За мгновенье до тебя

Бездумно щелкая пультом телевизора, Джен даже не смотрела на экран. Все ее внимание было приковано к плотно зашторенным окнам. Когда Каллены уходили, Эсми строго-настрого запретила ей раздергивать занавески. И Джен почему-то послушалась. Она и сейчас не решалась выглянуть в окно - все время казалось, что, стоит отдернуть штору, и перед ней возникнет мучнисто-белое лицо с алыми глазами. Одно из тех, которые она видела прошлой ночью. Мотнув головой, чтобы отогнать наваждение, Джен встала на ноги. Она не спала двое суток и уже несколько часов ощущала непрекращающееся головокружение. Но нервное напряжение не позволяло девушке расслабиться. Ей все время хотелось двигаться, и, когда становилось совсем невмоготу, Джен мерила шагами гостиничный номер. Вот и сейчас она прибегла к привычному уже приему. Три шага - вдох, три шага - выдох. Три шага - вдох, три шага - выдох. Поворот у дверей и все сначала... Джен внимательно считала шаги, следила за дыханием и не позволяла себе думать о том, где сейчас Оливия, где сейчас Каллены и... Сет. Она запрещала ему идти с ними! Она кричала, угрожала, умоляла. Она взывала к его благоразумию, пыталась напомнить, что все еще является его учительницей. А потом обнимала его за шею и просила подумать о маме. Подумать о сестре. И о ней. Бесполезно. Этот упрямый мальчишка крепко стиснул ее в объятиях, заявил, что ничего с ним не случится, и ушел. А Джен осталась одна, думая о том, что те, с кем что-то случается, всегда так говорят. С тех пор она неустанно мерила шагами маленькую комнату отеля, бездумно переключала каналы на телевизоре и нервничала, нервничала, нервничала. На очередном повороте Джен не удержала равновесие и, покачнувшись, неаккуратно взмахнула рукой. Хрустальная вазочка для фруктов свалилась с тумбочки и брызнула во все стороны мелкими осколками. Чертыхаясь сквозь зубы, Джен присела на корточки и начала подбирать стекла. А в следующую секунду с ней произошло нечто странное. Сердце замерло в груди. Острый осколок стекла глубоко вошел в подушечку указательного пальца, но на месте пореза не выступило ни капли крови. Несколько секунд Джен в ужасе разглядывала свою руку, чувствуя, как нарастает давление в груди. А потом ее сердце вдруг бешено заколотилось, а из порезанного пальца хлынула кровь. Она пошатнулась и упала на колени, уже понимая, что произошло что-то страшное. Джен хотела крикнуть во весь голос, но смогла лишь прошептать: - Сет... * * * Кровь хлестала струей, но, несмотря на это, аппетита ни у кого не было. Эмметту было бесконечно жаль мальчишку, но он не шевелился - понимал, что ничем не поможет. Карлайл, пошатываясь, направился к оборотню. Правую руку, оторванную по локоть, он придерживал левой, которая тоже выглядела так, словно побывала в мясорубке. Но прежде чем доктор Каллен добрался до своего потенциального пациента, Лив обогнала его и присела на корточки рядом с Сетом. Несмотря на значительную кровопотерю, оборотень был еще жив. Укусить его не успели, но порвали знатно. Не теряя времени, Лив запустила обе руки в густую шерсть, пошарила в ней немного, а потом крепко сжала пальцы, перекрывая поток крови. Сделав это, она нашла глазами Карлайла. - У него артерия повреждена, - тревожно произнесла она. - Я могу сидеть так сколько угодно, но, по-моему, без трансплантанта не обойтись. Присев рядом с ней, Карлайл быстро наклонился вперед, окинув взглядом неподвижное тело оборотня. - Он не переживет трансформацию. - Согласна, - кивнула Лив. - Попробуем прооперировать так? Потом ее взгляд скользнул по покалеченной руке Карлайла, и девушка чуть заметно нахмурилась. - Как быстро это заживет? - К рассвету. Но оперировать я смогу не раньше полудня. Не уверен, что у нас есть это время. Эмметт окинул взглядом опустевший переулок, где еще полчаса назад кипела битва, и признал правоту отца. Вольтури ушли, но они могут вернуться. И никто не знает, чем закончатся переговоры внутри разрозненного клана. В конце концов, Вольтури так долго жили вместе... - Мэтт, подойди ко мне, - попросила