Игра воображения

Умерли или, как я, поседели Те, кто веселой порой Песни, немногим понятные, пели Здесь, вместе со мной. Т. Гарди «Гостеприимный дом»

Место было неподвижно. Зафиксировано. Все прописано наперед, никаких сюрпризов. Каждый знает свою роль и свое место, все отрепетировано заранее: каждое движение, каждый взгляд, каждая фраза, каждая мысль. Оно больше не могло оставаться таким. Железная дверь распахивается, пропуская двух человек: мужчину и девочку-подростка. *** - Оторвались? – Филипп привалился к бетонной стене, пытаясь отдышаться. Левый бок, куда пришелся удар инфицированного, даже при сохранении неподвижности нестерпимо болел, а уж пока они добирались до этого участка, то мужчина успел сто раз пожалеть, что Туурнгайт не удалось его оглушить. «Не то, чтобы я действительно жалел об этом, но человек – поразительно неблагодарное существо. Даже в райских кущах он нашел к чему придраться». Он перевел взгляд на свою спутницу. Хоть держалась девочка и куда лучше него, но выглядела уж точно хуже. - Похоже на то. - Хомура, чуть склонив голову и прикрыв глаза, вслушивалась в обманчивую тишину коридора. Они оба беседовали совсем тихо, чтобы не выдать собственное местоположение. Первой встречи с зараженными оказалось более чем достаточно, чтобы показать всю опасность носителей вируса. – Кажется, та баррикада выдержала. Они сидели так уже пять минут, выжидая, не обнаружит ли острый слух девочки приближающегося шлепанья босых подошв по бетонному полу. - Хорошо, - Филипп подумал, что, с одной стороны, данная им оценка была значительным преуменьшением, учитывая то, что они смогли ускользнуть от разъяренного инфицированного, пусть бы и пожертвовав при этом большей частью своих вещей. Когда и при каких обстоятельствах мужчина потерял рюкзак, он уже вспомнить не мог – последние десять минут представляли собой дикую гонку по служебным коридорам «Мануика» с хромающим позади мутантом. Если бы не девочка, поддерживавшая физика, то вряд ли бы ему удалось оттуда выбраться, так что Филипп не особо жалел об утрате части припасов. С другой стороны, их нынешнее положение тоже нельзя было назвать особо завидным. Научная станция не пострадала от нашествия прожорливой подземной фауны, но опасность здесь была даже большей, так как местные обитатели были столь же враждебны к человеку и при этом обладали разумом. Впрочем, пока это все отходило на второй план. Его подопечная была ранена, а это означало, что сейчас важнее всего найти достаточно безопасное место, чтобы перевязать ее, насколько позволят скудные остатки знаний Филиппа о первой помощи. - Как… - он моргнул, склонив голову и борясь с приступом головокружения, - ты себя чувствуешь? - Все в порядке, - девочка шмыгнула носом и в очередной раз смахнула тыльной стороной ладони бегущую струйку крови, больше размазав ее по лицу. – Я могу... – заминка была небольшой, но все же заметной, - передвигаться. Мужчина посмотрел на ее безжизненно висящую левую руку и медленно увеличивающееся кровавое пятно на повязке. Для того чтобы понять смысл этого, никакое медицинское образование не требовалось. - Мне бы только сориентироваться, - выдохнул Филипп. – На станции кое-где еще остались нетронутыми шкафчики с первой помощью. - Ясно. - девочка подошла к нему. – Обопрись на меня. - Ты… ты издеваешься? – мужчина неверяще мотнул головой. – Хватит того, что ты мне сюда помогла добраться – в твоем-то состоянии! Дальше я пойду сам. - Как скажешь, - Хомура отступила в сторону, по ее лицу было сложно что-либо разобрать. – Тогда иди. Медленно выдохнув, Филипп выпрямился, продолжая одной рукой опираться о стену на случай, если приступ дурноты вернется. Нет, вроде пока все было терпимо: тело на каждое движение отзывалось вспышкой боли, но слушалось. «Я не понимаю, как она сама до сих пор держится» - он покосился на идущую чуть впереди девочку, - «Шоковое состояние? Таблетки явно еще не подействовали. Или очередной странный эффект вируса?» Физик во время их краткой передышки сам съел остатки обезболивающего препарата, разделив его со спутницей, чуть не подавившись, пока проталкивал кислую смесь из пережеванных таблеток и слюны в горло. В любом случае, лекарство лишь позволяло игнорировать на какое-то время сигналы организма, не более того. Рука девочки требовала квалифицированного медицинского ухода или хотя бы покоя. Чистая вода и