Граница

- Ну, как наши дела? – Ренесме села рядом с Еленой и обняла ее за плечи. – Ты уже завтракала? Как малыш? Елена подняла на нее глаза и благодарно кивнула, улыбнувшись в ответ. - Да, завтракала. Сегодня мы, похоже, прибавили еще в весе. – Она погладила округлившийся живот сквозь плотную шерстяную ткань свитера. – Такими темпами я превращусь в колобок на ножках всего за месяц. Не знала, что все происходит так быстро, Антон никогда не рассказывал об этом. Она засмеялась сама над собой и ободряюще сжала руку собеседницы. Ренесме отвела глаза, продолжая улыбаться и обнимать девушку. Она-то, в отличие от Елены, знала, как все будет происходить, с какой скоростью, и каким будет финал. Эммет довольно подробно рассказал ей историю ее собственного появления на свет. Ренесме не ожидала, что это вызовет у нее столько эмоций и переживаний. Чем больше она смотрела на Елену, которая день ото дня становилась все более и более измученной и хрупкой, тем больше она жалела свою мать и все больше ненавидела отца. Хотя раньше Эдвард был для дочери больше чем просто заботливым любящим папой, он был для нее кумиром и идеалом, но теперь, когда она смотрела на те мучения, через которые прошла Белла, она не могла относиться к нему по-прежнему и к себе тоже. И эти эмоции буквально разрывали ее пополам, тем более, что она не знала с кем поговорить об этом и у кого спросить совета. - Я пойду на улицу, - она поднялась. – Надо постирать и развесить белье. - Я помогу тебе, - Елена шевельнулась в кресле, желая встать. – Не могу больше сидеть тут, как квочка в гнезде, и бездействовать. Вы меня просто в розу под колпаком превратили. Нет в этом ничего ужасного, все женщины в мире проходят через это. Ренесме смогла выдавить из себя улыбку и остановила Елену мягким движением руки. - Отдыхай лучше, - посоветовала она. - Не все женщины в мире решают родить ребенка от вампира. Она торопливо вышла и прикрыла за собой дверь. На глаза наворачивались бессильные слезы гнева и презрения к себе самой. Как же Белла самоотверженно и преданно любила ее, если терпела все сложности, всю боль и ужас своей стремительной и страшной беременности. Каково ей было носить под сердцем дитя и знать, что она, возможно, не успеет увидеть его и подержать на руках. Как она мирилась с этим? Как могла продолжать любить ребенка, который убивал ее день за днем?! Девушка-полувампир спустилась к озеру и села на берегу, окунув руки в холодную воду. Слезы сами собой потекли из глаз неудержимым потоком, хотя она и старалась справиться с ними. «Как мне вернуться к ним? Как смотреть в глаза маме? Что я скажу, как смогу выпросить у нее прощение за все, что я сделал с ней?» - Несс? – волна мягкого покоя стерла слезы со щек и вытеснила из головы поток горьких мыслей. Девушка подняла голову и увидела Джаспера, который сел рядом с ней. - О чем грустишь? Ренесме пожала плечами, торопливо напуская на себя безразличие. - Переживаю за Елену. Ты говоришь, что она умрет, и нет никакого шанса спасти ее, а я вот думаю … - она запнулась. - О Белле думаешь? – Джаспер сломал веточку, которую вертел в руках и повернулся к племяннице. – Ненавидишь себя за то, что появилась на свет? Ренесме кивнула. Какой смысл лгать дяде, который лучше нее знает ее эмоции и настроение. - Не стоит, - светловолосый вампир обнял ее за плечи и привлек к себе. – Ты не виновата ни в чем. Ты на свет не просилась, как и дитя Елены. Жизнь несправедливая штука, но не стоит на нее жаловаться и ненавидеть ее. Белла тебя очень любит, и это было ее решение подарить тебя миру и нам всем. Эдвард был против, он знал, насколько это опасно и не раз пробовал ее отговорить. Не вини отца, не за что. - Я понимаю, - девушка кивнула. – Мозгом все