Богиня из другого мира

      - Ну что тебе, красноглазая? – устало поинтересовался лорд, когда ему наскучил пристальный взгляд моей спутницы. – Говори, пока голова на плечах.       - Это самоуправство, - произнесла эльфийка, выдержав его суровый взор.       - Да, - как ни в чем не бывало, ответил он, развалившись, в буквальном смысле, на противоположных сидениях. - Я делаю так, как считаю нужным. Закончила с обвинениями, милая?       - Нет, - твердо, стоя на своем, произнесла девушка.       - Хорошо, что я окончил с ответами, - и выразительно посмотрев на нее, закрыл глаза устраиваясь поудобней.       А я считала самым противоречивым и жестоким Самаэля, но как оказалось, они все друг друга стоят. Каждый при первой возможности может превратиться в тирана и диктатора, держа в руках венец практически безграничной власти. Лорд Найтес, как оказалось, обладал еще и весьма своеобразным характером, будто где-то внутри у него был переключатель настроения с веселого, но не лишенного жестокости и садизма, на суровое и непоколебимо безжалостное. Причем перемены происходили столь быстро, что каждый раз я вздрагивала и нервно поправляла и без того идеально заправленные волосы. А теперь и вовсе очутилась в замкнутом пространстве с «мирно» разложившимся на противоположном сидении лордом Темной империи.       - Что там с твоей памятью? – поинтересовался Найтес, не открывая глаз, но явно обращаясь именно ко мне.       Собираю всю себя в единое целое, чтобы более или менее нормально ответить, подбираю слова, чтобы не вызвали новых вопросов и продолжения диалога, наконец отвечаю:       - Прогресса нет.       Просто и четко, но предчувствие очень нехорошее зависло в воздухе, стоило произнести ответ. И ведь права, лорд Найтес, приоткрыв глаз, осмотрел меня буквально с ног до головы и сам придумал вопрос:       - И сколько тебе лет, девочка? – сказал мужчина, которому не дашь и двадцати пяти, причем задал такой вопрос, который совершенно никого больше в этом мире, судя по всему, не волновал в принципе.       - Шестнадцать, - голос дрожит, но произносит довольно четко, так как ранее, когда я волновалась, шипящие звуки мне не удавались, и получалась какая-то ерунда, а сейчас даже понятно, что я сказала. – А вам?       И вот ошибка! Верней, даже не столько ошибка, сколько глупая привычка после того, как тебя что-то спрашивают в таком роде - отвечать, а потом задавать встречный вопрос! И ведь не подумала, что по привычке ляпну что-нибудь такое.       - Скажем так, когда мне было столько же, твои родители еще не знали, что встретятся, - ехидно произнес он, поглядывая на меня приоткрытым глазом.       И сколько же ему? Если навскидку, то шестнадцать лет, которые он четко обозначил, плюс еще шестнадцать моих и неизвестно сколько между этими временными рамками… Получается более тридцати двух?! Кто же он такой, раз выглядит столь молодо? Темный эльф, что ли, как Рика? Но ушей, длинных и сужающихся на кончиках, нет, да и кожа вполне человеческого оттенка…       - Темный лорд, - подсказал седовласый мужчина, полностью смотря на меня и не отводя взгляда.       Снова ощущение, будто он читает мысли или же копается в голове, оно все чаще посещает меня. Если пораскинуть не очень соображающими мозгами, то можно прийти к выводу, что раз Самаэль может гипнотизировать и вынуждать одним лишь взглядом, то почему невозможны путешествия одного из темных лордов по моим мыслям?       - У тебя все на лице написано, - скучающе пояснили мне, а затем снова ударили рукой по деревянной поверхности.       Окошко немедленно открылось, и я увидела холодные глаза инкуба, явно недовольные и тщетно пытающиеся данный факт скрыть от теперь уже фактического начальника.       - Мне скучно, - хитро ухмыляясь, процедил лорд Найтес.       - Чем я могу помочь?       - Ну, поскольку ты не девица, хотя и весьма смазливый, то ничем, - начал он, а в глазах уже снова озорная искорка. - А вот твои друзья могут, – выудил из кармана какую-то бумагу и протянул в открывшееся окошко инкубу. - Когда доедем, я хочу видеть все, что в списке, и их, так что пусть торопятся. Не люблю начинать знакомство с разочарований.       Лорд Найтес, полусидя-полулежа, все еще продолжал смотреть исключительно на меня. Не выдержав такого усердия, я отвернулась и пыталась отдалиться от всего, глядя на улочки города сквозь небольшое окошко. Здесь жизнь шла своим чередом: простая одежда, шум начавшейся торговли, шагов, очереди возле одних лавочек и затишье рядом с другими. Дети весело бегали, собирались в шайки, изображая рыцарей и размахивая деревянными мечами.       - И почему дети всегда играют в войну? Изображают храбрых рыцарей, почему никто не играет во что-то более миролюбивое? – мысли неожиданно для меня стали словами и я неловко опустила взгляд, прекрасно понимая, что все находящиеся в карете, а возможно, и вне ее, слышали.       - Потому что только сильные могут сражаться, а сильным хочет быть каждый.       Я с удивлением взглянула на лорда Найтеса, он ехидно усмехнулся и продолжил:       - Лучше умереть героем на войне, чем зарезанным в собственной постели.       - И что же героического совершили конкретно вы? – спросила я, окончательно доказав, что держать язык за зубами явно качество, мне не присущее.       На лице лорда, как цунами, пробежал ряд эмоций, причем так бурно, что я едва успевала оценить возможный ущерб, который он нанесет мне за столь дерзкий вопрос. Но, в конце концов, гнев сменился не то чтобы милостью, скорей, его манерой говорить весело и ужасающе одновременно.       - Я пока на тот свет не собираюсь, - и такая очаровательная улыбка на узких губах. - Но могу с радостью обеспечить всем желающим дорогу, благо не привыкать быть посредником между мирами.       Лорд Найтес явно хотел сказать или сделать что-то еще, но вместо этого снова постучал о деревянную поверхность, окошко открылось практически мгновенно. Наавир старался вести себя как можно услужливее, поняв, что от такого начальника ему уже никуда не сбежать.       - Ты меня не радуешь, - возвестил Найтес и грациозно положил ногу на ногу, полностью облокотившись на сидение. - Во-первых, мой дорогой друг, мы едем слишком медленно, а во-вторых, не по той дороге, - а взгляд такой холодный и пронизывающий насквозь. - Ты кого решил обманывать? Если не справятся, накажу всех, а после брошу в бездну.       - Да, извините, лорд Найтес, - побледнев, ответил инкуб и сразу же погнал лошадей быстрее.       - То-то же, - весело заметил его начальник.       Я осторожно взглянула на седовласого темного лорда, он все так же не отрывал насмешливо-ироничного взгляда янтарных глаз с меня. Затем весело начал рассказывать:       - Через несколько месяцев их будет не узнать, - хитрая улыбка, - как внешне, так и внутренне, зато бойцы вырастут отменные. - Немного задумавшись, крайне любезный лорд все-таки добавил: - Под моим чутким руководством, разумеется.       А вот насколько оно было «чутким», думать вовсе не хотелось, поскольку от его улыбки, жаждущей весьма нелицеприятных зрелищ, становилось жутко, а по спине то и дело холодок пробегал. Рика, в отличие от меня, держалась молодцом, делая вид, что ей все равно и она простая служанка, а сама время от времени поглядывала на меня и подбадривающе улыбалась краешками губ.       - Слышал, что ты, девочка, смотрела на побоище в саду? - вдруг наигранно веселым голосом начал лорд, изучая мою реакцию. - И как от тебя что-то еще осталось? – иронично обратился к эльфийке, которая его проигнорировала. - Я рассчитывал быть организатором мероприятий по уборке трупов за… - он не известно по какой причине задумался, - кхм, Самаэлем.       