Имбецил +2425

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Ориджиналы

Рейтинг:
NC-21
Жанры:
Повседневность
Предупреждения:
BDSM, Насилие, Изнасилование, Нецензурная лексика, Кинк
Размер:
Макси, 315 страниц, 32 части
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
«Спасибо за бессонную ночь!))» от kama155
«Идеально!» от ZimaTG
«Восхитительно живая работа!!!» от sai98
«Отличная работа! Это прекрасно» от Lucy6116
«Отличная работа!» от Muse333
«Превосходная работа* :)» от .-Neko-.
«Прев» от .-Neko-.
«За любовь без соплей))» от courage_of_despair
«За самых очешуенных героев!» от TemkoO
«Спасибо за вашу работу.» от Himera
... и еще 14 наград
Описание:
Сосед - "имбецил", его пёс - агрессивный ротвейлер с неустойчивой психикой, и до кучи новый жилец по площадке - зарвавшийся, разбалованный студент неформал, которого выгнали из общежития.

*ЧИТАЕМ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ!


Посвящение:
Заводчикам псов, которые не всегда думают о своих питомцах и последствиях.
И конечно моим читателям)Надеюсь, простите меня за такое долгое отсутствие

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Предупреждения:
ЖЕСТЬ! МАТЫ! ГРЯЗНЫЙ РЕАЛ! НАСИЛИЕ! МНОГО НАСИЛИЯ!
Упоминается гет.
ХЭ (как же без него:)
Тсссс про другие работы;)
И да, С НАСТУПАЮЩИМИ ВАС ПРАЗДНИКАМИ!)
Арт от Arkkmelai:https://pp.vk.me/c637923/v637923161/13c2/jEO238es1g8.jpg - Тур

Глава 25

23 декабря 2014, 11:05
Дима вылетел из подъезда и со злостью хлопнул подъездной дверью. Подойдя к машине, он достал ключи, и посмотрев на окна последнего этажа, задумался. Постояв ещё немного, он всё же сел в свою машину, и так же громко хлопнув ее дверью, завел мотор и отъехал за дом, к допотопному ржавому гаражу-ракушке, под занавес старой, с длинными, до самой земли, ветвями узловатой ивы, уже полностью покрытыми молодыми, остролистыми, зелёно-серебристыми листьями. Здесь машина была незаметна, а обзор подъезда – отличный.

Ждать Диме пришлось недолго, хотя за это время он передумал много чего и даже порывался один раз вернуться. Пьяный Тур непредсказуем. Патлатую звенящую дрянь было не так жаль, как белого, взъерошенного, тонкого и какого-то совсем уж мелкого блондинистого парнишку. Именно его Димон и ждал, чтоб прояснить некоторые моменты и не только. Уж больно парнишка интересный. А как он смотрел на Димона своими светло-карими глазищами, когда вывернул на него ведро в больнице! Да и задница у парня была такая, что Димон прямо ощутил на своих ладонях приятную тяжесть и упругость.

Замечтавшись о том, как бы было классно засадить в небольшую, упругую, неразработанную (в этом Димон не сомневался!) попку блондинчика, член напрягся, а в яйцах приятно потяжелело, из-за этого Димон чуть не пропустил того самого блондинчика, который вышел из подъезда и, помявшись с некоторое время, а затем вздыхая и мельком озираясь на дом, быстро посеменил в сторону проспекта, явно направляясь в сторону остановки через дворы.

Машина приятно заурчала и тихо выехала из своего укрытия. Проехать по дворам не было возможности, поэтому Димон нажал на газ. Он его на остановке и перехватит.

На остановке кроме пары тёток с сумками, старушки и двух совсем малых пацанов никого не оказалось. На противоположной остановке блондина также не было. Прождав с минут десять, Дима напрягся и нервно забарабанил пальцами по колену. Вот куда он мог деться, если через дворы напрямую минуты три до остановки?

