Слабак

— Слушай, а если ты волосы подстрижешь коротко? — вдруг выпалил Анатолий, зависая вечером с соседями на кухне. Валька сидел с ногами в мягком кресле и грел руки о горячую чашку чая, Мишка крутил шоколадный пряник. — Они у меня противные, легкие и скользкие, если короче плеч, то совсем не собрать и лезут то в глаза, то в нос, то в рот. А альтернатива налысо меня не впечатляет, тем более они еще и растут быстро, — вздохнул, объясняя свою прическу Валька. — Меня из-за этих волос и в школе поедом грызли. Пришлось один раз обстричься, так вот, директор после этого слезно попросил моего отца больше такого не делать, так как лохмы дыбом — не самый лучший вариант. — Да, налысо не стоит… — задумчиво подтвердил Мишка. — Парни, я, правда, не знаю, что делать, еще один такой безумный день, и я сойду тихо с ума или соглашусь жить с этим придурком! — Что, совсем так плохо? — изумился Толька. — Все как взбесились, — вздохнул Валька, утыкаясь лбом в колени. — Все? — недоуменно смотря то на Мишку, то на Валентина. — Ну да. Фанатки Алексея раз! — поднял палец Михаил. — Гомики со старших курсов — два. Знаешь, один такой белобрысый весь в пирсинге, а второй с татуировкой на шее, — пояснил Валька. — Ого, и эти тоже пронюхали, — изумился Толик. — Представляю, что будет, если Верочка с Шурочкой схлестнутся с Лешкиной бандой, они давно в контрах. — Не представляй, уже схлестнулись, — покачал головой Мишка. Анатолий присвистнул. — Сын цыганского барона Артур — три! — продолжил, тря виски, Валентин. — А этому чего надо?! — в голос охнули сожители Вальки. — То же, что и Лешке, и ведь не поленился, нашел, выцепил на перемене и предложил совместно жить. И я как одалиска не буду нуждаться ни в чем, и даже охрану поставит от всех остальных. — Ну, Валентин, у тебя и рейтинг. На сегодняшний день твоя задница самая желанная во всем университете, — выдал счастливо Анатолий. — Только подумай, три ведущие группировки готовы из-за тебя порвать друг друга! — Ага, а фанатки Лешки на подтасовке. Только вот у этой задницы никто не спросил, чего она сама хочет, — буркнул Валентин в ответ. — А может, тебе со мной в секцию на карате походить? — предложил задумчиво Мишка. — Не смеши, какой из меня каратист? — Валька пытался показать полное отсутствие мускулов на руках. — Я борьбой никогда не занимался. — Не, послушай, я все понимаю, но хуже не будет, и у нас тренер золотой, он свою технику боя вырабатывает и знает кучу запрещенных приемов. У него старший брат Афган прошел и друзей бывших афганцев до ебени-фени. И потом, говорят, он даже спецназ обучает, а это что-то! — Запрещенные приемы, говоришь, — задумался Валька, — что ж, хуже и так некуда. Тренер, как дикий снежный барс ходил перед стоящим Мишкой и Валькой, те пришли на полчаса раньше тренировки. И теперь выслушивали «фи» разъяренного хищника на их дурную просьбу. — Михаил, кто тебе разрешил говорить от моего имени, что я буду обучать запрещенным приемам, они поэтому и называются запрещенными и подросткам их знать не следует. Тренера звали Сергей, он учился в аспирантуре на матфаке и кроме того был помешан на всех видах борьбы. «Хорош, — подумал Валька, отслеживая скользящий шаг Сереги. — Дикий и необузданный!» Тренер был светло-русым, кудлатым, нет, не кудрявым, а каким-то всклокоченным. Роста среднего, ближе к высокому, и очень ладным, изящным. Темно-серые, как море в бурю, глаза осмотрели Вальку с головы до ног, как будто рентгеном, при этом тренер продолжал разъяренно вышагивать перед двумя замершими подростками. — Но, Сергей, что ему делать? Ты не представляешь, какая в университете каша из-за него заварилась. Три группировки перегрызают глотки друг другу, а он посередке! — Три значит? — тренер замер перед застывшим Валькой и заглянул в фиалковые глаза. — И к тебе пристают парни? Валька судорожно кивнул, но взгляд от свинцовых тяжелых очей не отвел. — Почему-то меня это особо не удивляет, — Серега почесал затылок шевелюры, которая совсем от этого встала дыбом. — Ладно, что с тобой делать… Ты хоть спортом каким-нибудь занимался? — Да, плаваньем и бегом на длинные дистанции… — Что ж, не так плохо, как казалось, значит, ты вынослив, — тренер задумчиво смотрел на Вальку. — Много сразу не обещаю, но вот