Торвальд. Эра войны

      Путь назад занял около недели. Быстрее получилось потому, что, едва караван выехал из арктической зоны, Алек предпочел лететь в одиночку. Так получалось намного быстрее – за день можно было преодолеть расстояние, которое караван бы прошел за неделю. По пути не приходилось волноваться о еде – охотничьи инстинкты орла всегда находили, что поесть, а учитывая, что все путешествие оборотень провел именно в этой форме, неудивительно, что когда он вернулся домой, был более чем сыт.       Дом Алека представлял трехэтажное строение с небольшим двориком вокруг, колодцем и беседкой. Весьма стандартный по меркам города Перьев, дом находился на его окраине, там, где людей немного и ничто и никто не мешает ходу жизни оборотня.       Алек вернулся домой, когда солнце начало вставать, а потому не спешил заходить внутрь. Перекинувшись обратно в человека, оборотень устроился на крыше, глазея на восток. Заря постепенно окрашивалась в ярко-фиолетовый цвет, облака, отражая этот свет, становились пурпурно-бурыми. Две из трех лун Торвальда уже зашли за горизонт, а вот третья небосвод никогда не покидала. Даже в свете дня она находится на том же самом месте, никуда не двигаясь, словно прибитая к небу гвоздями. На материке Зверей, однако, большинство было уверено, что лун всего две, ибо им никогда не увидеть третью.       Но вот солнце начало всходить, и первые лучи появились из-за горизонта, освещая все вокруг мягким светом. Здания откинули длинные тени, а солнечная местность окрасилась розоватым оттенком. Алек не очень любил всю эту красоту, творившуюся каждый день, но после жутких морозов и постоянной облачности это явно стоило того. Когда же солнце окончательно взошло, Венадио отпер дверь и вошел в дом. Его взору предстала небольшая гостиная, весьма гостеприимно украшенная разными безделушками и предметами разной степени нужности. Дальше следовал зал, из которого лестница вела на второй этаж. Поднявшись наверх, Алек зашел в свою комнату. Нет, не спальню – кабинет. Тут были развешены еще не выполненные контракты – те, которые требуют намного больше времени. Оборотень редко когда оставался без дела – тут был и сбор данных об определенном человеке, и защита контрабанды на протяжении трех месяцев, и все требовало внимания оборотня. Сладко потянувшись, Алек резким движением сорвал плакат с контрактом об убийстве казначея. Осталось только награду получить, а давали за него много. Хватит, чтобы пару месяцев жить и ни в чем себе не отказывать. Не то чтобы Алек нуждался в деньгах – в его распоряжении ходили весьма недурные суммы – он все равно привык считать свои финансы наперед.       Разгрузившись, оборотень собрался в город, но перед тем, как встретиться с заказчиком в указанном месте, требовалось еще решить кое-какие дела. Прежде всего нужно было оценить колечко, успешное стянутое с тела. Где это можно сделать? На черном рынке.       Черный рынок – это не место. Это целая система подпольных предприятий, занимающихся сбытом и переправкой товаров сомнительной легальности или сногсшибательной ценности. Тут работали лучшие ювелиры всего Торвальда – лучшие, потому что всегда говорили правду. Они не покупали, а оценивали, а за это уже деньги получали. За информацию. А с этими знаниями уже можно было обращаться к посредникам, которые каким-то образом наживались на том, что покупали за весьма недурные деньги. Система работала самостоятельно, и разрушить ее было задачей нереальной. Все знали о существовании черных рынков, но никто не мог с ними ничего поделать.       