Судьбоносный стаканчик

      У Тимофея никогда не было грязно в квартире, так, пара разбросанных вещей, не более. Но хоть он и убирался на прошлых выходных, всё равно решил пройтись тряпкой по самым заметным поверхностям и протереть полы.       Под конец лёгкой уборки времени всё равно оставалось ещё много, и Тима заламывал руки, не зная, чем себя занять. Он решил написать Сёме, и это было правильным решением, которое помогло хорошо провести время за перепиской.       Сёма пока просто ждал, когда постояльцы соберут вещи и окончательно проверят, всё ли взяли. Потом ему нужно будет прибрать комнату и закинуть постельное в стирку. Тима спросил, не тяжело ли совмещать работу со сдачей жилья? Хоть так и делали почти все жители города, семья Тимофея всю жизнь прожила в квартире, и сдавать летом им было нечего. Да и отцу повезло с работой. Его зарплаты и того, что удалось получить маме, работая риелтором, вполне хватило на то, чтобы отправить детей учиться, а потом обеспечить Тиму квартирой. И пока он проживал в общаге, родители сдавали её в долгосрочную аренду, поднакопили денег и купили однушку ещё и его сестре.       Сёма ответил, что занимается этим не так часто. Помогает матери, если та на работе и не может заселить или выселить кого-то сама.       «Мне даже в радость, в конце концов, меня на эти деньги учиться отправляют», — добавил он.       Эта информация была личной, и Тима не совсем понимал, уместна ли она для их отношений и какие вообще у них отношения? Но ему нравилось узнавать такие мелочи о новом знакомом.       В процессе переписки они вспомнили, что у Сёмы завтра рабочий день.       «Допоздна я остаться не смогу».       «Хочешь переночевать у меня?» — спросил Тимофей прежде, чем успел осмыслить отправленное сообщение. Он сжал телефон в руках и не моргая уставился в экран в ожидании ответа.       «Если я тебе не помешаю. Мне рано вставать, поэтому ты можешь из-за меня не выспаться».       «Ничего», — незамедлительно ответил Тима. Поспать он очень любил, от сна буквально зависело его настроение, но сейчас это почему-то не имело значения.       «Тогда я возьму фильм ужасов, который запрещает мне смотреть мама, зубную щётку и что там ещё… Пижаму с динозаврами?»       «А у тебя есть пижама с динозаврами?» — Тима постарался представить Сёму в подобной одежде.       «Нет. Я вообще сегодня планирую спать голым».       Тима задёргал ногой, а увидев в конце сообщения пошло ухмыляющийся смайлик, затряс ей сильнее. До их встречи ещё два часа, а он уже готов сгореть от нетерпения и возбуждения. Остаток переписки длился недолго, настало время провожать отдыхающих, и Сёма попрощался, а Тима принялся быстро искать какой-нибудь ролик на ютубе, который разгрузил бы мозг на остаток времени. Но потом подумал, что раз Сёма остаётся на ночь и никуда не нужно торопиться, может, будет уместна бутылка вина или шампанского?       Откинув телефон, Тима принялся собираться в магазин.       