мои условия. Во-первых, будешь ходить по первости каждый день! Я веду две группы, они чередуются через день: одна начинающая, другая продвинутая. И более того, после основной тренировки дополнительно будешь по часу спарринговаться лично со мной. Если не сдохнешь, то толк будет. — Я согласен… — прошептал Валька, с ужасом думая, а когда же он будет учиться. — Тогда с сегодняшнего дня я твой тренер. Так и пошло, первая неделя казалась полным бредом, настолько тяжело давались тренировки Вальке. Но, благо, на это время исчез его сексуальный дониматель, а цыган хоть и околачивался периодически рядом, но сильно не надоедал, видно, ждал решения Валентина. К середине второй недели Валентин втянулся, руки уже так не дрожали от ударов по груше, как раньше, и мышцы привыкли к нагрузкам. — Смотрю, ты повеселел, — тренер отпустил всех остальных ребят и теперь собирался индивидуально заняться Валькой. — Да и окреп. Я думал, ты не выдержишь таких нагрузок, молодец. — Я, правда, стараюсь, надоело быть слабым, — объяснил, становясь перед тренером, Валька, ритуально кланяясь и готовясь к совместному спаррингу. — Ты художник, тебе нужно беречь руки. Посему, упор в твоих тренировках я делаю на ноги, как девчонкам. — Почему, как девчонкам? — удивился Валентин, совершенно не сердясь на то, что его сравнили с девушкой. — Понимаешь, строение сухожилий у женщин немного другое, ты, как художник, должен знать анатомию. Они более гибкие, эластичные, но слабые! По большому счету победить натренированного мужчину одними руками женщине очень трудно. Если только она не застанет его врасплох. А вот ногами любая девчонка может запинать кого угодно, а если на ножках будут еще и острые шпильки… — Серега цокнул весело языком, видно, представив картину. — Я шпилек не ношу!.. — буркнул Валька. — Хм-мм, а я тебя за девушку и не считаю. Ладно, мужик, начнем, — и Серега пустился гонять от всей своей широкой души своего ученичка по всему залу. После душа оба одевались на одной лавке. — Устал? — Нет! — Я же вижу, еле дышишь. — И что? Мне усталость не поможет. — Хорошо, герой, айда домой! — хлопнул Сергей Вальку по обнаженному плечу. Тренер, оказывается, жил в той же общаге, только на втором этаже, так что под предлогом, что ему по пути, Сергей каждый день провожал Вальку после тренировок по темноте чуть ли не до его комнаты. Очень часто они замечали, как за ними следит голодными глазами Артур. — М-да, похоже, ребятки решили взяться за тебя всерьез, — Сергей шел уверено рядом с Валентином. Художник молчал, а потом задал совершенно выбивший из привычной колеи тренера вопрос: — А почему у вас нет девушки? — Нет… — задумался серьезно Сергей. — Потому, что ушла, вышла замуж за представителя золотой молодежи. Богатенького Буратино. — Значит, была… — тихо в ответ. — А почему сейчас нет? — Ну, брат, я так не могу лихо скакать по бабам, как другие, и потом, решил отдохнуть и похолостяковать. Валька еле скрыл свое разочарование, Сергей ему нравился все больше и больше… Но, по-видимому, он предпочитал только женщин, а вот это была уже проблема. Валентин стал недавно замечать за собой, что девушки его перестали интересовать совсем. В чем была причина, он не знал, возможно, он не хотел им приносить проблем, а может из-за того, что единственный секс у него был с мужчиной, Алексеем. Даже Сонечка, которая поначалу очень нравилась Вальке, теперь уже не втыкала. А может он хотел почувствовать себя защищенным, уверенным, но ни одна женщина такое ему дать не могла. Топая же по темноте рядом с Сергеем, он чувствовал себя в безопасности и комфортно, он доверял тренеру, как никому другому. В конце второй недели его тренировок Вальку выцепил между парами Алексей, как оказалось, на их драку с гомиками наткнулись менты и загребли, особо не вникая, всех воюющих в ментовку на пятнадцать суток. Алексей властно прижал Вальку к себе и совершенно не ожидал, что его куколка-сучка лихо уложит его на пол. — Держись от меня подальше! — зашипел Валька, пытаясь удалиться от валяющегося в полном ауте Лехи. Бандюганы Алексея попытались скрутить игрушку босса, но тот рыком остановил их: — Не трогать, пусть идет! — Но, Алексей?.. — удивленно протянул один. — Я вас предупреждал, если увижу хоть одного рядом