стерильные бинты – Филипп отчаянно надеялся, что на агонизирующей станции еще можно раздобыть такие простые вещи. Хомура дошла до того места, где коридор заворачивал налево, и осторожно заглянула за угол. - Чисто, - она двинулась дальше, заставив мужчину сдавленно чертыхнуться. - Осторожно, - Филипп попытался ее остановить, но не успел. – Пусти меня вперед… - Моя скорость реакции лучше, - отстраненно сообщила Хомура негромким голосом, замерев на месте и оглядывая новый участок. Подоспевший следом физик попытался определить их местоположение, но не преуспел. Из тех перепутанных образов, что всплывали в его голове при слове «Мануик», можно было только понять, что они находятся где-то в жилых секторах станции. «Предположительно, разумеется» - напомнил себе мужчина. Черно-белая плитка, которой здесь был в шахматном рисунке выложен пол, была характерна для многих помещений «Мануика», равно как и тянущиеся под потолком тонкие трубы вперемешку с толстыми электрическими кабелями. Висящие под потолком люминесцентные лампы, часть из которых не горела, давали достаточно света, чтобы разобрать ряд деревянных дверей с небольшими зарешеченными окошками по левую сторону. Дальше коридор снова поворачивал, кажется, на этот раз направо. Филипп медленно шагнул вперед: из стремления соблюдать осторожность и из-за все еще ощущающейся слабости. В следующее мгновение в его руку вцепились пальцы девочки, заставив физика вздрогнуть и замереть на месте. Убедившись в том, что привлекла его внимание, Хомура поднесла палец к губам и выразительно кивнула в сторону ближайшей двери. «Ну и слух» - Филипп признательно кивнул, сообщая, что понял послание девочки. Та жестом руки попросила его оставаться на месте, на что мужчина решительно мотнул головой, сразу догадавшись, что его подопечная решила сама все разведать. «Двигаемся тихо мимо двери и дальше по коридору» - постарался он сообщить жестами Хомуре, на что та несколько секунд изучала физика, раздумывая о чем-то, а затем кивнула. Стараясь не издавать никакого шума, они, пригнувшись, стали пробираться вперед. Филипп с сожалением подумал о том, что его зимняя одежда совершенно не предназначена для подобных трюков. Даже при том, что мужчина был вынужден двигаться с практически черепашьей скоростью, шорох трущейся ткани убрать не удавалось. Необходимость продвигаться на корточках, чтобы случайно не оказаться в поле зрения инфицированного, находившегося от них всего в паре метров, делало задачу и вовсе практически невыполнимой. Хомура снова дернула его руку, вынуждая остановиться. «Что?» - одними губами прошептал Филипп, поворачиваясь к девочке. Та приблизилась к самому уху мужчины и еле слышно прошептала: «Оно тебя слышит». Приступ паники был мгновенным и острым, физик с трудом подавил импульс немедленно вскочить и, схватив девочку, мчаться вперед подальше от притаившегося совсем рядом чудовища. Единственное, что его удерживало – это то, что подобным образом они практически гарантированно угодят в новую ловушку, даже если и смогут убежать от этого инфицированного. - Дышит значительно тише и полностью перестало двигаться, - продолжила Хомура. Филипп рассеянно уставился на свою спутницу, пытаясь сообразить, что делать дальше. Видимо, зараженный рассчитывал на то, что они войдут внутрь, где у него будет преимущество. Как только мутант сообразит, что предполагаемая добыча двигается дальше, он сразу же атакует их. - Замри, - выдохнула девочка, пристально смотря на Филиппа. Тот стиснул челюсти, но нехотя послушался. Не потому, что всерьез рассчитывал усыпить бдительность монстра за дверью, но просто в данный момент в его голове царил такой хаос, что проще всего оказалось положиться на чьи-то слова. «Надежда. Ее убивают последней» - мрачно подумал мужчина. Он перевел взгляд на зарешеченное окошко в двери, пытаясь восстановить в голове карту переходов комплекса. Бесполезно, если не знать, где ты сейчас находишься. За поворотом впереди вполне может оказаться тупик, а выход – в одной из комнат. Отреагировав на его заметное движение, Хомура снова мотнула головой, призывая Филиппа не двигаться. - Не бойся, - попытался успокоить ее физик. Он бы с радостью последовал собственному совету, но пока что сердце билось только чаще и чаще, отвечая на нагнетаемый в кровь адреналин. «Молчи» - знаком показала Хомура, судя по мелькнувшему на ее лице