Звонок по работе отвлёк Димона от блондина ещё на добрых двадцать минут. Его ждали в офисе. Новый перспективный клиент с новыми объектами и выходом на более широкий рынок, как по охранке, так и по новым проектам сооружений, только запускающимся в эксплуатацию. Лакомый кусище для Димона, а ведь он уже даже думал штат расширять. Ребята не справляются. А тут Тур забухал с какого-то лешего, и так некстати, да ещё сказал, что увольняется. И что ему в бошку стрельнуло? Даже нос Димону сломал, пьянь. И как ему, блядь, теперь на встречу ехать? И ведь хотел же Быкова взять с собой. Тур не любил, когда Димон таскал его на подобные встречи. Чувствовал он себя неуютно и всегда был недоволен, но Дима знал, что у друга глаз алмаз, и то, что не смог бы заметить он сам за всеми цифрами и бумажками, всегда замечал Быков. Серый кардинал, бля.

Скрипнув зубами, Димон поехал в строну офиса. Пропустил блондина, теперь искать его придётся. Ему ещё переодеться бы не помешало. В офисе есть запасной костюм. Тур, скотина, как всегда бил прицельно, и теперь, кроме опухшего до синевы носа, новая рубашка с пиджаком радовали глаз бурыми, уже засохшими пятнами крови. Рубашку с пиджаком он вычтет из зарплаты Быкова, когда разберётся с его увольнением. Тур упрямый, но Димон тоже не лыком шит. И за нос ещё Тур тоже должен будет.

Белая макушка притянула взгляд Димона, и он, резко притормозив, стал перестраиваться под яростные сигналы других машин. Парнишка-блондин быстро шёл вдоль дороги пешком. Поэтому Димон его и не увидел на остановке. Притормозив у обочины, он окликнул парня. Блондинчик дёрнулся и заозирался, а увидев, кто его позвал, нахмурился и нахохлился, как воробей.

- Садись – подвезу! – как можно дружелюбнее, насколько это было возможно в данный момент с разбитым носом, произнёс Дима, рассматривая белого воробья.

- Спасибо, я сам дойду, - буркнул блондинчик и, немного попятившись, хотел развернуться и уйти.

Димона не устраивал ответ. Глянув на часы и чертыхнувшись про себя, он вновь окликнул парнишку:

- Садись, говорю! – довольно резко начал Дима, но потом исправился, заметив, как напрягся парень. – Да не бойся. Подвезу куда надо. Мне всё равно по дороге.

Одуванчик ещё больше напрягся и скептически посмотрел, но потом тихо, но уверенно произнёс:

- Я сейчас на Революционную сворачиваю.

- Ну и отлично! Говорю же: по дороге! Садись! – радостно осклабился Димон, открывая дверцу машины, хотя ему и было совсем в другую сторону, но упускать паренька не хотелось, раз он в который раз приплыл в его руки.

Помявшись немного и покрывшись розовыми пятнами, одуванчик подошёл и сел в машину, захлопнув дверь так нежно и так аккуратно, что она не закрылась, о чём и сообщила своим пиканьем умная машина. Дима сразу воспользовался такой возможностью и, перегнувшись (считай, почти лёг) своим крупным массивным телом через колени замершего паренька, с силой захлопнул дверцу. Одуванчик, кажется, дышать перестал, а его шея покрылась такими же пятнами, как и скулы. Диму прямо подбросило от таких эмоций паренька и от его такой детской стеснительности и непосредственности.

- Пристегнись, воробей! – улыбаясь во все свои белоснежные зубы, довольно сказал Дима и, заметив, как паренёк насупившись потянулся к ремню безопасности, опередил его. Ему понравилась реакция блондинчика на его приближение и такое наглое вмешательство в личное пространство, поэтому захотелось ещё и ремень застегнуть.

- Я и сам мог, - пробурчал недовольно одуванчик, вжимаясь в сиденье и стараясь минимизировать прикосновения.

- Мог, но так быстрее! – застегнув ремень и подмигнув, радостно проговорил Димон.

- Вы же не просто так меня подвозите? – чуть прищурив свои медовые глаза и как-то уж больно серьёзно, медленно проговорил блондинчик, когда машина плавно двинулась по проспекту. – И вам не по дороге.

Димон хмыкнул, став серьёзным. Блондинчик не такой наивный, как показалось сразу, и это не могло не радовать Диму. С ним будет интересно.

- Про какое заявление ты говорил у патлатого? - перешёл мужчина сразу к делу.

