Кактус

ДонХэ заходит в клуб, осторожно открывая дверь, и ему в лицо тот же прилетает подушка. Обычная такая декоративная подушка, достаточно мягкая, набитая перьями. Затем он слышит злобный, недовольный крик: – Только попробуй подойти ко мне, кабель несчастный! – Так, что тут опять происходит?! – ХекДже подхватывает подушку и, обняв Хэ за талию, прячет его за себя. На секунду в сердце мужчины появляется сомнение: «ДонХэ не надо было втягивать в такую жизнь», но отметая все сомнения, он проходит в клуб, успокаивая одного из своих стриптизеров и его любовника. – Хичоль, Шивон, что у вас опять происходит?! – Он изменяет мне с клиентами! – кажется, что голос Хичоля еще долго будет звучать в ушах. Хек сразу начинает разбираться в проблеме, успокаивая любовников, а ДонХэ начинает разглядывать клуб. Массивная барная стойка, удобные стулья. У сцены, которая находится в полутора метрах над землей, установлено шесть шестов, они окружают главную площадку. Шатен разглядывает красивый «подиум», который венчается красивым пилоном, кажется, что каждая часть сцены - это отдельные декорации, одна история для каждого из танцоров. Все помещение выполнено в бежевых тонах, точнее у потолка он совсем светлый и, спускаясь к полу, становится темно–коричневым, чем напоминает Хэ цвет горького шоколада. На потолке несколько разновидностей света: сейчас работают обычные лампочки, вмонтированные в потолок, что создает спокойную рабочую атмосферу, рядом находятся неоновые огни, которые переливаются всеми цветами радуги. Студент замечает подсветку по всему краю сцены, затем у пола, а потом его взгляд падает на большие диваны, которые отгорожены от основного зала, как подметил про себя Донхэ, во всем зале стоят массивные кожаные диваны и кресла, чтобы гостям было удобно. В VIP–зоне мебель кремового цвета, в зале черная, множество стеклянных столиков, на каждом из которых пепельницы. Хэ поворачивается к барной стойке и видит, что с каждой стороны от нее две лестницы ведут наверх в отдельные комнатки, где могут отдохнуть клиенты. Обойдя часть заведения, шатен останавливается у небольшого выступа и улыбается своим мыслям: «Все же здесь есть капелька уюта и чего–то земного». Влево от лестницы, которая огорожена шторой, есть несколько «кабинок», которые скрывают «своих» от основной массы клиентов. За ними стоят сервированные столики, лежат меню и по большей степени они напоминают уютный ресторан. – Ну как, малыш? Нравится? Пойдем, я отведу тебя в душ, – ХекДже подходит к младшему со спины и, положив голову ему на плечо, потирается носом о шею, вдыхая запах ванили. – Я бы тебя скушал сегодня… – У тебя тут мило, столько труда и… ХекДже, прекрати клеить ко мне ласты, я не лягу под тебя, я же сказал! – шатен надувает щеки и снова получает легкий чмок в одну из них. – Эй! – Ты такой милый, когда возмущаешься или злишься, – мужчина берет парня за руку и ведет его к лестнице, которая закрыта шторкой. – Это мое небольшое жилье, тебе понравится, давай, малыш, пойдем… – Ох, ты! Наш Хек подцепил новую пташку! И насколько у тебя этот пернатый малыш? – рядом появляется миловидный паренек с красивой улыбкой и карими глазами. Он практически раздет, шорты еле–еле держатся на худых бедрах, а на руке повязана бандана. – Генри, уйди в туман! – тихо предупреждает мужчина, злобно прищурившись, пока мелирированный шатен надувает губы и, фыркнув, направляется к барной стойке. – Он у нас один из младших, башню иногда рвет от ревности к старшим. Не обращай внимания, – ХекДже замечает, что все танцоры и работники клуба смотрят на ДонХэ и все как один оценивают шатена. – Добрый день! – кивает