раздражению, она и впрямь не была напугана. Девочка сделала пару осторожных шагов, подобравшись к самой двери. Филипп напряженно наблюдал за ней, пытаясь сообразить, что у его спутницы на уме. Спорить с ней означало гарантированное привлечение внимания инфицированного, а потому оставалось лишь надеяться, что, удовлетворив свое любопытство, Хомура все же последует дальше. Не последовала. Вместо этого девочка аккуратно выпрямилась и, привстав на цыпочки, заглянула сквозь окошко. Физик застыл, совершенно не ожидав от нее такого безрассудного поступка. - Не пугайтесь, - неожиданно произнесла Хомура. Из камеры донесся испуганный вскрик. Филипп, уже было привставший и готовый силой волочь девочку за собой, снова замер – голос был человеческим. *** События для Роджера Борлы разворачивались не особо благоприятно, как он и сам прекрасно осознавал. Очнуться запертым в камере, зная, что ты очутился в плену у чертовых зараженных, несколько часов тщетно искать способ выбраться наружу, затем затаиться и молиться всем богам, чтобы лязгнувшая где-то недалеко дверь не означала, что за ним пришли новые хозяева комплекса. Роджер не имел представления о том, что необходимо инфицированным от него, но подозревал, что их планы не включают в себя его благополучное возвращение в родной Чикаго. Мутанты последовательно и методично отсекли все способы безопасно выбраться из «Мануика», а те, которые пока оставались… «Надеюсь, что хоть кому-то удалось сбежать из этой проклятой ловушки» - мужчина замер, вслушиваясь в звуки, долетавшие из коридора. Разобрать что-то было сложно, скорее некий неясный шорох, чем шаги. Воображение услужливо нарисовало извивающегося на полу червя, сбежавшего из лабораторного террариума и заползшего в жилой сектор. Или вылезшего из шахт внизу, Роджер был более чем уверен, что рано или поздно, но вездесущие твари найдут какой-нибудь способ пробраться внутрь безопасного периметра. Безопасного… Безопасности больше не было. Группа Говарда устала дожидаться неизвестно чего и двинулась в шахты на прорыв, предпочтя призрачный шанс на успех неминуемой голодной смерти. Роджер не был склонен обманываться насчет вероятности найти выход на поверхность из искореженных многочисленными завалами туннелей, но это было хоть что-то. Тень надежды, намного больше, чем то, что досталось ему. Соблюдать осторожность, отгонять вездесущих пауков фонариком – это было просто. Намного неприятнее были отсутствие полной карты переходов, а также ожидающие наверху ветер и холод. Без припасов и теплой одежды справиться с подобным путешествием было невозможно. По-видимому, зараженные также прекрасно это понимали, потому что когда Роджер очнулся, то обнаружил, что его любимая парка исчезла – вместе со всем содержимым карманов рабочего халата и наручными часами. После тщательного обыска своей камеры он вынужден констатировать, что ничего мало-мальски полезного в ней не осталось. Старый поцарапанный рабочий стол, наполовину сломанный стул, одна из ножек которого отсутствовала, пара железных полок, завезенных сюда, кажется, еще три десятка лет назад, пустые канистры из-под бытовой химии, два деревянных ящика – пустые, естественно. Ящики стола содержали в себе лишь пыль, да пару десятков мятых листов блокнота с чьими-то неразборчивыми каракулями. Увы, но там не было ни упоминания тайного прохода в стене, ни способа взломать магнитный замок на двери без кодовой карточки. Отпереть дверь было бы проблематично, даже если бы по некоему невозможному везению у Роджера оказался при себе пропуск нужного уровня допуска, так как считывающее устройство с этой стороны было вдребезги разбито. Движение за дверью прекратилось, и мужчина позволил себе облегченный слабый выдох, потерев ноющий затылок. Голова просто раскалывалась, вероятнее всего, как из-за отправившего его в беспамятство удара, так и из-за стремительно развивающейся инфекции. Роджер и сам не знал, для чего он вообще пытался выбраться из своей камеры: еще часа три-четыре и эта проблема решится сама собой. Даже если зараженные и не придут за своим собратом, то его перестроенное тело само выбьет дверь. «Стоило бы найти способ прикончить себя» - Роджер грустно улыбнулся. Это действительно было, наверно, самым лучшим решением – хотя бы помешать проклятому вирусу заполучить себе новую жертву. Новый шорох за дверью. Нет, там точно что-то движется! Роджер