***

      У Сёмы не было пижамы с динозаврами. Зато была футболка с тирексом, в которой он предстал, когда Тима открыл дверь.       — Надеюсь, ужастик не забыл, — сказал он, пропуская гостя внутрь.       — Не получилось, мама пришла раньше, чем я успел найти кассету, — подхватил Сёма.       — Ну, хорошо хоть на ночёвку отпустила, — сказал Тима, провожая гостя в комнату, где он мог оставить рюкзак.       — Знаешь, мне повезло. В отличие от друзей, меня родители спокойно отпускали.       — Меня тоже. Правда, классе в восьмом я уже сам перестал ходить.       — Дай угадаю: на совместном просмотре порно ты не возбудился?       — Что?! — сквозь смех воскликнул Тима. — Нет, кажется, это твоя история.       Сёма обречённо развёл руками.       — На этом и закончилась эра дружеских ночёвок.       Тима плавно приблизился к гостю и обнял его за талию.       — Они просто подбирали не те фильмы.       Он провёл по стриженным в полубокс волосам, огладил скулу, провёл пальцем по идеально ровному носу и подумал, что есть в этом что-то особенно приятное, умиротворяющее, как когда гладишь кота. Сёма приобнял Тиму за плечи и первым потянулся за поцелуем. Лёгким, ненавязчивым. Он будто был альтернативным способом сказать: «Привет, рад тебя видеть».       — Знаешь, наверное, это глупо, — Сёма чуть отстранился и неловко повертел кольцо на пальце, — но я… немного соскучился, что ли. Хоть мы и виделись утром.       Тимофея смутила такая откровенность, но ему было приятно и он тоже решил признаться:       — Я очень ждал тебя.       Сёма счастливо улыбнулся, а затем сощурился и с намёком произнёс:       — У тебя из коридора виден кухонный стол и там были бокалы…       — Ну, я купил вино, — Тима смущённо посмотрел вверх, чувствуя, что тупая улыбка всё не сходит с лица. — Надеюсь, ты пьёшь белое.       Сёма засмеялся.       — Я — студент, я пью всё, что льётся.       Тима достал из холодильника бутылку, Сёма взял бокалы, и они направились в комнату. Несмотря на то, что квартира была однокомнатной, в ней удалось разграничить гостевую и спальную зоны. При входе в комнату справа на стене висел телевизор, с противоположной стороны располагался двухместный светло-бежевый диван, за которым виднелась ширма. Её каркас был выполнен из массива дерева, окрашенного в тёмно-ореховый цвет, внутри которого был плотно натянут белый текстиль. Эту ширму Тима по дешёвке купил у соседа, когда тот делал ремонт в квартире, и она очень удачно скрывала от посторонних глаз двуспальную кровать, которую вечно забывали заправлять. Однако в этот раз плед на ней был идеально расправлен.       Они включили на телевизоре ненавязчивую передачу, первую, что попалась, потому что никто не собирался внимать голосам ведущих. И, мерно попивая вино, болтали о том, о сём, периодически бросая друг на друга двусмысленные взгляды и придвигаясь всё ближе и ближе.       — Где, говоришь, у тебя кровать? — Сёма поставил пустой бокал на маленький стеклянный журнальный столик и прильнул к Тиме, смыкая руки у него за талией.       В карих глазах плескалось предвкушение, а язык то и дело облизывал сочные губы. Тима положил ладонь на затылок парня и поцеловал, тут же проникая в рот языком. Ощущался лёгкий привкус вина, а в голову Тимы закралась мысль, что от Сёмы ему крышу сносит куда сильнее, чем от любого спиртного.       — Сейчас проведу тебе экскурсию, — лукаво сказал он, прервав поцелуй.       Тима поднялся с дивана, взял ладони Сёмы и потянул на себя, заставляя встать, а затем медленно повёл его за ширму, где изголовьем к окну стояла кровать.       — Экскурсия была недолгой, — заметил Сёма, обнял Тиму за шею и добавил: — И хорошо, не очень я их люблю.       Почему-то Тима не до конца верил в происходящее. Будто он ждал какого-то чуда месяцами, и вот оно, наконец, произошло, пришло и поражало своим волшебством. Но они ведь с Сёмой знакомы пару дней, о каком чуде может идти речь? Это ведь невозможно. Или возможно?       Из-за этого странного чувства Тиме порой приходилось тянуть часть себя с небес и вспоминать, как обычно он вёл себя во время ни к чему не обязывающего секса.       — Надеюсь, экскурсия по кровати тебе понравится, — томно сказал он, стягивая с Сёмы футболку и легко толкая в грудь.       «Морской опыт» Тиме понравился, это было что-то новенькое и, несомненно, будоражащее, но на широкой кровати было куда удобнее. Можно подминать Сёму под себя, не бояться подвернуть ногу на камне или поцарапаться обо что-то.       Они жадно водили руками по телам друг друга, мяли плечи, грудь, осыпали их поцелуями и раз за разом возвращались к губам. Тима не мог сказать, что был большим любителем целоваться. Ему, конечно, было приятно, но чувствовать тепло кожи и обниматься он любил больше. Однако губы Сёмы обладали каким-то магнитным притяжением, их хотелось целовать, целовать и целовать, пока дыхание не сорвётся окончательно.       Разорвав поцелуй, Сёма чуть отдышался, приподнялся на локтях и задрал футболку сидевшего на нём Тимы. Тот понял всё без слов и стянул её с себя, пока чуть загорелые пальцы со светлыми следами от колец возились с пуговицей на шортах. Опустив язычок молнии вниз, Сёма погладил возбуждённый член через бельё и невольно закусил губу.       — Ты мне интересные вещи сегодня утром рассказывал, — напомнил Тима.       — И это был не вымысел, — посмотрев снизу вверх, тихо произнёс Сёма.       Тима шумно выдохнул и отстранился, чтобы стянуть с себя остатки одежды, Сёма же присел на кровати и облокотился об изголовье, наблюдая за тем, как серые боксёры скользят вниз и открывают вид на возбуждённую плоть.       Встав на колени и поставив ноги по обе стороны от парня, Тима положил руку на его голову и ненавязчиво потянул на себя, отмечая, как помутился карий взгляд. Сёма огладил бедро, сомкнул у основания члена ладонь и заметил, что низ живота Тимы идеально гладкий. Он переместил руку с бедра на яички, и они тоже оказались гладкими. Сёме такое определённо нравилось. Он сам был из тех, кто предпочитал брить всё, кроме головы и ног.       Пару раз проведя ладонью по члену туда-сюда, Сёма раскрыл губы и мазнул языком по головке, слизывая смазку, затем ловко прошёлся по ней круговыми движениями и взял в рот, заставляя разум Тимы помутиться от удовольствия и упереться рукой в изголовье кровати. От такой реакции Сёме было приятно не меньше, чем от ощущения тёплого члена во рту. Он хотел бы попросить Тиму толкаться самому, но многие после этого входили в раж и больно долбились в глотку, почему-то полагая, что Сёма — мастер горлового, что было далеко не так. Поэтому он предпочёл не рисковать, плотнее сомкнул губы и максимально втянул воздух, чтобы образовался вакуум. Над головой послышался стон.       Тима гладил его по волосам, пока Сёма двигался туда-сюда или смещался чуть вбок, чтобы головка толкалась в щёку. Спустя время он вытащил член изо рта, облизал его с нескольких сторон, давая челюсти передышку, и снова взял, отмечая, что Тима по-прежнему только гладит его, не толкается навстречу и не хватает за волосы. Хотя, судя по довольным стонам, ему хотелось. Это обнадёживало Сёму, значит, дальше, скорее всего, всё тоже пройдёт хорошо.       — Ох, погоди, — отстраняясь, сказал Тима. — Слишком приятно, я так кончу. А мне бы не хотелось так быстро.       Сёма довольно улыбнулся, смотря снизу вверх. От слюны его губы блестели ещё сильнее обычного и Тима, словно под гипнозом, наклонился и поцеловал их, просовывая язык как можно глубже. Сёма схватился за его плечи и чуть откинул голову назад, позволяя похозяйничать во рту.       — Ого, — довольно произнёс Тима, когда заметил ощутимый бугорок на чёрных шортах Сёмы.       Они были на резинке, поэтому ничего не помешало легко стянуть их вместе с бельём. Тима потянул Сёму вниз, чтобы тот лёг на спину, огладил сочащуюся смазкой головку, а после скользнул между ягодиц и коснулся входа.       — Ты как, готов?       Сёма кивнул и добавил:       — Только, у меня есть просьба… — он отвёл взгляд и нерешительно продолжил: — Не торопись.       — Конечно.       Тима был не из тех, кто входил сразу и без подготовки. И не только потому что являлся универсалом, у него в принципе никогда не возникало желания причинить кому-то боль.       — Нет, я к тому, что со мной придётся повозиться, — пробормотали в ответ.       