понимаю, но вот сердцем … как я ей в глаза посмотрю? Я вижу, что Елена из последних сил борется за свою жизнь и за этого ребенка, но с каждым днем ей все тяжелее и тяжелее. Она храбриться, не подает вида, как измучена и как ей страшно. Но, знаешь, я уверена, предложи ей сейчас выбор, она ни за что не откажется от своей беременности. Мне кажется, она понимает, что не выживет, и вампиром ты ее не сделаешь, но все равно рада этому малышу, как никому другому. Джаспер провел ладонью по глазам и потер переносицу. - Мне сложно судить об этом, - сказал он. – Я слышу ее радость, ее страхи и переживания, стараюсь успокоить их, но принимать за нее решение я не буду. Я думаю, что скоро вы сможете покинуть этот остров. В последний раз, я уходил довольно далеко и не встретил на пути к стене ни одного хищника. Думаю, что стоит рискнуть и попробовать вывести вас от сюда. - Ты с нами не идешь. – Ренесме даже не спрашивала, давно зная о решении дяди. - Нет, - он отрицательно качнул головой. – Елена тоже не сможет с вами пойти, мы останемся. Но ты и Эммет, я прошу вас, уходите, возвращайтесь домой. - Но ей нужна моя помощь, - заспорила девушка. – Она слишком слаба … - Не так много времени осталось, - Джаспер дернул плечом и опустил голову. Ренесме подняла на него глаза и долго-долго всматривалась в черно-карюю радужку. С тех пор, как Джаспер узнал, что Елена ждет ребенка, он перестал пить ее кровь и довольствовался оленями, которых ловил в лесу, но было видно, что радости это ему не доставляет и при первой же возможности, он убьет человека. Как все логично и выверено было в его словах и поступках. Он пришел сюда, зная, что не вернется назад, привел с собой девушку, которая умела делиться кровью с вампирами, завел с ней пустые отношения, которые были ему в тягость, но дали повод предать Элис. Он научился ладить с Сурой и больше никому не позволил так же близко сойтись с медведями. Он все делал так, словно точно знал наперед, каким будет результат и какое событие последует за каким. - Ты с самого начала все это задумал, - потрясенно прошептала девушка. – Ты еще дома, в Лондоне, придумал этот план? Я знала, что ты военный, но так далеко все просчитать … это невероятно. Джаспер улыбнулся ей и кивнул. Теперь не имело смысла скрывать это. Да, он еще в Лондоне в те короткие минуты, когда принимал решение пойти вместо Эдварда сюда, уже все просчитал. Его мозг молниеносно выдал ему длинную, сложную логическую цепочку, которая показалась единственно-верной тогда. Нужно было сберечь семью, вернуть Несси и постараться уберечь Эммета. - Вот, возьми, - вампир вытащил из нагрудного кармана своей рубашки потертое фото Розали и Эммета. – Я ее берег как раз для этого случая. Роуз поверит, я знаю. - А ты? – Ренесме потрясенно взяла фотографию, с которой ей улыбалась ее любимая тетя. – Для себя ты такого шанса не оставил? Почему ты все так решил? Почему не захотел подумать об Элис и о себе? Джаспер поднялся и вздохнул. - Потому что тогда бы мы все давно были мертвы. Я не у Элис и не у родных, я у себя отнимал все то, за что стал бы цепляться, сражаясь здесь. Я не стану говорить это Эммету, но он не выживет в бою с волками или львами этого места, он слабее любого из них и намного. А я стал сильнее, потому что пил человеческую кровь. Если бы семья помнила обо мне, я бы никогда не нарушил их правил и не стал так поступать. А сейчас … какая разница, меня все равно уже нет, и они не узнают об этом. Если бы я не предал Элис, я бы хотел вернуться к ней и не смог бы так бездумно рисковать. Я бы искал лазейки и способы выжить, а не выполнить поручение Аро. Все просто, Несс, кто-то должен был чем-то пожертвовать. Почему кто-то другой, а не я? Ренесме ничего не