В городе Перьев вход в одно из подобных предприятий располагался в… Канализационной системе. Да, туда редко кто залазит, а потому место вполне приемлемое. Дверь была тщательно замаскирована под стену, однако стоило сунуть руку под потолок, заросший мхом, можно найти рычаг, потянув за который, можно открыть дверь. Алек делал так уже много раз, а потому ничего странного для него в таких действиях не было. Он прошел внутрь. Рынок был чуть ли не выкопан под городом, работали тут люди разной внешности и должности, оборотни и простые люди, Звери и Птицы – тут все были равны. На материке Птиц оборотни-звери не очень любили задерживаться, но именно тут они находили пристанище, если нужно переночевать или затаиться. Условия пусть и не самые шикарные, но они вполне удовлетворены. Вот и сейчас Алек отметил, что три Волка прямо в зверином обличии шастают по предприятию, что-то вынюхивая. По непонятной причине, большинство оборотней-зверей, с которыми Венадио встречался, были именно Волками.       Его путь лежал к ювелиру. По пути он поздоровался с некоторыми коллегами, отдал небольшой денежный должок, отдал запечатанное письмо ждавшей там женщине.        – Алек, Алек, Алек! – раздалось из ювелирной лавки, едва оборотень показался в поле зрения ювелира. – Сто лет сто зим! С чем пожаловал на этот раз?       Ренгольд, Сокол, был оборотнем лет двухсот с виду. Его зоркие глаза в миг определяли ценность любой погремушки, которую он только мог встретить. Его история была похожа на историю Венадио – он был очень плохим бойцом, а потому на фронт ему дорога была закрыта. Соколы обычно были скаутами Птиц, разведывая территорию и лагеря противников. Но этот индивид предпочел это занятие войне. Пацифист, не иначе.        – И тебе не хворать, Ренгольд, – сказал Алек, подойдя ближе. – Сможешь определить цену этой штукенции?       Он достал из кармана перстень и показал ювелиру. Тот аккуратно взял украшение и поднес на свет. Алек всегда с интересом наблюдал, как Ренгольд определял камни. Его глаза, причем только глаза, буквально на секунду превращались в соколиные, а потом снова обратно. Среди оборотней частичная трансформация была вполне распространенным навыком, да и Алек так же умел. Но талант ювелира отрицать было нельзя. Через пару мгновений он вернул кольцо назад.        – Я тебе скажу, что это за камень, но и ты мне ответь, где ты это раздобыл. Многие подумают, что это простой рубин, ан нет, это огненный сапфир – крайне редкий и очень, очень дорогой камень. Многие богатые личности не могут себе этого позволить. Даже если ты заложишь свой дом, потратишь все свои сбережения и сам в рабство продашься, тебе не хватит на то, чтобы приобрести такую погремушку. Теперь твоя очередь.        – Кольцо принадлежало казначею Сингарра, – кивнул Алек, успев изрядно удивиться. – Судя по всему, эта мра… Этот человек украл очень много денег у народа, раз такое носит.        – Ты грохнул казначея Сингарра? – переспросил Ренгольд. – Ничего себе! Теперь им придется искать нового. Да, либо он воровал очень много, либо украл это кольцо сам. В любом случае, продать его будет очень трудно, так что не ожидай большой суммы за эту прелесть. Да, и насчет суммы… Плати давай.       Алек улыбнулся, достав мешочек с деньгами и отдав его ювелиру. Тот взвесил в руке презент и, удовлетворенно кивнув, сунул его под прилавок. Однако прежде чем продавать колечко, нужно было предъявить его заказчику. Выйдя из канализации, оборотень огляделся и, найдя нужную дорогу, отправился в сторону кабака.       «Кабаком» у наемников называлось место, где они получали большинство своих контрактов. Туда сходились все те, кому кто-то не угодил или когда им что-то нужно. Кабак располагался ближе к центру Пера, в подвале одного из публичных домов. Хорошее прикрытие, ведь никто не будет ожидать от полулегального бизнеса того, что тот будет содержать в себе еще один, как матрешка. Тут почти никогда не было много народу – люди тут не задерживались дольше, чем на час. В кабаке тоже были не только оборотни-птицы, но и Звери, но все они старались придерживаться человеческого обличия, дабы не спугнуть потенциальных клиентов.       