Глава 12. Жгучее любопытство
31 марта 2015 г., 18:20
18 декабря 1873 г.
Она бредит еще хуже, чем когда-либо. На это, несомненно, указывают ее последние рисунки.
21 декабря 1873 г.
Сегодня, когда я вошел в комнату, Алиса закричала, чтобы я ушел. Я позвал Сестру Д. Мы привязали ее ремнями и увеличили утреннюю дозу.
***
Мы парили выше облаков. Сказочное небо огненного цвета словно полыхало от несуществующего пламени – такую иллюзию создавали гонимые ветрами тучи. Казалось, что неизвестный чудаковатый художник хотел нарисовать огромное пылающее солнце, но разлил краски на холст. Пожалуй, такое увидишь только в Стране Чудес… И стоило нам спуститься вниз – как вся эта безумная красота исчезла. Мы стояли посреди скалистой пустыни, исчерченной реками лавы и кипящими озерами. Грифон, как и я, в который раз с грустью осмотрел умирающие земли Страны Чудес, но не произнес ни слова. Он лишь развернулся и, взмахнув крыльями, вновь приготовился к полету. – Ищи союзников, Алиса, – произнес он на прощание и указал передней лапой в сторону высокой скалы, где на вершине виднелся вход в тоннель. – Чем больше найдешь, тем лучше. Я приведу подкрепление. Мужайся. Я неуверенно махнула ему рукой вслед. Союзников?.. Но кто еще может быть моим союзником, кроме сильного, уверенного в себе Грифона и хитроумного Чеширского Кота? С этими мыслями я шла вперед по горячей каменистой земле, осматривая высокие нависшие надо мной скалы. Странно, что Грифон оставил меня именно здесь – так далеко от логова Бармаглота. При мысли о предстоящем сражении мне стало немного не по себе – все-таки это существо намного опаснее всех моих предыдущих противников… Мой путь лежал через скалистое ущелье, где то и дело из-за угла на меня целой гурьбой нападали чертята, которые, спустя минуту, становились застывшими ледяными глыбами, стоящими посреди плато. Я невольно улыбнулась, глядя на эти милые скульптуры, и, крепко держа ледяной жезл, направилась дальше. На удивление, это путешествие пока шло без приключений. Плюющиеся огнем Джабберы – небольшие криволапые ящерицы, отдаленно похожие на Бармаглота – пожалуй, не в счет. Как и одна заблудшая в недрах ущелья Фантасмагория. Я могла бы испугаться их в первый день моего пребывания в этой Стране Ужасов, но не сейчас. Даже полученные в схватке ожоги уже не так обращали на себя внимание – бывали раны и посерьезнее… Все стало каким-то… слишком родным и привычным. И это пугало. Ведь на самом деле где-то в глубине больной души еще жила та маленькая девочка Алиса, пьющая чай со своими друзьями на цветущей поляне, и она хотела вернуть свой маленький сказочный мир. Другая, взрослая и с покалеченным прошлым, Алиса лишь хмуро качала головой и крепко держала свое оружие. Когда-то содержимое глубоких карманов фартука было невинными детскими игрушками, а теперь – арсеналом смертоносных орудий против жителей Зазеркалья… Смогу ли я что-то изменить? Сумев пересечь, наконец, реки лавы и высокие скалистые гряды, я спустилась в глубокую прохладную пещеру. Сквозь полуразрушенные стены пробивались лучи света, и, благодаря им, я могла спокойно передвигаться в этой полутьме. Я вышла на полупустую площадку, как вдруг откуда-то сверху донесся знакомый голос: – На исходе твое время, промедленью нет прощенья… Оракул?.. Я удивленно взглянула наверх и увидела зияющую черную дыру в стене. – Он говорит так, словно я сюда погулять пришла, на каникулы, – возмущенно ответила я в пустоту. – Дурак – этот оракул. Но голос молчал. Обиделся?.. Рядом со мной послышалось знакомое мурлыканье – Чеширский Кот, довольно улыбаясь, смотрел на дыру в стене и указал лапой на меня. – Взгляни в лицо тому, что пугает или ранит тебя. Оскорбления и ложь нельзя оставлять без ответа. И в этот момент наверху показалась… Гусеница! Самодовольная червяга с нескрываемым скепсисом смотрела на меня и флегматично покуривала свой кальян. Что же, она все это время следила за мной?.. – Вы?.. – я на мгновение потеряла дар речи и всплеснула руками. – Странное Вы создание! Вы начинали мне нравиться… – Нравлюсь я тебе или нет, но поверь мне: ты должна как можно скорее расправиться с Бармаглотом, – как ни в чем не бывало, ответила Гусеница и выдохнула густой клуб дыма. – Открой ворота и сразись с Королевой. – У меня нет последней части жезла – глаза Бармаглота! Как же с ним