Тима не понимал, о чём речь, но видел, что Сёма волнуется, поэтому ободряюще поцеловал его в щёку и потянулся к подоконнику, который он использовал как полочку и на который заранее поставил смазку и презервативы.       Палец входил туго, поэтому, когда удалось нащупать простату, Тима принялся старательно стимулировать её, попутно целуя шею Сёмы и ловя его губы. Парень не выглядел слишком напряжённым, но кольцо мышц всё равно очень плотно обхватывало палец, плотнее, чем Тима привык. Лизнув напоследок Сёму за ухом, он присел, выдавил ещё смазки, сжал ногу под коленом и прижал её к груди парня, что позволило во второй раз проникнуть легче и глубже. Тима прислушивался к чужому дыханию, водил пальцем из стороны в сторону, растягивая стенки ануса, и прошло достаточно времени, прежде чем он смог начать потихоньку вводить второй.       — Ты такой тугой, — прошептал Тима, наклоняясь и целуя чуть взмокшую грудь. Капельки пота блестели от света люстры, что выглядело красиво и соблазнительно. Тиме казалось, что это светится сам Сёма.       — В этом и проблема, — хрипло сказал Сёма и прикусил губу от того, что Тима начал продвигать второй палец глубже. Пришлось остановиться.       — Тогда почему решил быть принимающим? Я бы тоже мог.       — Ну, мне в целом нравится и порой хочется…       Тима заметил, что Сёма напрягся. Этот разговор явно заставлял его нервничать, что отнюдь не помогало делу.       — Послушай, — Тима вытащил пальцы и приобнял Сёму, — нам ведь некуда торопиться. Я буду делать это столько, сколько потребуется.       Тима прижался щекой к щеке Сёмы, тот тяжело опустил веки и прошептал:       — Прости.       — Да брось. Главное не переживай, ладно?       Сёма кивнул, Тима принялся зацеловывать его плечо, спустился на грудь, затем прошёлся языком до пупка, обхватил рукой немного опустившийся член и принялся поглаживать его, возвращая былой настрой. Когда Сёма вновь был готов, Тима взял в рот сразу на половину, заставляя партнёра охнуть, и вошёл внутрь, быстро прибавляя второй палец и отмечая, что внутри стало уже не так туго.       Он не касался себя, на это просто не хватило бы рук: одной он держал ногу Сёмы под коленом, другой растягивал его, однако возбуждение Тимы всё равно не спадало и только подкреплялось тихими стонами и звуком сминаемого пледа.       Выпустив член изо рта, он поднял голову и взглянул на Сёму: сведённые брови, крепко зажмуренные глаза, приоткрытые губы, всё говорило о том, что партнёр сосредоточен на приятных ощущениях, поэтому Тима решился на третий палец, добавив перед этим ещё смазки.       Сёма крепче сжал плед и глубоко задышал, стараясь расслабиться. Всё шло не так плохо, но Тиме казалось, что этого мало. Он посмотрел на погружённые в Сёму пальцы, опустил взгляд на собственный член… Габариты разнились, и если с кем-то другим Тима бы не сомневался, то сейчас переживал.       — У меня есть идея… — нерешительно начал он. Сёма приоткрыл глаза и внимательно посмотрел на Тиму. — Между пальцами и мной мы можем попробовать кое-что ещё.       Тима отвернулся и уставился на стену, у которой вплотную стояла кровать. Неужели он действительно собирается предложить нечто такое? Сёма приподнялся на локтях и в ожидании посмотрел на чуть покрасневшего Тимофея.       Наверное, это было не очень правильно, но благодаря тому, что такой крепкий, мускулистый и сексуальный мужчина смущался, Сёме становился легче. Это в очередной раз напоминало, что никто ни в чём не идеален. Что в таком тонком деле все порой чувствуют неуверенность и неловкость.       — И что же? — ободряюще улыбнувшись, подтолкнул Сёма.       — Ну, в общем, — Тима перевёл взгляд на пресс Сёмы и задумчиво погладил его, — у меня есть вибратор. Он меньше моего члена, так что… может, с ним тебе будет легче. — Сёма молчал, и Тима решился оторваться от его живота, поднять взгляд и спросить: — Что думаешь?       Сёма смотрел на него широко распахнутыми глазами, поджав губы и густо покраснев.       — Это… это очень смущает, — пролепетал он и неловко отвёл волосы назад. — Если честно, я раньше ни разу не пользовался… даже один… а тут, получается, ты будешь… Это конечно не так безумно, как ситуация в гроте, — Сёма не удержал смешок и стало чуточку легче. — В общем, я очень смущён и возбуждён одновременно.       