Unequivocal

Недавно вы подписали контракт с крупным лейблом... Да, подписали... И я знаю, что мы еще хлебнем дерьма по этому поводу, это неизбежно. Поначалу даже я скептически отнесся к этой идее, но мне действительно кажется, что сейчас мы готовы. Не забывайте – крупные студии со своими предложениями появились практически сразу – что было весьма странно – но нам требовалось время, чтобы вырасти, как группа, собраться с мыслями и силами, а не бежать впереди паровоза. Теперь же, мы гастролировали примерно тридцать лет, так что... [Смеется] Я, правда, с нетерпением жду, что из этого получится. Джерард пишет песни, так что да. Поживем – увидим.

***

- Боже. Кровать. - Майки разводит руки в стороны и падает лицом прямиком на матрас, отчего в воздухе незамедлительно поднимается облачко пыли, стоит только его телу приземлиться на постель. - О Господи, кровать, - сдавленным голосом повторяет он сквозь подушку. Фрэнк наблюдает за этим действом в позе "звездочки", развалившись рядом на кровати Джерарда и свесив руку с края. Впервые за несколько месяцев они наконец-то вернулись в Джерси. Когда их фургон едва пересек границу штата, от радости они все, как один, начали издавать нечленораздельные звуки, в бреду измождения и в предвкушении возвращения домой. Фрэнк не осознавал, насколько сильно он скучал по родным местам, до тех пор, пока не высунул голову из окна и чуть было не заплакал, вдыхая привычный запах воздуха. Джерард возникает из ванной, переодевшись в свежую черную футболку и пижамные штаны. - Какого хрена, Майки? Проваливай в свою комнату. Майки лишь хрюкает в ответ, пока его брат шлепает босыми ногами к кровати и вперивает свой взгляд во Фрэнка. - А ты – топай домой, - со смехом продолжает Джерард, заставляя Айеро широко распахнуть глаза от удивления. - Или подвинься, - добавляет он, и Фрэнк немедленно подчиняется, перекатываясь на другую сторону кровати, освобождая Уэю место у стены, где тот спешно и устраивается. - Господи, - стонет он. - Даже не верится... мне кажется, я сейчас расплачусь от счастья. Майки уже тихонько храпит - это даже не храп, а просто большие глубокие вдохи, свистящие в его горле. Один этот звук вынуждает веки Фрэнка тяжелеть. Он еще даже не был дома, и мысль о распаковке всего барахла из его гастрольных сумок меньше всего располагает к тому, чтобы подняться. - Не думаю, что сдвинусь с места в ближайшее время, - сообщает парень Джерарду, не поворачиваясь. Он собрал остатки силы, для того, чтобы заговорить, и словно слышит себя в полусне, его собственный голос звучит на расстоянии, еле пробиваясь сквозь дрему. - Можешь остаться, - бормочет Уэй-старший. Он накрывает их обоих одеялом, недолго ворочаясь и устраиваясь поудобнее, а после – практически мгновенно засыпает. Фрэнк прислушивается к дыханию друга, которое намного спокойнее, чем когда тот бодрствует. Свободный от тревог и напоминаний о принятии таблеток сон. Ни для кого не секрет, что Джерард пьет антидепрессанты, прекращая и снова возобновляя их прием время от времени. Каждый раз, когда Фрэнк краем глаза замечал, как таблетка исчезает во рту Джерарда, парень задумывался над тем, что происходило у него в голове. Остужало ли лекарство его мысли, порождало ли тексты песен? Это было так трудно представить. Но он выглядел вполне нормальным или просто умело маскировался. Большую часть времени они спали, выступали или шатались без дела, и казалось, что Джерард наслаждался происходящим, особенно когда находился с Бертом. Это было странно: они сдружились враз. Берт взял на себя эту кретинскую роль самопровозглашенного старшего брата, постоянно нес хрень, вроде: "Ну а теперь, сынок, когда ты стал настоящей рок-звездой, впереди у тебя много понюшек с проститутских спин. И выбирать упомянутых проституток нужно весьма осторожно". Не отнимая при этом своей руки от талии Джерарда, пока головы обоих то и дело склонялись над какой-нибудь поверхностью. Казалось, прежний нелюдимый Джерард был лишь угасающим воспоминанием, призраком прошлого. Но опять же, должна быть причина, по которой Уэй продолжал получать оранжевые пузырьки по рецепту во всех аптечных пунктах страны. Никто никогда всерьез не говорил об этом. Фрэнк понимал – тема довольно деликатная, но это отнюдь не притупляло любопытство. Он снова сосредотачивается на дыхании Джерарда и наконец-то забывается сном.

***

Три дня спустя они подписывают контракт с Reprise. - Это просто пиздец, - Джерард не может заткнуться, даже когда небрежно царапает свое имя черными блестящими чернилами. - В самом лучшем смысле, я имею в виду. - Да-а, - лепечет Фрэнк, разглядывая собственную подпись, которая, по сравнению со всеми этими мелко напечатанными буковками, кажется аномально огромной. - Все будет замечательно, - заключает Крэйг.