Дракон без принцессы

С драконом происходило нечто необычное. Он начал уменьшаться в размерах и трансформироваться, а Бильбо всё смотрел в его глаза. Пол, который был далеко внизу, стал стремительно приближаться, пока не стукнул полурослика по пяткам. Это вывело хоббита из ступора, он помотал головой, стремясь рассеять наваждение, затем зажмурился. Когда Бильбо открыл глаза, то увидел, что вместо громадной драконьей туши напротив него стоял высокий кучерявый мужчина, который выглядел не менее ошарашенным, чем блудный хоббит. Мужчина убрал свои руки с талии полурослика и некоторое время внимательно их изучал, затем поднял с пола огромное полированное блюдо и посмотрелся в него, как в зеркало. — Ну, вот… — чуть оттопырив пухлую нижнюю губу, низким глубоким голосом произнёс тот, кто ещё минуту назад был драконом, отбрасывая блюдо в сторону, — а сказки обещали, что это должена был сотворить поцелуй принцессы… Ну, и что мне теперь с тобой прикажешь делать?.. — Ты кто? — прошептал Бильбо. — Я — дракон Смауг, который был человеком, до того, как его проклял один старый колдун с оригинальным чувством юмора. А ты, похоже, моя принцесса, — Смауг улыбнулся. — Как тебя зовут? — Меня избрали для счастливого числа. Я — загадывающий загадки в темноте, я — разящая муха, я — тот, кто топит своих друзей… — начал Бильбо, вспомнив о том, что дракону ни в коем случае нельзя сообщать своё настоящее имя. — Бла-бла-бла-бла… — прервал его Смауг. — Морочить голову я и сам прекрасно умею, могу давать платные консультации всем желающим. Лучше скажи мне своё имя, мистер Счастливое Число. Кстати, по тому, что ты не испытываешь дискомфорта, долго находясь в пещере, я вижу, что ты привычен к такого рода жилищу. От тебя за версту разит гномьим духом, а это значит, что ты долго путешествовал с группой гномов числом не менее десяти. Однако у тебя нет ни боевого топора, ни мозолей от него на руках, ни традиционной гномьей бороды и пахнешь ты иначе, следовательно, ты не гном, хоть такого же низкого, как и они, роста. Твои меховые ступни говорят о том, что ты принадлежишь к редкому виду обитающих в Средиземье существ, именующемуся хоббиты. Причём, судя по твоим непривычным к работе рукам, ты принадлежишь к зажиточному роду, значит, пришёл сюда не ради золота или не только из-за него. По-моему, тебя заманили в этот поход обещанием приключения… Так что не пытайся повесить мне лапшу на уши и говори правду. — Обалдеть! Как ты обо всём этом догадался?! — воскликнул Бильбо. — А что такое лапша и для чего её вешают на уши? Смауг закатил глаза. — Лапша — это такое изделие из муки, которое варят. А «вешать лапшу на уши» означает «говорить неправду», — пояснил он. — Так делают там, откуда ты родом? — поинтересовался любознательный хоббит. — Нет, у нас так говорят, когда понимают, что собеседник врёт. Может быть, скажешь мне, наконец, своё имя? Несмотря на то, что сейчас я превратился в человека, я всё равно намного сильнее и мог бы заставить тебя говорить правду, — Смауг прищурил свои голубые глаза и изобразил свирепое выражение лица, которое со стороны выглядело скорее смешным, нежели страшным. — Не раньше, чем узнаю твоё настоящее имя, — не сдавался Бильбо, который не поверил угрозам этого… (чёрт, как же его теперь назвать-то?) — Меня зовут Шерлок Холмс, — неожиданно пошёл на уступки бывший дракон, который уже давно успел соскучиться по нормальному общению. Разве можно было назвать общением короткие диалоги с драконоборцами, периодически являвшимися в пещеру, где гнездился Смауг, горя желанием убить его и завладеть сокровищами гномов? — Меня зовут Бильбо Бэггинс, к вашим услугам, — хоббит слегка поклонился, жалея о том, что на нём не было шляпы, которую можно было бы снять. — Да, незадача у нас с тобой вышла, мистер Бэггинс, — сказал Шерлок, усаживаясь на груду золотых монет. — Удивительно, что ты смог частично расколдовать меня, но ты снял моё проклятие лишь на время. Если не выполнить вторую часть положенного ритуала, то через несколько часов я снова превращусь в дракона, и вынужден буду продолжать караулить эти сокровища, будь они трижды раз неладны. — Странно, но во всех сказках, которые я когда-либо слышал или