Блондин вздохнул, прикусил губу, что Димону захотелось тут же самому её прикусить, и не только её. Парень рассказал вкратце, почти по-военному, чётко, с толком, расстановкой, всё, что знал сам: с момента, когда к ним в комнату пришёл за деньгами неформал, и заканчивая тем, когда к ним же в комнату пожаловал Тур с Тохой. Под конец короткой истории голос паренька стал совсем тихим, а пальцы побелели оттого, что он с силой сжал ремень безопасности.

- И какого хрена ты вообще деньги дал Роевскому? – не удержался от вопроса Дима, скосив глаза на беловолосого воробья.

- Можно меня здесь высадить? – глядя на дорогу, спохватился одуван и, нахмурившись, посмотрел на Димона, всё ещё ожидающего ответа.

Дима глянул на место, куда указал одуван, и усмехнулся.

- Можно. Ответишь, и можно, - расплылся в широкой улыбке Димон и кивнул на место, куда указал воробей. – Ты же не собирался сюда. Да?

Блондин вопросительно-наивно посмотрел на Диму, а потом, проследив взглядом, куда смотрел мужчина, вздохнул, покрывшись привычно красными пятнами на скулах. Врать парень совсем не умел, а его организм сразу предательски выдавал это в виде красных стыдливых пятен и румянца.

- Я рассказал всё, что знал, - упрямо через некоторое время, проговорил блондин.

- Почему ты пришёл извиняться к нему? - вопрос сам сорвался, и теперь Дима с любопытством ждал ответа, параллельно рассматривая старенькую, поношеную, явно с чужого плеча одежду паренька. Дима не понимал и недоумевал, почему пацан, вроде не блаженный и не дурак, отдал столько денег Роевскому безвозвратно, а затем ещё и извиняться пришёл.

От вопроса одуванчик сжал ремень безопасности ещё больше, но потом расслабил захват и повернул голову к Диме. В светло-карих, горчичных глазах плескалась такая ненависть и такая странная уверенность, что Димона, передёрнуло от такого взгляда.

- Остановите машину. – Сказано это было блондином так, что Димон сначала растерялся, а потом, послушавшись приказа, по другому это назвать было не возможно, стал снижать скорость, чтобы остановиться, чуть съехав в сторону с проезжей, двухполосной дороги.

- Давай к общаге отвезу, - собравшись с мыслями, предложил Димон уж больно серьёзному одувану, притормозив у обочины.

- Спасибо, но мне надо сюда, - всё ещё упрямо, но видно что засмущавшись от своего поведения и тона, проговорил блондин и начал отстёгивать ремень безопасности.

Димон вообще не понимал зачем пацан так упрямо хочет выйти, пока не посмотрел вновь на расположенные дома и не заметил вдали высокий серый забор ментовки. Точно, он говорил Роевскому что туда пойдёт! Дошло до Димы. Только вот сам Дима никогда бы не подумал, что одуван в самом деле туда пойдёт каяться. Глянув на время, мужчина вздохнул. Он опаздывает и ему не хочется отчего-то отпускать этого наивного одувана в ментовку, куда тот и собирался.

- Сиди, - остановил Димон блондина, который уже потянулся к двери, и завёл мотор, чтобы подъехать к самой ментовке под странным насуплено-удивлённым взглядом одувана.

- Ты знаешь, к кому идти-то хоть? – усмехнувшись, спросил Димон, паркуясь у серого уазика с мигалками.

Блондин молчал, видимо, решая что-то для себя, пока у Димона не зазвонил мобильный, который он проигнорировал. Опять из офиса.

- Там есть дежурный, - проговорил вдруг одуван и, замявшись, быстро поблагодарил Димона и выскользнул на улицу.

Димон почти дар речи потерял, насколько быстро смылся одуван, а ведь он так и не узнал, как его зовут. Но это ничего, решил для себя Дима. Уж знакомых он найдёт в этой ментовке, только до офиса доехать и в блокнотик заглянуть. Да и ребятки есть местные, отсюда. А заодно можно и узнать подробности про патлатого.