Лив, глядя на него снизу вверх. Эмметт послушно приблизился. Его не покидало острое чувство дежавю. Именно так они когда-то познакомились. Лив спасала людей, пострадавших вследствие взрыва в супермаркете, и попросила его о помощи... Тогда она была человеком. Сейчас... Он не знал, кто она сейчас. Не знал, какой она стала. И как вести себя с ней, он тоже не знал. Но он любил ее как прежде. А может, даже чуть-чуть сильнее. - Нужно перенести Сета в одно место... Я покажу, где это. Вольтури о нем не знают, - быстро произнесла Лив. - Подними его на руки, а я буду зажимать раны. Если отпущу, он истечет кровью. Эмметт присел рядом с Лив и аккуратно, стараясь не потревожить раненого оборотня, просунул руки под его правый бок. Потом они медленно встали на ноги. Карлайл тоже попытался подняться, но пошатнулся, и Эсми поспешно бросилась ему на помощь. Физически она не пострадала в этой схватке. Но Эмметт был уверен, что мать нескоро забудет все, что здесь произошло. - Мы все пойдем туда, - сказала Лив, чуть повысив голос. - Нам нужно отдохнуть, собраться с силами. Если... если Марк и Кай примут сторону Аро, нас ждет еще одна битва. И на этот раз придется сложнее... - Если Марк и Кай примут сторону Аро, нам конец, - тихо произнес Джаспер. За прошедшие пару часов он обзавелся десятком новых шрамов. - Посмотрим, - яростно прорычала Белла. И Эдвард тут же протянул руку, чтобы прижать ее к себе. Судя по всему, психологическое состояние Беллы было не лучше, чем у Эсми. - Эдвард, Белла, вы не могли бы пойти вперед? - спросила Лив, обернувшись, чтобы взглянуть на них. - Я покажу, как туда добраться. Там... есть один нюанс. Эдвард чуть заметно приподнял брови, потом недоверчиво покачал головой и... улыбнулся краешком губ. Затем он наклонился к Белле и что-то ей шепнул. Эмметт проследил за этим движением, а потом вопросительно взглянул на Лив. Он многое хотел о ней узнать. Недосказанность ужасно раздражала его. И все же... Эмметт прекрасно понимал, что сейчас не время задавать вопросы. Они шли рядом, касаясь друг друга плечами и бедрами. Он нес на руках тяжелое тело Сета, который так и не пришел в сознание, а Лив крепко сжимала края поврежденной артерии. Остальные двигались параллельно с ними - разорванные, покалеченные, но живые. Что же касается Сета, ему еще предстояло побороться... Идти быстро с раненым оборотнем не получалось. То есть, конечно, они намного опережали обычных людей, но Эмметта просто убивала эта черепашья скорость. Чтобы чем-то занять себя, он проигрывал в голове детали прошедшего сражения. Вспоминал о том, как на них набросилась свита Вольтури. И о том, как дралась его семья. То, что все они выжили, казалось невероятным. Тем более что семеро слуг Вольтури пали в этой схватке. А они вот уцелели и даже почти не пострадали... Впрочем, во всем, что случилось, просматривалась рука Лив. Если бы она не стравила Вольтури между собой, Кай не остановил бы сражение. Битва была в самом разгаре, когда они с Марком и примкнувший к ним Алек потребовали паузы. Кай заявил, что намерен заняться решением "внутрикланового" конфликта. И никто, кроме Аро, не посмел с ним спорить. Что же до Аро... Поскольку он-то и был причиной так называемого "внутрикланового" конфликта, его мнение в расчет не принималось. Вольтури собрали своих раненых и убитых и, оставив Калленов зализывать раны, удалились в свою резиденцию. Напоследок Кай произнес, ни к кому конкретно не обращаясь: - Мы поставим вас в известность о принятом нами решении. И обсудим перспективы дальнейшего... сотрудничества. Завтра. Потом они исчезли - так же быстро и бесшумно, как появились. И Лив с Карлайлом тотчас же бросились на помощь Сету. Словно поняв, что он думает о ней, Лив чуть обернулась к Эмметту и улыбнулась. А потом вдруг сказала: - Я совсем тебя не помнила, представляешь? Пока не увидела. А как только увидела, не могла понять, как вообще умудрилась забыть. - Я искал тебя все время, - отозвался он. - Аро сказал мне, что ты меня обратил и убил мою семью. Сначала я даже поверила ему, а