The 100

Любовь, это слабость. Кларк собирается отправить Коммандеру корзину фруктов в знак благодарности за объяснение этой простой истины, раскрывшей Гриффин глаза. И хотя всё внутри неё противится, Кларк не собирается и дальше быть слабой — она нужна своим людям. Любовь, это слабость. Слабость, приведшая её отца к смерти. Ведь если бы он так сильно не любил маму, не доверился ей… он был бы жив, выполнив то, что считал правильным. Любовь погубила Джейка Гриффина. Любовь, это слабость. Кларк не понимает, почему не видела этого раньше. Если бы Финн не был ослеплён любовью к ней, то не совершил той трагичной ошибки, сломавшей его веру в себя, уничтожившей все шансы на счастливое будущее. Любовь убила Финна Коллинза. Любовь, это слабость. И Густос стал лучшим примером, заставив Кларк перестать отрицать очевидное. Густос, этот гордый, свирепый воин, был готов уничтожить союз, являющийся залогом их выживания, ради любви к одному единственному человеку… Любовь уничтожила Густоса. — Любовь, это слабость, — говорит Кларк преследующему её образу Финна. Когда призрак отворачивается от неё и скрывается в лесной чаще, Гриффин чувствует, как вместе с ним исчезает её слабость, теперь она может быть сильной. Любовь, это слабость. Кларк работает рука об руку с Коммандером, оставив мать и Кейна за бортом — они уже давно ничего не решают. Землянам плевать на титулы и звания людей из небесного города — они судят по поступкам. К удивлению Кларк, именно помощь Октавии оказывается неоценимой в урегулировании конфликтов между их людьми. Любовь, это слабость. Мантра, с которой Кларк засыпает каждую ночь и встречает новый день. Молитва, отгоняющая призраки ушедших любимых: отца, друга, возлюбленного. Кларк уверенно двигается вперед, не позволяя чувствам влиять на суждения. Она сильна как никогда, и лучшее доказательство этому — Кларк отправила Беллами на суицидальную миссию к горцам. Любовь, это слабость. Преодолевать испытания становится всё тяжелей — её силы на исходе, Кларк не знает, что делать. От Беллами и Линкольна нет известий уже несколько недель, вероятность их возвращения стремительно приближается к нулю. Кларк запретила себе даже думать о Беллами, она не может снова стать слабой. Любовь, это слабость. Сидя перед огнём в их временном лагере, Гриффин не моргая смотрит на пламя. Они теряют людей, одного за одним. Горцы спускают на них монстров, что раньше были людьми. Стремясь увести их от лагеря "Джаха" и поселений землян, Кларк с отрядом Лексы выступили в роли дичи. Смотря на пожирающие поленья языки пламени, Гриффин старается найти в себе силы продолжить борьбу, но внутри неё пустота и Кларк не может понять почему, она была в переделках и похуже с той лишь разницей: он всегда был рядом. Любовь, это слабость. Но Кларк не любит Беллами Блейка. Он тот, кто отказывается ей подчиняться, оспаривает каждое её решение и заставляет считаться со своим мнением. Тот, кто взвалил на себя часть её ответственности и прикрывал её спину. Шум на границе лагеря привлекает внимание принцессы. Спеша к эпицентру событий, Гриффин с трудом сдерживает порыв кинутся Блейку на шею, когда он появляется под конвоем часовых вместе с Линкольном. Кларк наблюдает за спящим Беллами, блики огня играют на его перепачканных кровью волосах. С каждой проведённой рядом с ним минутой Кларк чувствует себя всё сильнее. Его сила перетекает в неё, ведь у самой Кларк сил совсем не осталось, но это ничего — его силы хватит на двоих. Он всегда был сильнее. Не удержавшись, Гриффин осторожно убирает тёмную прядь со лба Блейка. Ей жизненно важно дотронуться до него, убедиться, он реален. Любовь, это слабость. Кларк по-прежнему верит в это. Она не может себе позволить думать иначе, не сейчас, когда её душа истерзана глубокими ранами от потерь. А то, что она испытывает к Беллами не любовь. Разве любит человек кислород, которым дышит? Нет. Беллами её кислород, он тот, кто поддерживает в ней огонь борьбы. Любовь, это слабость. Кларк в этом уверенна, но… Беллами Блейк, человек превративший любовь в свою силу… Кларк просто надеется, что когда-нибудь она будет достаточно сильной, чтобы сделать тоже самое.