осторожно шагнул вперед, выходя из угла, в котором он на всякий случай укрывался. Инфицированные вряд ли бы стали таиться, кроме того, они сами его сюда и заперли. Неужели и впрямь какая-нибудь мерзость из шахты выползла? Подходя к забранному мелкой решеткой проему в верхней части двери, он уже ожидал, что с противоположной стороны в лучших традициях родного кинематографа к нему прыгнет что-нибудь с раззявленной клыкастой пастью. На удивление, источник шума уже был там. Из-под копны чего-то темного и спутанного на мужчину уставилась пара синих глаз – вполне человеческих. «Не может быть!» Роджер медленно попятился назад к столу за спиной. В голове сбивчиво метались мысли: человек, территория патрулируется Туурнгайт, вирус, расползающийся по его телу… «Уходите» - попытался произнести он, но губы только беззвучно шевелились. – «Спасайтесь отсюда». - Не пугайтесь, - донесся негромкий спокойный голос. Именно в этот момент он и заметил выросший за спиной незнакомца темно-багровый бесформенный силуэт. - А! – Роджер даже не знал, что именно заставило его принять фигуру за Туурнгайт. Вероятно, это была внезапность появления, которой так славились инфицированные. - Хомура, отойди! – второй человек (теперь-то уже было ясно, что это просто человек в красной куртке, а никакой не монстр) двинулся вперед. Владелец синих глаз почти мгновенно исчез, присев так, чтобы оказаться вне поля зрения Роджера. - Что… Кто вы?.. – молодой светловолосый мужчина уставился на пленника с тем же изумлением, которое, как отметил тот, должно было в этот момент отражаться и на его лице. – Как… - Борла, обслуживание, - на автомате отозвался Роджер, как ему часто приходилось представляться по внутренней связи. – А вы-то кто такие? Он еще раз всмотрелся в покрытое свежими ссадинами и царапинами лицо незнакомца. Тусклое освещение в коридоре не слишком помогало, но… Нет, исключено, этого человека он видел в первый раз. А это означало, что кто-то пришел из внешнего мира. Неужели и впрямь долгожданная помощь? Губы неуверенно шевельнулись в кривой улыбке. Через секунду Роджер бросился к двери и приник к сетке, торопясь ввести их в курс дела. - Послушайте, послушайте… Это очень важно! Биологическая угроза, степень «А», код «красный» или как там эти уроды все называют! Большая часть персонала мертва, остальные инфицированы! Не пытайтесь вступать в контакт, просто сразу открывайте огонь на поражение! Пули… разрывные или зажигательные, все, что хорошо работает против плоти. Часть… у них тоже есть оружие… Системы безопасности почти все взломаны, они будут отслеживать ваше передвижение… Вы… У вас есть огнеметы? Должны быть, о чем я говорю… Сколько вас? Вас… вас ведь много? - Эй! – блондин резко взмахнул рукой перед окошком. – Остановитесь, я ничего не могу понять! - Я… я… - Роджер запнулся, подбирая слова. Проклятие, вот только не хватало еще того, чтобы они сочли его речь бредом сумасшедшего. – Ученые, они нашли какую-то инфекцию, внеземную. Или вывели – неважно. Важно, что все зараженные должны быть уничтожены, вот и все. Там, в комплексе, еще могут оставаться другие выжившие. Помогите им… - Подождите… Стойте! – блондин помотал головой. – Я… ничего не понимаю. Кто вы? - Б-Борла… - Роджер почувствовал, как по спине пробежала дрожь. Да что с этим типом? Он так и будет стоять столбом посреди коридора? – Борла Роджер, о… обслуживание, уровень допуска «С2». Вы ведь знаете, что здесь происходит? - Да, - со странным рассеянным выражением на лице кивнул мужчина. – Комплекс «Мануик» контролируется вирусом Туурнгайт. Большая часть персонала мертва или заражена. - Именно, - с облегчением выдохнул Роджер. Хвала богам, хотя бы не было сцены «все хорошо, нет никаких монстров, вы в полной безопасности». – Тогда… - Где мы сейчас находимся? – перебил его незнакомец. - А? – Роджер моргнул, потом сообразил, что при действовавшем уровне секретности проекта на большой земле могли и не располагать планами комплекса. – Жилой сектор, зона три. Рядом со столовой. Сейчас… это что-то вроде тюрьмы, насколько я понял. - Тюрьма? – блондин чуть отступил назад, задумавшись. – Тогда, - он посмотрел налево, - там выход в столовую. Верно? - Да, - торопливо кивнул Роджер. – Мы взрывали некоторые проходы, чтобы сдержать зараженных. Стены… Порода кое-где не выдержала, были обвалы. - Да… - отстраненно откликнулся незнакомец. – Это