Сойдём с ума вместе?

- Ну… - Поперёк горла встал комок, тянущий момент, мешающий глубоко вдохнуть. Элли старалась подобрать слова наиболее точные, но мягкие. Но ничего не выходило. Она собиралась рассказать целую историю, начиная издалека, но все мысли будто тонули в болоте волнения, увязая, исчезая, оставляя лишь самое сухое и резкое, – Я пришла сюда за братом. – На выдохе произнесла девушка с каким-то облегчением, чувством, что самое неприятное позади, но всё ещё с мелким колющим страхом и ожиданием реакции собеседника. Как и ожидалось, Майлз кинул лишь крайне скептичный взгляд в сторону Элли, у которой вновь пробежали по спине липкие мурашки. – Я знаю, знаю… Это звучит глупо. – Элли замешкалась, путаясь в собственных словах, стараясь что-то оживлённо жестикулировать, но в итоге всё равно выбирая наихудшие из пришедших в голову мыслей. - То есть, не глупо, но… необдуманно. То есть… аргх! – Девушка устало опустила руки на колени, - Ладно, я не надеюсь на понимание с твоей стороны, просто… - Если ты незаконно проникла в психбольницу, не зная, что творится внутри, то это значит только то, что этот человек тебе действительно так важен. Тут и понимать нечего. – Голос журналиста стал в разы мягче и немного тише, так, что Элли приходилось внимательно вслушиваться в каждое его слово. Удивление брюнетки быстро сменилось лёгкой полуулыбкой. - Спасибо. – Тихо, почти неразличимо произнесла девушка, так, чтобы её совсем не было слышно. Но Апшер услышал, продолжая неотрывно глядеть куда-то вдаль, в самую тёмную глубину липкой пустоты, что окружала их двоих. Эллисон же опустила тяжёлые веки. Уставшие глаза слегка щипали, отрывая девушку от её собственных мыслей, которые обрывками старались слиться воедино. В голове всплыл образ брата. Тот человек, которого она любит и уважает всю свою жизнь. Он был её братом по крови, по духу, её собственное лицо сквозь мутную завесу, высшая степень родства. Ведь он теперь единственный, кто остался у Элли после того, как умерла мать. Девушка прерывисто выдохнула, услышав, как зашевелился её спутник, вставая с места. Вода совсем ушла, открыв Майлзу и Элли проход вниз по шаткой хлипкой на вид лестнице. Девушка нервно вздрогнула, но звуку не подала, и, после того, как спустился Апшер, брюнетка не спеша последовала за ним. Паранойя того, что лестница вот-вот рухнет, что одна из ступенек просто не выдержит и сломается, всё никак не покидала такой лёгкий для внушения разум девушки, что медленно переставляла свою ногу вниз, неуверенно и робко, проверяя каждую лесенку на прочность. Внизу их вновь ждал коридор. Совсем небольшой, пустой и невероятно тёмный. Виден лишь был только выход – точно такая же лестница наверх, манящая и зовущая поскорее покинуть этот коридор. Майлз заметно напрягся, почувствовав, как что-то внутри сжимается, скручивается, переворачивается с ног на голову. В спешке парень включил у камеры ночной режим и неотрывно стал глядеть в экран. Он не любил темноту, такую непроглядную, чернильную, почти осязаемую. Проще было, когда хотя бы самые слабые лучики света тонкой линией проскальзывали по стене, по полу – неважно. Главное, чтобы было то, за что можно было бы зацепиться взглядом. Здесь же, в потёмках, такого не было, и это пугало Апшера больше всего. - О, да ты темноты боишься, братец. – С лёгкой ухмылкой произнесла девушка, когда заметила столь очевидное напряжение Майлза и то, как неотрывно он вглядывается в экран камеры. Хотя явно не ей судить о его страхах. Элли и сама еле сдерживала нарастающую панику и никак не желающую уняться дрожь в плечах и коленях. Тем не менее, брюнетка чувствовала какую-то очень странную радость от того, что даже сам Майлз Апшер может бояться и даже иногда почти не скрывать этот самый страх. - Как и все. – На выдохе произнёс журналист, как оказалось, верно подметив. - А знаешь… - уверенная, что никого вокруг нет, девушка перестала шептать и говорила теперь уже нормальным тоном. Без дрожи в голосе, без жалкого хрипа и с какой-то несвойственной ей уверенностью в себе. – Из книг я знаю пару тройку психологических тренингов, как избавиться от, - Элли, ничего не видя перед собой, всем нутром почувствовала и услышала то, как остановился Апшер, встав к девушке в полразворота, и принялся скептично прожигать спутницу взглядом, забавно изогнув бровь, - Да, да, ты прав. Это подождёт. – Эллисон махнула рукой и поспешила замолчать, вслушиваясь вместо этого в напряжённую тишину канализации. Но коридор был совсем недлинным, отчего парень с девушкой так быстро добрались до лестницы наверх. И опять же – первым решил забраться Майлз, как само собой разумеющееся. То ли проверить, нет ли наверху чего-то или кого-то опасного, то ли в желании поскорее выбраться в более светлое место. Губы Эллисон нервно сжались, когда та снова робко ухватилась рукой за вертикальную лестницу. В голове уже сложились неприятные картины падения и удара о холодный каменный пол. Чуть вздрогнув, девушка не спеша поставила ногу на первую ступень. Майлз уж успел подняться и осмотреться – вокруг никого не было видно, что не могло не