Торвальд. Эра войны

      Тусклый свет далекого факела освещал камеру, где двое – преступник и торговец – сидели уже битый час. В то время как последний горевал о своей судьбе, первый активно ходил по помещению, что-то выискивая и бормоча себе под нос. В конце концов он бросил это дело, бессильно пнув стену.        – Я же тут совершенно не при чем, – продолжал Сертар. – Почему судьба так несправедлива со мной?       Алеку и самому было стыдно. Главным образом, по двум причинам – первая заключалась в том, как просто он попался, а вторая – в том, что он подставил действительно ни в чем не повинного человека. Камера, где их оставили, ровным счетом не имела ничего, что могло бы им помочь в побеге. Ему помочь – тоже. Оборотень или нет, нельзя просто так взять и выбить железную дверь. Понадобится недюжая сила даже для таких как он.        – Ты выглядишь, будто знаешь, что происходит, – выдал торговец, когда наемник уселся на пол. – Посвятишь меня? Оба тут торчим из-за тебя.        – Знаю, - кивнул Алек. – Меня сцапали за дело, тебя, судя по всему, – за содействие. Я украл нечто из Фальгкана – города, откуда ты ехал. Судя по всему, что-то очень важное. На этой вещи стояла магическая печать, по которой она выдавала себя. Любой маг сможет ее разглядеть. Да что там – любой человек сможет.        – Так ты оборотень? – не без удивления спросил Сертар. – Интересно. И зачем тебе это?        – Я, если честно, сам без понятия, – пожал плечами перевертыш. – Королева приказала.        – Королева Алатриэль? – голос торговца сошел на шепот. – Ей-то это зачем?        – Да нет же, королева Латинда.        – Так ты… – тело торговца напряглось. Даже в тусклом свете это было заметно. – Как ты вообще… И я с тобой… Да что за день-то такой нехороший!        – Успокойся, – перебил его наемник. – Может, поможешь мне с побегом? Нам обоим не сносить головы, если что-то не придумаем. И быстро.       Было ясно, что Сертар не так-то часто имел дело с соседним материком – точнее, вообще никогда. Иначе он не вел бы себя так враждебно.        – Ты уже знаешь, что ничего тут нет, – буркнул торговец, отворачиваясь от собеседника. – Я спать.       В камере были два лежака. Их нельзя было назвать ни в коем случае пригодными – прогнившая ткань вызывала весьма естественную реакцию. Сертар улегся на полу и, глазея в потолок, начал что-то напевать себе под нос. Мелодия была спокойной и размеренной, но вскоре превратилась в храп. Алек вздохнул, глядя на то, как же быстро этот человек принял свою судьбу. Хотя с другой стороны, он тоже проверил все что мог – выхода не было.       « – Ну что, доволен? – голос орла заставил Алека отвести взгляд от торговца и уставиться в стену. – Попался, как последний идиот».       « – Эй, как будто у нас был шанс увидеть эту печать!»       « – Можно было догадаться, что она там есть. Столь важная карта – и без дополнительной защиты?»       « – Ну сейчас это для тебя очевидно! – возмутился Алек, рефлекторно вставая, словно общаясь с настоящим собеседником. – Что-то я не припомню, чтобы ты меня предупреждал об этом, когда мы были в гарнизоне!»        – Алек Венадио?        – Восемьдесят один год как, а то ты не знаешь! – оборотень не заметил перехода из мысленного разговора с Сущностью в весьма реальный разговор со стражем, который подошел к двери. – Ой.       Тот почесал затылок, после чего отворил дверь. Скрип двери, равно как и выкрик наемника, разбудили Сертара. Тот протер глаза и непонимающе уставился на происходящее.        – Тебе повезло. Или жутко не повезло, – стражник прошел внутрь камеры, схватив торговца и буквально вытолкав его из помещения. – Ты свободен. Ты же, – он повернулся к Алеку, – пойдешь со мной. С тобой хотят говорить.        – Говорить? Кто со мной вообще зах… – начал было Алек.        – Королева.       Венадио споткнулся и упал, заставив стражника искривить свою физиономию и поднять его на ноги. Такого он точно не ожидал. Его затолкали в повозку из металла – такую, в каких обычно перевозят заключенных – и тронулись. Алек сидел и пялился в никуда, пытаясь осмыслить то, что сейчас произошло. Было ли это хорошо? Или плохо? Чем это обернется? Может, это просто сон такой?       Оборотень ущипнул себя. Нет, это был не сон. Все было вполне реально. Эта повозка, эта ночь, эти события…        – С чего бы Ее Величество хотела со мной говорить? – крикнул оборотень.        – Чтобы лично тебя убить, я надеюсь, – в голосе ответившего чувствовалась чистая ненависть. Много же времени он провел на поле боя, прежде чем вернуться на службу в столицу.       Наемник вздохнул. Его руки предварительно связали, чтобы тот не учудил чего. Он пытался высвободить свои конечности от неприятной жесткой веревки, но все было тщетно – он только содрал кожу. Неприятная веревка теперь еще и причиняла весьма жгучую боль. Они ехали где-то с час, после чего повозка остановилась. Повисла тишина, после чего Венадио услышал звук открывающейся двери где-то вдалеке. Он прислушался. Пятеро стражей шли к ним. Все в доспехах. Тяжелых. Обменявшись парой слов, они открыли дверь, вытаскивая Алека из повозки.        – Я, вообще-то, и сам был рад выйти, – немного уязвленно заявил наемник. В ответ он получил недовольное фырканье. Перед ним предстал Замок Правителей. В отличие от его аналога в Городе Перьев, это строение выглядело куда более грузным, но от этого не менее впечатляющим. Ночью множество деталей было не разобрать, да и ситуация не очень-то позволяла насладиться архитектурным произведением – было ясно одно: замок был большим. Очень.       Внутрь они вошли не через парадный ход. Его вели через подземелья, все выше и выше. Десятки ступеней превратились в сотни, когда они наконец прибыли. Они вышли в тронный зал из какой-то совершенно неприметной двери. Их шаги эхом отдавались по громадному помещению. В отличие от всего остального замка, здесь горел свет. И света было много. Прошла добрая минута, прежде чем глаза Алека смогли адаптироваться к такому освещению. Помимо стражи тут была еще одна фигура. Она восседала на троне, выполненном из неизвестного рода дерева и украшенного такими камнями, о которых наемник никогда и не слышал. Это, как понял наемник, и была сама королева Алатриэль. На вид ей было лет сто пятьдесят-двести – не очень молодая, но и не старая. Белоснежные волосы были тщательно выпрямлены и ухожены – сразу было видно, сколько внимания она уделяла своей внешности. И напротив нее стоял Алек – фактически в повседневной одежде, с взъерошенными черными волосами, с руками, обмотанными веревкой и взглядом, выражающим откровенное непонимание.        – Во имя меня, ну снимите вы с него веревки! – раздался голос королевы – на удивление мягкий и энергичный. Стража послушно выполнила приказание. Когда веревки спали на землю, Алек встряхнул руками, словно стряхивая с них воду. Натертые места приятно пощипывало прохладой, что здесь царила. – Вы ведете его на прием к королеве, а не на суд!        – Извините, Ваше Высочество, – оттарабанил один. – Не додумали.       Королева кивнула, после чего сделала жест рукой. Как понял Алек, он означал «свободны». Ситуация с каждой секундой становилась все менее понятной. И теперь стражники тоже переглядывались. Но послушались.       Когда дверь захлопнулась, повисла секундная тишина.        – Ну и зачем, скажи мне, – начала Алатриэль, описывая круги вокруг наемника, – тебе было нужно это?       Ее рука взметнулась вверх. Она держала ту самую карту, что Алек украл из Фальгкана.        – Если честно, – ответил Алек. – Я и сам не знаю. Мне приказала королева Латинда.        – Ну да… – королева остановилась, задумчивым взглядом смеряя Алека. Сейчас оборотень заметил явную разницу между этим приемом и тем, что ему устроила Феникс. Атмосфера была другая. Более расслабленная. Смотреть на королевскую особу никакого труда не составляло, от нее веяло вековой мудростью, да и Сущность тоже вроде как чувствовала себя нормально. Алатриэль отвела глаза от наемника и уставилась в пол. Было видно, что она общается со своим спутником.       Суматранский Волк являлся прямой противоположностью Феникса. Эта Сущность выглядит как белоснежный волк, словно сотканный из холода. В книжках по истории говорится о необычайной силе, которые королевские Сущности имеют. Говорится об огненных катаклизмах, устроенных лично Фениксом, и о буранах, создаваемых Суматраном. О том, как они воплощают собой две конфликтующие стороны, и поэтому мира в Торвальде не будет никогда.        – Что у тебя в кармане? – внезапно прозвучал вопрос, заставивший Алека очнуться от вспоминания тех немногих книг, что он прочитал, будучи еще мальчишкой на Острове. Он знал, о чем шла речь. И знал, что Алатриэль знала. Прикидываться дурачком было бесполезно.        – Я и сам толком не знаю, – Алек извлек из кармана кольцо с огненным сапфиром. Как и ожидалось, камень все еще был синего цвета. – Нашел его недавно. Камень был красный. Сейчас стал синий. Вообще непонятно. Друг сказал, что камень называется огненный сапфир. Добавил, что это – очень дорогая вещь. Больше ничего не знаю.       Королева смотрела на камень с примесью удивления и некой… удовлетворенности?        – Возьми.       Она протянула Алеку карту, которую тот забрал из Фальгкана. Потребовалось две секунды, прежде чем оборотень недоверчиво взял бумагу.        – Я распоряжусь о твоем освобождении. И про возврат твоих вещей. Доложи Латинде о том, что ты здесь видел. И не упоминай этот разговор.       Непониманию Алека не было предела. Его отпускают? Или это ловушка? Зачем… Что вообще происходило?        – Да, и вот еще совет: когда будешь отчитываться перед своим монархом, надень кольцо.       Стража снова вошла в помещение, после чего увела напрочь ошарашенного Венадио из замка. Алатриэль же села на свой трон, облегченно вздохнув.       « – Наконец-то мы сможем закончить эту войну», – промелькнуло в ее голове. Мысли ее собственные? Или Суматранского Волка?