Will you marry me?

Невыносимо было от одной мысли, что сейчас мне предстояло столкнуться с чем-то или кем-то, о ком я не имею ни малейшего понятия. Составив несложную логическую цепочку, я пришла к выводу, что это, несомненно, человек с нездоровой психикой, потому что, дорогой читатель, любой человек, проникший в это здание, и задержавшийся тут более чем на пять минут, несомненно, рискует стать ненормальным. И, знаете, что бывает, если в «блюдо» добавить две, невероятно совместимые вещи? Психопат. Пила. Догадайтесь. Прекрасное сочетание, ничего не могу сказать. Я осторожно пробралась в первую попавшуюся комнату и прикрыла за собой дверь. Разумеется, я не могу остаться здесь навсегда, но я могу выиграть время, чтобы остаться незамеченной и убежать, когда «оно» перестанет намекать пилой о своем существовании. И пока я осматривала комнату, которая, кстати, совершенно не внушала мне доверия, потому что на кровати уютно устроился один из пациентов лечебницы скромненько зажавшись углу, я заметила дыру в стене, которая, как раз, вела в следующую комнату. Потом я снова посмотрела на «скромнягу». Если бы я была менее сдержанной, чем есть сейчас, то я бы выглядела точно так же. Не сомневаюсь в этом. Итак, теперь я нахожусь в другой комнате. Ничем она от предыдущей не отличалась, не считая того, что очаровательный «скромняга» не имел брата близнеца, поэтому подобного пациента в этой комнате я уже не встретила. Я не слышала пилы, более того, я даже шагов ничьих не ощущала. Не сказала бы, что это хороший знак, но и не плохой уж точно. Я задумалась, в каком направлении сейчас двигается Глускин и как скоро он найдет меня. И да, напомню вам, что платье, в котором я собиралась выйти замуж, сейчас было на мне. И мне было бы очень неудобно бегать от двух психов сразу. Выбирая одного из них, я, конечно, предпочла бы своего жениха. Не хотела бы встретиться с тем, кто предпочитает распиливать своих жертв, но так же не желала встретиться с тем, кто разрубает их на части. Почему я сразу решила, что пила не к добру? Да потому что в этом месте любая палка, любой кирпич в комплекте с психопатом – это уже смерть. Сомневаюсь, что пила могла сама путешествовать по коридорам, без какого-либо «дополнения» к ней. Стоило мне только высунуть голову, как пила вновь напомнила о существовании опасности. - Я чувствую тебя. Свежий запах. Свежий запах. Накорми меня… Мужчина. Голос хриплый, более того, могу предположить, что его обладателю уже за шестьдесят. Но это лишь мое предположение. Меня, если честно, даже не волновал его возраст. Мне хотелось, чтобы он ушёл отсюда и никогда не возвращался. Каждый раз, когда он снова включает свою пилу, мне все меньше хочется покидать эту уютную комнату. Мамочки. Он идет сюда. Я осторожно прикрыла дверь, дабы не привлечь внимание, затем спряталась под кроватью. Конечно, если бы старичок зашёл сюда, он бы моментально меня нашёл. Но он ведь не зайдет. Не зайдет ведь, верно? Удивительный нюх у старика, раз он начал бродить по комнатам и говорить что-то о «свежем мясе». Если он сейчас имеет в виду человеческое мясо, то это уже совсем не смешно становится. Только не говорите мне, что он.… Да к черту! Даже думать об этом боюсь. - Накорми меня. С каждой минутой старик приближался все ближе к моей комнате, это я понимала по шагам, и по пиле, которая снова и снова «заводилась», словно по сценарию. С каждым разом я слышала её все отчетливее. Это определенно пила. И мне определенно крышка. Было бы замечательно, если бы Глускин сейчас был рядом. Да, мне смешна сама мысль о том, что сейчас я мечтаю о его присутствии, но я ставлю сто баксов, что если бы он был рядом, то он бы не позволил мне умереть. Старик, как я поняла, прошел мимо и не собирался открыть ту дверь, за которой скрывалась я. Это меня очень радовало. Он, скорее всего, направился в другой конец коридора, как раз в тот, где находилась дверь, которая вела к Глускину. Дороги назад уже нет. Точнее она есть, но я все равно никогда не вернусь туда. Мне нужна секунда. Потом еще одна секунда. И еще одна. За эти несколько секунд я успею перебежать в другую комнату. А если она закрыта? А если я привлеку его внимание? Хватит этих «а если». Пора действовать, Вилена. Я выползла из-под кровати и прокралась к двери. Осторожно высунув голову, я окинула взглядом коридор и тщательно рассмотрела каждую дверь. Некоторые были открыты. А это значит, что я могу спрятаться там. А сейчас старик… Я повернула голову в другую сторону, дабы убедиться, что старичок с пилой все еще в том конце коридора. Его не было. Каждый раз, мать твою, когда я пытаюсь предугадать действия врага, все это оборачивается для меня не самым приятным образом. Обычно в таком случае я уже на грани между жизнью и смертью. Я могу просто перебежать. Я вижу открытую дверь. Просто перебежать и задержаться в той комнате еще на несколько