с ним — сломаю шею. Не прикасаться к моей куколке! — Лешка поднялся с пола и отряхнул джинсы. — Мне нравится, что он сопротивляется, не люблю тряпок. — У тебя с него совсем крыша поехала, — заметил другой и сразу огреб от Лешки по полные не хочу. — Это мое дело, кого я ебу! Понятно? — Конечно, босс… — проблеял полупридушенный, болтаясь в тисках юриста над полом. — Я его сегодня уложил! — радостно сообщая тренеру. — Кого, если не секрет? — Сергей намыливал себе торс, стоя под соседним душем, спиной к Вальке, не замечая, как юноша уже давно пожирает его своими фиалковыми глазами. Тело у Сереги было просто шикарным! Широкие плечи, тонкая талия, поджарая крепкая задница, а ноги… Длинные и стройные, они Вальке нравились больше всего. Да и хозяйство у тренера даже в спокойном состоянии было внушительных, приятных размеров, окруженное светлыми завитками волос. — Алексея с юридического, у которого своя банда! — похвалился Валька. — Сильно не ликуй. У тебя получилось только потому, что он не ожидал от тебя этого. Второй раз такое не прокатит. Я понял, о ком ты говоришь, Валька, Алексей серьезный противник. Он с класса седьмого занимается серьезно ушу. — Откуда вы знаете? — обреченно застывая под душем. — Его тренер мой друг, так вот, твой Лешка выигрывал уже на нескольких межгородских и международных соревнованиях. А Стасик очень переживает за него, ибо его техника боя в последнее время насыщенна чересчур неоправданной агрессивностью по отношению к противнику. — И что же мне делать? — Валька обреченно вышел из-под душа и хлопнулся на стул голой попой. — Чего с тебя он трясет? — Сергей подошел к своему ученику и обнаженным встал напротив. Валька поднял взгляд и, сглотнув, уставился на толстый член тренера. — Он хочет, чтобы я стал его секс-игрушкой. — Хм-мм, а ты? — переминаясь с одной ноги на другую и тряся мудями практически перед носом студента. — Нет, конечно! — отлипая от причинного места тренера и переводя взгляд на его задумчивое лицо. — М-да, этот так просто от тебя не отстанет. Но ничего, придумаем что-нибудь. Одевайся, нам пора домой, мы с тобой сегодня шибко припозднились, у меня с ранья пары и до них пилить и пилить на другой конец города. Когда они шли по темному коридору общаги, на них налетел Алексей. Сергей как раз собирался открыть дверь в свою комнату, а Валька, как обычно, по дальней лестнице подняться к себе на третий этаж. — Ты, падаль! Это моя игрушка! — Леха наехал на тренера и был ловко скрючен на полу за считанные секунды. — Да неужели? — спросил, смеясь, Серега. — А я вот так не думаю. — Ты кто? — прошипел сквозь зубы, глотая боль, Леха. — Я его мужчина, — поднимая тушку юриста на ноги и лихо давая пенделя под жопу. — Еще раз увижу, как ты пристаешь к Вальке — кастрирую! Они постояли в темноте рядом друг с другом, Лешка после ускорения не вернулся, видно, опознав Серегу в темноте по голосу. — Не стоило меня защищать… — вздохнул тяжело Валька, хотя в его душе все пело и ликовало, если бы все сказанное еще было правдой. — Ладно, — вздохнул Сергей, почесав затылок, видно, он сам не ожидал, что выпалит такое в пылу сражения. — Айда за твоими вещами, с сегодняшнего дня ты живешь у меня. Надо же поддерживать эту официальную версию. У меня диван довольно удобный, так что приставать не буду, — заверили разочарованного Вальку. Но даже просто жить с человеком, к которому ты неравнодушен, было для паренька сейчас счастьем. Они вместе поднялись за Валькиными вещами. — Привет, Михаил, — помахал тренер с порога вытянувшемуся лицу парня с округлившимися глазами, впрочем, у Толи глаза были не менее круглыми. — Валька, собирайся, и так поздно, а мне нужно еще выспаться. — Ты куда? — выдавил Мишка, видя, как художник складывает свои вещи из шкафа в объемную сумку. — К Сергею, — не замедляясь ни на секунду. — То есть? — провякал тихонько Толя, отслеживая тень бродившего по их коридору скучающего тренера. — Он предложил жить у него, — сворачивая постель вместе с одеялом и подушкой. Глаза его приятелей стали квадратными. Валя вздохнул и пояснил: — На него только что в темноте напал Алексей, видно, не признал. А Сергей, скрутив его, сказал, чтобы он от меня отвалил и что он теперь мой мужчина. Понимание в квадратные глазки