потом... мне открылось очень много нового... Клан Вольтури - это такая огромная банка с пауками. Мне ужасно хотелось вывести их на чистую воду. Вот только я не знала, как это сделать. Хотела позвать на помощь Фреда, но вдвоем бы мы не справились. - Где он вообще взялся, этот Фред? - поинтересовался Эмметт с изрядной долей скепсиса. Несмотря на неоценимую помощь Фреда, без которого они наверняка потеряли бы кого-то из семьи, Эмметт сразу проникся к нему антипатией. И вовсе не из-за необычного дара нового знакомого. - Мы встретились в лесу, когда я... очнулась. Фред искал вас, но я сбила его с пути истинного, - поймав взгляд Эмметта, Лив усмехнулась и уточнила: - Не в том смысле, в котором ты подумал. - Я еще ничего не подумал. - Ну, значит, это я подумала, - фыркнула Лив. - Как только тебя увидела, так и подумала... Впрочем, не будем отвлекаться. Когда мы встретились с Фредом, я даже не понимала, кем стала. Он все мне объяснил, но... у меня остались некоторые заскоки. Например, я по-прежнему люблю огонь. И пью кофе. - Я всегда любил твои заскоки, - улыбнулся Эмметт, чувствуя себя так, словно только что сбросил с плеч здоровенный валун. Все это время... каждую минуту после знакомства с Фредом он думал о том, что они с Лив были вместе. Жили вместе. И... спали вместе. Но теперь, когда она говорила об этом, Эмметт вдруг осознал, насколько беспочвенными были его подозрения. - Боюсь, тебя ждет еще один сюрприз, - негромко произнесла Лив, не глядя на него. - Только... я не уверена, что он тебе понравится. Помнится, тебя всегда напрягала тема детей... - Ты хочешь детей?! - от неожиданности Эмметт чуть заметно вздрогнул, и Лив сразу уловила это движение. Она бросила на него один из своих коронных упрямых взглядов, мигом превратившись в его глазах в ту девушку, которую он когда-то полюбил. А потом выпалила: - Хочу или не хочу, а они уже есть! Я... спасла их из подвалов Вольтури, когда началась бойня. Они... мне казалось, они сойдут с ума. Но со временем им стало получше. Элена, кажется, вообще забыла о том дне, а Антонио до сих пор просыпается от кошмаров, но ему тоже станет лучше. И, знаешь, они верят мне. Они ждут меня, радуются... Лив улыбнулась, а потом на ее лицо набежала тень. - Правда, я не знаю, что будет, когда мы придем к ним все вместе. Я поэтому и послала вперед Эдварда и Беллу. У них есть опыт общения с детьми, так что, думаю, проблем не возникнет... Если только Вольтури не узнают о них. Эмметт смотрел на нее и не мог поверить тому, что слышит. Эта девушка перенесла клиническую смерть, потеряла память, превратилась в вампира и... осталась такой же удивительной и непредсказуемой. Кто еще мог украсть детей, обреченных стать жертвой Вольтури, и заботиться о них? Кто еще мог натравить Алека на Аро, который ранее был его идолом, и вбить клин между старейшинами? Тряхнув головой, чтобы отбросить в сторону прядь, падающую на глаза, Лив покосилась на него. Произнесла с чуть заметным вызовом: - Когда я прятала их, я не помнила о тебе. А если бы даже и помнила... Мэтт, я не могла их бросить! - Да я не спорю, - покладисто отозвался Эмметт и, помедлив, все-таки добавил: - Но обращать детей запрещено. Этого Вольтури нам не спустят. Лив замерла от неожиданности и даже сбилась с шага, чего никак нельзя было ожидать от вампира. Кажется, его последние слова шокировали ее. - Обращать детей?! Мэтт, ты в своем уме?! Мне бы такое и в голову не пришло! Я собиралась вырастить их, воспитать, дать образование и... Чего там еще делают с детьми? Я не собиралась их... обращать. Последнее слово она произнесла с таким отвращением, что Эмметт не удержался от смеха. - Лив, ты же больше не стареешь. Это.. вызовет серьезные подозрения. - В эру ботокса и пластической хирургии? Не думаю. Сейчас пятидесятилетнюю женщину не отличишь от двадцатилетней. И вообще... Чего ты смеешься?! - возмущенно спросила она. Эмметт взглянул в ее прекрасное бледное лицо, встретил взгляд сверкающих пурпурных глаз, которые когда-то, он точно помнил, были зелеными. И сказал: - Я люблю тебя.