Он назвал его по имени, что означало ни много ни мало наличие близкой связи, дружеских отношений, ведь в Темной империи никто просто так не может называть другого по имени, не имея на это разрешения.       - Вы были там?!       В ответ лишь выразительный взгляд, и Найтес величественно стал собирать длинные седые волосы в косу, полностью игнорируя мой крайне заинтересованный данным вопросом вид и всем своим обликом демонстрируя, что ответа не последует, даже когда он окончит свое занятие. И ведь как хитро он умеет все подстраивать! Сначала сам болтал, не закрывая рта, а как только заинтересовал, сразу замолчал и выжидающе стал посматривать в мою сторону.       - Почему вы не вмешались? – слова давались мне легко, стоило вспомнить ужас, который происходил тем злосчастным вечером, вспомнить безразличный взгляд Фредерики, животную ярость одного из семи лордов, и смелость накатывала, опьяняя.       Я удивилась, когда заметила, как лорд набирает в легкие воздух для ответа и, слегка ухмыляясь, немного выдыхает нарочито медленно:       - Потому что мне было все равно? – в точности скопировав мой вопросительный тон, произносит в ответ.       На моей душе практически мгновенно возникло такое гнетущее осознание того, что он сказал абсолютную правду. В моей голове совершенно не укладывалось, как можно не то, что поступать так, даже думать в таком ключе – это было чем-то из разряда сверхъестественного. Но лорд Темной империи был столь непреклонен, что усомниться мне не представлялось возможным.       И снова чувство неприязни, непонимания и страха охватили все тело и разум, словно холодная и скользкая змея. Рептилия скользила по телу, и я готова была поклясться, что могу ощущать, как небольшие и влажные чешуйки касаются тела, стягивая и лишая возможности двигаться. Ее длинный и раздвоенный язык шипел где-то над самым ухом, почти касаясь его, но держа некоторую дистанцию, будто пока не хотел доводить до высшей степени отчаяния. И почему все неприятные чувства, заполонившие меня, стали ассоциироваться именно со змеей?       - Приехали, дамы, - спокойно, но громко объявил голос лорда, унося все иллюзии из моего затуманенного взора.       Я нервно вздрогнула, но, совладав с собой, не без помощи выбралась из злосчастной кареты.       Первое, что я успела увидеть, оказавшись на свободе, было выражение лиц двух стражей, которые стояли практически рядом с каретой и пытались отдышаться. Лица Кая и Эльгора были красными и покрывшимися испариной, настолько быстро они пытались выполнить неизвестную мне просьбу Найтеса. В руках у несчастных были свертки и бутылки, много бутылок.       - Наави-и-и-ир-р, - весело позвал темный лорд, озаряясь крайне удрученной улыбкой, - кажется, твоя прогулка в бездну переносится на неизвестный срок.       На что инкуб, естественно, с облегчением улыбнулся, вытер проступивший пот со лба тыльной стороной ладони и, наверное бы, закричал что-то вроде «Аллилуйя!», если бы мог себе такое позволить.       - Хотя… - лицо лорда озарила уже знакомая и хитрая улыбка. - Нужно проверить, все ли на месте…       Выражение облегчения и радости мигом улетучилось с лиц всех троих, остались лишь волнение и беспокойство. Кай, кажется, даже стал мысленно сверять купленное со списком в голове и искать несоответствия.       - Все в точности, как было указано в списке, - вкрадчиво пояснил гиан.       - Да?       - Абсолютно, - закончив мысленную инвентаризацию, откликнулся Кай. Наавир немного расслабился.       - Леди, нам пора, - учтиво и подобно служанке, коей я ее не считала, произнесла Рика.       Седовласый нехорошо посмотрел на нее, но затем, окинув все происходящее с высоты своего роста, подхватил меня под локоть и потащил прямо в огромные ворота храма Богини.       - Тогда позвольте все здесь показать, - темный лорд вроде бы интересовался моим мнением, но произнес все, как утверждение. - Я хорошо осведомлен о местных порядках, - а затем тихо и в приказной манере. - Чего встали? Следом!       Я ничего не ответила, так как не смогла, потому что в очередной раз массивные ворота Темной империи раскрывали поистине удивительные виды. Могла ли я когда-нибудь подумать, что в столь тщательно охраняемой и неприступной «крепости» снаружи скрывался прекрасный оазис процветания и красоты внутри? Конечно же, нет, но этот мир все продолжает снова и снова преподносить мне сюрпризы.       Сразу за воротами начинался сад с низкорослыми кустарниками и цветами, ярко-зеленой блестящей травой. Посреди сада располагались небольшие, выложенные из белоснежного камня круглые беседки, в которых сидели девушки, разбившись на компании, и таких беседок на весь сад было очень и очень много. Вдоль всего сада простиралась широкая каменная тропа, на которую мы имели честь вступить, и она вела к огромному, выполненному в греческом стиле храму. Мне уже говорили, что, помимо непосредственного поклонения и обрядов в честь Богини, ее избранницы также проживают в его живописных стенах. И действительно, здесь было, на что посмотреть: высокие колонны, статуи, чем-то отдаленно напоминающие мифологических нимф, небольшие, но красивые фонтаны. Чуть правее основного здания храма находилась огромная лестница, которая поднималась на высоту примерно равную третьему этажу и вела на холм, где была размещена еще более роскошная и огромная беседка, крыша которой отливала на солнце серебром, а вместо обычных колонн ее украшали вытесанные из камня тела девушек.       Я, как всегда, будучи крайне невнимательной, не сразу заметила обратившиеся на меня взоры как многочисленной местной охраны, так, собственно, не малочисленных девушек, гуляющих в саду, а также идущую нам навстречу «делегацию». Если стражников и их суровых лиц я боялась, то на девушек попросту смотреть не хотелось, так как каждый раз смотря на них, я будто видела уготованное мне будущее. Будущее инкубатора Темной империи. И никакие шикарные платья и красивые беседки не заставили бы меня переступить эту невидимую черту. Я никогда бы не смогла жить так, как живут избранницы Богини, во многом благодаря воспитанию моего мира, где девушкам не пристало с ранних лет заводить детей, да и тем более от разных мужчин, вне брака, без любви и чувства долга. Все это было каким-то диким и отвратительным для меня настолько, что сил хватало смотреть только на пространство впереди себя и никуда более.       Лорд Найтес явно здесь себя чужим не чувствовал и вальяжно шел поблизости, уже перестав держать меня под локоть, в то время как меня продолжало дико трясти. Это божественно красивое место лишь для меня выглядело устрашающим и неприязненным. Стоило мне только представить, что все достойные мужчины Темной империи приходят сюда, как в публичный дом, только с единственным отличием от искомого – жаждой получить наследника. Насколько я уже осведомлена, лишь немногих из этих девушек темные берут в жены, ведь порой им достаточно и просто продолжения рода. Мне очень досадно осознавать данный факт, что, просто повинуясь воле Богини или еще каким-то законам, избранницы без тени стыда и сомнений ведут такой образ жизни. Я никогда не хочу опуститься до такого ни в этом, ни в последующих мирах, просто потому, что я другая. Потому что я из другого мира.       