Встреча с клиентом прошла мерзко. Да что говорить – никак. Он опаздывал катастрофически, поэтому, набрав господина Устинова, он извинился из-за возникших непредвиденных обстоятельств, а именно аварии на дороге, но пообещал прибыть с минуты на минуту, что и сделал в том виде, в котором был. Переодеваться просто не было времени. Трое мужчин, одетых с иголочки, встретили его с поджатыми губами и неискренне пособолезновали аварии и сломанному носу из-за не сработавшей подушки. Дальше хуже: показав все подготовленные бумаги с цифрами и выкладками на новые возможные проекты, троица, а именно господин Устинов, его зам и финдиректор, покивала, как болваны, прилизанными головами, а потом, забрав договора, сметы и всё остальное, свалила, сказав на прощание: мы с вами свяжемся, когда рассмотрим всё более обстоятельно.

Херово, но не плачевно. Те бумаги, что предоставил Дима, были заманчивы для Устинова, как ни крути, не говоря уже про то, что репутация у фирмы Димона была белее первого выпавшего снежка. На этом поприще у Димы нет конкурентов.

Как только дверь за троицей закрылась, Димон, нахмурившись, стал стаскивать пиджак, когда в небольшой директорский кабинет вломилась секретарша Кристина, махая как опахалами своими огромными ресницами.

- Чего тебе? – недовольно спросил Дима, разглядывая Кристинку в её короткой, не скрывающей длинных ног, обутых в туфли на высокой шпильке, черной юбочке и белой, со скромным, но таким соблазнительным вырезом блузке, которая только подчёркивала её смуглую, молодую грудь размера эдак четвёртого, не меньше.

Кристинка попала в их контору случайно, после очередной баньки, где побывала в роли расслабляющего средства для мужиков. Проститутка на час оказалась умной девицей с высшим экономическо-бухгалтерским образованием, мозгом и подвешенным языком, за который Дима и взял её к себе. А чего добру пропадать? Единственный минус (минусы, но как посмотреть) её был в том, что она оказалась без опыта, зато с красным дипломом, молодой матерью с ребёнком на руках, больными старыми родителями и мужем-нариком, но за всё прошедшее время, а это немало - два года, Кристина ни разу не подвела, как и обещала. Про мужа Димон правда сразу поставил условия: либо муж и панель, где она и обитала из-за того, что её никто не брал никуда из-за «минуса (ов)», либо работа с приличной зарплатой, но без мужа-нарика. Девушка согласилась, не раздумывая, разревевшись прямо в бане голая на полу. Но это история давно минувших лет. Теперь Кристинка "зверь" в бухгалтерии, которую она вела, и просто царица как секретарь. Что удивительное – со всем справляется, ведь это не панель, где надо только ноги раздвигать да зад подставлять, тут думать надо. Да в принципе, ей туда после прошлой жизни и не хочется. Даже замуж собралась за какого-нибудь мужика из наших. Они все видные, только за кого, не определилась. Было дело, она даже к Туру подкатывала, но быстро передумала, сделав всего лишь одну робкую попытку. Быков даже этой красивой и умной стерве не по зубам с его характером.

- Дим, Артур приезжал, - нахмурившись и закусив губу, произнесла нервозно Кристинка и достала из-за спины заявление от Быкова.

Для Кристины не было секретом, кем был Тур для Димы. Это только чурбаны мужики, составляющие почти девяносто восемь процентов их фирмы, за исключением Кристины и уборщицы Нин Фёдоровны, не видели ничего, а уж она давно догадалась кто есть кто, хотя предпочитала не делиться ни с кем этой информацией. Мало ли что, Димон её потом со свету сживёт и опять отправит на панель.

- Давай! – протянул руку Дима и, выхватив заявление, порвал его. – Что сказал? - устало спросил Дима, откидываясь на широкое удобное кресло, глядя на нахмурившуюся Кристинку.

- Это документ, вообще-то! – обиженно проговорила Кристина, но потом, глядя на своего шефа уселась напротив стола, вальяжно и по-блядски закинув нога на ногу, оголяя их почти до самого не балуй, откинулась и добавила, махнув наманикюренной ручкой. – Ну, я так и думала, что не стоит регистрировать.