читал, для того, чтобы расколдовать принца, было достаточно поцелуя, — Бильбо недоуменно уставился на Смау… Шерлока. — Ты ведь заколдованный принц? А далеко твоё королевство? Ты — человек или полуэльф? — Миндалевидные глаза мужчины необычного раскраса наводили на мысль о его нечеловеческом происхождении, хотя, в остальном, он выглядел похожим на людей. — Прошу тебя, прекрати считать меня принцем, я — обычный… нет, пожалуй, не совсем обычный человек. Правда, родился я в другом мире, — Шерлок пару раз хлопнул ладонью по груде монет, предлагая Бильбо присесть рядом с собой. — Сказки пишут для детей, поэтому адаптируют реальные факты для неокрепшей юной психики, а в реальности одного поцелуя недостаточно, нужен коитус. — Чего? — недоуменно уставился на него хоббит, так и не решившийся сесть, услыхав незнакомое слово. — М-м-м… как бы это сказать на доступном тебе языке? — замялся Шерлок. — Нужно продолжить близкое знакомство с принцессой, не ограничиваясь лишь поцелуями. При этих словах Бильбо выхватил из ножен Жало и направил его острие на Шерлока: — Даже и не думай, извращенец! Я — порядочный хоббит, а не драконья подстилка! — Боже мой, как же всё скучно и предсказуемо, и ты, и все эти рыцари-драконоборцы, которых приносила сюда нелёгкая, — сморщив нос, пропел Шерлок и указал рукой на главный вход в пещеру, возле которого валялись на полу груды разнокалиберных костей и всевозможного обмундирования и вооружения, — все вы одинаково реагируете. Чуть что, сразу хватаетесь за свои мечи. Да, ну тебя к оркам! Не собираюсь я к тебе приставать. Может быть, ты вообще не в моём вкусе… — презрительно надул он свои пухлые и, следует признать, весьма соблазнительные губы. — Извини, — сказал Бильбо и спрятал меч в ножны, обратив внимание на то, что тот не изменил своего привычного стального блеска, что говорило об отсутствии опасности. — Я, правда, хотел бы тебе помочь, но не могу. Я же не принцесса и вообще не девушка. В этот момент Бильбо почему-то стало обидно, что он не понравился Шерлоку. У себя на родине он считался очень симпатичным, многие девушки на выданье мечтали связать свою судьбу с таким завидным холостяком, как он. В человеческом облике Шерлок оказался даже более красивым и грациозным, чем в облике дракона. Будь Бильбо женщиной, Шерлок был бы очень даже в его вкусе. Хоббиту стало жаль Шерлока-Смауга, когда он представил, насколько скучно и одиноко было тому на протяжении сотни лет сидеть в этой тёмной пещере. И развлечений у него было всего ничего — полюбоваться сокровищами, поспать и полетать в окрестностях Одинокой горы, пугая неразумных путников, рискнувших приблизиться к ареалу обитания крупного крылатого ящера. Это ведь быстро надоедает, а делать-то больше нечего, да и деваться некуда, ибо никто не примет с распростёртыми объятиями огромного огнедышащего дракона, никто не захочет с ним дружить, никто ему не обрадуется. Так и озвереть недолго. Вполне понятно, почему дракон испепелил или сожрал тех бедолаг, которые явились сюда в поисках наживы. — Ладно, я всё понимаю, — тихо произнёс тот, кто раньше был драконом, и отвернулся. — Бери всё, что сможешь унести и уходи. — Я обязательно вернусь, — пообещал хоббит, набивая карманы золотыми монетами и драгоценными камнями. — С нами был добрый волшебник Гэндальф, правда, сейчас он отлучился по своим делам, но он обязательно вернётся и придумает, как тебя расколдовать. — Эй, Бильбо, если вернёшься, принеси мне, пожалуйста, человеческой еды, — попросил Шерлок. — Сто лет не ел нормальной пищи. Не представляешь, как мне надоело питаться одним только мясом. Так хочется хлебушка, а ещё лучше пирожного с кремом и сладкого кофе. — Хорошо, я принесу тебе чего-нибудь вкусненького, — пообещал хоббит и принялся искать своё кольцо, однако найти его среди такого количества золота было не проще, чем иголку в стоге сена. — Иди, тебя, наверное, уже давно ждут, беспокоятся. Я найду твоё кольцо, — сказал Шерлок. — Всё равно мне нечем больше здесь заняться. — Не скучай тут, — перед тем, как уйти, хоббит хлопнул Шерлока по плечу, схватил тяжеленную золотую чашу и поволок ее по тайному коридору к заколдованной двери в скале, где его с нетерпением ждали гномы.