приходило с трудом и медленно, первым оценил это Толька. — Валька, а ведь это сработает! С Серегой соревноваться за тебя точно никто не будет. Он круче некуда! — Угу, — безрадостно в ответ. — Вот именно, чего хорошего, что так гомик, что этак! — по-своему понял мрачность Вальки Мишка. — Да дело не в этом, — Валька, собрав свои небольшие пожитки, перешел к книгам и художественным принадлежностям, вот этого добра у него было навалом. — А в чем? — выдали ничего не понимающие парни. — Тренеру всегда нравились только девочки… — Валька залился нежным румянцем перед своими приятелями. — Стой, погоди, — Мишка схватился за грудь. — Только не говори, что ты в него влюбился… Валька рвано кивнул. — Валька, ну ты даешь! — хлопнул его по плечу Толик. — Значит, ты все-таки по мальчикам? — Не ори, услышит! — рыкнул Мишка Тольке, а потом обратился к Валентину: — И потом, Лешка тоже был по девочкам, а стал по тебе. Так что тебе и карты в руки, тем более из-за этой «ширмы» вы все равно жить будете в одном номере. — Ребята, — появившийся в комнате тренер прервал шушукающихся юношей. — Вы Вальке помогите переехать, а то нам его хозяйство в один присест не перетащить. И запомните — теперь я официально его мужчина. Понятно? — Ага! — радостно вякнули Толик с Мишкой, помогая скрутить рулоны Валькиной бумаги и хватая его переносной мольберт. Единственное, это то, что Сергей отказался от Валиных продуктов, которые из холодильника выгреб хозяйственный Толька, объясняя это тем, что у него хватит денег на них двоих, а у студентов много продовольствия не бывает. К часу ночи Валька переехал к Сереге. Тренер, как молодой преподаватель, занимал двухкомнатную малогабаритную квартиру. Вся обстановка была выдержана аскетично, в строго светлых пастельных тонах с темно-коричневыми предметами интерьера. «Пустовато», — подумал Валентин, перемещаясь из гостиной в спальню и застывая с открытым ртом перед четырехместным футоном на возвышении. «Траходром», — это все, что сложилось в его голове. — Располагайся. Завтра я перетрясу свои вещи и выделю тебе место в шкафу, а вот мольберт и все остальное свое хозяйство можешь сложить здесь, — тренер ходил уже только в джинсах, явно не замечая горячих взглядов в свой адрес. — Почему вы мне помогаете? — Валька присел на диван, вернувшись в зал. — Ну, я в армии всякого насмотрелся, — раздалось из спальни. — Видел, как молодых зеленых парнишек опускали так, что потом они пытались покончить жизнь самоубийством. Их пускали по кругу деды, трахая до разрыва кишечника. А ты… Тренер вышел из спальни в домашних длинных хлопковых штанах и, осмотрев своего сожителя, продолжил: — Несмотря на всю свою хрупкость, ты, Валя, имеешь стержень. И я не хочу, чтобы кто-нибудь сломал его в тебе. — Но теперь о вас будут говорить, что вы голубой. — А вот за мою репутацию переживать не стоит, — хмыкнул тренер, садясь на диван с Валей и обнимая паренька за плечи. — Мне, честно, все равно, что будут вякать окружающие. — А друзья? — чувствуя, как его сердце пускается в безумный пляс. — А друзьям по барабану. Будь я хоть фиолетовый в крапинку. На то они и настоящие друзья, — Сергей взлохматил длинные распущенные волосы Вальки и поднялся, уходя к себе. — Они даже будут рады, что ты у меня появился. Вот увидишь, ты им очень понравишься, — хохотнул задорно Сергей и завалился на свою кровать. Валя проснулся, как всегда, рано, привычка, черт бы ее побрал. Он встал с дивана, убрав свою постель вместе с подушкой вовнутрь, и отправился на кухню. Пошарив по пустым полкам, Валька понял одно. Действительно, Серега холостякует и давно. Кроме двух банок тушенки, пачки макаронных изделий и куска затвердевшего сыра, съестного не наблюдалось. В холодильнике за хвост висела сиреневая плюшевая мышь, подтверждая всем известную присказку, и еще, кроме замшелого куска сыра, валялась высохшая луковица и пара долек чеснока. «И чего он уперся с моими продуктами?» — Валька достал все это «богатство» на стол и приступил к готовке. Что ж, макароны с сыром и подогретая тушенка с чесноком и луком, не так уж и плохо. Серега выполз на ароматный запах через пятнадцать минут. — А я, оказывается, приобрел с легкой руки себе знатную хозяюшку, — он обезоруживающе улыбнулся покрасневшему