Пенсне и те, кто бросил камень

- Я пойду прогуляюсь. Василиса быстро вышла из дома и направилась в сторону леса, не замечая никого и ничего. Но тугой ошейник страха постепенно ослабевал, так что когда она успокоилась, она поняла, что находится уже в лесу. Оглядевшись, девушка свернула направо - в сторону реки Жестянки, на которой она была восемь лет назад. Времени прошло немало, но она помнила дорогу - по сравнению с людскими жилищами лес более постоянен. Шурша травой, ощущая мягкость под ногами, девушка шла, закрыв глаза и широко расставив руки. Когда она почувствовала ветерок, осторожно касающийся ее щек, она открыла глаза и увидела метрах в сорока от себя реку. Подойдя поближе к берегу, Василиса легла на спину, запустив пальцы в шелковистую гриву травы, и снова закрыла глаза. Солнце рисовало где-то перед внутреннем зрением странные рисунки, которые постоянно находились в центробежном движении. Возможно, она провела так пять минут или даже полчаса.Но только развеял ее дремоту чей-то низкий смех. Медленно приподнявшись на локтях, она огляделась вокруг - никого. Но смех-то был! Вот он послышался вновь. Было трудно определить, мужской он был или женский, но ясно было одно: он раздавался от самого края берега. От камышей. Да, в камышах показалась голова. Василиса приподнялась еще и села. Вглядевшись, она увидела лицо женщины, бледность кожи которой поражала. То была трупная бледность. Грязно-серая кожа, голубоватая трещина губ, темные волосы, слипшиеся в сосульки. На голове у нее был венок из желтых водяных лилий и бархатистых камышовых шишек. Но больше всего наводили ужас глаза: даже за десять метров девушка поняла,что глаза незнакомки были цвета бельма, затуманенные белой дымкой, с пустыми зрачками мертвой рыбы. Василиса как сидела, так и попятилась назад на четвереньках. Существо, видимо, заметило ее, и, разверзнув черную яму рта, испустило жалобный вопль, подобный воплю старых труб, что-то оттолкнуло от себя и ушло под воду, не закрывая глаз. То, что оно от себя оттолкнуло, всплыло... это что, волосы? Еще секунды четыре девушка сидела неподвижно, а потом, подскочив на ноги, побежала что есть духу. Прочь, прочь от этого места. По дороге она упала, запнувшись за собственную ногу, ударилась коленом, но, не замечая боли, понеслась дальше. - Там... русалка, - еле вымолвила она, стоя в гостиной перед напуганными ее внезапным и бурным появлением родственниками. - Ка..какая русалка? - заикнулся Андрей Савельевич. - На реке... русалка и труп, - девушка пыталась отдышаться. Родственники переглянулись. - Тебе показалось что-то, - Авдотья подошла к ней и тронула за плечо. - Утка какая-нибудь, или кошка, может... - Нет, нет, я видела лицо... - Василиса рухнула на то кресло с резными ручками в углу. - Я слышала ее. - Солнечный удар у тебя что ли? - Авдотья пощупала ее лоб. Девушка головой стряхнула ее ладонь и посмотрела на Авдотью. Светло-серые, полные какого-то затуманенного безумия, как показалось женщине, глаза Василисы сказали той только об одном: сейчас она не в состоянии говорить спокойно. - Она была там..была! Холодно, - девушку вдруг пробила дрожь, зубы застучали. Она обхватила себя за плечи и слегка согнулась. - Так, прекращай, - Авдотья вдруг рассердилась. - Нет никаких русалок, их не существует! И вся эта ерунда тебе привиделась, больше без головного убора ходи! Но девушка ее не слушала, она смотрела куда-то поверх нее. У противоположной стены под самым потолком плавал по воздуху полупрозрачный мужчина в клетчатом костюме и в жокейском картузе. На лице у него поблескивало пенсне. Встретившись взглядом с Василисой, он улыбнулся и показал ей большие пальцы, вроде как выражая одобрение. Девушка не могла оторваться от него. Привидение? Но почему его никто не замечал? - На прошлой неделе утонул у нас один мужичок, - вдруг едва слышно сказала Прасковья Дмитриевна. Все обернулись на нее. - Прасковья Дмитриевна, да как