справиться? Гусеница взглянула на меня сверху вниз, задержав взгляд на длинном посохе за моим поясом, и лениво произнесла: – Не знаю. Но ты должна это сделать. Ситуация критическая. – Ну и какой от Вас толк?! – вспыхнула я, начав терять самообладание. – Говорите, что мне нужно сразиться с этой свирепой тварью, а я даже не знаю, моя ли это битва! – Чья же еще, Алиса? – удивилась Гусеница и посмотрела на меня так, словно я несла откровенную чушь. – Только ты можешь спасти себя. Себя? А это уже любопытно. Я сложила руки на груди и уставилась на «оракула». Этот разговор, похоже, мало чем обрадует меня… – Спасать себя? От смерти, что ли? По-вашему, я за этим сюда пришла? – Я гневно взглянула на собеседницу. – Я не боюсь смерти. Иногда я даже зову ее. – Не от смерти. – От чего же? От жизни страшнее, чем смерть? – настойчиво спросила я и подошла ближе к высокому выступу, на котором восседала Гусеница. – Я не дура. Не заставляйте меня считать дурой Вас. – Считай, что хочешь, – фыркнула в ответ Гусеница и ткнула в мою сторону трубкой от кальяна. – Но знай одно: после пожара ты отказалась от своего мира, потому что не вынесла бремени утраты. Ответив Кролику, ты начала выкарабкиваться из этой трагедии. Двигайся дальше, Алиса. Спасешь себя – спасешь и Страну Чудес. И всех нас. Значит, проблема во мне?.. Все эти монстры, населяющие изуродованную Страну Чудес, все беды местных мирных жителей – из-за меня?.. Я непонимающе взглянула на Кота, затем вновь прокрутила в памяти слова Гусеницы и все, что произошло со мной много лет назад. …Вот я пью чай с Белым Кроликом, и едва уловимо чувствуется запах дыма, но я продолжаю болтать и смеяться со своими друзьями. Я совершенно не хочу просыпаться! Почему я тогда не обратила на это внимание?.. И вот, Лес Чудес горит ярким пламенем, я слышу крики, я просыпаюсь… Я в смятении опустилась на землю, все больше погружаясь в свои мысли. Что же я наделала… – Теперь я начинаю понимать, – тихо произнесла я и несмело подняла взгляд на Гусеницу. – Я разрушила этот мир… и только я могу исправить содеянное. Гусеница медленно кивнула в ответ и выпустила тонкую струйку дыма, превратившуюся в фигуру стрелки, которая указывала вглубь пещеры. – Удачи, Алиса. Бармаглот ждет тебя, – произнесла она и, помедлив секунду, добавила уверенным голосом: – У тебя есть все шансы на победу: твой союзник – Грифон, а он – самый сильный из нас. Гусеница развернулась и поползла обратно в свое укрытие. Я же стояла рядом с Котом и растерянно смотрела туда, где начинала рассеиваться дымчатая фигура стрелки. Чеширский Кот подтолкнул меня вперед и сам зашагал следом. – Скажи себе: в Рутледже бывало хуже. Может быть, станет легче? Он улыбнулся и вскоре скрылся во тьме глубин пещеры. Я мысленно поблагодарила Кота – ведь он прав, в который раз. Нет сейчас такого места, где мне было бы спокойно. И если Бармаглот – одно из препятствий к спасению меня и Страны Чудес, то я преодолею его любой ценой. Жаль только, что не единственное… Я вышла к пробитой в стене широкой дыре и осторожно выбралась наружу. Передо мной открылось небольшое ущелье с кипящей лавой на дне и поваленными друг на друга обломками скал. А вдалеке, за полуразрушенной грядой, виднелся возвышающийся на холме двухэтажный дом с широким крыльцом. Ну что ж… Я надеюсь, что моя судьба – не быть сваренной заживо в бурлящей лавовой реке. Под моими ногами через каждый шаг сыпались камни, но я продолжала терпеливо идти по узкой кромке скалы, приближаясь к дому. И когда, наконец, я ступила на широкую ровную площадку и подошла к крыльцу, то вместо обычной двери дома образовался светящийся зеленый портал. Он медленно провернулся вокруг своей оси несколько раз и замер, будто приглашая меня. Я приблизилась к нему и, помедлив, шагнула в знакомую толщу искр. Вокруг темно, лишь изредка в пустоте мелькают светло-зеленые светлячки. Я нащупываю холодную железную дверную ручку и тяну ее на себя. Куда же ты меня приведешь, потайная дверца? Или… к кому? Любопытно…***
25 декабря 1873 г. Алиса вновь впала в свой обычный транс, но с одним знаменательным отличием - когда кто-нибудь входит в палату, она широко открывает рот. Будь то лекарство или пища, но Алиса определенно требует еще. [Она постоянно повторяет «съешь меня» и «выпей меня». Но что она имеет в виду, я по-прежнему не понимаю. – 23.07.74]