Тима склонился над ним и прошептал в губы:       — Это значит «да»?       Вместо ответа Сёма поцеловал его.       Тима быстро спрыгнул с кровати, направился к тумбе, на которой стоял телевизор, выдвинул нижний ящик и достал припрятанную упаковку.       Хоть Сёма и был смущён, любопытство одолевало его, и он краем глаза поглядывал на то, как Тима достаёт вибратор. Он был обычным, без дополнительных изгибов, минималистичной формы, не стремящейся подражать настоящему члену. Что успокаивало Сёму, поскольку те игрушки, что он видел в порно, выглядели жутко, как бы их дизайнеры не стремились передать все особенности полового органа. То, что Тима держал в руках и обмазывал смазкой, имело небольшой загиб и утолщение на кончике, затем перетекало в более узкий ствол и завершалось ручкой в виде колечка.       Ладонь мягко толкнула Сёму в грудь, заставляя лечь.       — Готов?       — Пожалуй.       Тима нажал на кнопку посередине и она, вместе с кнопками плюс и минус, засветились, а комнату заполнило мерное гудение.       Сёма не выдержал и закрыл глаза рукой.       — Боже… Можно я не буду смотреть?       — О, а я буду смотреть очень внимательно, — довольно заверил Тима и приставил игрушку ко входу.       Сёма что-то недовольно проворчал, но позволил раздвинуть ноги шире. Какое-то время Тима водил вибратором от ануса к яичками и обратно, давая Сёме время привыкнуть и морально подготовиться, затем надавил на колечко мышц и чуть протолкнул игрушку внутрь. Послышался удивлённый вздох. Сопротивления не было, поэтому Тима продвинул вибратор дальше, остановился на уровне простаты и принялся водить игрушкой туда-сюда, а затем нажал на кнопку плюса. Вибрация усилилась, Сёма застонал в голос.       Тиме даже двигать игрушкой не пришлось, Сёма и без того откинул голову назад и тяжело дышал, периодически делая шумный выдох, смешанный со стоном.       — Нравится?       Тима наклонился, чтобы поцеловать грудь Сёмы, и почувствовал лёгкий солёный привкус от пота. Он подтянулся чуть выше и прошёлся языком по ключице, чуть прикусил кожу.       — Так… необычно, — послышалось над его головой.       — Ага, — согласился он.       Уж Тима-то знал, что сейчас чувствует Сёма. Он вернулся к прежнему режиму и вошёл игрушкой глубже, остановился, давая время привыкнуть, и воспользовался паузой, чтобы лечь сбоку от Сёмы.       Сначала, как Тима и говорил, ему было интересно внимательно понаблюдать за картиной, раскрывшейся внизу, но стоило прильнуть к тяжело вздымающейся груди, как никуда уходить уже не хотелось. Поэтому он устроился поудобнее, так, чтобы можно было без проблем управлять игрушкой и оставаться поближе к Сёме.       Аккуратные пальцы зарылись в чёрные волосы, огладили лицо и прижали к груди сильнее. Тима позволил себе на пару секунд прикрыть глаза и насладиться моментом, а затем продвинул вибратор дальше, потом обратно, туда-сюда. Стоны Сёмы отдавались в нём дрожью, и чем глубже он вставлял игрушку, тем сильнее его прижимали к себе.       — Он что, уже полностью? — спросил Сёма.       — Ага. Тебе не нравится?       — Нет, просто хочу уже тебя.       Тима увеличил напоследок вибрацию, заставляя Сёму выгнуться от резких перемен, и откинул в сторону игрушку.       — Хочешь сверху? — спросил Тима, надевая презерватив. — Будет легче, сможешь сам всё контролировать.       — Не самая моя любимая поза, — признался Сёма, устраиваясь на спине поудобнее.       — Да? А мне очень даже нравится.       — Это ты на будущее говоришь? — со смешком спросил Сёма.       — Не исключено, — с хитрой улыбкой ответил Тима.       Он устроился между длинных ног, погладил Сёму по бокам, сжал пальцы на талии и аккуратно вошёл, тут же прикрывая глаза. Ожидания того стоили, потому что внутри было потрясающе туго и горячо. Тиме хотелось как можно скорее войти полностью, но он понимал, что это будет лишним. Да и после такой прелюдии чего ему стоит потерпеть ещё? Поэтому Тима продвигался медленно, останавливался при малейшем сопротивлении и двигался туда-сюда, выжидая, когда можно будет войти глубже.       