Битва за смерть

      Как только не пытаюсь тереть глаза, темнота не уходит. Она будто становится всё гуще, обволакивает меня, прячет в сжимающийся кокон, душит и убивает.       Я продолжаю беспорядочно водить по земле руками и в конце концов нахожу своё никудышное оружие. Одной рукой опираясь о стену Рога, другой удерживая палку, поднимаюсь на ноги. Я стараюсь оставаться в вертикальном положении, хотя понимаю, что не смогу забраться наверх самостоятельно. — Эй, — в отчаянии кричу я. — Вы там живы? — Ты смотри, какая заботливая! — так же громко отвечает один из голосов. — Где ты?       Кажется, они там очухались быстрее меня. Нельзя позволять им иметь превосходство.       Я прохожу несколько метров вперёд и стучу по стене Рога. Вытягиваю вторую руку, бью по стене и чувствую, как кто-то хватает меня за руки и тянет вверх. Я понимаю, что нахожусь на крыше Рога, когда ударяюсь спиной о край металлической площадки. Пытаюсь не двигаться, чтобы понять, что происходит вокруг. — Сейчас отбой! — ворчит Нивен. — Завтра разберёмся с этой чертовщиной. — Если доживём до завтра, — где-то совсем близко слышится бурчание Этты. Видимо, это она втащила меня на крышу.       Поворачиваюсь на бок, кажется, спиной ко всем остальным, но я уже не уверена. Тьма запирает меня внутри самой себя, заставляет мысли метаться по кругу снова и снова. Шон и Мари были правы, на Арене происходит не весть что. Я должна разобраться с этим. А ещё я должна найти Зейна и помочь ему выбраться, должна не умереть до утра.       Всё это давит на меня изнутри, голова раскалывается и вдруг всё тело сковала усталость.

