Богиня из другого мира

Тот, кому подвластен ветер.

      Вдоль пустынного поля медленно шагал высокий мужчина, размеренно и сосредоточенно рассекая, пропитавшийся металлическим запахом битвы, воздух. Его длинные серебряные волосы развевались на ветру, стремясь ускользнуть по его течению. Лорд был измотан, на привлекательном лице начали появляться некрасивые тени, а незаметные прежде морщинки были заполнены копотью, осевшей на коже во время ночного сражения. Весь вид Эллиота Найтеса был непривычно собранным и подозрительным. Лорд не шел стремительно, а словно старался оттянуть момент воссоединения, как можно на более поздний срок, будто опасался чего–то, совсем не таким он ранее представал в глазах других.       Сумрак, в котором велось сражение, отступил, наступило раннее утро, освещая истинные масштабы трагедии. Поле боя было усеяно телами павших, но весь вид Эллиота говорил о том, что убитых было слишком мало для прошедшей бойни. Мужчина озирался и разглядывал беззвучно зависшее в небытие поле, в поисках ответов на интересующие его разум вопросы. Что–то в этом мужчине определенно изменилось, виной этому была не страшная бойня и даже не смерть его коня, внутри лорда велась какая–то новая, известная лишь ему одному, борьба. Чем ближе он подходил к эпицентру, тем сильнее обрастал решимостью, а лицо затягивалось плотной маской безразличия. Эллиот как никто другой умел создавать на своем лице нужное выражение лица. Седовласый мужчина мог быть самодовольным, мог быть и эксцентричным, когда нужно было становился жестоким и не знающим пощады, об нужно было только пожелать.       Найтес сделал глубокий вдох, словно готовясь бросить вызов всему миру и свершить что–то крайне неправильное и способное возыметь чудовищные последствия. Еще один вдох и вытянутое лицо с тонкими чертами статично зависло, принимая крайне безразличный вид, даже тогда, когда ему приходилось переступать через трупы. Он не видел в окружающем его пространстве чего–то сильно нового, в нем не было горечи, не было и сострадания, мужчина воспринимал все вокруг, как данность, оттого и не страдал. Все было предельно просто: кто–то убивал, а кто–то умирал – вот простейшая истина мира, которую он уже очень давно принял.       Эллиот прислушался к звукам ветров и уже более стремительно и целенаправленно зашагал, немного отклонившись от курса. Шаги его были тихими, а поступь, несмотря на внушительные параметры, легкой, словно он был желтоглазым гепардом, крадущимся к добыче. Стоило ему подойти к стоявшему посреди горы трупов кронпринцу со спины, как тот бросил:       – Жив значит, я уже начал беспокоиться…       – Не стоило, Ваше величество, – почтительно произнес лорд Найтес, прижимая плотно сжатый кулак прямо к сердцу.       Что–то изменилось в атмосфере вокруг Нерола, что не осталось сокрытым от седовласого лорда и, этот факт крайне будоражил его сознание. Кронпринц излучал опасность всем своим видом, опасность, которую Эллиот старательно подавлял, оставаясь безразличным.       – Ты намного сильнее, чем я предполагал, – задумчиво произнес твердый голос, так и не обернувшись к собеседнику.       – Вас это беспокоит? – с напускной усмешкой произнес Эллиот, продолжая внимательно изучать собеседника и анализировать, то, что он видит, слышит и чувствует.       – Нет, – после долгой паузы медленно ответил кронпринц, давая понять, что он считает обратное. – Где ты был все это время?       – Сражение пошло немного не по моему сценарию, и я отдалился от основной черты сражения. Соперников оказалось многим больше, чем я мог бы предположить изначально.       – Но, тем не менее, ты абсолютно цел и невредим.       Глаза лорда отдали в окружающее пространство волну холода, в миг обратившись в ледышки, вместо недавно мерцавших золотых сфер.       – Вы подозреваете меня? – не поддаваясь на провокацию, размеренно ответил лорд Найтес, не сдвинувшись с места. Его провоцировали, но он лишь делал вид, что позволяет поймать себя.       – А тебя есть в чем подозревать? – вопросом на вопрос ответил Нерол, смотря исключительно на тело пред собой.       – Я, как и моя семья до последнего вздоха предан вам, нам нет нужды приказывать, чтобы знать о нашей верности. – без колебаний ответил седовласый лорд, словно намекая, что не стоит забывать о таких важный вещах.       – Понятно. – сухо отозвался принц.       Найтес держался спокойно и лишь изредка его глаза сигнализировали о небольшом сопротивлении. Врожденная тяга к чистоплотности слегка грызла его изнутри, вся его одежда стала чернее самой ночи, но на ней не было, ни одного пореза или потертости, только копоть, только пепел, только чужая кровь.       – Эллиот, у тебя есть друзья?       