Вальке, расхаживающему по его территории в переднике и заколотыми вверх волосами заколкой в виде краба. — Пахнет божественно, боюсь, как бы твои соседи не попросили вернуть тебя на базу. — Быстрее они переедут к вам. На запах жратвы, — хмыкнул Валька. — Не к вам, а к тебе. Я ненамного тебя старше, и потом, по-моему, любовники друг друга на вы не называют, — с неподдельным интересом рассматривая хлопочущего рядом с ним паренька. Валентин быстро накрыл на стол и поставил завариваться чай. — Это все, что я нашел в холодильнике, больше из съестного ничего нет. — Ну вот, я опять забыл закупить продукты. Когда живешь один и занят как собака, дома практически не ешь, — оправдался Серега, налегая на утренний горячий завтрак. — Ум-мм, и правда, очень вкусно, давно я так дома не кушал! Но сегодня обязательно заскочу и все куплю. Главное, составь список, в обед я буду дома. — А можешь купить мяса, а не консервов? Это будет полезнее и дешевле, — спросил, усаживаясь перед Серегой, Валька и, распустив волосы, приступил к трапезе. — Все, что пожелаешь, я ведь тоже готовить умею, но после разрыва… Практически ничего не хотелось делать дома, — Сережка снова заразительно улыбнулся побледневшему художнику и, дожевывая практически на бегу, вскочил из-за стола. — Все, я поскакал, удачи, и в восемь, как обычно, я жду тебя в спортзале! Валя, слушая, как хлопнула входная дверь, вздохнул. М-да, быстрее земля перевернется, нежели Сергей обратит на него свое внимание. Как же он хотел, чтобы разыгрываемая ими ширма оказалась правдой. На историю к ним завалилась гейская пара со старших курсов. Валька теперь знал, что блондина с пирсингом и проколотым языком все звали Верочка. Верусика сзади, как и положено, обнимал Шура. — А ты просто супергерой, — улыбнулся призывно блондин, усаживаясь прямо перед Валькой и не обращая никакого внимания на поднявшийся шум в аудитории. — И месяца не прошло, а ты закадрил второго натурала и какого! Слухи в университете распространялись очень быстро, как понял Валька. Но надо было отдать должное голубым, они признали свое поражение стойко, не потеряв лица. — Это приглашение для вас обоих. На закрытую гей-вечеринку, — улыбнулся Верочка. — Приходи сам и красавчика своего приводи. — Будем ждать, — махнул рукой Шурочка. — Пока, милашка! И, плавно покачивая бедрами, импозантная пара покинула аудиторию. — Ничего себе! — Мишка заглянул через плечо в пригласительные с тесненными золотыми уголками. — Пойдете? — А ты как думаешь? Конечно, нет! — отрезал Валя, запихивая бумажки подальше в сумку, преданный взгляд Сонечки его добил окончательно. Вот только влюбленной в него девушки ему и не хватало для полного комплекта. А ведь возможно, в начале учебного года он был бы очень рад вниманию этой девушки. На перемене Сонечка подловила Вальку в закутке около туалетов. — Валечка, это правда, что ты стал жить с парнем? — щеки у девушки горели, а глаза умоляли сказать, что все это чушь. — Я и раньше с парнями жил, — пожал плечами Валентин. — Я имею в виду… Как с мужчиной… — лицо евреечки запылало еще сильнее. — Да, и что? — Валя смерил девушку синим взглядом и скрестил руки на груди. — Я раньше думала, что это только сплетни… — Соня вздохнула тяжко. — Ты мне очень нравишься. — Я сожалею, Соня, но девушки меня не интересуют, — Валентин не хотел давать даже эфемерную надежду, тем более он все сильнее и сильнее привязывался к Сергею. — Ты слышала его, лупоглазая сучка! — из-за угла выплыл Лешка. — А ты, Валька, еще та проститутка, я две недели отсутствовал, и что? Ты нашел себе другого ебаля! Что, я мало тебе засаживал сзади? Любишь пожестче и посильнее? — Это не твое дело! — Валя прикрыл плечом сжавшуюся за его спиной Соню. Сзади Лешки нарисовалось еще два лыбяшихся лба. — Именно мое, кстати, именно из-за этой еврейской пизды твой рыжий одногруппник натравил на тебя цыган. Что, девочка, не знала? А ведь именно благодаря тебе я из него сделал гея, — хмыкнул на еще более увеличившиеся глаза Леха. — Кстати, этому говнюку повезло, так как он сыграл мне на руку, но я с ним еще разберусь. А ты чего удивлен, Валечка? Соня из богатой семьи и завидная невеста, а ваш рыжий не дурак. — Соня, иди в группу. Пропусти ее! — Валя повернулся к замершей девушке, но