Фиолетовая жизнь

Руто медленно приходил в себя. Все тело болело и чесалось от полученных ожогов, двигаться было невероятно сложно, а руки и ноги превратились в неподъемную тяжесть. Но это все чепуха. Главное – он жив. А то, что серьезно поранился, так бывало и хуже. Гораздо хуже. Сейчас он находился в госпитале для АНБУ. Приподнявшись на кровати, Руто столкнулся взглядом с маской одного из своих подчиненных, охранявших капитана. Вот только… – Медведь? Меня же обычно Змей охраняет в такие моменты? – подправив положение подушки за спиной, чтобы можно было спокойно сидеть, Руто осмотрел замотанные бинтами руки. Неудивительно, что у него все тело чесалось! Интересно, кому понадобилось превращать его в подобие мумии? Ведь подчиненным давно известно, что его регенерация работает великолепно. – Ладно, Медведь, докладывай! Какова ситуация в Конохе на данный момент? Какие потери среди АНБУ? – прошипел Руто, пытаясь с помощью зубов и левой руки развязать узел от бинтов на запястье правой. – Все нападавшие уничтожены? Проклятье! Медведь, почему меня превратили в мумию?! Размотай меня. Почему-то вместо того, чтобы броситься на помощь своему капитану, Медведь шуншином переместился из палаты. – Ч-чего?! Это что за отношение к своему капитану? Пусть только вернется, я научу его субординации! В этот момент в коридоре раздались быстрые шаги, и спустя мгновение внутрь вбежала девушка с каштановыми волосами и двумя полосками на щеках. Руто растерянно уставился на нее, пытаясь понять, кто же она такая. Он совершенно не помнил эту девушку среди медиков АНБУ. Конечно, она может быть медсестрой, но форменный халат носят только медики не ниже В ранга. Да и не допустили бы анбушники к телу капитана кого-то ниже рангом. И все-таки… – Стоять, – остановив попытавшуюся подойти к нему девушку, Руто продолжил неторопливо распутывать затянувшийся узел. – Кто ты? Я не помню тебя среди медиков для АНБУ. – Меня зовут Рин, и сейчас я отвечаю за ваше здоровье. – Так это ты превратила меня в мумию? – фыркнул Руто, справившись с узлом и начав разматывать бинты. Рин что-то недовольно пискнула, но замолчала, когда увидела бледную гладкую кожу, без каких-либо ожогов и ран. – Рин, разве мои подчиненные не говорили, что у меня замечательная регенерация? – Видимо, нет! – раздался веселый мужской голос возле двери. - Что? Кай, - Руто сложил печать, но иллюзия так и не развеялась. Возле двери продолжал стоять высокий блондин в плаще и шляпе хокаге. Вот только это была совсем не Цунаде-сама. Когда нужно, Руто мог соображать очень быстро. Но если отбросить вариант с гендзютсу или розыгрышем подчиненных, то выводы напрашивались совсем уж невероятные. И четвертый каким-то образом тоже пришел к этим выводам. Как объяснил Минато, благодаря собранным данным вырисовалась странная картина. Руто в своем мире отчаянно сражался и потратил много сил в бою. Более того, в момент переноса все его тело было окружено покровом из чакры девятихвостого и его собственной. Теперь невозможно сказать, была ли причиной переноса последняя техника Пейна или использованный Мито кунай для хирайшина, но в результате Руто оказался в параллельном мире. - Ты так хладнокровно все это воспринял, - удивился йондайме, наблюдая за спокойным, даже безмятежным лицом подростка. – Я думал, тебе будет сложнее принять ситуацию. - С чего бы это? Если попал под гендзютсу, то рано или поздно из него вырвусь. Если это шутка моих подчиненных, то позже отыграюсь на их тренировках. А если это правда, то нервничать и волноваться уже бессмысленно. Все уже произошло. - Поразительно зрелое мышление, - похвалил Минато собеседника. - Ты в который раз упомянул своих подчиненных. Если служил в АНБУ, то был одним из лидеров групп? - Нет. Я, Узуки Руто - капитан АНБУ. - Узуки? Никогда не слышал о таком клане раньше. Если ты стал капитаном в таком юном возрасте… вряд ли тебе больше двенадцати-тринадцати лет, то должен был обучаться в клане. - Мне четырнадцать. Моим обучением действительно занимались с рождения, но… по другим причинам. - Ясно. Раз уж зашла об этом речь… Руто, ты джинчурики? Поза юноши практически не изменилась, оставаясь все такой же расслабленной и спокойной. Но фиолетовые глаза предупреждающе сверкнули, намекая на нежелательность развития данной темы. Тем не менее, скрывать этот факт Руто не собирался. Выяснить, что он – носитель демона было возможно и без его признания, так что глупо было это скрывать. Утвердительно кивнув, Руто принялся ждать следующего вопроса. - Кто из хвостатых в тебе запечатан? - Девятихвостый. Кьюби, - отрезал юноша, недовольный направлением разговора. - И насколько надежна печать? - Простите, йондайме, но пока я не буду твердо уверен, что этот мир – настоящий, а не какая-то иллюзия, на вопросы по поводу печати и уровню моего контроля над девятихвостым отвечать не буду. - Вот как? Тогда почему признался, что являешься джинчурики? Не боишься, что отправлю на проверку к менталистам? - То, что я джинчурики, можно легко выяснить и без моих признаний. Я недавно сражался, в том числе используя чакру Кьюби. Моя кровь и чакра насыщенны демонической даже в обычные дни, но после сражений – это совершенно другой уровень. Даже слабые сенсоры почувствуют это без труда. А что касается менталистов… Только самоубийцы полезут в мой внутренний мир. - Хорошо, поверю на слово. Руто Узуки, так как ты оказался в этой ситуации из-за действий моих детей, то я помогу тебе освоиться в нашем мире. Капитаном АНБУ не сделаю, но когда поправишься, проведу проверку и выясню твой уровень как шиноби. После этого получишь соответствующее звание и будешь выполнять миссии. - Согласен. Вскоре после этого разговор свернулся, и четвертый хокаге исчез из палаты, воспользовавшись хирайшином. Рин проверила состояние подопечного и тоже покинула палату. Освободившись от лишних бинтов, Руто подошел к окну и посмотрел на гору с лицами хокаге. Лица Цунаде не оказалось на месте, все заканчивалось четвертым. Какое-то время Руто бездумно наблюдал за бурной жизнью Конохи внизу, обдумывая ситуацию, в которой оказался. Да, было много минусов. У него не было здесь знакомых и подчиненных. Хокаге здесь совершенно незнакомый человек. Его никто не знает, и статус его весьма не определен. Но… В любой ситуации можно найти свои плюсы. Он может начать все сначала, и больше внимания уделить собственной жизни, а не служению Конохе. Цунаде не раз говорила, что ему нужно стать более общительным и открытым, да и новые впечатления пойдут ему на пользу. - Что ж, годайме, новые знакомства и впечатления мне тут точно обеспечены.