Странный вопрос из уст Нерола Владеску прозвучал совсем не к месту, крайне бессмысленным он был в возникшей ситуации. Лорд пытался найти загвоздку и тайный смысл слов кронпринца, но время поджимало, отчего в нем стал разгораться присущий ему еще с далекого юношества азарт, пожалуй после кровавой сечи, самым напряженным испытанием была словесная дуэль.       Эллиот решил ответить предельно честно, снова заставляя себя балансировать на грани:       – Нет, Ваше величество.       – Почему же? – Нерол усмехнулся.       – Друзья слишком большая роскошь сейчас, – спокойно ответил Найтес, концентрируясь на воздушных потоках вокруг. – А еще больше это ответственность, которую я не способен возложить на свои плечи.       – Хочешь сказать, что ты и без этого слишком скован обязательствами?       Кронпринц отчаянно цеплялся к каждому слову все больше давая знать, что это действительно допрос, на что Эллиот осознанно делал вид, что ничего не понимает, словно так и должно было быть. Ему давали лишь небольшой намек, а он все отрицал, но как и положено принимал предупреждение к сведению. Именно такую игру и ведут сильные, сначала лишь небольшие подсказки, а затем они когда-нибудь сплетутся в единый клубок обвинений.       – Нет.       Кронпринц, склонился над телом.       – Я только сейчас осознал, что практически ничего не знаю о тебе, кроме твоего характера, да и он меняется в зависимости от ситуации. Ты совсем не такой, как все остальные. Ты лишь играешь роль Эллиота Найтеса, но не как им не являешься. – голос принца разрезал воздух подобно лезвию, словно разгоняя воздушные потоки разделяющие мужчин.       – Я тот, кто я есть. – не менее уверенный ответ.       – Подойди, – требовательно произнес Нерол, так и не посмотрев на него. – Я не могу отвести взгляда.       Эллиот небрежно дернув плечом, зашагал к кронпринцу Темной империи, что–то в этой ситуации сбивало его столку, словно что–то давно забытое, вновь прорывалось в памяти темного лорда. И всему виной был лишь один Нерол, он будто менял полярность всего окружающего. От него пахло опасностью, от него пахло кровью и чем–то очень страшным. Казалось, сам Нерол совершенно не ощущал, то, что выпускал из себя с каждой секундой, зато Эллиот Найтес чувствовал это более чем ясно.       Открывшийся вид золотым глазам явно не особо понравился, так как они невольно мгновенно сузились, едва заметив распластанное по земле тело, такого же как и он сам темного лорда. Самаэль Вайрос. Он лежал неподвижно, лишь из его рта струилась непрерывная кровавая цепочка, а кронпринц смотрел на него столь бдительно и сосредоточено, словно даже если бы он пожелал, то не смог бы отвести взгляда.       – Он почти потерял себя, – спокойно пояснил Нерол, склоняясь немного ниже. – Чтобы ты сделал для своего лучшего друга?       – Все, что только смог бы, – не задумываясь, ответил Эллиот, присев и склонившись над мужчиной.       – Именно так, – задумчиво согласился принц, его черные глаза, как-то странно заискрились.       Самаэль судорожно дернулся и распахнул алые, обезумевшие глаза столь широко, что на мгновение Эллиоту показалось, что его глазные яблоки могут покинуть тело. А затем началось и вовсе странное, от тела лорда Вайроса пошел пар, будто тот сгорал заживо. Самаэль судорожно задергался в конвульсиях, зарычал и начал истекать кровью, не останавливая судорожные телодвижения, словно его тело было уже не в его власти.       – Интересно… – еще больше размышлял Нерол, склоняясь ниже и ниже, словно не видя всех ужасов происходящих с его другом. – А что если я уничтожу тебя?       Тело лорда Найтеса неосознанно напряглось, будто полностью подготовившись к рывку, несмотря на подлинное безразличие, его что–то кололо тонкой иглой изнутри, какое–то крайне неприятное чувство. Неопределенность. Он не знал, как развернуться события дальше и не знал, как ему стоит действовать, единственное в чем он был уверен: это то, что он не должен терять лица ни перед чем.       – Нет… – судорожно прорычал красноглазый, разрывая когтями свою грудную клетку, буквально вспарывая кожу и едва не раздвигая собственные ребра.       – Тогда… – Нерол улыбнулся очень нехорошо. – Думаю, я просто сотру тебя с лица земли.       Когтистая рука схватила Нерола за шею, сдавив ее и впиваясь когтями до крови, а сам невменяемый лорд злобно пророкотал:       – Не выйдет, жалкий выродок.       – Уверен? – абсолютно спокойный ответ с налетом торжествующей улыбки, и замертво падающая рука, обмякшая на шее принца, звучно ударилась оземь в полнейшей тишине.       В этот момент, Эллиот окончательно убедился, что ничто уже не будет как прежде, его серебряные волосы, испачканные и местам слипшиеся, ударили по лицу, повинуясь порывам неуправляемого им ветра. Пробудилось что-то совершенно иное...