Богиня из другого мира

      Дверь с шумом отворилась, вылившийся из комнаты свет мгновенно ослепил глаза, сделав меня еще более беззащитной. Странное чувство, которое невозможно было обуздать, зародилось где-то глубоко-глубоко внутри, словно черная дыра, затягивая внутрь себя и поглощая всю меня в кромешное и беспросветное царство отчаяния. Безысходность. Страх. Пустота... "Пус-то-та" - будто эхом пронеслось в давно ничего не соображающей голове. Действительно, странное чувство опустошенности, некогда цветущий в моей голове сад мыслей и идей превратился в бесконечную и сухую пустыню и, подобно ей, символизировал полное одиночество и внутреннюю пустоту.        Взгляд никак не мог сконцентрироваться на чем-то одном, от чего весь мир вокруг стал лишь жалким множеством бликов и смазанных фигур, не имеющих ни имен, ни лиц. Наверно, со стороны смотрелось так, как будто мой дух покинул тело, а все мое существо впало в состояние коматоза. Что ж, такое вполне могло произойти со мной, ведь тело не отзывалось, глаза не хотели видеть, а уши - слышать, губы онемели и стали нервно дергаться, чем-то отдаленно напоминая раскрывание рта выброшенной на сушу рыбы. Правая рука покалывала от чьих-то аккуратных, но вместе с тем холодных прикосновений, ноги шли сами, не ведая куда, и подчинялись лишь легкому прикосновению к руке, а взгляд блуждал по помещению, но ничего не видел, или просто не хотел видеть? Мир замер для меня, хотя снаружи был полон жизни и движения.        Я не успела заметить тот момент, когда оказалась в вакууме, так как было ощущение, будто кто-то сильно прижал свои ладони к моим ушам, но я не чувствовала боли - лишь слабое покалывание кожи, которая покрывалась мурашками. И это все? Скудный запас ощущений в столь ответственный момент моей жизни, который ограничился отголоском сознания и полной кашей в голове? Честно говоря, я ожидала большего от себя.       Рука продолжала покалывать так, будто я только что вытащила ее из сугроба и пыталась согреть возле камина. Камин - единственная вещь в доме, к которой мой отец был щепетилен и неравнодушен, помню, как долгими зимними вечерами он коротал свободное время, просто молча смотря на огонь в состоянии полной прострации. Я же предпочитала запираться в своей комнате и болтать по телефону с Брук о том, как же тяжело быть подростком и отбирать у младшей сестры дорогие мне вещи, которые та, в свою очередь, так и норовила присвоить. Думая об этом сейчас, я понимаю, какими незначительными проблемами на данный момент они стали! Но больше всего меня удивляет то, как быстро мой организм смирился с новой для меня окружающей средой и безумством, царившим вокруг: как я больше не боюсь Фредерики, как самую малость рада, что рядом темный принц, и, самое главное, как я все еще жива, несмотря на вакханалию и сумасшедший мир, представляющий ломаную реальность, где Лорен - Нерол, а привычный город - часть Темной империи. После всего этого мне уже начинает казаться, что я осталась вроде бы собой, а вроде бы и нет.       Я бы так и продолжала пребывать в неведении, если бы меня кто-то не усадил на стул. В моем сознании практически мгновенно произошла вспышка, будто кто-то переключил рубильник, повернул ключ, нажал кнопку, и я, несколько раз моргнув от яркого света, в некотором роде "очнулась".       Зал был полон света и людей, а может, и нелюдей... Стол, за который меня любезно усадил сопровождающий меня все это время кронпринц Нерол, был полон различных блюд и дорогой, переливающейся в свете свечей, посуды. Мне "повезло" сидеть во главе стола, прямо напротив принца, слева и справа от меня сидело по несколько мужчин с серьезными лицами и в довольно мрачных нарядах.       Я бы так и продолжала глазеть на мужчин, если бы тишину не прервал кронпринц:       - Рад снова вас всех встретить, - довольно громко произнес Нерол, не давая лордам возможности сказать что-то первыми. - Позвольте представить вам мою гостью, леди Ванкдом, которая будет гостить в замке столько, сколько ее душе будет угодно.       