"Гамлет" в ФЭС

Неуклонно приближался день, отмеченный красным кружочком. День премьеры. Репетиции шли беспрерывно. Аристов придирался к каждой мелочи, доводил актеров до истерик и бешенства. Дошло до того, что Дунаева, млевшая от особого внимания дорогого Романа Евгеньевича, послала его к черту и перестала кипятить для него молоко. Чему несказанно были рады все, ибо Ольга частенько погружалась в мечты и забывала о молоке. Оно убегало и пригорало. Весь буфет пропитался характерным запахом горелого молока. О том, что апокалипсис близко, свидетельствовало и то, что Оксана и Алла, ставшие закадычными подругами, второй день ходили не накрашенные. Девушки сидели на полу в коридоре и подклеивали капустные грядки. - Если по окончанию всего этого бреда Рогозина не даст премию, - ворчала Амелина, крепко сжимая нарисованные капусты, – я буду приходить к ней в гости каждую ночь в таком вот виде. Пусть ее кошмары мучают. - А я, - подхватила Семенчук, - буду каждый день рассказывать ей о новой косметической серии из масла авокадо и вши. Я так хочу купить всю-всю и сразу! - Ал-ла! – простонала Оксана. – Не вши, а ши. Ты хоть знаешь что такое вошь? - Конечно. Это такой кусачий зверек. Он живет с дворовыми собаками. - Это блохи-и-и-и. А вши – это паразиты, живущие на волосяном покрове человека. - И из них делают масло?! – глаза Аллы стали круглыми от удивления. Оксана взвыла: - Из них ничего не делают. Их уничтожают, травят, выводят. А масло делают из ШИ. Дерево такое, в Африке растет. Вот из его плодов и делают масло. - А-а-а, - успокоилась Алла. – А то я чуть не испугалась. Не хочется на лицо масло из всяких паразитов мазать. Капустная грядка подсохла. Девушки свернули ее в рулон и принялись за следующую. Предприимчивый Аристов взял реализацию билетов на себя. Он решил эту проблему быстро и эффективно. Рома съездил в клуб любителей-озеленителей, в котором объединились бывшие убийцы, исправившиеся под влиянием сотрудников ФЭС, и мягко намекнул в грубой форме, что расскажет об их прошлом старушкам-активисткам из жилконторы. Угроза возымела действие, и любители-озеленители приобрели билеты по оче-е-ень нескромным ценам. Также Роман посетил клуб любителей бабочек и клуб «Пушистый котенок». Билеты ушли как горячие пирожки. Даже не хватило. Аристов свел дебет с кредитом и остался доволен. И это только на премьеру! Стоит, ох как стоит подумать о гастрольном туре! За три дня до премьеры было решено провести генеральную репетицию. На нее пригласили всех сотрудников и родственников. Зрители пришли разодетые в пух и прах, словно российский бомонд на открытие Большого театра. Волнение актеров плавно перетекло в тихую панику. У Селиванова перестали зажигаться глаза на маске, и обычно невозмутимый Борис визгливым басом отказался выходить на сцену. Ситуацию спас полупьяный электрик. Он дыхнул внутрь маски, сунул туда корочку хлеба, капнул «Фанты» и прошептал: - Ну, давай, призрушка, работай. Мужик ты аль нет. В маске что-то щелкнуло, и глаза вспыхнули красным светом. Пораженный Селиванов пообещал изучить этот феномен после премьеры. На что электрик, постукивая себя характерным жестом по кадыку, философски добавил: - Я еще и лампочку ввернуть могу, и адронный коллайдер починить. У Шустова неожиданно закончился театральный клей, и он приставал к Аристову с предложением сыграть без усов. Но на самом деле клея было достаточно. Но в зале присутствовала любимая теща. И показываться ей в крашеной мочалке Игорю совсем не хотелось. Лисицын, стоя за спиной Соколовой, доверительно шептал ей на ушко: - Вон моя мама. После спектакля я вас познакомлю. Грим не смывай. Юля растерянно переводила взгляд с моложавой ухоженной дамы в дорогом костюме на пышнотелую тетку в бесформенном платье с большими розами. И кто из них? Дети Антоновой вертелись на своих стульях и пытались разглядеть в толпе маму. Иногда они вспоминали, что надо вести себя хорошо, как леди, и переставали болтать ногами. Но хватало их ненадолго. В общем, нормальная приподнятая обстановка перед первым театральным звонком. Раздались уже порядком поднадоевшие звуки марша, и в допросной появились Полковник и Гамлет. - Слушаю вас, молодой человек, - твердым голосом произнесла Соколова. Спектакль начался.