студент и мило улыбается, сразу располагая к себе большинство ребят, конечно, это не касается танцоров, которые хищно осматривают паренька и смотрят на Хека, ожидая, что скажет начальник. – Это мой парень. – Не слушайте его! Я сосед по квартире, а этот наглый проныра забрал у меня ключи от дома и притащил сюда! И вообще, он по дому практически без одежды ходит! – надеясь, что получит поддержку, Хэ сразу начинает рассказывать, какой старший невоспитанный, но, видя улыбки, надувает губы: – И вы туда же? – Малыш, ты такой милый, – тот самый парень, с красными волосами, который кричал во все горло, что ему изменяют, подходит к шатену. – Давно я таких не видел, меня Хичоль зовут. Хекки, детка, найди малышу одежду, не в этом же он будет на вечеринке? Футбольная форма отлично смотрится на нем, особенно шорты, но сегодня надо выглядеть презентабельно. А мы пока пойдем познакомимся со всеми. Все, иди от сюда, злой начальник! – подпихнув ХекДже к лестнице, Хи обнимает шатена за плечи и тащит к барной стойке. На удивление этот парень располагает к себе, и с ним Хэ чувствует себя совершенно спокойно, словно уверен, что все будет хорошо. Может, у этого паренька аура такая? Хеку ничего не остается, как довериться лучшему другу и подняться в свою комнату–кабинет. А если быть проще, то третий этаж принадлежит его клубу. Здесь около двадцати комнат, половина - это спальни, где могут отоспаться все ребята из клуба и просто забыть, кем они являются. – А ты тут танцуешь? – интересуется ДонХэ. – Нет, я постановщик шоу и костюмер, отвечаю за один из важнейших элементов этого места – сексуальность этих амеб у шеста, – Хичоль сажает Хэ за барную стойку и садится напротив. Студент видит высокого бармена с идеальной фигурой и с уверенностью говорит: – Вы точно танцуете! – Нет, малыш, я бармен и повар в одном лице. К пилону я не выхожу, – смеется рыжеволосый, подкидывая шейкер и, ловко поймав его после нескольких пируэтов в воздухе, поднимает глаза на шатена. – Хочешь чего–нибудь? – Я… А как ты не танцуешь, если у тебя… Ну, если ты… – ДонХэ встает на стул, на колени, и, перегнувшись через барную стойку, разглядывает бармена еще раз. Длинные ноги, стройный стан, хорошо накаченные мышцы, очень запоминающееся лицо. – Ты шутишь, да? – расстроено заявляет студент и садится на свое место. – Нет, котенок, я тут только бармен, не танцую, не пою, крестиком не вышиваю. Напитки и еда – моя работа. Кстати, я Чжоу Ми, а вот те ребята, – бармен наклоняется к стойке, и Хэ может рассмотреть идеально белую рубашку, черный жилет и черные джинсы. Проследив, куда указывает рыжий, студент видит пятерых парней, которые сидят на одном из черных диванов и играют в покер. – Это кто? – Слева направо: Шивон, Чонсу, Кибом, Реук и… – Генри, – заканчивает ДонХэ, понимая, чем отличаются танцоры и персонал – количеством одежды. Все, кто работают не стриптизерами, одеты в обычную, не вызывающую одежду, точнее не так: они просто одеты! Хичоль в футболке и джинсах, у Чжоу Ми практически строгий костюм, а все танцоры в кожаных штанах или шортах, больше на них нет ничего, кроме массивных браслетов или каких–нибудь колец. – О, привет, котенок! Ми, налей сока, – к барной стойке подбегает платиновый блондин в черной майке и белоснежных джинсах, он взъерошивает Хэ волосы и, схватив бокал, снова бежит к сцене, но, что–то вспомнив, в мгновение ока оказывается у танцоров и, схватив свою спортивную сумку, тащит Чонсу за один из соседних столиков. – Это наш мини–ураган, зовут СонМин, он у нас гример, может нарисовать такое, что некоторые в обморок падают, – посмеивается Хичоль, отвечая на