это связано-то... - чуть растерянно прозвучал голос Авдотьи. - Тело не нашли до сих пор, - Прасковья сжала край своего платка. - Да вздор это все, скажи же им, Андрей, - Авдотья рассердилась еще больше и повернулась вновь к Василисе. Девушка все еще смотрела позади нее. - Хватит тут сказки рассказывать, и других еще смущать! - она встряхнула племянницу за плечи. - Не веришь в русалку, поверь в труп, - ответила ей девушка, вдруг переведя прояснившийся взгляд на тетку. - Он там был. Тут с места поднялся Андрей Савельевич, взял Василису за локоть и выдернул ее из кресла. Молча он потащил ее на улицу. - Ты что творишь? - просипел он, убедившись, что их не слышат. - Позвони ментам, - четко ответила девушка. - На кой черт? - Труп. - Как я могу верить тебе? Ты понимаешь, что если тебе все привиделось, то это будет ложный вызов? - Не привиделось и не будет. Позвони. Восемь раз Андрей Савельевич думал набрать нужный номер, но восемь раз не решался. Наконец позвонил, объяснил ситуацию, и через десять минут два человека в форме уже разговаривали с ним лично. - Едем, - отрезал пожилой усатый полицейский, внимательно выслушав рассказ мужчины о вероятном трупе. Андрей Савельевич пытался на что-то намекнуть, но тот уже залез в машину, и остальные последовали его примеру. На реке ничего, казалось бы, не изменилось. Но когда Василиса подошла к берегу, тела там не оказалось. Андрей Савельевич схватился за голову, когда увидел ее недоуменное выражение. - Ты что же это... - тихо , начал было он, но тут к ним подошел тот усатый полицейский. - Где тело, о котором вы говорили? - спросил он. - Понимаете... - отвечал Андрей Савельевич, запинаясь. - Этот труп я своими глазами не видел... На лице полицейского отобразилась суровость. - А я видела, - вмешалась в разговор девушка. - Он был здесь. Но пока мы изволили разбираться, правда это или нет, его уже вполне могли утащить. - Да помилуйте же, кому мертвец нужен? - воскликнул усатый, не сдерживая улыбки. - Русалке, - серьезно ответила Василиса. - Когда она увидела меня, она, судя по всему, испугалась, и оставила его. А теперь, видимо, когда опасность миновала, она забрала свою добычу. Глаза усатого полезли на лоб. - Борис Николаич, спустись к берегу, осмотри там все, - обратился он к своему младшему напарнику, мужчине лет сорока пяти. Тот кивнул ему и отошел. Андрей Савельевич в это время дернул девушку за рукав и погрозил ей. - Так что там за русалка? - спросил пожилой полицейский, чуть наклонившись к девушке. - Жуткая, - перед глазами Василисы появился образ бледного существа. - Внешность описать можете? - спросил он серьезным тоном. "Неужели поверил?" - Андрей Савельевич уставился на полицейского. - Бледная... волосы темные. И глаза, глаза с бельмами. И тут по виду полицейского Андрей Савельевич догадался, что ни черта тот не поверил. - На минутку, - процедил полицейский, обращаясь к Андрею Савельевичу. - Это ваша племянница, я правильно понимаю? - спросил он, когда они отдалились. - Совершенно верно, - испуганным голосом отвечал мужчина. - Родители где? - Нет, умерли семь лет назад, - как-то виновато пожал плечами Андрей Савельевич. - Проблемы психологического характера были? - Были, - мужчина говорил совсем уж тихо. - Два месяца в городской психиатрической больнице... вот в апреле вышла, - он оглянулся на племянницу. Та внимательно смотрела на обоих. - В таком случае, вынужден спросить, зачем вы вообще вызвали нас? - насупился усатый. - У-успокоить нужно было, понимаете, - заикнулся Андрей Савельевич. - Буйная? - Временами, - ответил ему мужчина как можно тише. - Вам повезло, что на посту сегодня я, а не кто-нибудь другой, - сердито сказал полицейский. - Забудем о вашем вызове. - Благодарю, благодарю, - с сердца мужчины будто упал камень. - Спасибо, что вошли в положение, - он потянулся пожать полицейскому руку. - Как вас отблагодарить? Натуральным, может?.. Или наличными? - Отставить, - резко ответил усатый. - Я это не ради вас делаю, а ради вашей племянницы. У меня тоже есть внучка, примерно того же возраста. - Борис Николаич, куда ты девался? Нашел что? - уже громко крикнул он пропавшему напарнику. - А не утащила ли его тоже русалка? - задумчиво протянула Василиса, глядя на подошедших. На лице Андрея Савельевича отобразилось смятение. - Это мы сейчас проверим, - усатый подошел к берегу. Напарник его никуда не пропал, а шарил уже в другой стороне. - Михаил Евгеньевич, нашлось..