Сила, правящая миром

      Пусть и не сразу, однако все-таки найдя их дом, в котором сегодня проведет свою вторую ночь, Куруми уже мысленно ужинала с семьей, а после отправлялась в свою комнату. Все же такие вечерние приключения, наполненные весьма широким спектром эмоций, лишили ее сил. Обычно не находя себе места в любое время суток, а также желая что-то сделать или куда-нибудь сходить, сейчас девочка ощущала безмерную усталость. К тому же на ее слишком юном организме сказался и местный климат, который имеет радикальные отличия от того, что в стране Снега. Поэтому даже не удивляясь тому, что за сегодня устала намного быстрее, чем обычно, Куруми даже не нашла в себе сил дождаться возвращения родителей домой.       Поужинав в компании брата, который весь вечер был слишком молчаливым и задумчивым, девочка пожелала ему спокойной ночи и отправилась спать. Несмотря на то, что сегодняшний день был долгим и насыщенным, Куруми ярче всего помнила имение клана Учиха и то, как она была спасена. Она до сих пор думала о том, как, лишь узнав ее имя, тот мальчик сразу же выяснил месяц ее рождения, также перед этим успев понять, чьей правнучкой она является.       Когда солнце уже скрылось за горизонтом и все готовились ко сну, Куруми, по-прежнему не меняя ход своих мыслей, вошла в ванную. В ее голове до сих пор не укладывалось, как можно быть таким юным, даже на полгода младше нее, однако уже успеть окончить академию раньше срока и стать действующим шиноби регулярных войск Огня. Пусть она и была впечатлена местными видами, прибыв сюда, однако честно признает, что на данный момент Учиха Итачи вызвал в ней впечатления намного больше, чем кто или что-либо в этой деревне. Глубоко поразил ее не только своими умениями и навыками, но и способностью заканчивать предложения о том, о чем слышит впервые.       Наполнив ладони прохладной водой, Куруми склонилась над раковиной, чтобы смыть остатки усталости с лица и привести свои мысли в порядок. Но стоило ей случайно бросить взгляд на зеркало, она застыла в легком недоумении.       — Что…       Странность, которую она наблюдала, окончательно сбила ее с толку. Беспричинно и незаметно появившийся румянец на щеках стал жечь, стоило девочке его заметить. Подобное тепло уже перешло и на ее уши, что вызвало еще больше непонимания.       — Почему я… красная?       Куруми прижала холодные руки к щекам, рассматривая своё отражение. Однако этот жар оказался таким сильным, что в считанные секунды наполнил ее ладони. Преодолевая свой легкий ступор, чтобы продолжить то, на чем остановилась, девочка нервно сглотнула, затем покачала головой. Что за причина бы ни была у этого румянца, ей не стоит обращать на нее внимание. Однако лишь подумав о том, что должна сделать вид словно ничего было, Куруми вновь невольно вспомнила минувший вечер. И, наперекор ее стараниям, в ее мыслях все-таки возник очень серьезный для своих лет мальчик с красивыми черными глазами.       Следующий день в селении Листа начался с теплого ясного утра. Яркое солнце освещало безоблачное синее небо и пробуждающуюся землю ото сна. Легкий летний ветер разносил по окрестностям аромат цветущих в садах деревьев и распускающихся цветов. Умиротворенная и теплая атмосфера в деревне разбавлялась пением птиц, которые одни из первых встретили солнце. Затем некоторое время спустя на улицах стали появляться и жители, с рабочим настроением приступая к своим обязанностям и делам.       Солнечный свет, проникший в комнату, коснулся лица спящей девочки. Однако накопившаяся за последние дни усталость не позволила ей проснуться. Куруми лишь слегка нахмурилась и перевернулась на другой бок, слыша сквозь сон, как от дуновения ветра колыхается тюль, а в комнате хозяйничает сквозняк. Казалось, ветер не мог определиться со своим настроением на предстоящий день, оттого его порывы то усиливались, то тут же успокаивались. Но даже при этом шелест листвы деревьев казался слишком успокаивающим и способным из легкой дремы сделать самый крепкий сон. Что и произошло с Куруми.       