недоуменный взгляд Хэ. – Когда мы отмечали Хэллоуин, я придумал, что все танцоры станут монстрами, ну он нарисовал Генри открытую рану на горле, типо горло перерезали, один посетитель подумал, что это по–настоящему и шлепнулся в обморок. – Это 3D рисунок на теле, – бормочет ДонХэ, наблюдая за блондином, который быстро начинает красить одного из танцоров. – Он у нас иногда выходит на сцену, но это редко очень. Раз в несколько месяцев. Ему больше нравится создавать шоу, а не участвовать в нем… О, наша язва! – ухмыляется Хи, когда к ним направляется Генри, победно улыбаясь. – Что, опять блефовал и оставил всех в дураках? – Если не умеешь играть в покер, не берись. Ми… – Генри надувает губки. – Я кушать хочу. – Я мысли читать не умею, скажи, чего ты хочешь, и я приготовлю тебе, – Чжоу Ми ставит перед ДонХэ молочный коктейль и подмигивает шатену: – Пей, я не собираюсь сейчас тебя спаивать, малыш. – А почему я у тебя не малыш? Ты меня так не называешь! А я тоже хочу! Кстати! – Генри обращает все свое внимание на Хэ и усаживается рядом с ним на стул. – Так откуда Хекки выловил тебя, а, золотая рыбка? Думаю, с прытью нашего начальника ты уже исполнил все его желания. – Не слушай его. Генри ревнует всех ко всем, и если его слушать, то можно с уверенностью сказать, что он встречается и спит со всем нашим клубом, – успокаивает Чжоу Ми и дает Генри подзатыльник. – Сплю со всеми и встречаюсь тоже, но только не с тобой! – подытоживает тот, недовольно глядя на Чжоу Ми. – Я в твоей кислоте захлебнусь, дорогой, так что лучше я как–нибудь один, – вручив младшему меню, Ми видит, что стриптезер начинает закипать. – Я не голоден… – Генри встает на ноги. – Мин, когда там моя очередь?! – младший направляется к гримеру, всем своим видом показывая, что он недоволен появлением ДонХэ – все внимание сейчас завоевывает он. Швырнув меню на столик, Лау занимает место Чонсу и закрывает глаза, чувствуя нежные пальцы, скользящие по его коже. Когда его гримирует СонМин, парень сразу успокаивается, практически медитируя. – Ребенка опять обидели? – ХекДже подходит к Хэ и осторожно обнимает одной рукой за талию, тут же получая локтем по ребрам. – Эй, ну я немножко же! – Я тебя предупреждал, что я не лягу под тебя, хватит меня трогать! Меня мальчики не интересуют, тем более такие, которые вместо меня капусту видят! – гордо подняв голову, шатен спрыгивает со стула и направляется к лестнице, чтобы рассмотреть, что находится на других этажах. – Эй, Хэ, ну извини... Черт, надо же было обидеться за сексуальную капусту! – возмущается мужчина, упираясь локтем о барную стойку и разглядывая идеально чистые бокалы, висящие над их головой. – Этот мальчик нравится мне все больше, первый раз вижу, чтобы тебя отшивали, – Хичоль допивает сок и облизывает губы, наблюдая, как СонМин заканчивает гримировать Генри и берется за Кибома. – У нас практически все готово, ШинДон проверит освещение, музыку, и тогда можно будет с уверенностью сказать: мы готовы принять гостей. – А где ШинДон сейчас? Он должен был появиться еще утром, – Хек осматривается в поисках администратора, подумывая, что в последнее время он слишком часто где–то пропадает и не выполняет свою работу. – У него грипп, поэтому он сегодня попозже приедет. Ему дел на час, а ты уже кипишь поднимаешь. Иди лучше малышом своим займись, и вообще, ему сколько лет? Ты зачем ребенка в стриптиз клуб притащил? Половина танцоров уже слюни на него пускают, – возмущается Чжоу Ми, в ответ получая злобный взгляд ХекДже. – Что? Он сегодня будет твоей парой, а ты не подумал, что приедут директора других клубов со своими мальчиками и обычно ты с