та покачала отрицательно головой, понимая, что при ней насиловать Вальку вряд ли будут. — Вот именно, ступай, ты свою задачу выполнила превосходно, — ухмыльнулся похабненько Лешка. — Ну, и как тебе спится под тренером? — Замечательно! — Мне можешь не врать, это все фарс! Мне приходилось брать каждый раз тебя через силу. Не думаю, что ты вдруг согласился подставлять кому-то свою жопу добровольно. Валя смотрел, как все три рожи расплылись в ухмылке. — Я его люблю! — сжал кулаки Валька и ударил. Конечно, чуда не произошло, и Лешка с легкостью блокировал удар, перехватив руку за тонкое запястье и притянув Валентина к себе. — Ты стал сильнее, мне это нравится. В противном случае ты бы мне надоел через недели две и я бы тебя бросил, а сейчас… — Лешка впился в губы Вальки. — Я не отступлюсь так просто, Валентин! И если то, что ты сказал, неправда, то тебе мало не покажется. Лешка отпустил художника и пошел прочь. — Это правда? — у Сони из глаз текли слезы. — Смотря в чем? — Валентин яростно оттирал губы. — Ну, что из-за меня… — Успокойся, Соня, мне всегда нравились мужчины. И ты тут не при чем, — он, конечно, врал, раньше он вообще не задумывался, кто ему нравится, но не хватало, чтобы Соня стала винить себя в его проявившейся ориентации. — И то, что я люблю Сергея, это тоже правда. А вот в этом он нисколько не кривил душой. — Значит, ты счастлив? — девушка вытерла глаза рукавом. — Да. Мы ведь останемся друзьями? — Валя ласково улыбнулся деве и повел за ручку в мастерскую. — Ого, кто же та прекрасная дама, которая вновь заставила моего братика ходить по продовольственным магазинам? — Игорь столкнулся с Сережкой в супермаркете и, заглянув в листочек, написанный каллиграфическим красивым почерком художника, присвистнул. — Судя по ее почерку, она очень аккуратна, а по списку провизии — серьезная и хозяйственная. — Привет, Игорек, — Сережка обнял своего старшего братика. — Давно не виделись. — Я смотрю, у тебя наконец-то стала налаживаться личная жизнь, — Игорь катил каталку рядом с Сергеем и по пути выбирал продукты. — М-мм, можно сказать и так, — улыбнулся своим мыслям Серега. — Я рад, хватит хоронить себя, все-таки два года прошло. — Только поучать не надо. Сам-то так и не женился, а ведь на пять лет меня старше. — Ну и что, зато у меня теперь есть сын, — рассмеялся Игорь. — Ого, когда успел? — округлил глаза Сергей. — Ирина родила… — старший брат насупился. — Иришка, во дает! Поздравляю! — Не с чем. Она отказалась от ребенка, сказала, что ей все обрыдло, я загубил ее молодость и ей нужно устраивать личную жизнь. Так что мой сынишка живет теперь с нашими родителями, мама настояла… — Сочувствую… — Да ладно, ты же знаешь, это была даже не любовь, а привязанность и, наверное, даже привычка. Как у нее, вечно ждать меня с войны и на войну, так и у меня, что кто-то ждет, кроме мамы и папы, — Игорь, помолчав, снова улыбнулся. — А мой Антошка это как подарок! И я Иришке благодарен за него, правда, очень. А ты чего пропал на год, мать вся извелась, да и отец тоже. — Ну как тебе сказать, хотел побыть в одиночестве, все осмыслить, обдумать. Да и потом, это ты у них любимчик, а не я, — улыбнулся своему брату-оптимисту Сережка. — Не говори ерунды. Можно подумать, они тебя не любят! — Любят, не ерепенься, — складывая продукты согласно Валькиному списку. — Ну, так познакомишь со своей половинкой? — заискивая перед малым. — Можно. Приходи ко мне на тренировку. Так и быть, познакомлю, — хохотнул Сережка. — Заодно и жирок свой растрясешь. Только сильно не падай, когда увидишь. Валентин округлил глаза, когда рядом с Сергеем нарисовался похожий чертами крепкий мужик, вполовину шире в плечах тренера. — Это мой брат Игорь, мы сегодня проводим тренировку вдвоем. И понеслось, братики их укатали за полтора часа до состояния выделанной шкурки. Когда основная масса устало потянулась к раздевалкам, Валька подошел робко к Сергею. — Валентин, сегодня дополнительной тренировки не будет, так что идем домой, и у нас сегодня гость. Игорь, знакомься, это Валька, — пояснили, поворачиваясь в сторону выпавшего из реальности старшего брата. После сытного ужина братики уединились в гостиной, а Валька разложил свои домашние задания, оккупировав стол в столовой. — Так, а