Кактус

ХекДже всегда знал, как можно обольстить любого клиента, сыграть так, что у того потекут слюнки и он выложит любые деньги за еще один танец. Очень часто на очередном шоу за стриптизера даже боролись, устраивали торги. Он умел соблазнять, возбуждая зрителей плавными движениями рук, медленными покачиваниями бедрами. Он знал, в какой момент нужно придать танцу резкости или плавности. Знал, как нужно завести человека, чтобы он был готов бросить все и оказаться в постели, или же томился в сладкой истоме, изнывая от желания. Он знал все это, был профессионалом своего дела, но в этот раз он чувствовал себя девственником, который впервые увидел порнографический ролик. Когда ДонХэ увел его в спальню и смущенно пробормотал что–то насчет того, что он ему верит, что у них все получится, ведь они биологически совместимы, потом говорил что–то еще про звезды, которые сошлись, и они встретились, затем почему–то рассказал, что их знаки зодиак подходят друг другу, и только в конце промолвил, что хочет быть с ним этой ночью, как любовник. Он говорил это так тихо, особенно последние слова, что ХекДже с трудом услышал парня, а потом тот протянул ему кактус, и мужчина чуть не захохотал. В какой раз поняв, что его ребенок - это что–то инопланетное и невероятное, он убрал растение на свой стол и приступил к делу. А дальше… Ступор. Он смотрел на ДонХэ и не знал, как подступиться. Сначала мягкий поцелуй, еще один и еще, медленные поглаживания по спине, переходящие на лопатки. Тихий выдох младшего и его большие карие глаза, которые смотрели на него со страхом и интересом. ХекДже осторожно довел парня до постели, Хэ верил ему, но нервы начали сдавать и парень дрожал, зажимался, пытался вцепиться в запястья мужчины, и только когда красноволосый осторожно завел его руки за спину, чтобы тот ему не мешал, процесс начал продвигаться. Мужчина был опытным любовником, у него был не один партнер за всю его жизнь, работу, но в этот раз он понял, что знает все о сексе, а вот о том, чтобы любить кого–то в постели… Ему пришлось учиться и бороться с собой, как и шатену. К счастью, ДонХэ успокоился практически сразу, когда на его шее появилась первая отметка от губ любовника. Он ощущал каждое прикосновение прохладных подушечек пальцев, влажный язык очерчивал на его теле узоры, и казалось, что кожа под ними начинает гореть. Студент запустил ладонь в волосы ХекДже и, прижав его к себе, наслаждался медленными, тягучими поцелуями. Ему никогда не приходилось даже мечтать об этом. Сладко, томно, медленно, словно испытывает терпение, а ДонХэ, покраснев, чувствовал, как член начинает твердеть и кровь бьет в виски. Свитер полетел на пол, и шатен дернулся, словно от тока, просыпаясь, как будто это не он решился на такой важный шаг, а ХекДже приволок его в постель под гипнозом. Но в этот раз мужчина не растерялся, он не позволял младшему бояться, целовал его теплую кожу, согревал своим теплым дыханием, потирался щекой о предплечье, на котором появились мурашки, и грел своим дыханием. Хэ, который до этого был очень холодным, начал медленно согреваться, от настойчивых рук, скользящих по его телу, которые касаются паха, но не прикасаются к члену… Ему стало жарко всего через пару минут. Он не помнил, как они избавились от одежды, знает только, что когда старший разделся, закрыл лицо ладонями и заявил: «Я ничего не вижу!» От такого поступка стриптизер не сдержался и начал хохотать, как ненормальный, заваливал подростка на постель и крепко обнимал. – Ты самый чудесный на этой Земле, – отсмеявшись, ХекДже разглядывал Хэ из под алой челки, и когда тот все же пересилил себя, показал покрасневшее лицо, осторожно поцеловал в губы, словно в первый раз. – Запомни: я никому тебя не отдам… Даже, если ты найдешь себе мальчика помоложе, ты навсегда будешь моим… – Мне нравятся мужчины старше меня, – смущенно отвечал Хэ и, неуклюже забираясь на любимого верхом, наблюдал, как тот целует кончики его пальцев, проводя по ним языком, а затем и вовсе обхватывал губами, посасывая. – Ох… – ДонХэ тогда впервые понял, что его тело не подчиняется разуму, и даже смущение ушло на задний план, когда его возбуждение начало нарастать от нехитрых манипуляций с пальцами. – Хекки… Мужчина, прекрасная зная, как отреагирует возлюбленный, вел языком по ладони, игриво лизнув центр, он незаметно достал смазку из под подушки. Зачем