Сёма положил ладони поверх его и глядел вниз, прикусив губу. Ему, конечно, не было видно, как член погружается внутрь, но наблюдение за мерно двигающимися бёдрами Тимы тоже доставляло удовольствие.       Войдя до основания, Тима наклонился, чтобы поцеловать блестящие губы, и задвигался, постепенно набирая темп.       Сёма сжимал крепкие плечи, наслаждаясь тем, как чужой язык задевает нёбо, касается его собственно языка. Выдох смешивался со стоном, голова кружилась, удовольствие внизу только нарастало и стало ещё сильнее, когда Тима закинул его ноги на плечи.       — Я хочу сильнее, можно? — тяжело дыша, спросил он.       — Да, — разрешил Сёма и тут же протяжно застонал от ощутимого толчка.       Ему пришлось упереться руками в изголовье кровати, чтобы не елозить на пледе слишком сильно. Тима был опытным, он знал, под каким углом лучше входить, а благодаря долгой подготовке Сёма впервые чувствовал себя абсолютно комфортно. Настолько, что опустил руку вниз раньше обычного и сжал её вокруг члена, доводя себя до разрядки. Тима не стал его останавливать, он и сам был на грани и не желал оттягивать момент, когда тело пробьёт дрожь и приятная истома заполнит каждую клеточку.       — Знаешь, это было круто, — хрипло признался Сёма, когда Тима опустился на него и уткнулся в шею.       — Полностью солидарен.       Последовал поцелуй в место, где билась сонная артерия, затем в щёку, после в висок. Сёма не мог припомнить, целовали ли его когда-то после секса, да ещё и так мило?       — Хочешь первым в ванную? — спросил Тима.       — Да, пожалуй.       Для них в равной степени было непривычно заказать пиццу, сходить за второй бутылкой вина, сидеть и болтать о пустяках, вместо того, чтобы просто разойтись по своим делам.       — Кажется, я видел этот фильм, — сказал Сёма, пока Тима переключал каналы на телевизоре.       — Хороший?       — Вроде да.       Тима сделал звук громче, Сёма придвинулся к нему, прижимаясь плечом, и какое-то время они просто сидели на мягком маленьком ковре у дивана, облокотившись об него спиной. Фильм начинался неплохо, но потом кто-то из них первым потянулся за поцелуем, второй с охотой ответил, и было принято негласное решение избавиться от одежды и устроить второй заход.       — Тебе не жалко диван? — спросил Сёма, поворачиваясь к партнёру спиной.       Тима заставил его прогнуться в пояснице, прижаться щекой к одной из двух подушек, составляющих сидушку дивана, и ответил:       — У них чехлы снимаются, постираю если что. А вот твои колени после встречи с ковром точно спасибо не скажут.       — Какой ты заботливый, — с улыбкой сказал Сёма.       Но Тима её не заметил, поскольку перед ним открывался отличный вид согнутых в коленях ног, упирающихся в сидушку дивана, и оттопыренных ягодиц.       — А ты очень сексуальный.       Он погрузил палец в Сёму и отметил, что тот отлично растянут после прошлого раза, а значит, можно сразу войти. Тима легко погрузился в податливое тело и тут же задвигался, одной рукой удерживая Сёму за талию, а другой жадно сжимая ягодицу.       Музыка и диалоги в фильме перекрывались стонами, экран телевизора подсвечивал кожу разными цветами, диванные подушки смягчали отдачу от ритмичных толчков. Сёма чувствовал, как дрожат ноги, а колени всё сильнее погружаются в синтепон от того, что Тима заметно ускорялся и толкался сильнее. В этой позе он проникал особенно глубоко, отчего хотелось нещадно сжимать светлую обивку.       Удовольствие всё усиливалось, и когда Тима понял, что тугое напряжение где-то внизу живота вот-вот дрогнет в последний раз и разорвётся, как перетянутая струна, он потянул руку вниз, к члену Сёмы и крепко сжал его. Пальцы со следами от колец поцарапали искусственную замшу, а комнату заполнил протяжный стон, через секунду сменившийся тяжёлым дыханием.       — Тебе точно придётся стирать чехлы, — сказал Сёма, всем телом ложась на диван и выпрямляя спину, чувствуя от этого небывалое наслаждение. Словно другой вид оргазма.       — Да плевать, — отмахнулся Тима, сдвигаясь ближе к спинке дивана и позволяя Сёме закинуть ноги на подлокотник.       Вымотанные и ни о чём не жалеющие, они наспех приняли душ и вместе улеглись в кровать.