возразила, продолжая рассматривать фото. Рядом с Джаспером невозможно было скрутиться в комок и зарыдать, вцепившись себе в волосы, потому что он держал ровную атмосферу заботливого покоя вокруг, но потом, когда он уйдет, она точно знала, что позволит себе вылить слезами всю обреченность и боль, которые скопились в душе от его простых и понятных слов. Все остро-логично, так по военному продумано и ясно, но почему тогда за этим ей чудилась жуткая обреченность и тоска? - Мне пора, - вампир погладил ее по плечу. – Присмотри за Еленой, и если что … в общем я ненадолго. - Джаспер, - Ренесме поднялась и окликнула светловолосого вампира, когда он уже вошел к воде. – Почему ты не дашь ей того же шанса, что и отец подарил маме? Почему ты решил не дарить ей бессмертие? Разве Елена не заслуживает такого дара за все, что сделала для тебя? Джаспер остановился и опустил голову. Он долго молчал, прежде чем ответить, словно обдумывал каждое слово. - Это не будет даром, Несс, это будет проклятием, - наконец сказал он. – Елена не Белла, она не очнется от огня перерождения в любящей семье. И я вообще не уверен, что она сможет бороться до конца так же, как твоя мама. Я до сих пор думаю, какое же пламя горела в Белле, и как она верила в Эдварда. Как любила его и тебя … Это не каждому дано. Он сделал еще шаг и бросился в озеро, подняв фонтан брызг. Ренесме проводила его глазами и пошла обратно в дом. *** - Несс! Несси, проснись! – крик вырвал девушку из сна, заставив вскочить и распахнуть глаза. Голос Эммета звучал странно надорвано и даже испуганно, мешаясь с короткими криками. - Что?! – она вскочила, набрасывая рубашку, и уставилась на дядю, который тряс ее. - Елена .. – выдохнул вампир. Он хотел сказать что-то еще, но племянница уже вскочила и стрелой слетела вниз по лестнице. Елена полулежала в кресле, закусив губы, и изредка издавала короткие отрывистые крики - Елена что с тобой? – Несси бросилась к ней, не зная можно ли сейчас трогать девушку и как поступать. – Чем помочь? - Малыш … - простонала девушка. – Его что-то растревожило, он … ох … стал двигаться слишком активно. Ренесме откинула плед и положила ладони на раздувшийся живот Елены. Она постаралась нащупать связь с крошечным существом внутри и показать ему, что все хорошо, что в доме все нормально и спокойно, что его любят и очень ждут здесь, но не стоит торопить события. Ренесме вскрикнула, ощутив, что ее коснулась странная эмоциональная волна, очень яркая, обрывочная, тревожная и напуганная. Ей показалось, что она задыхается, что ей слишком тесно и рядом нет кого-то очень важного для нее самой. - Что это? – Ренесме отшатнулась. - Спасибо, Несс, - Елена откинулась в кресле, тяжело дыша. – Как ты смогла его успокоить? Обычно, только у Джаспера получалось угомонить малыша … - Ну конечно, - Ренесме убрала руку. – Его тревожит отсутствие Джаспера, он волнуется за него и хочет, чтобы тот был сейчас рядом. Ему очень тесно и душно … - Значит, пора готовиться выпустить его в мир, - слабо улыбнулась Елена. – Мне хватит сил, я знаю … Но ее глаза, ставшие огромными на исхудавшем лице, наполнились страхом и отчаянием. - Не волнуйся, - Ренесме сжала ее руку. – Все будет хорошо, ты справишься и я рядом, я никуда не уйду. - Да … да, - Елена снова тихо застонала и скрутилась в клубок. - Эммет!!! – заорала Ренесме на весь дом. – Неси воду, скальпель и простыни! Быстро!!!! Со второго этажа слетел вампир. - Ты что делать собралась?! – он уставился на племянницу. – Еще же рано … я помню сколько тогда … - Тогда было все иначе, - оборвала его Ренесме. – Я не дам ей умереть! А малыш уже может выжить и здесь! Давай живо! Помоги мне! Эммет ругнулся, но спорить не стал. Он вылетел из гостиной и помчался