кем–нибудь из них ночь проводишь? Думаю, ему будет не очень приятно, что ты… – со второго этажа раздается звук разбитого стекла и Хек мчится к ДонХэ, надеясь, что это не была массивная стойка с вазами. Кактуса дома ему уже хватило. Только сейчас мужчина понимает, что он дурак – отпустил ребенка гулять одного, а ведь тут хуже слона в посудной лавке! Поднимаясь на третий этаж, красноволосый видит смущенного шатена, который стоит у большой разбитой вазы и тихо бормочет, что она сама упала. Голова опущена вниз, руки спрятаны за спиной, парень выглядит так мило, что ХекДже невольно зависает, разглядывая его. «Главное - живой, цел и невредим. Черт, да у меня же чуть сердце не остановилось! Он вообще офанарел так пугать меня?!» – Ты не поранился? – Она сама упала, а я мимо проходил и она как… Бах!.. – Главное, что ты не поранился и все хорошо! – ХекДже подходит к Хэ и обнимает его за плечи, прижимая к себе, осторожно опуская руки на талию. Старший чувствует дрожь, ваза более метра в высоту, в ней был собран декоративный букет из перьев павлина, поэтому разбилась она с грохотом, и как осколки не поранили младшего остается загадкой. Шатен прижимается к мужчине и кладет голову ему на плечо, вцепляясь в мотоциклетную куртку, прижимая его ближе к себе. – У тебя тут как в фильме ужасов - страшно… – Не бойся, тебя тут не обидят. Единственная заноза - это наш ребенок, да и он скоро привыкнет, что ты рядом. У него к новеньким всегда такое отношение, показывает характер, а через неделю будет тискать тебя и говорить, что ты милашка. – Это ты мне говоришь. – Тогда малыш. – Это тоже ты. – Тогда… – Только скажи про капусту и можешь распрощаться со своим мотоциклом! – старший лишь улыбается непутевости ребенка. Ну, надо было обидеться за пару слов? Вот как он может удивлять его так часто? – Извини меня, я не хотел обижать. Забудем про это прозвище, я обещаю, что больше так не буду, – ХекДже запускает ладони под футболку младшего и чувствует, как мышцы под его пальцами напрягаются. – Ты теплый такой… – А у тебя руки холодные, словно из морозилки вытащил их только что, – Хэ зарывается носом в плечо мужчины и, медленно успокоившись, приходит в себя. – Хек, убери руки. Ты опять полез туда, куда нельзя лазать. – Знаешь, мне кажется, что дома и на улице у меня два разных ДонХэ. Дома ты стесняешь и даешь мне по физиономии, а тут хоть бы раз покраснел! – наигранно возмущается мужчина и крепко обнимает студента, прижав его к себе за талию. – И вообще, я требую поцелуй! Я сегодня хорошо себя вел… – Ты вообще обалдел? Какое хорошо?! Ты в институ… – Хек прижимается к губам студента, проникая языком в его рот, пока тот не сообразил, что его можно укусить и еще раз влепить старшему пощечину. Все же, тот хлесткий удар не дает красноволосому покоя. ДонХэ закрывает глаза и тихо выдыхает в горячий рот ХекДже, понимая, что сопротивляться он не может. Старший крепко обнимает его, не позволяя двигаться, наоборот, одна рука мужчины берет его ладонь в свою и показывает, что нужно обнять в ответ – заводит кисть за свою шею. Хэ зажмуривается и, чувствуя язык старшего, начинает краснеть, с каждой секундой все больше чувствуя жар, который охватывает его. Оказывается - это так приятно, когда тебя целует опытный партнер, а его вкус отпечатывается в сознании, заставляя запоминать каждое мгновение. – Мм… – укусив Хека за губу, студент испуганно смотрит на него и, схватив старшего за подбородок, тараторит: – Прости- прости! Я не хотел! Оно само! Я за тобой и не… Что ты ржешь?! – Я не могу! Я просто балдею от твоего милого личика и от твоей неопытности, – Хек подхватывает Хэ на