Треугольники

Рицка шел со школы домой, «странно, сегодня Соби не позвонил, телефон не отвечает, ну что опять могло произойти?» - думал подросток. После того, как Сеймей вернулся и забрал Соби, им приходилось скрываться, чтобы брат не наказывал Бойца. Маму, после нескольких ее истерик, Сеймей отправил в элитную клинику для душевнобольных, и теперь Рицка живет в доме с братом и его природным Бойцом - Нисеем. Нисей - странная, скользкая личность, которая все время смотрела на Рицку, как на досадную помеху в его жизни. Сейчас подросток уже сам себе не мог сказать, счастлив ли он от того, что брат оказался жив или нет. С одной стороны, брат - это почти единственный родной человек, который у него есть, с другой - он забрал Соби. А Соби - это почти половинка души. Рицке всегда было больно видеть, как любимый подчиняется брату и не смотрит на него. «Соби, ну что же ты делаешь? - прошептал Рицка, - если бы ты сказал, хоть что-нибудь, если бы я увидел, что ты готов бороться вместе со мной, я бы пошел против Сея, ради тебя я готов на все. Соби, ну где же ты? Ты просто ушел к Сеймею и сказал, что не встанешь между нами. Но я уверен, если поговорю с братом, он поймет, что ты мне нужен, нет, просто необходим. Как же больно не видеть тебя каждый день, не слышать твоего голоса, Соби, отзовись». Рицка, в своих мыслях, почти дошел до дома, что - то тревожное закралось в сердце, и оно было готово выпрыгнуть из груди. Он ускорил шаг и почти влетел в дом. На кухне сидел брат с таким грустным лицом, что Рицка понял - беда. – Сеймей, что случилось? – Рицка, - брат бросился к нему и обнял, крепко прижав к себе. Таких объятий у них давно уже не было. В них сквозило отчаянье и боль. Нервы напряглись, Рицка уже боялся услышать ответ, а вдруг что - то с Соби? – Сеймей, да что же случилось? – Нисей, с ним беда. – Какая беда, Сэймей, да объясни же по - человечески! – Нисей мертв, - дрожащими губами вымолвил брат и захлебываясь, начал рассказывать: – Я пришел домой и не мог дозваться Нисея, но ты же знаешь, что он иногда может пропасть на ночь, - Рицка поморщился, да он это знал и догадывался куда Боец уходил, - но его нигде не было. Я поднялся к себе в спальню, а там, - на миг Сэймей застыл статуей, Рицке хотелось его тряхнуть, но сдержался, - там Соби насиловал Нисея. – Что? - вскрикнул Рицка, – Сэймей, что ты несешь? Соби не мог такого сделать. – Рицка, - устало произнес Сэймей, - я, когда в комнату зашел, крутил в руках новенький фотоаппарат, подарок тебе, и он сработал. Там единственный кадр, ты можешь его увидеть, но лучше не надо, Рицка, не смотри, тебе же будет больно. Рицка бросился к кухонному столу, где лежал фотоаппарат, дрожащими руками включил его, молясь про себя: «Только бы Сэймей ошибся, только бы ошибся». Но на первом же кадре на него смотрел Соби насилующий Нисея. Рицку затошнило, голова пошла кругом. Брат подхватил его на руки, усадил на диван и принес воды. Стакан дрожал вместе с рукой, цепляясь зубов. Рицку всего трясло, в голове была только одна мысль: «Это наваждение, это не правда». Словно прочитав его мысли, Сэймей решил укрепить результат. Ну что ж, если и братик слетит с катушек, то для него найдется место рядом с мамочкой. – Рицка, - заботливо произнес Сэймей, - ты сможешь посидеть сам? Мне надо убрать тело. – Какое тело? - дрожащим голосом произнес подросток. – Нисея. Я не смог, понимаешь, не смог это сделать сразу. Рицке стало больно, он решил хоть как - то помочь брату, ведь только они теперь есть друг у друга, а Сэймею сейчас наверняка очень больно. Соби рассказывал, что когда один из пары умирает, то и второй не захочет жить и наложит на себя руки. «Соби, - мысль, как горячий металлический прут, врезался в сердце, - Соби, что же произошло, что ты так….». Дальше Рицка старался не думать, сейчас надо помочь брату, ведь он не может потерять еще и его. – Идем вместе, - сказал Рицка. – Ты уверен? - тихо спросил Сэймей. – Да, брат, я тебя больше не брошу, идем. Взявшись за руки, они медленно поднялись по лестнице, в комнату Сэймея. «Мне надо быть сильным, - повторял и повторял про себя Рицка, - я все смогу выдержать, я нужен брату». Сэймей искоса посматривал на него. Бледное лицо Рицки говорило, что он на грани. «Что ж, последний штрих», - пронеслось в голове Сея, он открыл дверь в комнату и пропустил Рицку вперед.