Алек прошел в просторное помещение, выделанное камнем – тут находилось около десятка человек – те, кто пришли за делом. Далее шли комнаты, в которых наниматель беседовал с нанимаемым – объяснял условия, цели и назначал цену. Наемники тоже имели своеобразную иерархическую систему – но не по благородности Сущности, а по стажу и соотношению успешных заданий к их общему числу. Стаж Алека в пятьдесят лет, ровно как и неплохой рейтинг, позволили ему запрашивать за контракты весьма неплохие суммы. Начинал же он как и множество новичков, что здесь было – с нуля, зарабатывая гроши, бегая по мелким поручениям. Сейчас же он колесил по всему материку Птиц и пару раз бывал на материке Зверей, а сами задания сильно разнообразились. Венадио нашел глазами своего нанимателя, который сидел потупив взгляд. Едва заметив оборотня, тот подскочил на месте и заспешил к нему. Объяснив, что дело сделано и показав кольцо, Алек получил свое вознаграждение. Клиент претендовал на безделушку, но наемник доходчиво доказал, что колечко принадлежит именно ему.       После этого оборотень хотел вернуться на рынок и продать колечко, но ему стало лень. Бывало с ним такое – необязательные дела отходили на второй план. На сегодня дел больше не было, а потому он занялся своим любимым времяпрепровождением.       В Торвальде каждый был занят своим делом, безработных людей почти не было. Но некоторым профессия позволяла самим распределять свое свободное время. Наемники как раз были такими людьми. Они могли быть заняты днями напролет на протяжении месяца, а потом ничего не делать целый год – такой ритм жизни понравится далеко не каждому, но в такие периоды затишья, когда никто и ничто не требует твоего внимания, Алек любил летать. Не так, как из Сингарра в Перо – нет, такие перелеты сильно утомляли. Вот уже почти век оборотень оттачивает свои полетные навыки любыми доступными ему способами – за такое время орел двигался в небе гораздо свободнее и быстрее обычных птиц, его размах крыльев сделал возможным резкие маневры, а потому в обличии Сущности преодолеть лес, не поднимаясь выше крон, являлось вполне выполнимой задачей. Вот и сейчас оборотень наворачивал круги в лесу, то и дело пытаясь придумать что-то новое. В конце концов, утомленный ничегонеделанием, так как ничего нового в голову не приходило, оборотень приземлился на дерево и, перекинувшись в человека, уселся на ветке.       Был ли он одинок? Необщителен, да. Одиночество не так сильно было заметно, но в такие моменты, когда Венадио сидел один посреди леса, погруженный в свои мысли, создавалось именно такое впечатление. Однако на самом деле у него был собеседник. Всегда был, только сейчас Сущность мирно дремала где-то в уголках сознания. Такое бывало. Вытащив кольцо, Алек посмотрел на камень внутри. Драгоценность переливалась на солнце всеми оттенками красного, начиная бледно-розоватым и заканчивая ярким, как огонь, оранжевым. Почему его назвали именно сапфиром, оставалось неизвестным. Он определенно был не синего цвета.       Время близилось к закату. Алек сам не заметил, как заснул на добрые три часа, сидя на ветке и рассматривая кольцо. Погремушка валялась под деревом, и оборотень без труда смог ее найти глазами, после чего, потянувшись, спрыгнул вниз и, подняв украшение, сунул его в сумку и направился домой.       Когда солнце всходило, зори были фиолетовые. На закате же горизонт окрашивался ярко-бирюзовым, что само по себе было весьма необычным наблюдением. Но красивым. Вообще, много природных вещей в Торвальде были прекрасны: например, ночное небо. Помимо трех лун, если выйти из города, небосвод показывает свои истинные цвета. Буквально. Если отойти от города Перьев на расстояние пяти-шести километров, найти полянку и, не разводя костер, наблюдать за небом, то можно увидеть удивительные краски: красные, зеленоватые и лазурные туманности привносили некую загадочность. Эти туманности были весьма тусклыми, а потому в городе, где горят окна и фонари, разглядеть их невозможно.       