Вальяжный тон и такие блядские замашки Димон прощал Кристине. Она только с ним себя так вела, с остальными держалась на расстоянии, строя из себя стерву пафосную. Держала лицо. Правда к пафосу добавлялось и то, что стерва была умная и хитрая вдобавок. Бухгалтер как ни крути, и она начисляла зарплату. А как налоговики вешались, когда Кристина им отчёты привозила! Зависть брала всех, даже начальника налоговой. Не зря Димон ей сверх приплачивал после таких отчётов. Обидно, что она ещё юридический не окончила. Димон подбивал её постоянно. Тогда бы не пришлось обращаться ко всяким козлам и упырям, с которыми их фирма сотрудничала на договорах.

- Он что-нибудь говорил или нет? – переспросил Дима, доставая свой блокнот с полезными номерами и визитницу с полки.

- Ой, я тебя умоляю! – фыркнула недовольно Кристинка, разглядывая маникюр. – Сам знаешь! На хрен послал и сказал, чтобы я рот закрыла и взяла заявление.

Димон замолчал, обдумывая всё, пока Кристина не отвлекла его своими размышлениями:

- Бухой и злой, как псина его... – протянула Кристина и, глянув на Диму с хитринкой, всё-таки спросила. - Баба, что ли, завелась у него?

Димон даже цыкнул от её бабской логики и, чтобы занять её мозг, спросил про этих троих в костюмчиках и бумаги, которые, может, надо подписать. От всего Кристина отмахнулась, покачивая ножкой и поправляя причёску одной рукой. Все вопросы она решила, а те трое в костюмчиках уроды – вот и весь сказ, хотя у них встало на неё.

- Я в тебе не сомневался, - огрызнулся Дима, перелистывая блокнот, пока не вспомнил про Ваню Чегана. – Кристин, Вано же местный. А в какой он ментовке работал?

- Задолбал этот Чеган! – уже привычно о Вано отозвалась Кристина. О их нелюбви знали все. Бывшая шлюха и бывший опер из одного городка, где все всех знают, особенно по их бывшим специализациям. Понятное дело чего они грызутся и подкалывают друг друга.

- Что он?! – не вытерпел Димон. Настроение у него и так дерьмовее не куда.

- Звонил, спрашивал когда ты будешь, - недовольно сморщив свой носик, отозвалась Кристинка. – Хотел кого-то по протекции всунуть к нам.

По убийственному взгляду Кристина поняла всё сразу.

- С Революционки.

- Набери его, - скомандовал тут же Дима, и Кристина важно, но лениво, как соблазнительная и обиженная кошка, потянулась к городскому телефону на столе Димы, ложась так, что встанет и у мёртвого.

Зараза!

Узнав всё что хотел, Димон осклабился, как помойный боевой кошак. Кристинка и рядом не стояла, но она и так не стояла, а лежала на широком столе с раздвинутыми ногами и тихонько постанывала от каждого движения Димона, пока он слушал рассказ Вано о протеже и о звонке Тура. Как раз Дима закончил с Кристинкой, как снова его набрал Вано, чтобы сообщить уже обо всех остальных подробностях, о которых хотел узнать мужчина.

Дима заправил рубашку в брюки, а Кристина, успев записать Ф.И.О протеже и номер Сушко ровным почерком на стикере, прилепила его на стол и, оправив юбочку, размахивая стрингами, свалила к себе доделывать квартальный отчёт, по ходу поправляя волосы.

Дима если был и не рад, то удовлетворён точно, поэтому на выходки Кристинки даже не прикрикнул и не пошутил пошло. Ему сейчас надо решить вопрос с протеже Вано и Тура (?!) как выяснилось, с неким Сушко, к которому, кстати, и направился по идее его одуван. То что одуван ЕГО, он даже и не задумался. Если не сейчас его, то потом точно будет. Всё же к мальчикам Димон питал какую-то свою, сладкую, интимную, запретную, запредельную и такую грешную слабость. А уж блондинчик, похожий на одуванчика своими белыми, лёгкими, густыми и пушистыми волосами, стал не только слабостью благодаря своей женской хрупкости (это не Тур), причёской и упругим девственным задком, но и странной добычей, которая кроме того как краснеть и игнорировать вопросы, может ещё показать зубки. Вот как сегодня.

Сушко трубку снял сразу. Дима с ним не церемонился. Это же он хочет на работу к нему? Вот пусть и отрабатывает.

Сушко не подвёл. Выдал всё, что мог, даже рассказал, как Тур забирал патлатого, со слов дежурного.