в кабинет, где, как ему казалось, могли храниться хирургические инструменты. *** Стена. Казалось бы, всего несколько лет назад они перескочили через нее, чтобы исчезнуть из мира и потерять с ним связь. Джаспер взобрался по камням на стену, чтобы посмотреть на лес за ней. Там ничего не изменилось, там, как и когда они уходили, качались вековые сосны и ветер гнал по горному склону сухую траву. «Сколько лет прошло, - вампир прищурился. – Мне кажется, что целая вечность». Ему нестерпимо захотелось шагнуть с каменного карниза. Броситься вниз, легко приземлиться в сухую пыль и убежать. Начать все с начала или повернуть время вспять, вернуться домой, все испарить и больше не покидать родных. Искушение было столь велико, что вампир в шрамах торопливо отшатнулся от края стены и спрыгнул назад. -Сура! – позвал он медведицу. – Ты чуешь хоть одного хищника в округе? Нет? Я тоже. Он почесал исполинскую медведицу за ушами. - Значит можно идти за Несс и Эмметом. Как думаешь? Медведица заворчала и ткнулась носом ему в плечо. Джасперу стоило огромного труда увести медведей от их логова и заставить следовать за ним сюда. День за днем отыскивая и уничтожая монстров в обличии зверей, он думал, что сможет легко проводить своих родных сюда и вернуться, чтобы закончить зачистку этого места. Но вот сейчас, когда путь был расчищен и готов, вдруг захотелось бросить все и отправиться с ними, хоть на миг увидеть родных … Элис. Джаспер затряс головой, мысленно прикрикнув на себя. Элис, семья и весь мир были для него утрачены. Он сам сделал это ради того, чтобы не причинять им боли и не думать о том, что может их потерять. Проще было поступить так, как он поступил, - разорвать все связи и сжечь все мосты. Он их давно потерял, но сейчас пришлось напомнить себе об этом. - Идем, - он поманил медведицу за собой. – Мы можем не торопиться сегодня. Он бросил еще один взгляд на стену и заставил себя отвернуться, чтобы направиться в лес. Для него война здесь еще не закончилась. *** Ренесме почти плакала от страха и паники. Рядом с ней Эммет ругался такими словами, которые девушке уж точно не стоит слышать, но она почти не замечала этого, быстро и сосредоточенно разбирая чемоданчик с инструментами. Тревожная ночь вроде бы закончилась успокоением. Елена заснула в кресле, свернувшись клубком, и дочь Беллы решила не трогать ее до вечера, а потом уже приступать к извлечению ребенка. Несс сама толком не понимала, как это делать и чем все это закончится, но решила больше не откладывать и попытаться спасти жизнь и малыша и Елены. Она вернулась в свою комнаты и прилегла на кровать, задумчиво рассматривая снимок, который ей оставил Джаспер. Он обещал, что скоро она вернется домой, обещал, что выведет ее из этого места и она снова будет с родными. Дядя всегда держит слово. Она поставила фотографию на прикроватную тумбочку и улеглась на бок, рассматривая ее сквозь полуприкрытые веки. Если окунуться в воспоминания и позволить себе помечтать, то тетя Розали оживет на этом фото и ветерок начнет перебирать ее волосы, а глаза дрогнут, даря улыбку, и Эммет сожмет ее покрепче в объятиях, как делал всегда, и поцелует в висок. Ренесме совсем закрыла глаза, вспоминая дом. Лица Беллы и Эдварда, Карлайла и Эсме, Розали, Элис и Джейка не потускнели в ее памяти с годами, наоборот время обрисовало их до мельчайших деталей и подробностей, словно вычертив тушью на белой стене. «Я смогу уговорить его вернуться с нами, - решила девушка, закутываясь в одеяло. – Пусть все синим огнем горит, но мой дядя заслужил счастье, и семья без него все равно никогда не будет полной». Дав себе это мысленное обещание, она провалилась в глубокий сон без сновидений. А спустя всего два часа, если судить