Уже не обращая никакого внимания на солнце и ветер за окном, девочка вновь погрузилась в глубокий сон. Готовясь и вовсе проспать так весь день, Сенджу уже подсознательно ощущала бессилие всего своего тела. Теперь вряд ли что-то сможет пробудить ее и вновь заставить перевернуться. Однако каким бы беспробудным ни казался ее сон, его все-таки нарушили.       — Мяу…       Сенджу невольно распахнула глаза и задержала взгляд перед собой на закрытых дверях комнаты. Отчетливо услышав мяуканье, девочка проснулась и выбралась из крепких объятий сна. Продолжая неподвижно рассматривать дверь, Куруми даже допустила мысль, что ей показалось. Но как только она подумала о том, что все-таки находится здесь одна, как незваный гость снова подал свой голос со стороны окна.       — Мяу…       Теперь не осталось никаких сомнений в том, что это кошка. Девочка собралась силами и все-таки поднялась с кровати, повернувшись к окну. И, как только столкнулась со знакомыми ярко-зелеными глазами, Куруми не сдержала своего легкого негодования и вскочила на ноги.       — О! Снова ты?!       Весьма грубым и несдержанным образом указав на черную кошку пальцем, Сенджу продолжала прожигать ее укорительным взглядом. Однако такое приветствие со стороны человека ничуть не смутило усатую гостью, от чего она слишком расслаблено и демонстративно улеглась на подоконнике. И на подобное проявление наглости девочка могла ответить лишь тяжелым вздохом смирения.       — Невероятно… — протянула Куруми, подходя к окну. — Мало того, что вчера ты украла у меня ленточку, так ты еще и набралась смелости снова попасться мне на глаза?       — Мяу?       — Это слишком немногословно для извинений, знаешь ли…       Но для этой зеленоглазой своевольницы одного «мяу» оказалась достаточно, о чем говорила ее умиротворенная реакция на подошедшую к ней хозяйку комнаты. Прекрасно понимая, что не может злиться на такую покладистую и милую проказницу, Куруми покачала головой. Хоть злости в этот момент она уже не испытывала, однако след обиды в ней до сих пор остался.       — Ты хоть представляешь, какие у меня могли быть проблемы из-за того, что я побежала за тобой? — Сенджу протянула руку к кошке, чтобы погладить ее. — Ты завела меня туда, где меня быть не должно.       — Мяу…       — Наверно, ты хочешь этим сказать, что тебе жаль? Воровка…       Не прошло и нескольких мгновений, как эта греющаяся на подоконнике проказница замурлыкала и прикрыла свои пронзительно зеленые глаза, полностью доверясь ладони девочки. Удивившись тому, какой отходчивостью обладает это животное, Сенджу вновь не сдержала тяжелого вздоха. Однако вид беззаботно засыпающей кошки уже вызывал лишь одно умиление, от чего Куруми не сдержала задумчивой улыбки.       — А тебе легко заполучить чье-то доверие, верно? Быть такой милой и забавной очень полезно.       Переведя взгляд с кошки на улицу, Куруми выглянула в окно. Судя по активному перемещению шиноби и простых прохожих по улицам время уже близилось к полудню. Успев удивиться тому, что проспала больше, чем обычно, девочка втянула свежий летний воздух, который прояснил ее мысли и помог окончательно проснуться. До сих пор поражаясь живописности этих мест, Сенджу всеми силами пыталась запомнить каждую деталь, даже самую незначительную. Привыкнув к монотонности холодного пейзажа страны Снега, при виде этих деревьев и цветов она испытала эмоций больше, чем за всю ее жизнь. И, поймав себя на мысли, что с безграничным желанием осталась бы тут на всегда, девочка попыталась представить вид этих садов весной. Сразу же услышав в своем сердце желание обязательно увидеть цветущую сакуру, Куруми уверенно кивнула в ответ на свои мысли. Однако лишь приступив к выбору подходящего для этого времени, девочка тихо вскрикнула.       