радовать. Но всё же такое на редкость удачное стечение обстоятельств заметно напрягало парня, заставляя его уже рисовать образы безумцев за ближайшим углом. Эллисон же карабкалась по лестнице уже чуть более уверенно, хотя всё ещё не переставая опасаться каждого своего лишнего движения или шороха, даже вдоха. И следующий шаг действительно напомнил ей о её страхе. Надломанная палка, которая чудом держалась до этого момента, хрустнула под ногой у Элли и тут же сломалась пополам, заставляя девушку с коротким вскриком цепляться руками за всё, что только попадалось. Так и повиснув, девушка протяжно выдохнула, стараясь унять вмиг вспыхнувшую панику. - Элли! – Апшер обеспокоенно взглянул вниз, после чего протянул руку, - хватайся. – Долго девушку уговаривать не пришлось, брюнетка, не раздумывая, ухватилась за руку помощи, которая помогла ей выкарабкаться из туннеля. С грохотом Эллисон уселась на пол, стараясь отдышаться. - Там дальше… - На прерывистом выдохе старалась сказать она, что получалось совсем плохо, - посмотри… должен быть вход в мужское отделение. – Сказав это, Элли громко вдохнула и постаралась встать. Апшер прошёл вперёд, с опаской оглядываясь и прижимая к себе камеру, без которой журналист уже чувствовал себя, как без рук. Чуть дальше, справа от парня, находилась лестница, и железная решётчатая дверь с табличкой «Мужское отделение». Странная уверенность разлилась теплом по телу, когда Майлз понял, что они всё-таки идут правильно, и что Элли не обманывала в своём знании карты. Но, тем не менее, Апшер прекрасно понимал, что он не может доверять этой девчонке до конца. Привязываться к ней или хорошо относиться. В конце концов, парень всё ещё не может до конца осознать, что кому-то ещё, кроме него, вздумалось проникнуть в самые глубины ада, наматывая круги в поиске выхода, которого, возможно, и нет вовсе. Дёрнув за железную ручку двери, Апшер, к своему разочарованию, не смог её открыть, дверь попросту не поддавалась. - Слушай, а это единственный выход? – Спросил Апшер, развернувшись к Элли, которая не спеша подходила ближе. - Ну… Вообще-то да. А что? – Обеспокоенный взгляд пронзил Апшера так, что тому стало даже не по себе. Будто это он виноват, что дверь заперта. Чуть прикусив нижнюю губу, журналист задумался. Быть может, если найти какую-нибудь… палку, которую можно использовать как рычаг, то дверь получится снять с петель. Почувствовав лёгкую гордость за свою догадку, Майлз оставил камеру в руках у Элли, ничего не сказав той, и прошёл дальше. Вокруг было довольно темно, но даже столь слабого тусклого света под каменным потолком было более чем достаточно, чтобы бегло оглядеть округу в поиске подходящего предмета. И, какая подозрительная удача, недалеко, около какой-то двери, лежала довольно внушительных размеров арматура, которая подошла бы сейчас для случая. Майлз, слабо приподняв уголки губ, всё ещё с трудом веря, что ему в последнее время очень странно везёт, поднял с пола палку. Случайно зацепившись взглядом за то, что находится за дверью, прямо за стеклянным окном, Майлз, негромко вскрикнув, резко выдохнул и чуть не выронил из рук железку. Отступив на шаг назад, Апшер поспешил отвернуться. Глаза, всё ещё широко раскрытые, ошарашенно смотрели вперёд, прожигая стену перед собой. Там, за дверью, в небольшой комнате он видел гору смятых, изломанных, перемолотых в кашицу тел, кровавыми кусками небрежно валяющиеся на полу, образовываю целую кучу мяса, над которой стаей витали мухи. Или, может, журналисту показалось? Но вновь оборачиваться и проверять совсем не хотелось, нет. В ушах резко зазвенело, так громко и в то же время беззвучно, что Майлз, не устояв, облокотился о стену, стараясь отдышаться. Странное колотящее чувство ощущалось в кончиках пальцев, в коленях, в плечах. Во рту почувствовала какая-то горечь, привкус железа на языке. -Ч-что там? – тревожный голос Элли не заставил себя ждать. Девушка настороженно сделала шаг вперёд, с опаской глядя в ту сторону, куда побрёл журналист. - Ничего… Ничего, просто крыса. – Тут же ответил Майлз, в надежде, что услышав ответ, Эллисон останется стоять на месте и ни в коем случае не заглянет в эту чёртову дверь. Нет, он не даст ей это сделать, не так просто. Парень устало потёр переносицу и не спеша поплёлся в сторону к двери, ведущей в мужское отделение. - Фу-ух, - облегчённый вздох, - ты меня напугал, - слегка нервная улыбка проскользнула на лице девушки. Апшер, чуть задумавшись, почти наугад вставил железную арматуру в дверь, меж железных решёток, и с силой надавил. Послышался громкий щелчок, эхом разнёсшийся по всей длине коридора, отражающийся от каменных стен и угасающий где-то вдалеке. – Знаешь, - протянула Эллисон, по привычке поднеся сжатую в кулак ладонь к губам, - а этой арматурой и отбиться можно. В случае чего. – Многозначительно взглянув на спутника снизу вверх, девушка покачала головой. Апшер же, молча согласившись со словами брюнетки, дёрнул за этот самый рычаг, но тот никак не поддавался. Заело намертво. Оба устало вздохнули и поплелись через дверь, вверх по лестнице, в мужское отделение.