***

      Я просыпаюсь перед самым рассветом. Ну, мне так кажется. Сев, понимаю, что мои глаза все-таки в порядке, значит, я не сошла вчера с ума. Вокруг ещё темно, но я вижу небо, очертания деревьев и высокую траву у подножия Рога. Что-то не так...       Перевернувшись на живот, подтягиваюсь и свешиваюсь с края крыши. Так и есть, за ночь трава выросла настолько, что даже отсюда я почти дотягиваюсь до неё кончиками пальцев. Подняв голову, вижу четкие следы, свежую тропинку, вытоптанную на сверхъестественно быстро растущей траве. Следы уходят в лес. Прямо туда, где я вчера встретила своих союзников. Неужели они уже здесь?       В этот момент я слышу тихий, едва различимый в шуме ветра стук. Я бы подскочила как ошпаренная, если бы рядом не спала кучка машин для убийств, готовых по первому сигналу размозжить мою голову. Прилагая огромные усилия, чтобы не стучать ботинками по крыше, я спускаюсь обратно и теперь отчётливо слышу настойчивое постукивание. Я позволяю себе поверить, что внизу Шон или Мари, и начинаю постепенно спускаться. В последний момент перестаю цепляться за Рог и мягко приземляюсь на растения-мутанты. Пару секунд уходит на то, чтобы заново научиться дышать. Каким бы мягким не было падение, отдача получилась неслабой. — Поднимайся, давай, — шепчет чей-то голос, пока его обладатель подхватывает меня под руки и приподнимает. — Скорее. Не переставай двигаться.       Я путаюсь в своих ногах, но встать всё же удаётся. Я оборачиваюсь, в надежде увидеть того, кто помог мне. Точнее, я в надежде увидеть его. Но вижу лишь Шона. — Шон, — шепчу я. Непроизвольно вырывается тяжёлый вздох.       Парень заговорщически улыбается и кивком указывает куда-то в сторону. Я боюсь... Боюсь понять всё неправильно, повернуться и не увидеть его. Боюсь подумать, что пропустила выстрел, означавший его смерть. Я в ужасе от мысли, что в последний раз касалась его через напичканную техническими примочками перчатку. Осторожно поворачиваю голову. Вот он, стоит прямо передо мной. Живой и, насколько могу судить, здоровый.       У меня не получается вздохнуть, а кислорода не хватает. Я не могу вспомнить, как дышать.       Зейн стоит, замерев, и, кажется, не собирается двигаться. Я пытаюсь сделать шаг ему навстречу, но ноги не слушаются. Он вдруг срывается с места и спустя миг оказывается совсем близко. — Ты жива! — он крепко прижимает меня к себе и гладит по волосам. — Я жива, — повторяю я, смыкая руки у него за спиной. — И ты жив. — И я жив, — с облегчением бормочет он.       Я знаю, что должна отпустить его. Знаю, что если мы не продолжим движение, нам уже ничто не поможет. — Мы должны идти, — с горечью говорю я. — Никто никуда не идёт!       Жёсткий хриплый звук голоса Нивена заставляет меня обернуться. Парень спрыгивает с крыши Рога и, вальяжно оперевшись о стену, скрещивает руки на груди. Я мельком бросаю взгляд на крышу: не присоединились ли к нему остальные. Грохота вроде не слышно. Как они могли не проснуться? — Равена! Этта! — прочитав мои мысли, кричит Нивен.       Девушки практически мгновенно спрыгивают с крыши. Остатки сна ещё полупрозрачной дымкой застилают их взгляд, но их тело уже готово к бою. — У нас уводят лучшего стража, друзья, — сверкая озлобленной улыбкой, Нивен снова превращается в нахального самоуверенного парня, смутившего меня в Тренировочном центре.       Краем глаза замечаю, как по обеим сторонам от нас с Зейном выстраиваются в линию Шон, Мари и Ари. Слева от меня переминается с ноги на ногу Эдем. Все движутся очень медленно, стараясь не делать резких жестов, не привлекать внимание противников. Этта несколько изумлённо смотрит на трибутов из Дистрикта-7, но меня больше интересует Нивен: как скоро он поймет, что, стоя на месте, живым отсюда не уйти? Я оглядываюсь на Зейна и понимаю, что он хочет выждать до последнего, чтобы у них не было шансов. Но я так не могу. Мне трудно держать себя в руках. Мы все волнуемся, но моё волнение, преобразовываясь в злость, переполняет меня, заставляет рисковать жизнями друзей. Отчаянные времена требуют отчаянных действий. — А ты попробуй сделать так, чтобы я осталась, — пройдя несколько шагов вперёд, говорю я.       Парень делает шаг мне навстречу и усмехается. Он подходит всё ближе и ближе, все мои мышцы напряжены и готовы к атаке. Позади слышен слабый шепот. Видимо, план нападения или обороны уже составлен и ждёт своего часа. Со внутренней стороны куртки лёгким покалыванием напоминает о себе знаменитая сойка. Что ж, мы готовы, господа профи!       И начинается бой. Нивен замахивается, я уклоняюсь и, развернувшись, бью его локтем, стараясь попасть в солнечное сплетение. Он хватает мою руку и заводит за спину, не давая пошевелиться. — И это всё? — часто-часто дыша, бормочет Нивен. Свободной рукой я пытаюсь разжать железную хватку парня, но не тут-то было. — Твоё пламя уже потухло, милая? — Иногда достаточно искры, чтобы его разжечь, — наполняя слова всей имеющейся у меня злостью, отвечаю я и как можно сильнее ударяю соперника по колену.       Он сгибается от боли, хватается за ногу. Вот он — момент грандиозного удара: собрав всю силу, что у меня оставалась, я бью в его солнечное сплетение, и парень, задыхаясь, оседает на землю. К сожалению, падая, он подминает меня под себя. Он слишком тяжёлый, чтобы я могла высвободиться. Считаю секунды до мига, когда земля начнёт поглощать меня, погребая заживо на этом поле. Нивен приподнимается на локтях. Видно, что движения даются ему тяжело, но он почти восстановился, а я уже без сил. Видя, что профи, прилагая огромные усилия, снова замахивается, я зажмуриваю глаза и мысленно прошу прощения у всех, кому осталась что-то должна и тех, с кем не могу попрощаться. Но удара всё нет. И вдруг совсем рядом, прямо над моей головой что-то тяжёлое падает на землю. Через пару секунд я понимаю, что высокая трава свободно оплетает кончики моих пальцев, а дышать становится легче. Нивен нашёл что-то поинтереснее. Но что?       Неожиданно быстро подскакиваю и, развернувшись, замираю. Всё кажется размытым, и я в страхе ищу лица своих союзников. Нивен крепко-накрепко пригвоздил к опасному грунту маленького Эдема.       Судорожно хватая ртом воздух, я понимаю, что ещё одну схватку с трибутом Первого не выстою. И теперь я в панике. Что делать? Обвожу взглядом довольные лица остановившихся профи и смотрю в растерянные глаза товарищей. И лишь одно лицо напугало меня больше, чем Нивен, пленивший Эдема. Ари. Её глаза светятся злостью, но не той, что наверняка сейчас чувствуется и во мне. Совсем нет. В них пляшут огоньки сладкого возмездия, ревности и самолюбия. Губы красавицы сжаты в тонкую полоску, на лице выражение полного спокойствия с капелькой фальшивого испуга. Все сосредоточены на мальчике, никто не видит того, что вижу я... Нет, это бред, мне мерещится, так не может быть.       Все, включая меня, настолько поглощены происходящим, что не сразу замечают Этту, крадущуюся ко мне слева. Когда её замечаю я, реагировать уже слишком поздно. Я лишь издаю слабый вскрик, когда она скручивает мне руки. Шансов выбраться стало ровно вдвое меньше. А на поляне стоит всё та же настораживающая тишина, никто не решается действовать. Раскатами грома кажется рокочущий смех Нивена. — Вы правда думали, что сможете попытаться забрать её, — говорит он и оборачивается, глядя на меня, - и уйти отсюда целыми и невредимыми? Да не смешите меня!       Я вздрагиваю, почувствовав на своей шее теплое дыхание Этты. — Сейчас ты делаешь вид, что вырываешься, вы берёте мальчишку и даёте дёру, ясно? — едва слышно шепчет блондинка. — Этта... — я думаю лишь о том, как оттянуть Нивена от Эдема. — Молчи, — коротко приказывает она. — Это моя забота. — Спасибо, — шепчу я в ответ и резко вырываю свои руки из её.       Мощным махом ноги она тут же выводит из равновесия Нивена, и мне удаётся выдернуть Эдема из-под него в самый последний момент. Этта падает на парня, стараясь удержать его на земле, но вскоре сама оказывается зажатой. Все так и стоят, замерев, завороженно глядя на этот грациозный танец, жестокое сражение двух союзников, битву не на жизнь, а на смерть. — Уходим! — кричу я и, надеясь, что меня всё-таки услышат, вцепляюсь в рукав куртки Эдема и тащу его за собой в направлении леса.       Меня догоняет Мари и забирает мальчика. Мы добегаем до конца поляны, но, резко затормозив, я останавливаюсь. Рядом останавливается Зейн. Обернувшись, я вижу Равену, яростно смотрящую нам вслед, и Нивена, выбивающего последние крохи силы из девушки, с которой скорее всего был знаком с детства. Последний рывок — Этта приподнимается, сжав руками шею противника, но спустя секунду её голова резко дёргается, а тело безвольно падает на землю. Мелкие травинки начинают обвиваться вокруг рук девушки, а её большие глаза все ещё провожают нас остекленевшим взглядом.       Стреляет пушка.