Сразу же бросив взгляд на источник боли в своей руке, Куруми застыла в недоумении. Лишь сделав вид, что уже заснула, кошка подкараулила подходящий момент и вновь схватилась за ленту. Задев при этом нежную кожу на девичьем запястье, зеленоглазая безрезультатно попыталась стянуть лотосовый оберег.       — Да что с тобой не так? — хмуро протянула Куруми, высвободив свою руку из хватки кошачьих зубов и лап. — Еще и укусила меня… Забудь все, что я говорила о своем доверии. Ты его лишилась!       Осознав, что лента так и останется на ее руке, кошка поднялась на лапы и заглянула в глаза недовольной девочки. Куруми натирала оцарапанное место ладонью, не забывая при этом хмуро прожигать животное взглядом, которое в свое оправдание вновь решилось на предсказуемый ответ.       — Мяу…       — И слышать ничего не желаю! Обманщица… Если снова тебя здесь увижу, я…       Только позволив своему негодованию говорить за нее, Куруми замолчала, когда голос матери донесся до ее комнаты. Уставившись на кошку, а затем повернувшись к дверям, девочка прислушалась.       — Это не то место, где ты можешь оставлять ее одну, Котуки.       Осознав, что речь идет о ней и о том, что вчера создала проблем своему брату, с трудом избежав своих, Куруми нервно сглотнула. Лишь представив то, как отреагировали отец и мать на то, что брат почти весь вечер не мог ее найти, девочка виновато нахмурилась. Разумеется, они и разбираться не будут, как именно она пропала. Единственным, кто будет виноват в той ситуации — это Котуки, который просто физически не успел уследить за младшей сестрой.       — Ой… — тихо протянула Куруми, направившись к двери.       И пока девочка спешила как могла на помощь брату, тот всматривался в пронзительно синие глаза матери, которая явно не была настроена слушать его аргументы.       — Но ведь она еще даже не проснулась, — продолжил Котуки, не сдержав тяжелого вздоха. — Я схожу до резиденции и вернусь, она даже не заметит. Куруми еще не привыкла к местному времени и климату, поэтому проспит до второй половины дня.       — Нет. Тебе стоит взять ее с собой, я не хочу, чтобы она оставалась здесь одна. Нас с отцом снова не будет до вечера.       Женщина не сдержала тяжелого вздоха от усталости, которую вызвал бессмысленный спор со старшим сыном. Решив больше не тратить время на то, чтобы уговаривать его взять сестру с собой в резиденцию, она прикоснулась к подолу своего синего кимоно и подошла к плите. Под наблюдательный и молчаливый взгляд Котуки, женщина заправила выбившуюся прядь светлых волос из прически и продолжила готовку.       — Не вы ли с отцом говорили, что это самое безопасное для нее место? — Котуки покачал головой, поднявшись со стола, чтобы налить себе стакан воды. — А теперь ты говоришь, что не хочешь, чтобы она оставалась дома одна?       Заметив, что брови матери задумчиво нахмурились, Сенджу уже приготовился отвечать на ее очередное возражение. Но стоило женщине повернуться к нему, чтобы сказать свое заключительное материнское слово в этом разговоре, на кухню забежала дочь.       — Нии-сан не виноват! Это я ослушалась и сбежала.       Столкнувшись с искренним недоумением матери и брата, Куруми пыталась привести свое дыхание и мысли в порядок. Как только осознала, что мать обвиняет брата в случившимся вчера вечером, девочка бросилась на кухню. Поэтому, из своего желания взять всю вину на себя и честно признаться родителям, Сенджу за считанные секунды оказалась на месте.       — Я сама… — тихо продолжила она, сделав глубокий вдох. — Сама зашла на территорию клана Учиха и… Брат ни в чем… не виноват…       — Что? Территория клана… Учиха?       Застывшая в полном непонимании женщина бросила взгляд на сына, который и сам пытался понять поступок сестры. Но, когда полностью осознал смысл того, что она всем щедро огласила, Котуки поставил стакан с нетронутой водой на стол и прижал ладонь к лицу.       — Мне стоило это предвидеть… — заключил он, посмотрев на удивленную мать в ответ. — Не волнуйся. Она так… шутит.       — Тогда почему ты не смеёшься?       Этот строгий мужской голос, раздавшийся со стороны веранды, заставил Котуки вздрогнуть. Теперь вместо того, чтобы противостоять лишь одной матери, ему придется оправдываться ещё и перед отцом, которого признание Куруми однозначно не оставило равнодушным. И в черных глазах мужчины горело именно то, о чем Котуки допустил мысль. Его и без того жесткий и суровый взгляд, что смягчался крайне редко, выражал нарастающее отцовское недовольство и возмущение. Однако если с этим человеком Котуки уже имел опыт в споре и отчаянных оправданиях, то с той, что показалась позади него, спорить и отстаивать свою правду ему еще не приходилось.       — Котуки…       Услышав знакомый женский голос, который ему довелось услышать лишь раз в своей жизни, Котуки вновь вздрогнул. После вошедшего с веранды на кухню отца проследовала кареглазая женщина, взгляд которой заставил парня сглотнуть от волнения.       — Тетушка… Ц-цуна? — Котуки нервно улыбнулся, склонившись к уху стоящей возле него матери. — Ты ведь сказала, что ее сейчас нет… в деревне.       Но и сама женщина, как оказалось, была удивлена тем, что увидела кузину своего мужа в их доме. Однако лишь подумав о том, чтобы поприветствовать золовку, Митоку вновь увидела пробежавшую перед ней дочь, которая поспешила к Цунаде.       — Тетушка!       Не обратив никакого внимания на возникшую по ее вине напряженную обстановку, Куруми не скрыла своей радости от встречи с тетей, которую видела лишь пару лет назад. Подбежав к женщине, чтобы ее обнять, девочка вызвала на ее серьёзном лице улыбку.       — Ты уже так выросла, Куруми, — Цунаде погладила племянницу по волосам, когда та обхватила ее талию и уткнулась в ее живот лицом. — Скоро уже и меня догонишь.       Ощутив руку тети на своей макушке, девочка вдохнула знакомый аромат ткани ее пояса, затянутого на тунике. Еще с детства связывая запах сладкого сиропа для данго с ее самыми близкими людьми, Куруми вспомнила, что ощутила его, когда впервые увиделась с Цунаде. Ожидая перед их встречей увидеть женщину, похожую на ее отца, девочка искренне удивилась тому, насколько двоюродные брат и сестра оказались разными. Взгляд и образ внучки Первого Хокаге кардинально отличались от тех, что были у внука Второго. Невольно сравнив тетю со своим старшим братом, который так же нередко предпочитал перекусить десертом из рисового теста, Куруми убедилась в том, что между ними слишком много общего. Теплые улыбки и мягкие черты лица этих двоих стали тому подтверждением.       — Значит, так ты приглядываешь за родной сестрой? Стоило вашим родителям оставить тебя с ней, как ты потерял ее.       Услышав голос тети, которая вновь бросила на племянника взгляд осуждения, Куруми отстранилась от неё. Лишь сейчас осознав, что случайно стала причиной того непонимания, что воцарилось на кухне, девочка виновато улыбнулась.       — Кажется, у моего братика… проблемы?       — Да, — сдержанно, но хмуро протянул тот, покосившись на сестру. — Интересно, из-за кого же…       — И как она оказалась на территории Учиха Ичизоку? — продолжила Цунаде, на что взгляд Котуки вернулся на нее. — Хоть официально никто не запрещает, но…       — Да все в порядке, ее никто не заметил, — уверил всех Котуки, направившись через кухню к тете и отцу. — Это вышло случайно, правда. Впредь я с нее глаз не спущу.       