К тому моменту, как я очнулась от собственных мыслей, женщина с охраной, идущая навстречу, была уже совсем близко. Ее волосы цвета спелой вишни были собраны в сложную прическу с несколькими выпущенными вперед прядями, которые переливались в лучах солнца бордовым и алым. Зеленые глаза в обрамлении ресниц изучающее смотрели на меня, а прямые и аккуратные брови немного хмурились, когда солнце скользило по лицу. Одежда стоила отдельного внимания: на ней было легкое воздушное платье, подобно одеждам греческих богинь, а руки оплетали извивистые золотые браслеты, создавая узор вокруг запястий и двигаясь по направлению к локтям.       - Рада приветствовать тебя в храме Богини, дитя, - ласково практически пропела женщина, остановившись в двух шагах от меня.       Я не знала, что нужно отвечать, и поэтому просто молча улыбнулась и церемониально поклонилась, прижав кулак к сердцу.       Женщина озадачено посмотрела на меня, но продолжила:       - Я верховная жрица, Найвери, - произнесла она и как-то неприязненно посмотрела на стоящего за мной темного лорда. – Мы приготовим тебе все, что нужно для твоего комфортного пребывания в храме.       Меня передернуло от страха, что меня вполне могут бросить в храме Богинь и заставить исполнять долг без моей на то воли, а добрая улыбка верховной жрицы тут же стала в моем воображении коварной, а она сама - задумавшей что-то нехорошее.       - Она остается во дворце императорского величества, - удивительно строго и твердо произнес лорд Найтес, сделав шаг вперед. - Приказ кронпринца Темной империи.       Найвери сначала удивленно смотрела на меня, услышав о кронпринце, но потом ее зеленые глаза полностью сконцентрировались на лорде.       - О, лорд Найтес, какая сомнительная честь, - едва сдерживая вежливый тон, произнесла жрица, затем окинула быстрым взглядом стражников державших в руках заказ темного лорда. - И вы снова… - сделав интонационную паузу, продолжила: – …с вашим пойлом?       Я удивленно посмотрела на седовласого лорда, он лишь немного усмехнулся.       - Что поделать, дорогая, люблю выпивать в приятной компании, – просто поражая своим ангельским терпением, пропел лорд оторопевшей темной леди.       - Ваш прошлый визит все еще помнят.       - Ведь я незабываем, - казалось, Найтес ответил уже все, что хотел, но, как было заметно и ранее, за словом он в карман явно не лез, - удивительно красив и просто пленительно опасен, - обворожительная улыбка, но, увы, дальше продолжить хвалебные речи в свою честь ему не дали.       - Невероятно высокомерен, - смело припечатала Найвери с гордо поднятой головой и без толики страха в глазах, что поразило всех присутствующих вокруг.       Улыбка, что озарила лицо лорда, была очень чувственной и радостной, стоило ему услышать, как жрица храма Богинь позволила себе смело возражать ему. Но во взгляде янтарных глаз светилось желание принять вызов и еще повздорить на тему всех его запредельных качеств.       Я не в первый раз замечаю, что стоит попытаться что-то противопоставить темному лорду, как он сразу же воспринимает все как-то бурно и азартно, будто игру или состязание, в которой обязательно покажет всю свою силу и власть, а заодно и твое место. И это, похоже, действительно доставляет им внеземное удовольствие.       - И эта женщина хотела стать моей женой! – переигрывая, произнес седовласый с самым грустным и полным отчаяния видом, который был способен изобразить.       Я была просто в шоке от сказанного, равно как и жрица, которая, кажется, оторопела даже больше, чем я, и вовсе начала нервно подергиваться, а ее руки дрожать. С трудом придав лицу безмятежное выражение, Найвери обхватила кисти рук, чтобы они перестали трястись, и выдала как можно более вежливую, но не менее холодную улыбку.       - Ошибки молодости, мой лорд.       - С кем не бывает, - он отступил.       - И все-таки я запрещаю вам проносить ваше пойло в мой храм, - снова ледяная улыбка на лице женщины.       