руки и снова получает по лбу кулаком. Младший вопит во все горло, что его надо поставить на место. – Ты от меня уже никуда не денешься, детка, так что поехали в душ. Я буду хорошим заботливым парнем, даже спинку тебе потру. – Я тебе лицо кулаком потру! ХекДже, прошу, поставь меня… Вау… – мужчина заносит шатена в свою спальню и младший в шоке разглядывает огромную комнату, которая разделена на спальню и небольшую гостиную. Массивная кровать, компьютерный стол, диван, кресла, телевизор, стулья. Все преимущественно черных цветов, только постельное белье поражает своей белизной. Небольшое окно, завещанное шторами, кажется, никогда и вовсе не открывали. Кажется, что это маленькая квартира, не хватает только ванной комнаты и кухни, но ХекДже несет младшего к постели, заставляя напрягаться всем телом, но мужчина сворачивает у незаметной двери и, открыв её ногой, щелчком пальцев включает свет в ванной. – У тебя мини квартира здесь? – Надо же отдыхать от работы. Это сейчас я свободен как ветер, а после сегодняшней ночи мы будем видеться несколько раз в месяц, если не реже. Обычно, клуб занимает все свободное время, ночью работает, днем отсыпаемся, ставим новые номера, а ночью опять работать. Домой я не буду приезжать очень часто, так что… Я хочу, чтобы ты знал, где я буду жить, чтобы в любую секунду ты мог меня найти, – с грустью в голосе шепчет Хек, ставя Хэ на ноги. – Получается, это твое будущее жилье? – ДонХэ сам чувствует разочарованность, получается, сегодня последний день, когда они могут побыть вдвоем. – Хэ, прими душ, я положил тебе одежду. Когда приведешь себя в порядок, выйдешь из комнаты, дверь направо. У меня там кабинет, надо подписать последние документы, – ХекДже касается щеки младшего, хмуро разглядывая красивое лицо. – Почему ты очки носишь? – У меня зрение нормально, но иногда… У меня пару лет назад были проблемы с глазами, сделали операцию, все восстановилось, но, когда я начинаю нервничать, бывают рецидивы и все предметы кажутся пятнами без определенных контуров. Поэтому надеваю линзы и очки. – Ничего не понял, – признается старший. – Эти очки у тебя с обычными стеклами. Я проверял! – Их я для красоты ношу, мне нравятся. У меня еще одни очки есть, просто ты их еще не видел, – объясняет младший и осторожно берет красноволосого за руку. – Ты теперь не будешь включать с утра рок и носиться по квартире с воплями, что ты потерял ключи от мотоцикла. Я успел привыкнуть к этому за неделю... – Киска, не волнуйся, ты все равно будешь моим, даже если я буду сутками на работе. Ты ведь не забыл о том, что я собираюсь предложить тебе работу. Кстати, как вылезешь из душа, скажи, кем ты у меня работать будешь, – ХекДже шлепает младшего по попе и, чмокнув в щечку, выходит, довольный собой. Все же он молодец! Придумать, что они расстанутся из–за работы. Ну, не умница ли? Теперь Хэ будет постоянно думать о нем! «И скучать. Он сейчас смотрел на меня с такой грустью, что хотелось привязать его к себе и забрать от сюда. Хотя, кого я обманываю? Мы переспим и разойдемся, у меня работа, у него институт. ДонХэ сразу сказал, что любимый не может работать стриптизером, а бросать дело своей жизни… Нет, дамы и господа, увольте! Я выжил только благодаря тому, что начал зарабатывать стриптизом. Тогда, сбежав из дома, у меня практически не было денег, отец заблокировал свою кредитку, и мне пришлось выкручиваться самому. Сейчас я открываю свой клуб, осуществляю мечту, и кто бы что не говорил, я буду здесь работать и никакие малыши с красивыми глазами мне не помешают! Даже если этот ребенок вцепляется коготками в мое сердце и не собирается отпускать!»