —…а потом Гантлос умолял вернуться меня сюда, говоря, что «хоть кого-то он должен доставить обратно». Ничего другого мне не оставалось, и я решил посетить родной замок, где все меня так любят. Не подумай, я не жалуюсь, — с весёлым смешком Огрон закончил свой рассказ. — А как ты провела эти месяцы без меня? «Ужасно скучала» и «не могла дождаться» можешь пропустить.       — Язвительных шуток в моей жизни стало меньше, — улыбка. — В остальном же ничего особо не менялось до прибытия Винкс.       — Фарагонда снова задумала что-то? — мужчина приподнял бровь, коротко усмехнувшись.         Он был не понаслышке знаком с интригами директрисы Алфеи, поэтому на собственной шкуре знал, что она действительно могла доставить проблемы, если постарается. Взять хотя бы тот случай с Последней Феей, её мамашей-королевой и ручными феями Фарагонды, Винкс. Хоть это и было до пробуждения памяти Верховного, Огрон предпочитал учитывать всё.       — Не думаю, — девушка фыркнула и нахмурилась. Хорошее настроение испарилось, стоило ей вспомнить про свою бывшую директрису, — просто хочет держать фей Элемаксимума под своим контролем. Да, существует вероятность нападения, но мы бы сами справились…       Флора с долей недовольства дует на лезущую в глаза светлую чёлку и обиженно поджимает губы, слыша лёгкий смешок со стороны улыбающегося мужчины.       — Нашей королеве не нравится пристальное внимание к своей персоне?       — Не паясничай, если бы Совет Королей не настоял, я бы не согласилась. Я даже завидую, насколько хорошие у неё связи...       — Мудрое решение, — Огрон хмыкнул и согласно кивнул, одобряя её выбор. — Нам не стоит портить с ними отношения сейчас.       Совет Королей — совет, в который входят лидеры различных планет и королевств, созданный для решения и урегулирования межпланетных конфликтов и угроз. Заседания проходят раз в полгода, что, по мнению самого Огрона, было чересчур часто. Не все монаршие особы в состоянии контролировать своё королевское эго, поэтому войну могут развязать из-за простого косого взгляда, сводя на нет всю идею создания Совета. К счастью, в последнее время подобное случалось всё реже, но при желании кому-нибудь таки могли знатно подпортить жизнь и без всяких войн.       — Это было сложно, — Флора тяжело вздохнула, всё её недовольство тут же обратилось усталостью. Вся эта ситуация с Советом, Фарагондой и Винкс её знатно утомляла. А тут ещё и потенциальная угроза её жизни, а, следовательно, и всей планете…       Заприметила совсем близко небольшую скамеечку, девушка таки решила ею воспользоваться.       — Устала? — Огрон сел рядом. — Я почти не чувствую тебя больше...       — Не удивительно, мы ведь столько не виделись. Странно, что вообще что-то осталось, — она пожала плечами и прикрыла глаза, расслабленно откидываясь на деревянную спинку.       Связь между феей Элемаксимума и её Защищающим была очень сильной и имела ряд своих преимуществ. Партнёры могли без всяких проблем при надобности общаться лишь мысленно. Также в особых ситуациях они могли заимствовать часть магии друг друга, что иногда могло спасти чью-то жизнь. Поддерживать связь на должном уровне можно было просто находясь рядом друг с другом. Однако подобное всё же не всегда представлялось возможным, из-за чего связь истончалась, теряя все свои преимущества. Восстановление её обычным способом было бы слишком долгим, поэтому Огрон нашёл лёгкий и весьма быстрый способ. Близкий тактильный контакт, если проще.       — Это надо исправить, не думаешь? — его губы растянулись в игривой улыбке. — Плохо будет, если…        Флора усмехается и не даёт ему договорить, притягивая за ворот к себе и буквально затыкая рот поцелуем. На что Огрон тут же среагировал, обнимая её за талию и отвечая. В рот девушки проникает его язык, затягивая её в долгий и умелый поцелуй. Казалось, это может продолжаться вечно, однако кислород заканчивался стремительно быстро, отчего они отстраняются, тяжело дыша друг другу в рот. Огрон с всё той же улыбкой проводит пальцем по её нижней губе, отчего по спине Флоры бегут мурашки предвкушения. Не желая сдерживаться, он снова целует её, прижимая за талию ближе и недовольно рыча, когда чужая рука упирается ему в грудь и заставляет отстраниться.         — Нет… Не здесь, — сдавленный шёпот.       Огрон понятливо хмыкает, затягивая их двоих в спешке созданный портал, а невольный наблюдатель не может сдержать удивлённого смешка, с ошарашенной улыбкой смотря на только что опустевшее место.