Фиолетовая жизнь

Минато сидел за столом и разбирал накопившиеся документы. Недавно завершившийся экзамен на джонина подкинул горы бумаг на утверждение и согласование. Не стоило также забывать про регулярные миссии и задания для генинов. В общем, работы хватало. Время перевалило за полдень, когда Минато оторвался от бумаг, откинувшись на спинку кресла. День выдался суматошный, но главное - он справился. Пожалуй, теперь можно себя побаловать. «Домой или в Ичираку рамен? В Ичираку рамен или домой?» - Минато вертел на пальце фирменный кунай, прикрыв уставшие от проверки документов глаза. «Сегодня Мито собиралась осваивать полет бога грома. Интересно, справилась ли? У Кушины до сих пор не получается, а Мито – ее маленькая копия во всем». Минато выглянул в окно. Внизу изредка мелькали шиноби, степенно прогуливались жители, бегали наперегонки дети. Коноха жила обычной жизнью, и в этом была его заслуга как хокаге. «Домой. Я ведь не только хокаге, но еще и отец». Однако в следующую секунду планы Минато резко изменились. Один из маяков для его техники запульсировал и ярко вспыхнул на грани чувств. Этот сигнал поступил с тренировочной площадки… Оттуда, где находились его дети! Найдя ближайший безопасный маяк, Минато переместился прямо к нему, оказавшись на полигоне, неподалеку от детей. Полигон был практически не поврежден, за исключением круга выжженной земли. Внутри него лежал раненый шиноби. Его одежда была изорвана, тело покрыто ожогами, а волосы потемнели от крови настолько, что было не разобрать их настоящий цвет. Менма и Мито застыли в нескольких метрах от шиноби, укрывшись за барьером. Чтобы здесь не происходило, его дети не пострадали. Поэтому подхватив раненого юношу, Минато переместился в госпиталь для АНБУ. К счастью, Рин оказалась на месте. Поэтому оставив шиноби в надежных руках, Минато вернулся к детям. Обстановка на полигоне практически не изменилась. Только исчез барьер, поставленный его сыном. Менма растянулся на земле, прикрыв глаза и покусывая какую-то травинку, а Мито нарезала круги по полигону, внимательно рассматривая выжженную землю. - Так! Что здесь произошло? – хлопнул в ладоши Минато, привлекая к себе внимание. Менма окинул отца скучающим взглядом и вернулся к своей травинке. Минато подавил желание тяжело вздохнуть. Вот же ленивец! Зря он, наверное, так часто оставлял сына с Какаши, да еще сделал последнего его наставником. Хорошо, что Менма не заинтересовался творчеством Джирайи, а то Кушина прибила бы обоих: и его, и Какаши. Да и Джирайе бы досталось! - Папа!!! – весь обзор Минато заслонили красные волосы его дочери, а через мгновение он смотрел в ярко-синие глаза его маленькой принцессы, эмоционально рассказывающей, что произошло на полигоне. Как выяснилось, Мито усердно тренировалась под руководством брата, пытаясь освоить полет бога грома. К сожалению, ни одна из попыток успехом не увенчалась, хотя занимались близнецы с самого утра. В конце концов, лень Менмы пересилила чувство долга, и парень решил завершить тренировку. Если за столько часов не наметилось никакого прогресса, то тратить свои силы и время на бесполезное занятие Менма не хотел. В ярости Мито вложила в очередной кунай столько силы, что когда метнула его, тот почему-то взорвался. Менма почувствовал, что техника вышла из-под контроля, и бросился к сестре, закрывая близняшку барьером… Вот только обнаружить раненого АНБУ, после того как улегся взрыв, близнецы не ожидали. И совершенно не представляли, что делать дальше с телом. - Это странно. У меня кунаи никогда не взрывались, даже если я добавлял больше сил, чем нужно, - задумался Минато. Заметив, что дети с любопытством смотрят на него, ожидая продолжения, мужчина нахмурился и отправил их домой. В конце концов, давно наступило время обеда, и Кушина будет в ярости, если никто из семьи не появится. Осмотрев место взрыва, Минато ничего особенного не нашел, за исключение отголосков какой-то дикой чакры. Она казалась странно знакомой, и в тоже время пугающей, но мужчина не мог понять, откуда эта чакра ему известна. Решив, что рано или поздно он найдет ответ, Минато переместился в госпиталь. Пока он разбирался с детьми и осматривал полигон, операция успела завершиться, и сейчас раненого поместили в отдельную палату. Рассматривая невысокого подростка, напоминающего мумию из-за перебинтованного тела и головы, Минато никак не мог вспомнить, принимал ли его на службу в АНБУ. Мужчина никогда не жаловался на память, но вспомнить этого хрупкого подростка, почти ребенка, в рядах своих элитных воинов он не мог. Правда и верить в то, что этот ребенок самозванец, он почему-то не хотел. Хотя маски на шиноби не было, плащ АНБУ оказался настоящим. К тому же явно сделанным на заказ, потому что все стандартные плащи были гораздо большего размера. - Минато-сенсей! – обернувшись, Минато заметил вбежавшую в комнату Рин, прижимающую к груди стопку бумаг. – Минато-сенсей, вы не поверите! Но, я проверила результаты анализов несколько раз, так что ошибки быть не может! - И что же тебя так удивило? – уточнил мужчина, принимая заполненные Рин бумаги. Вчитавшись в аккуратные записи, Минато не поверил своим глазам. Но, даже перечитав бумаги несколько раз, он продолжал видеть один и тот же результат. - Это невозможно! Джинчурики Кьюби – Кушина, а не этот ребенок. - Тем не менее, во время операции я обнаружила печать. Его кровь насыщена чакрой девятихвостого. У него великолепная регенерация. Результаты анализов все подтвердили, - тихо перечислила факты Рин. - Ладно. Поставьте в его палате круглосуточное дежурство. Когда он придет в себя, я хочу знать об этом немедленно. - Хай, хокаге-сама! - Когда он проснется… нам предстоит серьезный разговор.