по теням на стене, ее вырвал из мира грез жуткий пронзительный крик, сопровождаемый странным влажным хрустом. Ренесме бросилась вниз, чтобы увидеть то, что никогда не хотела видеть, но что никогда уже не сможет забыть. Елена лежала на полу, дергаясь в конвульсиях дикой агонии, ее тело, утратившее контроль разума, бессильно дергалось и выгибалось, стремясь отгородиться от рвущей боли внутри. Она уже не кричала, только хватала воздух хриплыми вдохами и иногда что-то отрывисто говорила на грани потери сознания. Следом за Ренесме в комнату влетел Эммет. - Началось, - только и бросил здоровяк и склонился над смертной девушкой. – Несс, скальпель, быстро. Ренесме метнулась к столу, где они еще вчера оставили инструменты и, быстро схватив то, что нужно, вернулась обратно. Повторился скрежет металла, сопровождаемый еще одним треском костей. Елена приподнялась с пола, словно хотела встать, закричала и рухнула обратно, потеряв сознание. - Сердце не выдержит!! – Эммет добавил к этому несколько грязных ругательств, но Ренесме пропустила это мимо ушей. – Вытаскивай ребенка живо, а я укушу ее. - Джаспер не хотел этого … - Ренесме заставила себя открыть глаза и быстро провела острой сталью по животу Елены. – Он считал что … - Плевать мне на это! – зарычал Эммет. – Она что же вот так и умрет что ли?! Она же часть нашей семьи! Раздался короткий едва различимый крик и на руках у Ренесме завозился крошечный окровавленный комочек. - Все Эм! Здоровяк кивнул и прокусил Елене сонную артерию. *** Джаспер шел через лес, всматриваясь в черные стволы деревьев и густой подлесок. Он прислушивался к каждому шороху, но насколько хватало его обостренных чувств вампира, нигде не было ни одного движения или шороха. Дорога была свободна. Можно было даже предположить, что твари и вовсе перевелись, но Джаспер слишком хорошо знал, что еще несколько стай бродят севернее острова и пока не рисковал ходить туда даже с медведями. Впереди черным зеркалом замаячило озеро с громадой острова в центре и домом на нем. - Мы почти дома, Сура, - сказал вампир медведице и даже позволил себе улыбку. Он почти привык называть это место домом, как и Эммет и Ренесме. Джаспер неслышно переплыл озеро и толкнул темную дверь. В доме было до странного тихо и пахло кровью человека. В воздухе клочьями плавали яркие разбитые вдребезги эмоции; паника, ужас, боль, радость … - Эм? Несс? – светловолосый вампир прошел через пустую гостиную и подошел к лестнице. – Что случилось? Ответа он не получил и поднялся на второй этаж. - Привет, Джас, - ему навстречу вышел Эммет, загородив собой дверной проем. – Знаешь, я не хотел, чтобы все так закончилось. Джаспер нахмурился и посмотрел ему в глаза. От брата веяло смертельной усталостью, грустью и разочарованием в себе. - Что случилось? – повторил свой вопрос вампир в шрамах. - Елена … - Эммет отвел глаза. – Я не думал, что все начнется так быстро, а может мы время не так посчитали … Джаспер молча отстранил его и вошел в комнату. Ренесме сидела в кресле, качая на руках завернутого в простыню малыша. Странные, серо-зеленые глаза с недетским вниманием посмотрели на светловолосого вампира, и над ними чуть дернулись темные брови, словно спрашивая о чем-то. Джаспер подошел и присел около кресла, заглянув в лицо ребенку. - Он копия тебя, дядя, - тихо сказала Ренесме, подняв голову. – И, похоже, умеет так же хорошо улавливать и распространять эмоции, как и ты. Она улыбнулась сквозь слезы, катившиеся по щекам, и посмотрела Джасперу в глаза. - Я знаю, ты был против, но Эммет все равно попытался спасти Елену. Сердце отказало и не успело разогнать яд по венам. Она умерла, мне очень жаль. Джаспер опустил глаза, потом поднялся и оглянулся. На кровати лежала