Алые нити

      Елена неслышно подошла к большой деревянной двери и затаила дыхание. Девушка до последнего не решалась открыть её. Но, набравшись смелости и обхватив пальчиками круглую ручку, Гилберт крутанула её по часовой стрелке, отчего дверь послушно поддалась.       Молодая вампирша до сих пор не могла поверить, что сейчас входит в спальню Кетрин глубокой ночью только ради того, чтобы попросить настолько желаемой крови. Когда это успело произойти? Когда потребность крови взяла вверх над её принципами? Ведь она никогда раньше и подумать не могла, что пойдет сама просить у этой стервы что-нибудь. Раньше она её уважала, но терпеть не могла. А теперь…А что теперь она к ней чувствовала на самом деле?       Елена задумалась, лицезрея потрясающей красоты картину, которая открылась её глазам, когда она оказалась в спальне. Кетрин лежала на большой кровати, свободно раскинув во сне руки. Полоска лунного света, освещавшая её лицо, которое на сей раз было беззаботно умиротворенным, пролегала через всю спальню поперек.       Гилберт встала напротив кровати, боясь не то, что пошевелиться, даже дышать. Она рачительно рассматривала Кетрин. Старшая вампирша в самом деле была прекрасна: облаченная в черный прозрачный пеньюар, прикрытая легким летним одеялом лишь до талии – она словно сошла с великолепной картины какого-то знаменитого художника. Её грудь, спрятанная за тонким материалом столь соблазнительного предмета одежды, поднималась от спокойного дыхания, а кисти рук порой сжимались в кулачки. Густые каштановые кудри рассыпались по подушке.       Девушка медленно с осторожностью подошла к кровати и села на краешек, не отрывая взгляда от вампирши. Гилберт могла смотреть на эту картину бесконечно. Ведь это была другая Кетрин: без ухмылок и колких фраз, задевающие за живое даже самого, казалось, бесчувственного. Но боль в животе от голода напомнила Елене, с какой целью она пробралась сюда этой ночью. - Кетрин, - прошептала девушка, нежно положив руку на хрупкое плечо вампирши. – Кетрин, проснись.       Но вампирша лишь недовольно поморщилась и поменяла свое положение - перевернулась на бок лицом к Елене. Непослушная прядь волос упала на лицо, создавая еще более соблазнительный образ. - Кетрин, пожалуйста. Я хочу есть, - чуть громче зашептала Елена, заботливо убирая прядь с лица вампирши.       Кетрин резко распахнула глаза, взмахнув длинными от природы ресницами. Её спокойное лицо вмиг сменилось недовольным выражением с фирменной усмешкой. - Что тебе надо, мышонок? - спросила она, усаживаясь на кровати. - Я голодна, - сказала Елена, закусив губу и скромно опустив глаза, словно она сказала что-нибудь аморальное.       Кетрин чуть подвинулась на другую половину кровати, уступая Елене место, чтобы она могла удобно расположиться. Когда Елена уселась на кровати, стараясь занять, как можно меньше места (она неуверенно чувствовала себя просто находясь рядом с Кетрин, не то что в её кровати!). Пирс легла, комфортно расположившись на своей половине. - Ну, что ж, малышка, это твой выбор. Ты теперь прекрасно знаешь, что значит обмениваться кровью. И ты сама ко мне пришла, - медленно тянула Кетрин, поднимая брови и облизывая пухлые губы. - Если, что мальчикам будешь объяснять именно так. Кстати, почему ты до сих пор не пьешь кровь человека из вены? – Елена только открыла рот для ответа, но Катерина опередила её. – Ах, да. Забыла. Братики оберегают тебя, боясь, что ты убьешь человека и не сможешь пережить этого. Бред! Завтра же научу тебя охотиться на людей. Ты не пожалеешь. А сейчас…- Кетрин прокусила свое запястье. – Пей. Только предупреждаю, Елена, на сей раз, я не буду сдерживаться, - хитрая ухмылка прилипла к её губам. - Но Деймон за стенкой, - попыталась образумить Гилберт Пирс. – Ему не составит труда услышать твои стоны. В прошлый раз ты же… - А сейчас не хочу, - дерзко перебила её Кетрин. – Я не желаю сдерживать себя каждый раз, когда дело доходит до удовольствий. Возможно, ты уже заметила это в душевой, когда я удовлетворяла себя. Зачем ты подсматривала, Елена, ты ведь могла уйти, - Кетрин пронзила взглядом Елену, которая не знала, куда деть глаза от стыда. - Я просто…- Елена запнулась на полуслове, потупив взгляд в черную пустоту спальни. - Просто что, Елена? – добивала её Кетрин, приближая свои губы к её ушку. - Тебе понравилось то, что ты видела? Ты бы хотела увидеть это вновь? – шептала Пирс, обжигая ухо горячим дыханием, от чего по телу пробежалась волна мурашек. - Нет, - уверенно кинула девушка, резко обернувшись лицом к Кетрин. - Врешь! – прошептали губы Пирс в нескольких сантиметрах от лица Елены.       