На следующий день раздался стук в дверь. Заспанный Алек, фактически ведомый Сущностью, прошел в прихожую и, глянув в глазок, открыл. Там стоял курьер. Нет, не почтальон. Такие курьеры появлялись на пороге наемника только тогда, когда в кабак пришел кто-то, кто требует именно этого наемника. И никого больше. Сущность дала мысленного пинка Алеку, мгновенно приводя того в чувство – тело оборотня вздрогнуло, когда человеческая половина возвратила себе контроль. Ходить в человеческом обличии орел кое-как умел, а вот разговаривать – нет.        – Алек Венадио? – спросил курьер, роясь в бесчисленном количестве бумаг в своей заплечной сумке. Курьерам платили за количество доставленных писем. Этот белобрысый пацан лет тридцати работал не только в кабаке, а еще в двух почтовых отделениях города. Тяжела участь Голубя. Зато не опасна, в отличие от алековской. Венадио кивнул, пропуская курьера в дом. Тот замешкался на секунду, после чего сделал неуверенный шаг внутрь.        – У меня для вас клиент, – спохватился тот, найдя наконец нужную листовку и вручая ее. Лоб Алека сморщился, выражая открытое недоумение. Обычно клиенты посылали за наемником. Никогда еще они не посылали контракт. – Он захотел остаться анонимным.        – Ну это у него не выйдет, – сказал Алек, просматривая почерк, приложенные документы и рисунки каких-то вещей. – Он захотел остаться анонимным для тебя. Я точно знаю, кто он таков. Она, то есть. Ты проходи, судя по всему, ответ понесешь сейчас же. Считай, тебе повезло.       Курьер удивился, но прошел вглубь дома. Пока Алек заваривал чай, паренек осматривал помещение.        – Неплохой у вас дом, – начал он. Алек кивнул.        – Но не такой неплохой, куда будет лежать мой путь.       Алек был рад гостям. В такие моменты он почему-то чувствовал себя совсем по-другому. Обычно, когда он один, он занят какими-то слишком суетными или, наоборот, слишком нудными делами. А такой вот сюрприз на пороге как минимум давал повод выпить чаю. Поговорить. При всем опыте Алека как наемника, он не разучился доверять людям. Наверное, это свойство было тем основным, что позволяло оборотню сохранять некую легкость на протяжении всей жизни. Необремененный паранойей или вселенской недоверчивостью, но при этом аккуратный в завязывании новых отношений, он находился где-то посередине. Только вот непонятно, в золотой ли середине или ни там, ни сям.       Говорили о разных вещах. В частности, о контракте. Заказчиком, как Алек установил, была именно она. И не просто она, а Она. Сама королева. Феникс имела очень странную привычку все указы, поручения, письма и прочее писать своей рукой, а потому ее почерк был своего рода печатью для знающих. Последняя, кстати, отсутствовала. Конспирация, е-мае. Аудиенции у королевы можно было просить годами и так и не получить. В лицо Латинду Алек ни разу не видел, да и не был уверен, что хотел видеть. Но надо было. Бумага говорила ясно: явиться лично.       Оборотень допил чай, дождался, пока почтальон закончит, после чего, закрыв за ним дверь, выдохнул. Надо было подумать. Зайдя в свой кабинет, он снял со стены записку со словом «письмо» и еще одну с рисунком золотой монетки, после чего уселся в кресло.       Королевские контракты были чем-то особенным. Если наемник получал таковой, можно считать, что в случае успеха его жизнь удалась. Посчитав в уме, Алек понял, что и сейчас жизнь в принципе удалась, но вознаграждение королевы, по слухам, превышало любой капитал любого наемника. Смекнув очевидную пользу, оборотень решил, что к королеве-таки надо пойти. И идти надо быстро.