он хранил её там уже больше недели, он и сам не знал, но, радуясь, что его предусмотрительность так помогла, начал медленно откручивать крышку от тюбика. ДонХэ же выгнулся в спине, чувствуя горячую ладонь на своем члене, он пытался убрать её, но, получив игривый шлепок по попе, покраснел еще больше. Ему так нравилось происходящее, раньше он и не задумывался о сексе с мужчиной, а если и были мысли, то ему казалось, что это противно и ему никогда не доведется делать такого, но тогда, рядом с ХекДже, который прижимал его к себе, казалось – в мире нет ничего прекраснее. Шатен тихо заскулил, когда его сосок оказался в плену влажных губ, а затем острые зубки словно проверили его возбуждение, сомкнувшись. Хэ не знал, от чего он застонал больше – от чуть болезненного наслаждения, или от ощущения холодных пальцев на своих ягодицах. Влажных и холодных пальцев, которые пытались осторожно проникнуть в него. ХекДже вдыхал пьянящий запах своего малыша, пробовал на вкус каждую клеточку его тела, ласкал языком и губами, придерживал за талию и хотел убрать страх, но в первый раз его малыш и так проявил храбрость и смелость. Он сам пригласил его в постель и разрешил трогать себя там, где никто и никогда не прикасался. Очень осторожно гладя напряженное колечко мышц влажным и скользким пальцем, Хек вновь целовал любимого, который уже, кажется, начал изнывать от нетерпения, его стон больше напоминали недовольный скулеж, мужчине даже казалось, что он слышал в них капризные нотки. – Я х… – Хэ подавился воздухом, когда старший осторожно ввел в него скользкий палец. – Ох… Это немного необычные ощущения… – поморщившись от боли, ДонХэ шумно втянул воздух и, заглянув в глаза мужчины, спросил: – Ты собираешься полностью войти в меня? – в карих глазах появился страх, но ХекДже стер его улыбкой и мимолетным поцелуем. – Да, но не сегодня, малыш. Ты еще не готов. Если я сейчас очень быстро растяну тебя, будет больно, не хочу, чтобы наш первый раз запомнился этим. – Ты уже лишал мальчиков девственности? – чувствуя странный жар внутри, который начинал разливаться по его телу мощной волной, ДонХэ встал на колени над мужчиной и немного развел ноги в стороны. – Нет, ты первый, кто позволил мне сделать подобное… – ХекДже медленно провел языком по влажной головке подростка и, чувствуя приятный солоноватый вкус, начал слизывать капельки смазки, а затем, погружая возбужденный орган в рот, он услышал всхлип–вскрик, который подарил ему Хэ. Он начал окончательно проваливаться в свои ощущения и, двигая бедрами навстречу горячей глубине, совсем забыв, что секунду назад испытывал странное ощущение проникновения. ХекДже был мягок и решителен, он возбуждал и заводил возлюбленного все сильнее и сильнее, причмокивая губами и проводя ими по стволу, он снова и снова погружал член в рот, слыша прерывистое дыхание любимого. Видимо, ДонХэ впервые делали минет, и он, даже не зная, как надо реагировать на подобное, пытался зажимать себе рот руками, но стоны все равно вырывались из его груди, и он, не выдержав через пару минут, кончил в рот ХекДже, грубовато схватив его за волосы. Мужчина, не ожидавший такого быстрого конца, колебался всего секунду, а затем проглотил семя. Оторвавшись от возбужденного парня, он смотрел в его глаза и медленно облизывал губы от белесой жидкости. – Прости, я не думал, что так… – ХекДже резко переворачивает любовника, и, подхватив его за талию, укладывает на подушку, нависая сверху. ДонХэ обнимал его за шею и улыбался, видя игривую ухмылку на губах своего любимого. Хек не злился, он наоборот счастлив, что так все получается, что они становятся все ближе и ближе. – Знаешь, я думал, что мне нужно быть святым, чтобы испытывать такое счастье… Я никогда не задумывался о подобном, но с тобой… Я действительно люблю, – потираясь носом о нос ДонХэ, мужчина осторожно покрывал его губы мимолетными поцелуями, и заставлял себя успокоиться. Плевать, что этот подросток возбудил его уже через пару минут их близости, сейчас он должен подождать еще чуть–чуть, чтобы… – Хочу любить тебя полностью, – тихо попросил шатен, и стриптизер нервно сглотнул, понимая, насколько они понимают друг друга, на подсознательном уровне зная, что нужно любимому. ХекДже не сдержался и, набросившись на подростка с жадными поцелуями, подминал его под себя, с силой вжимая его в постель, от чего у младшего мутнело в