- прокричал он. - Не тело, правда. - А что же? - пожилой быстрым шагом направился к нему. Под ложечкой у Андрея Савельевича засосало. Когда они с племянницей подошли к тому месту, где стояли оба полицейских, они увидели находку. На илистом дне, прикрытая мутной водой, лежала рука до локтя, грязно-серая, с синими ногтями и обглоданными костями локтевого сустава. Местами отсутствовала кожа - ее будто выгрызли сильные большие челюсти. Андрей Савельевич отшатнулся, его передернуло. - Что ж, будем документы оформлять, - сказал присвистнув Михаил Евгеньевич. - Утоп дней пять назад... найденная конечность обглодана, судя по всему, речной рыбой... - Речной рыбой? Вы издеваетесь? - Василиса вдруг рассердилась. - Вы следы видите? Это у какой рыбы такие зубы, я вас спрашиваю? А тело где остальное? - В реке, - просто ответил пожилой. - Его по течению унести легко могло, и унести далеко, - добавил тот, что помладше. - Да вы на кость посмотрите! Это что у нас, двухметровые рыбы тут водятся? - вскипела обычно спокойная Василиса. Андрей Савельевич положил было руку ей на плечо, но она ее стряхнула. - Вы не волнуйтесь, - ответил усатый, глядя как-то настороженно на девушку. - Я-то в порядке, а вот вам зрение бы проверить, - нахмурилась она. - Вы очевидного не видите. - Что же, по-вашему, очевидно? - улыбаясь спросил Борис Николаевич. - А то, что здесь водятся русалки, и то, что вы нашли, только подтверждает это. Борис Николаевич непонимающе посмотрел на своего старшего коллегу. Тот подмигнул ему с кривой ухмылкой. - Не волнуйтесь, мы вам верим, - пожилой сделал шаг навстречу. - Это просто крупная речная рыба, только и всего. - Что ты заладил, - девушка сделала шаг назад и гневно посмотрела на Михаила Евгеньевича. Андрей Савельевич обхватил ее за плечи и подмигнул полицейским. - Пошли домой, Василиса, - сказал он, потянув ее за собой. - Мы вам еще позвоним, Андрей Савельевич, - пожилой полицейский кивнул и о чем-то заговорил со вторым. - Ты ведь им про больничку рассказал? - спросила она глухо у дяди, когда они отошли от злополучной реки. - А что мне делать было? Он меня прямо спросил, было или не было, - развел руками тот. - А ты что хотела? - Явно не этого, - девушка сжала кулаки. - Зачем тогда вообще начала про русалку какую-то говорить, раз не этого? Нельзя было просто сказать, что труп видела? - раздраженно ответил мужчина. - Он про рыбу какую-то завел песню, ты слышал? Что за бред? - А по-моему, это ты бред несешь, - вышел из себя Андрей Савельевич. - Русалка да русалка! Какая русалка, не существует их, когда же ты это поймешь? - он ускорил шаг. - Когда же ты поймешь, что мир не ограничивается квартирой и "нормальной" в вашем представлении жизнью? - девушка сжала зубы. Тут послышался звук шлепка. - Мы с Авдотьей Алексеевной только и хотим этой нормальной жизни, - прошипел Андрей Савельевич. Ладонь его горела. - А твои небылицы уже заходят за грань разумного. Мало тебе городской психушки? Ну так в столичную отправят, - он схватил ее за рукав и потащил вперед. Василиса молчала. На щеке ее красовался наливающийся кровью след от ладони, губа, которую задел мужчина, напухала. Она без слов следовала за дядей. Так они шли какое-то время, пока Василиса вдруг не вывернулась резко из свитера и, подхватив свой рюкзак, не понеслась прочь. Андрей Савельевич погнался было за ней, но понял, что бесполезно. Плюнув, мужчина направился к дому.