- К тебе с общаги сейчас кто-нибудь ещё по этому делу приходил из студентов? – задал последний вопрос Димон, поняв, что с Сушко можно доить сколько угодно, он и слово не скажет - так хочет к нему на работу.

Сушко на вопросе замолчал и, ответив: «Сейчас, вроде нет», всё же кликнул кого-то из своих и уточнил. Димон терпеливо ждал, пока Сушко не зашуршал в телефон и не пробубнил устало и не довольно:

- Ждёт какой-то студент в коридоре.

Дима даже привстал с кресла.

- Блондин, похож на одуванчика?

В трубке зашуршало и затрещало, пока, видимо, Сушко ходил лично проверять в коридор и разглядывать этого студента.

- Да, - раздалось осторожно в трубке.

Дима чуть не забегал по кабинету от радости, что Сушко оказался крысой ментовско-канцелярской ещё той. Он даже готов был взять его на работу без проверок своих прямо сейчас, всё равно такой долго не продержится с его ребятами.

- Я сейчас приеду! – рявкнул лысый Димон в трубку, так что на том конце явно оглохли, но потом спохватился: – Задержи его до моего приезда!

Сушко угукнул, как истинно подчинённый, но Димон уже сбросил вызов.

Димон приехал в ментовку на Революционную только часа через два. На улице уже давно было темно и на дороге количество машин уменьшилось, но у него раньше не получилось. Кристина, сучка крашеная со своим отчётом вспомнила про какие-то приказы и бумаги, которые надо подписать по бухгалтерии, вот и задержала, заодно отсосав Димону на дорожку из-за своей же забывчивости, а параллельно пытаясь выспросить (это способность какая, с членом во рту!) про Тура и вообще всунуть свой нос не в свои дела. Диме пришлось рявкнуть на девицу, схватить за волосы и занять её рот другим делом.

Дежурный назло всему оказался редкостным допытливым говнюком, за что Димон готов был его прибить, пока не набрал Сушко.

Сушко встретил его сам. Буркнул на дежурного и проводил Диму до кабинета, по дороге то ли лебезя, то ли смущаясь, то ли вообще не зная, что ему делать. Последнее, скорее всего. Лысому в принципе было плевать на эти его танцы с бубном, его интересовало другое. Другой. Блондин-одуван, парнишка, который сидел сейчас в кабинете Сушко. У мужчины даже где-то царапнула совесть. Это же он попросил Сушко чтобы задержал парня, забыв предупредить, чтобы не сильно налегал на допрос.

- У тебя пацан? – спросил уточняюще Димон, остановившись у кабинета Сушко.

Сушко, как школьник перед учителем, который поставит ему двойку, кивнул, и Димон уже хотел зайти, но потом остановился и резко обернулся.

- Как его зовут?

- Кого? – не понял Сушко.

- Пацана как зовут? - сдерживаясь от рыка спросил нетерпеливо Дима.

- Соловейчик Павел Николаевич, - отбарабанил Сушко.

Хмыкнув, Димон улыбнулся:

- Не воробей, а соловей значит…

- Что? – не понял вновь Сушко.

- Ничего! – огрызнулся Димон, но потом исправился. – Ты с ним вопросы уже все решил?

- Так, а чего решать-то? Заяву забрали сегодня, - промямлил-пробубнил Сушко. – Прямо перед Соловейчиком и забрал потерпевший Завьялов.

- Тогда отпускай пацана, - подумав, сказал Димон и развернулся на выход, но Сушко не дал.

- А что с работой?

- Завтра к одиннадцати подъезжай в офис, поговорим.

Одувана Димону пришлось ждать недолго у ментовки, но времени пораскинуть мозгами хватило и про Сушко, и про забухавшего с какого-то перепуга Тура с его патлатым. В голове у Димы даже проскользнула мысль, что, может, и стоило подписать заяву на увольнение Туру, но как она проскользнула, так и свалила в неведанные дали. Димону не хотелось терять Артура. И не из-за того, что он отличный работник, просто не хотелось, и всё. Вот так по-эгоистичному. У Димы мало осталось дорогих ему людей. Единственное, стоит подумать и предложить Быкову работу здесь в городе без командировок, хоть он не согласится, но попробовать-то стоит. А ещё выяснить причину увольнения. Именно причина и мучала Димона, но выяснит он её не раньше, чем через пару дней в лучшем случае, когда Тур выйдет из запоя. Пара дней, ему хватало раньше...