Мужчины устремили на меня крайне заинтересованные взгляды, кто-то ехидно улыбнулся, кто-то задумчиво стучал длинными пальцами по столу, кто-то наматывал длинный локон белокурых волос на палец и с упоением наблюдал за мной, а кто-то безразлично смотрел прямо мне в глаза. Не считая меня и принца, я успела насчитать семь незнакомцев, которые с интересом смотрели на меня, заставляя еще больше чувствовать дискомфорт от происходящего.       Нерол как-то странно посмотрел на меня, сцепив длинные сильные пальцы, и раздраженно продолжил сверлить меня взглядом. Он серьезно? В таком случае, что-то подсказывает мне, что сегодняшний обед они надолго запомнят...       - Мое имя Вильгельмина Ванкдом, - пытаясь унять дрожь в голосе, проговорила я, переплетя пальцы обеих рук вместе, что бы они перестали так сильно трястись. - Я очень рада, возможности лично приветствовать темных лордов...       Все ли правильно я сказала?       С трудом выдавив из себя слова, я опустила взгляд в пока еще пустую тарелку, не смея даже посмотреть на реакцию темных лордов. Было очень тихо, никто не притронулся к еде, что еще больше пугало. И это все больше казалось мне странным - разве не для того, чтобы пообедать, мы собрались?       Мужчины молча переглядывались, взгляды их были холодными и хищными, точно меня окружали не люди, а звери, грациозные и опасные: пантеры, тигры, леопарды во главе с прекрасным вечно холодным снежным барсом. Глаза кронпринца медленно осматривали все вокруг, затем остановились на мне, заметно сузились, и на мгновение мне показалось, что он смотрел сквозь меня, от чего я испуганно поежилась.       - Думаю, лорды, вы уже все обсудили! - ухмыльнувшись, произнес будничным тоном принц. - Позвольте я представлю вас леди Ванкдом. Она полностью потеряла память и нуждается в защите и понимании со стороны короны.       Даже я заметила, как сильно изменилось его поведение: с тех пор, как он вошел в зал, темный принц стал более разговорчив из-за дружеской компании, или же все потому, что он волнуется обо мне? А может, дело совсем в другом? Я не могу ничего понять! Он такой сложный, в отличие от Лорена, который был открыт, как книга, и редко скрывал что-то внутри себя, кронпринц просто показывает всем ненастоящего себя, заменяя все оболочкой. Но не успела я развить эту мысль, как Нерол указал рукой на мужчину, сидевшего рядом, тот тут же поднялся и склонил голову, повернувшись корпусом в мою сторону.       - Лорд Альбо Вайрос, старший сын семьи Вайрос и будущий глава рода, - объявил кронпринц.       "Вайрос? Значит, он родственник недавно встретившегося мне Самаэля?"       Он выглядел более зрелым и высоким, нежели Самаэль, его плечи были широкими, а волосы - длинными и прямыми, ниспадающими на спину водопадом, но, едва взглянув в его глаза, я вздрогнула: они были, можно подумать, вылиты из серебра, и в них не было и намека на внеземной алый, манящий и сводящий с ума цвет глаз, как у его родственника. Альбо заметил мою неоднозначную реакцию и, как-то странно скорчившись, поспешил сесть обратно на место, чтобы я перестала так на него смотреть. Я почувствовала смятение, ведь, возможно, не только Лорд Вайрос и принц почувствовали мой взгляд.       - Лорд Николас Грегори, единственный сын советника императора.       Сидящий рядом с лордом Вайросом мужчина поднялся; выглядел он относительно молодо, - если сравнивать его с Альбо, - я бы дала ему не больше двадцати. Мне показалось, он был несколько смущен и не уверен, хотя был очень высоким и стройным, а его длинные, почти белые волосы были собраны в высокий хвост, в ушах болтались замысловатые серьги, издалека напоминающие кресты. Для мира, в котором я очутилась, его внешность выглядела по сравнению с другими как-то бесполо: тонкие черты лица и бледная кожа, слишком аккуратное лицо для мужчины, но слишком грубое для женщины, что создает огромную трудность в определении пола... Но его тело определенно мужское, пускай и худощавое.       - Рад нашей встречи, леди, - спокойно произнес он и в довершении слегка улыбнулся уголками губ, затем поспешил сесть на свое место. - Надеюсь, ваша память в скором времени вернется к вам.       - Я тоже рада, - пробормотала я, быстро опустив глаза.       - Лорд Эррон Гэйнс, единственный представитель рода Гэйнс.       Мужчина, сидящий справа от меня, медленно поднялся и повернулся лицом ко мне, так же, как и предыдущие лорды, слегка склонил голову в знак почтения. Я сразу обратила внимание на довольно грубые черты лица и шрам, пересекавший его от правого глаза до середины щеки, который делал его довольно жутким и устрашающим, не говоря о том, что лорд был невероятно высок, на вид он точно был выше двух метров! И смотрел на меня с высоты своего роста подобно великану, накрывая меня тенью.       - Felix ad te, dea, - произнес он, спокойно сев на свое место.       - Et tamen non intelligere illa, - вмешался кронпринц, который слегка усмехнулся, произнося это.       - Scio...       - Bysso.       Лорд Эррон Гэйнс задумчиво посмотрел на меня своими темно-карими глазами, по-видимому, он что-то обдумывал у себя в голове, но довольно быстро все решив, произнес:       - Рад тебе, Богиня.       - Я тоже рада вам, Лорд Эррон Гэйнс, - едва сдерживая дрожь во всем теле, пролепетала я на выдохе, учитывая, что я абсолютно не имела понятия, о чем они дискутировали с темным принцем, но, в конце концов, решила проявить некую вежливость...       - Лорд Роберт Анлер, сын одного из самых преданных воинов моего отца - Аллена Анлер.       После слов, произнесенных принцем, поднялся первый мужчина, сидящий рядом с кронпринцем, но уже слева, делал он это довольно вяло, прилагая усилия над собой и, слегка пошатнувшись, выпрямился и гордо встал, взглядом отказав рядом сидящему лорду в помощи.       - Noli turbare superbiam meam, amici mei, - спокойно произнес он.       - Ego paenitet, Robert.       Волосы с таким трудом вставшего лорда были, пожалуй, самыми коротко стриженными из всех присутствующих, но больше меня привлекла повязка на левом глазу, которая плотно закрывала едва ли не половину лица. В носу тут же защипало от увиденного, и с трудом мне удалось подавить уже проступающие первые слезы; не знаю почему, но мой разум всегда плохо воспринимал такого рода зрелища. Мне всегда казалось, что таким людям намного тяжелее, чем кому-либо другому, прежде я всегда старалась отвести взгляд и сделать вид, что не замечаю, но сейчас я смотрела прямо, пускай и с обидной для него жалостью.       - Я рад видеть вас, леди Ванкдом, - с радушием, как мне показалось, произнес он. - Прошу простить мне мой внешний вид, если это возможно.       Я только и успела набрать в легкие воздуха для того, чтобы начать говорить, как дверь с шумом распахнулась. Я неосознанно вздрогнула и тут же обратила все свое внимание на дверной проем, в котором стоял Самаэль Вайрос. Его черные, как смоль, кучерявые волосы все еще находились в полном беспорядке, зато он успел переодеться, да и на вид он стал менее изнеможенным, чем прежде. Красноглазый при своем невнушительном росте довольно уверенно прошагал до середины комнаты, после чего замер.       - Наша встреча оказалось скорой, леди Ванкдом, - слегка усмехнувшись и глядя на меня через плечо, произнес он, - Господа, извиняюсь за опоздание, путь был довольно долгим.       Самаэль все также неизвестно зачем продолжал стоять посреди комнаты и прожигать взглядом принца, словно бросал ему вызов, в его кровавых глазах не было никакого страха пред ним..       - Почему я не слышал о твоем возвращении? - не заставил ждать себя кронпринц.       - Я вернулся сегодня с рассветом, устав от дороги, тут же направился в свою комнату, - пояснил он. - Что ж, вы все собрались здесь не просто так...       - К чему ты клонишь? - требовательно поинтересовался кронпринц, его голос стал заметно громче и тверже, не сказать, что он был зол, скорее больше возмущен.       - Интересно, с каким удовольствием вы все наблюдали, как убивают моего отца? Должно быть, для многих это стало торжеством. Это так доблестные темные лорды решают свои проблемы? - довольно дерзко огласил свою претензию лорд Вайрос, но затем усмехнувшись продолжил: - Неужели вы все так боитесь меня, я ведь прав, Нерол?       - Брат! - тут же вклинился уже вставший с места Альбо, но Неролу хватило лишь одного жеста рукой, чтобы тот опешил и сел обратно, замолчав.       Сам кронпринц вел себя на удивление спокойно, временами мне начинало казаться, что его только забавляет поведение обоих братьев, но что, если действительно от его приказа погиб их отец, что тогда они должны ему сказать и сделать за это...       - Твой отец умер с честью, которой у многих из нас нет. Думаю, то, что ты сделал полезное дело для Темной империи, порадует его гораздо больше, чем твое лицо прямо во время отсечения головы, - отчеканил принц, подпирая щеку рукой, с вызовом смотря на Самаэля, а я все никак не могла перестать поражаться его поведению в разных ситуациях. - Но ты прав, в одном я, действительно, просчитался: именно ты вернулся в истинном обличим рода, с глазами присущими лишь тебе.       - Вы все также напыщены и преисполнены благородства, - размышлял Самаэль, он говорил так, будто едва ли не в первые видел всех здесь собравшихся, затем указал на свои глаза. - Они достались мне буквально в нескольких днях пути от Бастиона, я рухнул с лошади от адской боли и каково было мое удивление, когда я осознал, что они окропились кровью. Оказывается, я был более предпочтительным.       - Семья Вайрос теперь полностью в твоем распоряжении, - немного раздосадовано произнес принц, раздумывая над чем-то.       - Разумеется, - он прижал руку к сердцу, скривив губы в усмешке.       - Надеюсь, ты составишь всем нам компанию, - голос у кронпринца вновь стал нормальным, при этом не растеряв нотки превосходства.       Самаэль, украдкой взглянув на брата, направился к свободному месту за столом и шумно рухнул справа от меня. Я пребывала в легком недоумении, и, пока лорды были увлечены стремительно ворвавшимся на званый обед красноглазым, я не чувствовала такого дискомфорта и могла с удивлением смотреть на разговор принца и лорда со всеми. Стоило шумихе нейтрализоваться, как взгляды вновь стали обращены ко мне и сидящему рядом виновнику беспокойства.       - Все не так плохо, как я предполагал, - начал Самаэль. - Северные люди достаточно дружелюбный, а главное, трудолюбивый народ; я думал, там одна разруха и бедность. Мне посчастливилось остановиться в доме одного чиновника, который и поведал мне о большинстве проблем, которые испытывают жители. Не ожидал столь доброго и душевного приема. Но стоило им узнать, из какого рода я происхожу, как все стали шарахаться от меня, точно от прокаженного, - он слегка усмехнулся сказанному.       - Довольно, я выслушаю это при личной встрече, думаю, леди голодна. Прикажите подать еду.       Словами невозможно было бы, наверно, передать то, насколько сильно мне хотелось покинуть это помещение, учитывая, что практически все, за исключением нескольких лордов, были взрослыми мужчинами! А я все еще оставалась шестнадцатилетним подростком с маленьким коэффициентом уверенности в себе и совершенно расшатанной нервной системой. Я тяжело вздохнула, Самаэль даже не попытался сделать вид, что не заметил моего печального вздоха, а, наоборот, уставился на меня, ехидно улыбаясь; я попыталась отвернуться, но ощущение того, что мне сверлят затылок, осталось, причем очень неприятное.       - Обед подан...