Практически мгновенно, стоило этой темной леди начать давать вполне не слабый отпор лорду, я прониклась к ней восхищением и, в некотором роде, благоговением. Ведь я никогда не смогла бы так держаться рядом с темным, да и отвечать, сохраняя лицо и положение. Найвери все это могла и это действительно было достойно восхищения.       В голове часто проносились слова кронпринца насчет того, что и избранницы Богини, и лорды равны, но я никак и нигде не могла ощутить этого равенства. Появилось даже чувство, будто все лорды, зная, что я не разбираюсь ни в чем, старались поставить себя выше, и у них это, безусловно, получалось. Темные лорды сильные, жестокие и бесцеремонные.       - Мои руки пусты, - продемонстрировав сказанное, резюмировал лорд Найтес, поправляя серебряные локоны. - А вот мои ребята с удовольствием донесут свою кладь до места назначения, где я непременно ей воспользуюсь.       Не дождавшись ответа, темный лорд со спокойной душой обошел всех собравшихся, и едва он отошел от «высших чинов» к нему тут же подбежало несколько девушек, причем все дружно обняли его и весело о чем-то начали щебетать.       - О, Дафна, Ирис, Эльза и… - он запнулся на имени четвертой избранницы, за что получил локтем в область живота, даже наигранно скривился. - Да ладно тебе, Лесса, тебя невозможно забыть.       - Ну, конечно, - прошипели в ответ.       - Дафна, от кого ждем прибавления?       - Лорд Норт, - смутившись, ответила беременная девушка, продолжая медленно следовать за ним.       - Вот это неожиданно, неужели его старик решил позаботиться о наследии рода?       - Эллиот! – воскликнула одна из девушек. - Не слишком ли личные вопросы?!       Лорд Найтес весело расхохотался, девушки тоже.       А я была удивлена, как просто избранницы Богини называли темного лорда по имени - это означало лишь то, что они являются, как минимум, близкими. И чем дольше они пребывали вместе, тем громче был слышен веселый смех, такой беззаботный и естественный, словно в этом мире нет проблем, словно в нем нет войны и демографического кризиса. Я не понимала причин их смеха.       - Удивительно, да? – вмешалась уже расслабленная Найвери. - Больше язвительных шуточек он обожает слушать сплетни - и это темный лорд!       - Да…       Жрица хотела продолжить беседу лично со мной, но обернулась, поймав на себе взгляд. Лорд Найтес смотрел на нее вполоборота, не отводя глаз и улыбаясь как-то непонятно, а потом все-таки произнес:       - Было приятно тебя увидеть, Найвери.       - Тебе того же, Найтес, - хмыкнув произнесла в ответ жрица и обернувшись перевела все свое внимание на меня. - Пойдем со мной.       Фредерика, немного замешкавшись, присоединилась к нам, но продолжила вести себя так, будто ее не видно и не слышно, хотя я пыталась схватить ее за руку или улыбнуться, чтобы она перестала вести себя, как загнанная прислуга.       - Почему ты осталась в императорском дворце?       Глаза испуганно заметались в поисках ответа на вопрос, тогда как дежурный и правдивый скорей всего заставил бы всех думать, что я сумасшедшая, оттого и приходилось быстро, но правдоподобно лгать, чего я в принципе не умею делать.       Мне кажется, что такими темпами я стану совершенно иной, продолжая придерживаться порядков другого мира; кажется, что этот мир, подобно дурному влиянию нехорошей компании, испортит меня или же изменит до неузнаваемости. И однажды подойдя к зеркалу, я не узнаю себя ни внешне, ни внутренне. Многие жаждут такой возможности - начать жизнь с чистого листа, я же боюсь, и на это есть свои причины. По мне, так меняясь, я почему-то чувствую приближение старости, пускай и думать об этом еще слишком рано, но ведь так и есть? Становясь старше, мы меняемся, поступки становятся более осознанными, а слова мудрыми. Так что изменения - это признаки старения, даже учитывая, что сейчас и для меня это пока называется взрослением.       