Соловейчик вышел из отделения и, достав телефон, кого-то набрал. Димону не было слышно, с кем он разговаривает, да даже мимики лица при таком освещении не было возможности разглядеть. Разговор был коротким, и засунув руки в карманы и зябко поёжившись, блондин направился в сторону остановки.

Лысый сидел в машине и, посмотрев на удаляющуюся фигурку, хмыкнул. Он сам себе сейчас напоминал какого-то сталкера, и эта мысль его повеселила. Вроде ж и Кристинка старалась, а пацана всё равно хотелось, даже в ладонях вновь возникло фантомное ощущение упругой, миниатюрной, далеко не женской задницы. Вот нахер ему этот одуван? Ему всегда хватало мальчиков–шлюх, которые с радостью его обслуживали, а тут увидел и слюной на пол закапал. И ведь понятно же, что пацан - колокольчик ни динь-динь, да ещё и натурал, но в голове уже складывался план по соблазнению, и плевать на совесть. Он же не насиловать его будет. Сам даст. Добровольно.

Соловейчика Дима нагнал на подходе к остановке и любезно открыл дверь пассажирского сиденья.

- Садись, подкину до общаги!

Блондин, остановившись, хмуро посмотрел на Димона.

- Я не верю в совпадения, - словно предугадывая причину нахождения здесь Димы, сказал Соловейчик. – Что вам от меня надо ещё?

- Я тоже не верю! – хитро сощурившись и улыбаясь как кот, пробасил мужчина. – Так что садись-подкину.

Одуван нахмурился, смешно сведя брови, но потом с некой опаской сел.

- Долго они тебя мурыжили, - скосив взгляд на замученного и явно уставшего Соловейчика, проговорил Димон, трогаясь с места.

Блондин пожал плечами и тихо сказал:

- Заявление забрали.

- Я уж думал, что не дождусь тебя, - не обращая внимания на слова парня, сказал Дима, вновь покосившись на него и следя за реакцией.

Одуван насторожился.

- Зачем ждали?

- Ты Роевского хорошо знаешь? – вопросом на вопрос ответил Димон. Парня надо было разговорить, а патлатый - самая удобная тема.

Одуванчик отвечал на вопросы нехотя и односложно, но Димона это не смущало. Он добавлял свои комментарии, а ещё ненавязчиво, но цепляясь как репей к самым мелочам, вытягивал слово за словом, предложение за предложением. Дима даже ехал медленно и по всем правилам, наслаждаясь вот таким вот странным общением, но всему приходит конец, а пацана отпускать не хотелось.

- Давай заедем куда перекусить? – запросто спросил Димон, лыбясь во все зубы.- А то с утра маковой росинки не было.

Одуван после предложения напрягся и скис. Словно и не было их беседы, и вообще они не знакомы.

- Мне надо в общагу, - твёрдо и серьёзно проговорил парень. – Можете меня здесь высадить, я дойду. Тут рядом.

- Надо так надо! – миролюбиво сказал Димон, сворачивая к общаге и останавливаясь прямо у входа, где привычно курили студенты. – Завтра к шести вечера заеду за тобой, воробей!

Одуван, схватившийся за ручку, опешил и повернулся от слов Димона, глядя своими оленьими медовыми глазищами.

- Зачем?

- Поужинать. Ты мне должен за костюм, если помнишь, - хищно сверкнув глазами, проговорил Димон и добавил, успокаивая вспыхнувшего красными пятнами блондина. – У меня всё ещё остались вопросы.

Оглянувшись по сторонам и заметив много заинтересованных взглядов студентов, Соловейчик хмуро кивнул и выскочил из машины.

Дима, довольный собой уже собрался уезжать, как заметил, что из толпы студентов выделился один, и схватив за руку его одувана, тряханул слегка и потянул в общагу, что-то выговаривая.

Очень интересно - сощурился Димон и, проводив потемневшим взглядом ещё пару студентов, зашедших в общагу вслед за одуваном, переключил передачу и поехал ужинать. У него и правда с утра и крошки во рту не было…