Алые нити

- Что здесь происходит? – недоуменно спросил Деймон, немного оторопев. – Неужели опять? Елена, - отчаянно простонал он, осознав, чем занимались девушки. - Я не могу голодать, Деймон, - отрывисто, но уверено пробормотала молодая вампирша, кинув на парня строгий взгляд. - Но почему ОНА? – мужчина с отвращением выплюнул последнее слово. – Почему ее кровь? Почему не моя, не Стефа? – продолжал возмущаться вампир, нетерпеливо расхаживая по комнате и кидая на Елену непонимающие взгляды. - Ты забыл про привязанность Елены к Кетрин, - напомнил появившийся в дверях Стефан.       Мужчина пересек комнату по блестящему паркету и сел рядом с Еленой, осторожно обняв ту за хрупкие плечи. - Ах, да, забыл про привязанность, - паясничал Деймон, активно жестикулируя руками и подражая голосу брата.       Внезапно мужчина оказался у постели, схватил Елену, и в мгновение ока они оказались у противоположной стенки. Деймон крепко держал за горло девушку, которая теперь вынуждена была стоять к нему спиной, и лицом к остальным. - Давай, милая, попробуй мою кровь. Я уверена, что тебе понравится. Вторая положительная – почти деликатес, - прошипел ей на ухо вампир. - Оставь её, Деймон, - предупредил его брат, встав с кровати и медленно подходя к стене, где находилась его возлюбленная. - Ты вообще молчи. У тебя девушку уводят, а ты сидишь и ничего не делаешь. Ты бы видел, что они здесь вытворяли. И где? В этой обители чистоты и невинности, - выдерживая паузу на нужном моменте сказал вампир, медленно, но верно входя в роль.       На последней фразе Кетрин хохотнула, не сдержавшись. Она накрылась одеялом и откинулась на подушку, сохраняя почти вертикальное положение. - Вот чем-чем, а чистотой здесь давно не пахнет, а невинностью, то и подавно, - ледяная ухмылка застыла на её пухлых губах, а карие глаза сверлили Деймона. – Отпусти её, иначе я раздавлю твой мозг, как маленькую букашку. - Нет, вначале она попробует мою кровь. Я почти уверен, она ей подойдет, - противовес своей фразе, не веривший в собственные слова произнес вампир по прежнему крепко сжимая девушку руками. - Сомневаюсь, - смешок и взмах больших ресниц дал больший эффект, чем слова.       Деймон был взбешен до невозможности. Его переполнял вулкан эмоций. Он еще крепче прижал к себе вырывающегося новородящего вампира и, сунув руку запястьем к её рту, почти взвыл: - Пей. Все будет хорошо. Эта кровь тоже тебе подойдет, - пытался убедить толи Елену, толи самого себя мужчина.       На глазах Елены выступили слезы отчаянности от почти безвыходной ситуации. Поначалу она пыталась вырваться, но сильные руки и крепкая хватка давала понять, что это бессмысленно. Вот, любимый Стефан (вроде как любимый…пока еще), но он стоит и смотрит, как её мучает этот ловелас и не спешит что-либо предпринять, какие либо попытки помочь ей; а Кетрин, которая несколько минут назад целовала её и билась в судорожном сладострастии, сейчас тоже удобно расположилась на диване и лишь сверлила презренным взглядом Деймона.       Когда выбора уже не оставалось, Елена прокусила подставленное к ее рту запястье и, поморщившись сделала глоток. На вкус кровь Деймона была не то, что невкусная, она была отвратительна и сравнить ее можно только лишь с киселем, который Елена терпеть не могла с детства. Девушка сделала несколько глотков и содержимое, незадерживаясь, тут же оказалось на полу спальни. - Отлично, - проворчала Кетрин, ожидавшая такого исхода. – Сам будешь все здесь отмывать после вашего пиршества. - Заткнись, - произнес сквозь зубы Деймон. – Стефан, подойди сюда, - позвал он брата. - Возможно, твоя кровь ей подойдет. Не хочешь провести эксперимент? – спросил вампир, держа за талию Елену, которой вновь стало плохо от нескольких глотков крови. Девушка едва держалась на ногах – голова кружилась, а живот, как будто, скрутило колючей проволокой.       