Представляя в уме картину, как я, если вернусь домой, взгляну на себя со стороны, вспомню, какой я была, я боюсь не узнать себя, и это на самом деле очень страшно. Ведь одно дело взросление-старение, а другое - обстоятельства, они заставляют меня меняться с невозможной скоростью, лишая всякой плавности, так что стоит на секунды вынырнуть из круговорота выживания, и я потеряю себя прежнюю навсегда.       - Приказ кронпринца, - ответила, опираясь на слова темного лорда.       - Странно.       - Почему же?       - Обычно это означает лишь то, что кто-то из жителей дворца заприметил тебя, - задумчиво рассуждала Найвери. - Или же кто-то еще выше чином.       Я запаниковала, и поэтому ответило яро:       - Нет же, вы ошибаетесь! Глава ночной стражи нашел меня в переулке потерявшей память. Я ничего не знаю о мире, в котором… - я запнулась, понимая, что придется врать дальше, - в котором родилась…       - Бедное дитя! – жрица искренне расстроилась, услышав мою ложь, даже ее лучезарная улыбка испарилась с губ. - И давно это было?       - Несколько недель назад, - смутно обозначив границы времени, я ответила.       - Совсем недавно, - Найвери немного, но заметно задумалась. - Пройдем туда, где нас не смогут подслушивать, - она указала на живописную и величественную беседку, которая стояла одиноко на высоком холме. – Я так полагаю, у тебя много вопросов ко мне?       - Масса, - честно ответила я.       - Оно и понятно, - ободряюще улыбнувшись, жрица подхватила меня под руку. - Должно быть, для тебя все это выглядит странно?       - Да…       - Не стоит волноваться, ты ни в чем не виновата и единственная твоя задача сейчас - попытаться вспомнить или наверстать все упущенное, - женщина слегка подмигнула и убрала выбившиеся из общей картины пряди. - Ты наверняка зациклена на том, что не хочешь быть той, кем ты рождена, и боишься последствий и давления, но не нужно. Каждый сам созревает для подобного рода решений, Богиня может подождать столько, сколько тебе нужно. Решение не должно даваться легко, ведь если о нем много не задумываться, можно принять неверный путь, ошибочно принимая его за самый простой. Зачастую именно сложные пути ведут к свету, и, я думаю, Богиня прекрасно это знает.       Ни простой, ни сложный пути, судя по всему, не позволят мне вернуться домой, лишь чудо, которое перенесло меня сюда, в мир, где быть полноценной женщиной - уже дар. И я не виновата в том, что родилась в том мире, где быть такой - естественно так же, как и дышать воздухом, а такой, как избранницы Богини – верх позора и осуждения. Мы из разных миров и у нас совершенно разные нравственные устои. Я не могу говорить грубо об их правилах, но и слепо подчиняться им не стану.       - Я просто хочу вернуться домой, - на выдохе шепчу, но меня все равно услышали.       - Это невозможно, - снова отвечают мне, даже не задумавшись ни на секунду. - Я не хвастаюсь и не горжусь, но быть избранницей Богини значит жить в храме или же с любимым человеком, хранить порядок в доме и спокойствие в Империи. Народу живется намного благоприятней, если он знают, что девушки, которые редки так же, как и бриллианты в земной породе, находятся под защитой, а не бродят где-то по улицам, подвергаемые опасности. Приятно это или нет, но мы те, от кого зависит будущее не просто отдельного рода, но и всего государства.       «Я это понимаю, но и причастности к этому прямой не имею. Я не из этого мира, это не мои проблемы. Я из другого мира», - постоянно твержу себе в мыслях, чтобы не сломиться под тяжестью несуществующей ответственности.       Благо ответить мне так и не пришлось, потому что мы успели подойти к лестнице, ведущей в беседку, ее широкие перила красиво расходились в стороны, как бы приглашая вступить на холодную каменную поверхность.       - Оставайтесь здесь, - спокойно произнесла жрица и поманила меня за собой.