минут. - Что-то интересует? - Я услышала тот самый голос. И тот самый звук. И на этот раз источник этих звуков находился позади меня. - Нет. - осторожно ответила я, не рискнув повернуться. А теперь бежать! Срочно! Я резко встала, но как бы резко у меня это не получилось, меня тут же посадили в прежнее положение. Се ля ви. Бежать я собралась. Ага. Или я была настолько глупой, или действительно думала, что через такую огромную дыру способна пролезть только я? Старик схватил меня за волосы (было бы за что хватать, кстати) и вытащил из комнаты. В другой руке он держал дисковую пилу, готовую вот-вот сделать из меня приятный подарочек Глускину. Глускин. Если бы он сейчас был рядом, он бы не позволил ему так обращаться со мной. Глускин держал меня рядом с собой, пытался поцеловать меня, но он бы никогда не смог причинить мне боль. Я поняла это в тот самый момент, когда первый раз сбежала. Он мог бы убить меня, если бы хотел. Но даже мое осознание таких простых вещей не помогло бы сейчас выбраться отсюда. Единственное, что сейчас спасло бы меня – это способность скрываться в темноте. Становиться невидимой, допустим. Но я же не суперженщина. К сожалению. - Ты будешь моей. Нам просто нужно найти стол и я с удовольствием поужинаю, - прорычал каннибал, сжимая мое горло, - Приятного аппетита. Ага. Один парень любит «любить» своих невест, а другой, кажется, предпочитает убивать и съедать. Или сначала съедать. Фу. Последний вариант меня, если честно, напугал больше. - Нет, не снова! Я знал, что ты сделаешь это снова! Ты должна помочь мне, ты должна найтись прямо сейчас. Ты предпочитаешь скрываться, а не быть со мной? Позволь мне любить тебя, - я прислушалась. Я знала, чей это голос. Я еле-еле расслышала его слова, но он говорил обо мне. Он буквально кричал, выкрикивая каждое слово настолько громко, что каннибал напрягся вместе со мной, - Никто. Ты, дорогая, не знаешь, что может случиться с тобой, если я не буду рядом! Ты не знаешь! Ты сейчас, несомненно…. Красива! Я, - он замолчал, потом снова закричал, словно копил в себе силы, - Я слишком долго…. Дорогая, я не имел в виду что-то плохое. Но ты же по… Я больше не слышала его голос. Его голос. Старик тащил меня вперед. Видимо, из-за моих коротких волос, он предпочел «переносить» меня за корсет. Он торопился, словно понимая, что ему нельзя оставаться здесь. Словно он знал, кто такой Глускин. Словно он его боялся. Что может быть страшнее мужика с пилой? Глускин никогда бы не смог противостоять ему. Так какого черта он его боится? Я пыталась вырваться, но старика это злило еще сильнее. Он вдруг остановился, явно не вытерпев моих сопротивлений. Пошел. К черту. Урод. - Ты слишком много двигаешься. Но мне плевать, я предпочитаю любое мясо. Свежее, прогнившее… Любое. Мамочки. От пилы я уже не смогу увернуться. А если и увернусь, то в процессе потеряю руку. Или ногу. Или все сразу. И вот, когда мой психопат-людоед стал замахиваться своей прекрасной дисковой пилой, с не менее прекрасным звуковым сопровождением…. Старик вдруг остановился. Он смотрел не на меня, а вперед, а в его глазах плясали чертята. Он улыбался так, будто для него только что накрыли бесплатный стол. И в тот момент я поняла, что ошибалась. Он не боялся Глускина. Он ждал его. Он мог бы быстро убить меня, чтобы вернуться за ним. Жадный сукин сын. - Кто в крови чужой, будет более вкусным. Ассорти. – Пробормотал старик, медленно отпуская мой (неудобный, просто невыносимый!) корсет. И когда я оглянулась, дабы понять, кто отвлек внимание каннибала, я так и застыла на месте. - Моя дорогая, мы все еще можем быть красивыми, - улыбнувшись, сказал Глускин, даже не обращая внимания на старика с пилой, - Мы не закончили, верно? Прости меня. Я был слишком вульгарен. Я знаю и хочу извиниться за это, - он медленно приближался к нам, а улыбка все еще не покидала его лица, - Я просто.… Ну, ты знаешь, что становится с мужчиной…. - Что ты несешь, кусок сырого мяса? Накорми меня. Накорми меня! Ну вот. Я должна что-то сказать, но я вообще не знаю, что говорить. И только после того, как старик перебил речь Глускина, мой жених, наконец, обратил на него внимание. Старик безумно ждал этого и уже был готов к приему. Но на лице Глускина ни на мгновение не возник страх, будто он был тем, кто никогда не может испытать его. Я никогда не видела, чтобы он чего-то боялся. Уверенность в его глазах, его ухмылка, которые всегда означали одно – он не сдается просто так. Но сейчас на лице Глускина я не видела ничего. Ни уверенности, ни ухмылки, ничего, что могло бы взбодрить меня. - Мммм, - промычал он, - Знаешь, что бывает с теми, кто срывает чужие свадьбы? Последняя часть совсем скоро! Оставляйте отзывы, ставьте лайки, оставайтесь с этой прекрасной парой и пишите, каким бы вы хотели видеть финал! Но судьбу этих героев не изменить, однако, ваши предположения будут очень кстати!