Младший Сальваторе медленно приблизился к Елене и, бережно взяв её за талию из цепкой хватки Деймона, подвел её обратно к кровати и сел на корточки. - Милая, если хочешь остаться переночевать здесь, я все пойму, - в добрых зеленых глазах мужчины читалась забота. - Да, я пожалуй останусь здесь, если можно, - девушка обернулась и вопросительно взглянула на Кетрин, которая по-прежнему обводила всех загадочным взглядом, а о чем думала одному Дьяволу известно. - Сегодня можно, - утвердительно кивнула она, слегка улыбнувшись уголками губ. - Ну, вот и славно, - Стефан поднялся на ноги и показал брату на дверь. – Нам пора, Деймон, - на что тот лишь сердито поджал губы и, подняв брови, возмутительно закачал головой, давая понять свое недовольство от сложившейся ситуации. - Молчи, молчи, - спокойно предупредил его брат, опережая словесные высказывания брата и насильно подталкивая его к выходу.       Когда дверь за братьями захлопнулась, Елена вновь посмотрела на Кетрин сквозь нависшую на глазах пелену слез. Старшая вампирша оставалась невозмутимой при той происходящей ранее сцене. Почти ни одна мышца лица не дрогнула на её нестареющем лице, а глаза, подобно рентгеноскопии, проскальзывали по каждому объекту неприятного эпизода. Она взглянула на Елену, на её заплаканные глаза и запачканную кровью футболку. Волосы девушки растрепались, и Кетрин подсев поближе, рачительно пригладила каштановые локоны своей рукой. - Ложись спать, - прошептала она, заботливо поцеловав девушку в лоб, и сама устроилась на другой половине кровати. – Надеюсь, ты не будешь сильно перетаскивать на себя одеяло. У меня, конечно, есть второе, но так не хочется сейчас вставать и искать его здесь в потемках, - еле слышно сказала девушка, уже почти засыпая.       Елена молча улеглась рядышком подальше от края кровати и поближе к Кетрин, но не настолько близко, чтобы почувствовать теплоту её тела. Пирс отвернулась лицом от Елены к стене и заснула, а Гилберт в это время еще довольно длительное время продолжала смотреть в окно, за которым начали собираться черные тучи и сверкать молнии. Потрясающе красивое зрелище открывалось с этого окна в это время, во время летней грозы. Вспышки молний периодически освещали спальню Кетрин, а от сильного грома дребезжали створки окон. При каждом следующем грохоте Елену начинало поддергивать. Она боялась грозы, сколько себя помнила. В такой час они с братом обычно прятались в кладовке и зажигали старый фонарь, а затем рассказывали разные страшные истории из своих фантазий. Они были вместе, и это их объединяло против страха. - Кетрин, - тихонько позвала вампирша девушку. – Кетрин, проснись. Мне страшно. Пирс нехотя открыла глаза и, перевернувшись лицом к Елене, прошептала в ответ: - Ну, что ты испугалась, малышка. Это всего лишь гроза. - Обними меня, пожалуйста, - попросила Елена, потеряв от страха рассудок и не понимая, что она бы ранее никогда в жизни не попросила об этом саму Кетрин Пирс. – Стефан всегда так делает, когда мне страшно во время бури. - Тогда отвернись обратно к окну, - приказал томный голос, и сверкнувшая молния осветила лицо Кетрин, на которое чуть свисали забавные кудри, придавая девушке обворожительный вид. Елена послушно повернулась к окну и через секунду почувствовала крепкие руки на своей талии. Кетрин обхватила тонкую талию, и прижала прекрасное изящное тело к своему. - Тихо, - словно дуновение ветерка пролетело над ухом Елены. – Не бояться нечего. Я здесь, с тобой, милая. А сейчас ты уснешь и тебе присниться очень хороший сон. Очень хороший. Уж об этом я позабочусь, - молния, сопровождаемая сильным громом, вновь осветила комнату и ухмыляющееся лицо вампирши с глазами, в которых зажглись искорки начавшийся игры.