глазах от наслаждения – ощущать силу и страсть любовника оказалось очень приятно, казалось, что это чувство пленит шатена. Красноволосый ласкал любимого очень долго, не жалел смазки, несколько раз хотел остановиться, когда его губы сцеловывали горячие дорожки слез. ДонХэ метался по постели, словно в агонии, постанывая, прося большего, он измучился от своего состояния возбуждения и легкой боли. Оказывается, это было не так страшно, как он представлял вначале, на самом деле это скорее мучительно. Да, именно так. Когда возбуждение сладкой мукой обвивает каждую частичку тела, словно цепями сковывает тебя с любимым, ты чувствуешь, как он хочет тебя, как дрожат его руки, по его телу стекают капельки пота, мышцы иногда сводит, а к концу, кажется, что возбуждение переростает в боль. Организм требует свое, но мужчина сдерживался, хотя руки предательски дрожали. ДонХэ пытается расслабиться, отдаться ему, но это сложно. Нет, он верит, хочет его, но в первый раз все и сразу… ХекДже уже хочет остановиться, поцеловать своего мальчика и, сделав ему приятно, отправиться в душ, чтобы снять напряжение, но в последний момент, убрав пальцы, он услышал настойчивое: – Войди в меня. Уверенный, серьезный, без толики смущения и румянца на щеках, ДонХэ зарылся носом в подушку, приподнимаясь на коленях. ХекДже все еще сомневался в том, что это надо делать, но в эту секунду разум не выдержал – он отключился, уступая месту физическим потребностям. Кровь, бегущая по венам, алые пряди, прилипшие ко лбу, влажные ладони и тюбик смазки. Хек смазывает себя и, еще раз введя скользкие пальцы в любовника, целует его в губы, прижавшись как можно ближе. – Я потерплю, не смей останавливаться… У меня голова даже кружится, как я тебя хочу… Хек кивнул и осторожно вошел в разгоряченное тело. От жара и удовольствия он, кажется, потерялся в прострации. Боль медленно начала уходить, словно её высасывали из влажных тел, мужчина плотоядно облизнулся и, прислушиваясь к возлюбленному, начал плавно двигаться. Шатен услышал собственные крики, и понял, что может оглохнуть, когда все вокруг превратилось в калейдоскоп. Тысячи цветных очертаний вокруг, которые всего пару секунд назад были интерьером спальни. Он стонал и кричал от каждого движения, ХекДже делал что–то невероятное, задевал внутри него какую–то точку, отчего все нервные окончания мгновенно реагировали, и казалось, что мир вокруг расплывается в дымке наслаждения. Толчок за толчком, и весь дискомфорт с болью исчезли, ДонХэ начинал поддаваться навстречу любимому, ХекДже принимал его в крепкие объятия и, влажно целуя, шумно выдыхал в его губы, делясь одним воздухом на двоих. Хэ цеплялся за руки мужчины, пытался прижаться как можно сильнее, запрокидывал голову назад, ища горячие губы, сплетаясь языками в развратном и влажном поцелуе. ДонХэ терял ощущение реальности, и когда конец близился, он ощутил, что ХекДже практически остановился. Он пытался двигаться медленнее, чтобы он чувствовал каждое движение, каждый мимолетный вздох, каждое прикосновение. Это было что–то невероятное, до глубины души интимное и нежное, словно одурманивающий напиток подчинил себе, и хотелось наслаждаться им вечно. ХекДже делал последние движения медленно, погружаясь максимально глубоко, так, чтобы младший почувствовал его, запомнил. В этом не было никакой пошлости, страсти и разврата, как он привык, только нежность и ощущение какой–то ненормальной преданности этому пареньку, который позволил сделать с собой такое и отдался ему. – Ты мой… – шептали губы, и мужчина прижимал к себе любимого, изливаясь в него. – Только твой… – вторил юноша и, насаживаясь на любовника в последний раз, кончал на простыни, снова сливаясь с ХекДже в поцелуе. Уставшие и изнеможенные, но самые счастливые на Земле, они легли на прохладные простыни и, прижавшись к друг другу, долго целовались, словно влюбленные дети. – Спасибо тебе… – впервые говоря за интимную близость подобное, ХекДже улыбался, и младший снова краснел, смущаясь даже после всего того, что произошло между ними. Кажется, их уже ничто не изменит, только время, которое должно дать уверенность Хэ и запас сил старшему, ведь он поражается этому юнцу каждый день, открывает для себя что–то новое и влюбляется все больше, забывая, что когда–то он просто хотел переспать с этим парнем в несуразных очках, большом свитере и кактусом на полке.