Под прежние недовольные и осуждающие взгляды всех присутствующих, Котуки подошел к тете и взъерошил распущенные волосы сестры. Пытаясь освободиться от ладони брата, натирающей ее макушку, Куруми нахмурила брови, и вовсе желая попросить его прекратить.       — Нии-сан…       — Ее всего-то не было несколько минут, — продолжил тот, оставив волосы сестры в покое. — А потом она нашлась.       — Несколько минут? — Куруми с непонимание подняла взгляд на брата. — Но ты ведь сказал, что искал меня весь веч…       Ощутив на губах ладонь брата, что не дала ей договорить, Куруми уже почувствовала и его руку на плече. Притянув к себе сестру, что с каждым словом лишь усложняла и без того его трудное положение, Котуки улыбнулся в ответ на недоумение от Цунаде.       — Теперь эта негодница никуда от меня не денется, обещаю! Когда ты уже возвращаешься в своё путешествие? Тебя проводить?       — Котуки… — отец тяжело вздохнул, покачав головой. — Прояви уважение. Цунаде проделала немалый путь, чтобы увидеть нас и представить тебя Совету.       — Ах, да… Совет, — улыбка на лице парня сменилась на задумчивую усмешку. — Ну, и как эти старики отреагировали на то, что в их «дружной» семье пополнение?       Теперь случайно раскрытая тайна о произошедшей истории с Куруми уступила теме обсуждения о предстоящем собрании Совета. За совместным обедом напряжение, царившее на кухне, сменилось на теплую семейную атмосферу. Пока родители и брат обсуждали с Цунаде важные вопросы, Куруми каждый раз находила подходящий момент, чтобы спросить у нее о путешествии. С желанием и ярким детским впечатлением слушая рассказы тети, девочка едва сдерживала желание задать новые уточняющие вопросы. Уверенно пообещав себе, что должна увидеть те же долины и реки, когда станет старше, Куруми все-таки утолила свой неугомонный интерес, чем позволила взрослым спокойно поговорить.       Всю свою сознательную жизнь проведя в стране, в которой круглый год зима, Куруми находила привлекательным любое место, в котором не было снега. И услышав о том, сколько еще красивых и красочных мест разбросано по всему свету, девочка уже с нетерпением стала представлять, когда именно сможет на них взглянуть. Успев уже впечатлиться природой страны Огня, она могла лишь догадываться о том, сколько эмоций испытает, увидев самый большой и высокий водопад на всей планете, мимо которого проходила тетя.       Когда пришло время всем отправляться по своим делам, Куруми простилась с Цунаде, пожелав ей спокойной и счастливой дороги. Ответив искренней благодарностью на пожелание племянницы, женщина перевела серьезный взгляд на ее брата, наказав тому лучше приглядывать за сестрой. Вновь стараясь уверить ее в том, что чрезмерно проблемный ребенок больше не попадет ни в какую беду, Котуки получил в ответ от нее довольно предсказуемое «надеюсь». И ее племянник целиком и полностью разделял с ней эту надежду. Потому что, прожив на этом свете всего лишь какие-то восемь лет, эта девочка уже знатно заставила брата поволноваться. Поэтому их очередной совместный день не мог не беспокоить его своим непредсказуемым раскладом и завершением.       Как только Куруми заплела волосы и оделась по погоде, она выбежала к брату, который ждал ее во дворе. Торопливо сунув ноги в сандалии, девочка так же на скорую руку застегнула застежки, после чего поспешила выйти на улицу. Но спустившись с веранды и пробежав буквально пару метров, Куруми наступила на ремешок застежки, которую плохо затянула. И подобная неосмотрительность привела к тем событиям, о которых Котуки невольно допустил мысль.       — Говорил же не торопись, — вздохнул он, направившись к сестре, пока та натирала ушибленную коленку. — Ты ведь знаешь, что я не уйду без тебя.       — Прости…       Усадив Куруми на веранду, Котуки решил сам затянуть ее застежки и убедиться в том, что ей больше ничего не помешает идти. Следя за тем, как брат занимается ее сандалиями, девочка опустила задумчивый взгляд на свою новую повседневную одежду. Если уже в привычном и любимом сочетании голубого и синего ее ничего не смущало, то шорты и футболка, из-за которых лучи солнца могут касаться ее рук и ног, беспокоили до сих пор. Задумавшись над тем, что в такой легкой одежде местные могут ходить почти три сезона подряд, Куруми вспомнила Снег.       — Это так… странно.       — Странно? — Котуки закончил с застежкой на обуви сестры и поднял на нее взгляд. — Что странно?       — Такая одежда, — задумчиво протянула девочка, рассматривая коленку, которую ушибла. — Даже выйдя на улицу в такой легкой одежде, я чувствую, что мне… тепло. А в стране Снега… всегда холодно.       — Потому что это самая северная страна. Там должно быть холодно.       Котуки с нежеланием обратился к воспоминаниям о родной деревне, законы которой вынудят его в скором времени расстаться с сестрой. Поэтому, хоть и попадает из-за нее в непростые ситуации, сейчас он искренне хочет каждую свободную минуту провести рядом с ней.       — Болит?       — А? — прервав свои мысли о местной погоде, Куруми подняла глаза на брата. — Что болит…       — Твоя коленка. Ты ударилась.       — Нет-нет, уже не болит, — девочка опустила взгляд на свои колени, украшенные бордовыми отметинами. — Это будет… восьмой синяк на правой ноге. Она скоро догонит левую.       — Только восьмой? — Котуки задумчиво улыбнулся, поднявшись на ноги. — Ты что, уже ходить постепенно учишься? В прошлом месяце их было значительно больше.       — Я… Я еще давно научилась ходить.       Куруми сложила руки на груди, посмотрев на брата с обидой и легким возмущением. Но стоило ей допустить мысль о том, чтобы вновь что-нибудь сказать, как девочка лишь сейчас придала значение тому, в какой одежде брат собрался в резиденцию.       — Это их форма… — Куруми протянула руку к зеленому жилету брата, который видела вчера на чуунинах на посту в деревню. — Сегодня Хокаге назначит тебе напарников?       — Да, мы сформируем новую команду.       — О… — девочка кивнула, опустив руку. — Значит, когда я окончу академию шиноби в стране Снега, я тоже… буду в чьей-то команде?       — Да, — Котуки подал руку сестре, чтобы помочь ей спрыгнуть с веранды.       — А почему я не могу учиться… здесь?       Спустившись с веранды, Куруми подняла взгляд на брата, на лице которого застыла неловкость. Но даже несмотря на то, что со стороны он выглядел безобидным и даже озадаченным, внутри Сенджу переживал самые яростные и возмущенные чувства в отношении правящего Совета страны Снега.       — Потому что навыкам того, как использовать силу, которую ты унаследовала, обучают только там.       — А они точно меня потом… отпустят к тебе, Нии-сан?       — У них не будет выбора, — задумчиво протянул Котуки, опустив ладонь на голову сестры. — Иначе этим изнеженным аристократам придется иметь дело со мной и с отцом.       К этому времени уже полноправно наступила вторая половина дня. И, как казалось со стороны, чем ближе день шел к завершению, тем больше появлялось людей на улицах. Заполненные местными жителями и гостями этой деревни, они не утихали ни на минуту, от чего складывалось впечатление, что вечер наступит еще нескоро. Но вместо того, чтобы насладиться это яркой и насыщенной повседневностью на улицах Листа, Котуки нашел в этом минус. Продолжая путь до резиденции вместе с сестрой, он уже опасался того, что может случиться.       — Здесь слишком многолюдно, — Котуки окинул прохожих настороженным взглядом. — Только не отходи и не отставай от меня, поняла?       — Да что же со мной может произойти, если я отстану от тебя, Нии-сан?       — Не хватало, чтобы ты снова зашла туда, куда тебе не стоит. Может… купим тебе путеводитель? Или атлас с картой… Точно. Нам нужен книжный.       Хоть ей и было не впервой выслушивать подобные размышления брата о ее склонности попадать в неприятности, Куруми все равно с обидой покосилась на него, не сдержав своего желания отговорить его от последней затеи.       — Атлас… с картой? Зачем? Я что, по-твоему, страдаю… дезориентацией?       — Да. Или вовсе… топографическим кретинизмом.       — Ч-чего… — Куруми едва не задохнулась от возникшего возмущения и ударила брата по плечу. — Это не так! Нет у меня… т-такого…       Но, как бы сильно ни хотела ему возразить, этого оказалось недостаточно. Котуки, уже используя свою наблюдательность и привычку оценивать обстановку, начал взглядом искать книжную лавку или магазин. В данный момент, но далеко не впервые, являясь тем, кто несет ответственность за сестру, он должен сделать всё, чтобы не допустить повторения ее вчерашних поисков. Поэтому с особым желанием найти то, что им необходимо, он прочитывал одну витринную выставку за другой. И его старания наконец-то дали свои плоды, когда они начали подходить к нужному кварталу.       — Нашёл… — Сенджу присмотрелся к стеклянной витрине одной из лавок. — Кажется, там есть какие-то буклеты и книги о Конохе. Идём.       Не имея возможности и, в ее случае, морального права возразить старшему брату, Куруми последовала за ним. Мужчина, сидящий возле своего магазина, в котором, судя по всему, не было покупателей, читал местную газету. Но, заметив приближающихся к нему шиноби и девочку, он поднялся со своего маленького стула.       — Добрый день, — улыбнувшись подошедши, мужчина сложил газету. — Что вас интересует?       — Здравствуйте… — не успев даже приблизиться к витрине, Котуки уже начал изучать имеющиеся книги. — Нам нужно что-то, где есть подобная информация об этой деревне.       — Подробная информация о нашей деревне? Хм…       Продавец подошел к полкам возле магазина, которые нередко привлекали внимание недавно прибывших странников и шиноби других деревень. Пробегая взглядом по туристическим буклетам, мужчина пытался найти одну книгу, которую некоторое время назад выставил на продажу.       — Ах, да, вот же она… — хозяин лавки взял с полки небольшую книжку с изображением лиц четырех Хокаге на обложке. — У нас есть новое издание «Герои минувшей войны». Это третий выпуск.       — Могу я посмотреть?       Куруми подошла к продавцу, желая взглянуть на книгу. Опустив взгляд на девочку, мужчина улыбнулся и протянул ей сборник статей об участниках последней войны шиноби. Сенджу вновь оценила снимок с изваяниями всех Каге страны Огня, затем с возрастающим интересом открыла книгу.       — Нии-сан, тут есть карта деревни, — Куруми пролистывала подробно расписанные маршруты с пометками, пробегая по ним взглядом. — И еще много чего о местных… героях.       — Да, — согласился хозяин лавки, взяв второй экземпляр этой книги в руки. — На ней даже отмечены их любимые места, магазины и рестораны.       — Хорошо. Мы ее возьмем, — Котуки вновь вернул взгляд на прилавок. — А что касается карт территории вокруг селения, они у вас есть?       — Ох, да-да. Карты только внутри магазина. Пройдемте… Посмотрим, что у нас есть.       