мертвая девушка. Ренесме отмыла ее тело от крови и аккуратно заплела волосы, прежде чем укрыть саваном. Сквозь тонкую ткань просвечивало лицо Елены, спокойное, исхудавшее, но удивительно счастливое. - Спасибо, Несс, - Джаспер поднял Елену на руки и вышел из комнаты. Ни Эммет и Ренесме не стали его останавливать. Конечно, они знали, как много значила для него Элис, и что Елену он никогда не любил. Но сейчас сложно было представить то одиночество, которое снова свалилось на Джаспера. У него была когда-то большая семья, - сестры и братья, приемные родители, любимая девушка, и от всего этого он отказался несколько лет назад. Здесь, в этом Богом забытом месте, у Джаспера появилась новая семья. Брат, племянница и женщина, которая любила его. Он никогда не любил ее, но она давала возможность заполнить пустоту в сердце и забыть, что такое одиночество, которое он не выносил. Спустя час Ренесме вышла из дома и увидела Джаспера стоящим по колено в воде. Он сосредоточенно смотрел на воду, словно что-то в ней искал. - Ты не стал хоронить ее? – девушка тоже вошла в воду и остановилась рядом с вампиром. Он отрицательно качнул головой: - Древние верили, что тело нужно отдать одной из стихий – воде, земле или огню, чтобы дух мог уйти к небесам и найти себе новое воплощение. Пусть судьба в новой жизни будет к ней более милосердной, она это заслужила. Ренесме опустила глаза на малыша, которого все еще держала на руках. - Я назвала его Джастин. Ты не против? Джаспер заглянул в глаза ребенку и улыбнулся уголком губ. - Нет. Береги его. - Дядя, - Ренесме подошла совсем близко, заглянув ему в глаза. – Ты должен пойти с нами! Ты не можешь остаться здесь один, тем более, что раз дорога свободна, то может этих хищников уже и нет совсем. Может ты уже всех их убил. - Несс, - вампир взял ее за плечи. – Я бы хотел, чтобы это было так. Я бы хотел вернуться с вами и даже, наверное, смог бы снова научиться жить как нужно. Но эти твари размножаются так же как и мы одним укусом, и в отличие от разумных существ, не думают, что можно делать, а что нельзя. Если я уйду, то через год или два они заполонять всю округу и все начнется сначала. Я найду способ уничтожить их всех, обещаю тебе. Ренесме с трудом сдержала подступавшие к горлу слезы. - Ты всегда держишь слово, - прошептала она. – Пообещай, что вернешься к нам потом. Джаспер печально улыбнулся ей и отрицательно качнул головой. - Прости, детка, не могу обещать тебе заведомую ложь. Завтра вы покинете остров. *** Стена. Ренесме с тоской рассматривала высоченное сооружение огромной толщины из серого камня. Когда ее только привезли сюда, этого монолита не было и в помине, и никто еще не предполагал, чем закончится эта история. Анита была уверена, что сможет справиться с разведенными ею волками и львами. Она думала, что помогает Антону, а он хотел использовать этих чудовищ, как оружие и способ переменить мир. Переменился ли мир? Этого девушка не знала. Что произошло за долгие годы ее отсутствия там, где жили родные, этого она тоже не знала. Но для нее мир изменился навсегда, став более реальным. Мир показал ей, что он не всегда добр и ласков и улыбка может стать оскалом, а радость обернуться слезами и болью. - Идем, - Эммет ободряюще сжал ее руку. – Нам пора. Он обернулся и обнял Джаспера на прощание. - Будь ты проклят, с твоим упрямством, - буркнул здоровяк. – Давай, обмани костлявую и возвращайся домой. Ренесме со слезами тоже обняла светловолосого вампира и забрала у него из рук малыша, которого он нес от самого дома. - Прощай. - Прощайте. Джаспер смотрел вслед, пока они карабкались по стене и стояли на ее верхушке, всматриваясь вдаль. Потом вампир и девушка соскочили на другую сторону и их силуэты исчезли.