теперь рассказывай, чего это тебя на мальчика потянуло? — ухмыльнулся Игорь. — А свои сказки оставь для друзей. Я же вижу, как ты на него смотришь. Ты так свою Кристину глазами не пожирал. Сергей взлохматил свою шевелюру и озорно улыбнулся. — Что, так заметно? — Не знаю, как для других и Вальки, но для меня — да, — Игорь откупорил бутылку вина и налил в два бокала. — Ну, так почему? — Сам не знаю, но как увидел его глаза, понял, что пропал… — беря в руки бокал и пробуя кровавую жидкость на вкус. — Может, ты и раньше баловался? Скажем, в армии? — съехидничал Игорь. — Нет, — отмахнулся Серега. — Но не могу отрицать, меня это заводило. — Как пялят очередного салагу взводом? — Прекрати! Ты же знаешь, я этого не люблю, — Сергей сурово стрельнул глазами в сторону брата. — Просто застал один раз двух лейтенантов в душе за этим делом. Заверяю, там было все по обоюдному согласию. Пришлось отдрочить по-тихому в соседней кабинке. Они так стонали… — Тьфу ты! Я тебе, а он! — сплюнул Игорь. — Сам завел разговор, — огрызнулся Серега. — Но ты с ним еще ни разу, как я понял? — заглядывая в бушующее море глаз. — Нет. Да и вряд ли что-то будет. Я даже не знаю, что меня больше пугает, то, что он предпочтет девушку или ответит мне взаимностью. — Чего-то я не пойму никак… — озадаченно промолвил Игорь. — Ну, видишь ли, Вальку один ублюдок силком заставлял заниматься с собой сексом. А он, как мог, сопротивлялся… — Угу, и ты, в конце концов, взял его под свое теплое крылышко. — Ну да. — И он вдруг с легкостью вот так согласился? — Когда на твою шкуру претендуют три группировки, а ты в самом эпицентре… — Повезло мальчику, ничего не скажешь… И как только он все это вынес? — Валька, несмотря на внешность, крепкий парень. — Жаль, что парень, с девкой столько бы проблем не было. — Ну, разве что незапланированной беременности на первом курсе, — рассмеялся своим шальным мыслям Серега. — Извините, — Валька приоткрыл стеклянную дверь. — Я только возьму халат и полотенце, можно? — Конечно, Валя! Это ты нас прости, засиделись, а тебе уже спать пора, — улыбнулся Сергей Вале, смотря, как тот берет банные принадлежности и, закалывая волосы высоко в пук, идет в сторону ванной. — М-да, и почему он не девушка? Красив чересчур и, собака, так сексуален, — выдал задумчиво Игорь вслед скрывшемуся в ванной комнате пареньку. — И ты считаешь меня извращенцем, — хмыкнул Сергей. — А как готовит, — Игорь вдруг шаловливо улыбнулся. — А если ответит? — Ох! Не береди мою бедную душу, брат. И потом, ему и так хватает проблем, а тут еще ярлык —гей. Ты хоть представляешь, что будет с его родителями? — М-да, вот что будет с нашими, если узнают, — почесывая озадаченно широкий бритый затылок. — Исчезну еще на год или два. — Ну да, годом больше, годом меньше. Ладно, предков беру на себя, как-нибудь подготовлю. — Спасибо… — А Стас так и вешал тебе плюшевую мышь в холодильнике? — Угу, так раньше я хотя бы вспоминал, что нужно купить консервы, — рассмеялся Сергей. — Ну вот, от Вальки сплошные плюсы, с ним язву желудка ты точно не заработаешь. А все остальное… Прорвемся, братик, где наша не пропадала. Когда Валентин вышел с мокрыми волосами из душа, гостя уже не было, а Сергей, развалившись обнаженной звездой поверх одеяла на своем трахадроме, вовсю храпел. «Черт!» — выругался про себя Валька, как же ему хотелось прижаться к этому телу, улечься на вздымающуюся грудь головой, но, постояв еще немного, художник тяжело вздохнул и отправился на свой холостяцкий диван. — Ты здорово рисуешь, — Серега стоял за плечом, попивая утренний кофе, и смотрел, как Валька роется в завале своих рисунков, перекладывая из одной папки в другую свои наброски. — Это так, черновой материал, не более… — отмахнулся Валя. — Ого, да ведь это же Мишка! — рассматривая легкий набросок обычным карандашом. Приятель Вальки как живой смотрел с листа, озорливо прищурив глаз и чуть поджав губы в издевательской ухмылке. — Да, мне еще в школе говорили, что у меня хорошо выходят портреты, шаржи и карикатуры, — поддакнул Валя. — А можно посмотреть? Я всегда мечтал рисовать или играть на пианино. Но с моим слухом и лапищами… В общем, кроме борьбы я ни к чему неспособен. — Я бы с тобой с удовольствием махнулся талантами, причем