Перед тем, как проследовать за продавцом в лавку, Котуки наказал сестре не уходить далеко. Уже погрузившись в изучение одной из статей, та задумчиво кивнула в ответ и неторопливо направилась дальше по улице. До этого узнавая лишь из слухов о том, сколько страна Огня располагает талантливыми шиноби в рядах своей регулярной армии, теперь Куруми могла ознакомиться с ними подробнее. И только приступив к чтению этого книги, девочку уже испытала удивление.       — Самые сильные шиноби Конохи… — тихо протянула она, вычитывая одно имя за другим. — Внушительный список…       Позволив своему удивлению смениться на впечатление, которое испытывала лишь недавно при разговоре с тетей, девочка уже увлеченно пролистывала очередную прочитанную страницу. Сталкиваясь с новыми для нее именами и фамилиями, Куруми пыталась запомнить то, чем именно отличились их владельцы. Но, когда среди прочих рассказов и биографий местных «героев», Сенджу заметила одну знакомую фамилию, ее брови озадаченно нахмурились, а руки поднесли книгу ближе к лицу.       — Это ведь…       Последующая мысль утратилась так же быстро, как и возникла. Ощутив, что столкнулась с кем-то, Куруми отступила назад и прижала ладонь ко лбу.       — Ой… Простите, пожалуйста… Я…       — Эй! — раздался недовольный мужской голос впереди нее. — Смотри куда прешь, мелочь.       — Ме… мелочь?       Погрузившись в непреодолимый шок и недоумение, Куруми подняла голову на шиноби, который обратился к ней не самым приветливым и допустимым образом. Видя перед собой одного из представителя той самой доблестной и героической армии Огня, о которой читала в своей книжке, девочка пыталась понять, что именно послужило причиной такого «приветливого» настроения чуунина.       Но тот уже был озадачен тем, на чем остановился еще до встречи с Куруми. И, как только вновь повернулся к ней спиной, девочка заметила символ, который видела буквально вчера. Осознав, что столкнулась с представителем клана Учиха, который по совместительству является и офицером полиции Конохи, Куруми перевела взгляд на другого мужчину. Тот незнакомец, больше похожий на простого местного жителя, отступил назад и покачал головой, однако этого стало недостойно для того, чтобы полицейский отстал от него.       — Не думай, что я с тобой закончил, — офицер схватил мужчину за воротник рубашки, приблизившись к его лицу. — Если снова увижу тебя в этом квартале, пожалеешь. Понял?       — Н-но я… Извините, я Вас… не заметил…       — Заткнись и проваливай!       Став свидетелем подобного отношения офицера полиции к одному из сельчан, с которым, судя по всему, он тоже случайно столкнулся, Куруми не сдержала своего осуждения и даже разочарования. Понимая, что и сама могла стать участником подобной перепалки, если бы толкнула офицера чуть сильнее, девочка проводила взглядом напуганного и торопливо уходящего жителя. И следя за тем, с каким страхом мужчина спешит скрыться с вида полиции, Куруми пришла к вполне логичному и справедливому заключению.       — Это было… грубо.       — Что? — шиноби вновь повернулся к стоящей позади него Куруми. — Ты еще тут, мелочь?       — Какое совпадение… — начал его напарник, следящий за произошедшим со стороны. — Да ты только посмотри, Киро. Перед нами никак… Сенджу. Видимо, это и есть правнучка Тобирамы.       Услышав этот приближающейся к ней голос, в котором помимо усмешки слышалось и пренебрежение, Куруми обернулась. Теперь вместо одной пары черных глаз ее прожигали две. Обойдя девочку, на спине которой и увидел символ клана Сенджу, темноволосый мужчина в форме чуунина сунул руки в карманы брюк и встал возле того самого Киро.       — Вот как? — задумчиво протянул тот, вернув взгляд на Куруми. — Кажется, именно по этой причине эта мелкая задирает нос. Что, потеряла свою мамочку?       — Вообще-то я… — Куруми нервно сглотнула, всем телом ощущая презрение, которое излучали две пары глаз. — Я…       — Она со своим старшим братом.