Елена схватила руку Кетрин и поднесла ко рту. Терпеть запах крови так близко Гилбрет больше не могла. Она жаждала крови сейчас больше всго на свете. По её горлу потекла пряная сладковато-металлическая жидкость, от чего кровь в жилах запульсировала, а сердце начало биться чаще.       Кетрин громко застонала, как только острые клыки Елены впились в её запястье. Гилберт озлобленно с вызовом посмотрела на брюнетку и зло прошептала: - Пожалуйста, потише, Кетрин. Деймон в соседней спальне может услышать. - Я тебя предупреждала. Я не собираюсь сдерживаться, мышонок. Пей или проваливай, - шикнула на неё Кетрин. – Если остаешься, то прими положение лежа. Мне так будет гораздо удобнее получать оргазм, - задорный блеск таинственно мелькнул в карих глазах Катерины.       Елена не могла уйти просто так. Если она немедленно не попьет крови, она вновь начнет болеть. А это просто невыносимо. Эти муки тела разрушали её изнутри.       Поэтому Гилберт, решив остаться и не спорить с Катериной, послушно легла на своей половине кровати и потянулась за рукой Пирс для вкушения лакомства. Кетрин протянула ей свое прокушенное запястье и резко выдохнула, когда вновь ощутила острые клыки в маленьких ранках. - А, ты оказывается нимфоманка, Елена, - сбивчиво прошептала Кетрин на ухо Елене, сильно прижимаясь к девушке всем телом и обхватывая крепкими бедрами ногу Гилберт. – Интересно, как часто ты мастурбируешь, Елена. Наверное, почти каждый день, а? – съязвила Кетрин, после чего застонала прямо в ухо Гилберт от наслаждения, растекающегося по всему телу.       Елена хотела бы ответить колкой фразой, но она была не в силах отпустить руку и оторваться от этого вкуснейшего десерта. И вдруг ей стало, страшно. Страшно от того, что теперь она зависима от Кетрин. От неё зависит её жизнь? Елена не могла поверить, что сама только что пришла к этому выводу. Но завтра Гилберт выберется из этой мышеловки. Завтра Кетрин обещала научить её охотиться на людей…       Очередной громкий стон, который издала Пирс заставил Елену повернуть голову в сторону вампирши и на время забыть все нынешние переживания. Катерина извивалась под сладким натиском и, сильно прижимаясь к Гилберт всем телом, закрыла глаза для того, чтобы сконцентрироваться на своих ощущениях. - Елена, милая, - томно прошептала Кетрин, игриво прикусив зубами мочку уха брюнетки. Гилберт жадно глотала кровь и с интересом наблюдала за этими изменениями, как несколько секунд назад этот самоуверенный циник-вампир сейчас извивался ласковым котенком и мурлыкал от удовольствия. Насколько же правят миром эти плотские утехи?!       Когда Елена ощутила чужую руку под футболкой, она судорожно сглотнула, едва не подавившись кровью от неожиданности. - Доверься мне, - прошептал голос с хрипотцой загадочной мелодией, и чужая рука сжала одно из полушарий, нарочно царапая острым ногтем чувствительный сосок.       Но от этих движений Гилберт напряглась еще больше – она лежала, как натянутая струна и не смела пошевелиться, лишь тихонько посасывала кровь, как младенец молоко у матери. Стоны Кетрин в это время становились все громче и громче, а её шустрая рука быстро покинула прежний объект и оказалась под тонким материалом шорт Елены. Когда уже подходя к развязке Катерина, еле дыша от удовольствия, уверенно запустила руку в трусики брюнетки и ловко прошла пальцами по, как оказалось, уже влажными половым губам, настала стонать очередь Елены. Пирс аккуратно провела пальчиком по самому эрогенному участку, давая уловить фибры наслаждения. И когда Гилберт всем телом поддалась вперед, уже плохо понимая, что происходит, и готова была отдаться удовольствию, ублажающая рука вдруг исчезла, а Кетрин забилась в сладострастных судорогах оргазма, а затем отняла и вторую «кормящую» руку.       Елена взглянула на Кетрин, еще не пришедшую в себя после пережитого оргазма, и ласково провела тыльной стороной ладони по её щеке. Гилберт улыбнулась, наблюдая, как брюнетка с закрытыми глазами облизывает пересохшие губы, тяжело дыша.       Внезапный стук в дверь нарушил ночную гармонию. - Да, сколько же это может продолжаться?! – сердито кричал за дверью Деймон. – Ты теперь сюда мужиков будешь водить?!       Когда мужчина ворвался в спальню, бесцеремонно в один момент, сломав замок, на его лице отразилось неверие и шок.