не глядя, — Валя всучил оставшиеся рисунки в пухлой папке Сереге в руки. — Не дури. Такой талант! Это же твое творчество, твоя жизнь, — рассматривая другие портреты и радостно восклицая. — А это Толик. — Но вы же создаете свой стиль боя? Это тоже своего рода творчество, и без вложения части себя, своей души в любимое дело, это невозможно, — возразил серьезно Валентин, смотря, как задумался тренер над его словами. — Да, пожалуй, ты прав, — улыбнулся Сергей. — Когда тебя ждать домой? — В обед я уже буду свободен… — пожал плечами Валентин и, бросив взгляд на часы, засуетился. — Черт, я опаздываю! — Планшет! Сергей видел, как Валька схватил планшет и умчался прочь. Он еще минут десять сидел задумчиво, смотря в сторону хлопнувшей двери, а после снова вернулся к наброскам. Там была практически вся группа Вальки, судя по мольбертам, кистям и краскам, которые присутствовали рядом с нарисованными персонажами. Юноша очень хорошо передавал характер людей и свое отношение к ним. Кудрявая девушка с огромными выпуклыми еврейскими глазами была написана с большой любовью, что резануло сразу по сердцу тренера. Сергей даже отложил этот рисунок в сторону и приступил к рассматриванию других. Близнецы в шутовских клоунских колпаках с бубенцами и ехидными озорными рожицами сразу говорили наблюдателю об их проказливом характере. Крепкий парень в кепке выглядел как добрый умиротворенный мишка. Светловолосый юноша с луком и стрелами в зубах смотрелся довольно смешно и комично, ну а несколько НЛО над его головой, говорили явно об увлечении парня. На следующем листе были изображены две девушки в обнимку, просто песнь радости и печали! Настолько девушки были противоположностью друг другу. Но Сергея заинтересовал другой портрет. Парень, смотрящий с него, вызывал странные тревожные чувства. Судя по определенным стандартным признакам, молодой человек должен быть рыжим, как говорится, опаленным, выжженным. Эта выжженная пустота читалась и в его пристальных глазах, смотрящих прямо в лицо Сергею, а еще было чувство, что глаза жили какой-то отдельной, темной жизнью. Портрет тренеру не понравился, да и сам парень, изображенный на нем, тоже. — Наверно Валькин недруг, — прошептал задумчиво Сергей. Следующий рисунок откровенно вызвал у Сереги ржач, голый мужик летел по воздуху на огромном собственном члене, орошая спермой проплывающие под ним поля, леса, причем то, что это Лешка, не вызывало сомнения. Лицо своего мучителя Валька изобразил гротескно, но до жути узнаваемо. — А ты его здорово приложил, — рассматривая кукрыникс и вытирая выступившие от смеха невольные слезы, рассмеялся Серега. — Ай да Валька! Ай да молодец! Отсмеявшись, Сергей перевернул этот порно-рисунок и тупо уставился в следующий. С листа на Сергея смотрел он сам, Валя набросал его портрет, когда он читал газету. — И когда только успел? — видно было, что это раннее утро, как дышит ветер сзади Сергея в занавеску, а пар от чашки кофе касается его заостренных скул. Полюбовавшись, Сергей перевернул лист и снова завис над следующим наброском. Теперь его застали врасплох обнаженным по пояс сзади и изящно изогнувшимся за кружкой на посудной полке. Следующий набросок — он в душе в пол-оборота под падающей водой намыливает себе грудь. Серега осмотрел свою детально прорисованную поджарую задницу и сглотнул, голова шла кругом. А дальше... Он на диване, читающий какой-то журнал, он спящий на футоне, он отжимающийся от пола, он заносящий удар ногой противнику в спортивном кимоно и так далее. — Да когда он успел? Я ни разу не видел, как он рисует. Неужели все это сделано по памяти? М-да, и, судя по всему, я его излюбленная модель… Даже ту девушку с большими глазами он нарисовал всего один раз. Сергей, сложив рисунки снова в папку по порядку, серьезно задумался, смотря на лицо еврейской девушки. В коридоре послышался стук открываемой двери, и влетевший раскрасневшийся Валька выхватил у Сергея папку из рук. — Извини, но я кое-что забыл! — он быстро стал шарить по рисункам и выдернул нужный пук в самом конце. — Все, до обеда! И снова умчался прочь, краснея щеками, как спелыми помидорами. Сергей, посмотрев недоуменно вслед убежавшему, проверил свою догадку. Все наброски с ним из папки исчезли без следа…