тюрьма. Для тех, кто несет в себе вирус. Выждать, пока не пройдет инкубационный период, а потом получить еще одного мутанта. Роджер сглотнул. Одно дело осознавать такие вещи самому и совсем другое – слышать от другого человека собственный приговор. - Вы правы, - он отошел назад и оперся руками на стол позади себя. Всплеск активности, вызванный внезапной вспышкой надежды, угас, уступив место опустошенности и апатии. – Я… сказал вам то, что знаю. Спрашивайте, если хотите узнать что-то еще и… уходите. Роджер устало присел на столешницу, ссутулившись и обхватив себя руками. С учетом того, что единственный стул был сломан еще до него, это был единственный нормальный способ передохнуть, если не рассматривать вариант просто улечься на ледяной бетонный пол. Он даже не вслушивался в приглушенную беседу за дверью. Еще несколько часов, и все закончится. Роджер знал, действительно знал, что должен попросить их его застрелить. Это было бы лучшим решением, самым правильным. Никакой надежды на спасение у него не было и все же… Все же он надеялся. Глупой, абсолютно иррациональной надеждой на чудо. Что вдруг кто-нибудь придет и протянет ему сквозь решетку шприц с лекарством. Или что неожиданно у него, только у него, у Роджера, чтоб его, Борлы, внезапно окажется иммунитет к этой проклятой болезни. Или… Или что просто все будет хорошо. «Не будет» Мужчина знал это, но все равно не мог заставить себя окликнуть людей за дверью и произнести те самые слова, которые положат конец всему. Тьма в конце туннеля и никакого света. Такие простые, такие пугающие слова… «Они и сами знают, что делать. Мне даже не нужно ничего говорить. Информации об инфекции достаточно» Роджер закрыл глаза и постарался не думать ни о чем. Ни о жутких деформированных фигурах инфицированных, ни о диком зверином вопле Грея, его безумных, выпученных глазах и отчаянно извивающемся теле, ни о размозженной голове Питера, ни о идиоте Фриске с его нелепыми речевками, ни о великой миссии их комплекса, ни о дожидающейся его на счете в банке огромной сумме денег… Может быть… Да, он вспомнил, как сидел тогда на берегу Мичигана и наблюдал за медленно ползущим вниз солнцем. Картина всплыла с необыкновенной яркостью, затмив собой унылую рутину шести лет бесцельного ковыряния в постоянно ломающейся и капризничающей технике, а заодно и последний год, когда все это место медленно превращалось в помесь сумасшедшего дома и концлагеря. Солнце, такое мягкое и успокаивающее, багряные блики на воде, легкий ветер с озера, треплющий волосы и шелестящий страницами книги… Массивный валун, на котором он сидит, еще хранящий дневное тепло, гул проезжающих за спиной машин, старая потертая кожанка, наброшенная на плечи… Роджер внезапно понял, что из всего, что осталось позади, он больше всего жалеет о той куртке. Он ее таскал на себе четыре года, отмахиваясь от насмешек коллег по поводу того, что пора бы ей отправиться на свалку. Если она ему подходит, то зачем тогда что-то менять? Жаль… Куртку в итоге Роджер отдал «Армии спасения», когда согласился с предложением на перевод в Гренландию. Но тогда, в тот вечер, когда он после работы отдыхал на берегу, забыв обо всем, листая какой-то старый детектив, найденный дома на дальней полке – тогда все было правильно. Маленький осколок счастья из прошлого, когда все еще было на своих местах, и сам Роджер – тоже. «Давайте же…» Он открыл глаза – за решеткой никого не было. Незнакомцы ушли, сгинули, как будто их и не было никогда. А может быть, так оно и есть? Если уж при инфекции есть слуховые галлюцинации, то почему бы не быть и зрительным? Впрочем, судя по звуку шагов, эти двое возвращались назад. Все-таки решили выполнить свои «инструкции»? Роджер вяло улыбнулся, когда за решеткой появилось знакомое лицо русоволосого мужчины. - Дверь в столовую не открывается, - сообщил незнакомец. - Да? – он поморщился, припоминая, что могло сбить спасателей с толку. – Там наши биометрический замок поставили. Все просто, ему нужен образец человеческой крови и он вас пропустит. Это модифицированный сканер, научники над ним поколдовали и переделали в... - Нет, не открывается дверь на выход из этой секции, - не дал договорить ему мужчина. – Ее что-то блокирует с другой стороны. - Вот как… - протянул Роджер. Он прикинул расположение помещений сектора, потом помотал головой. – Извините, парни, вам придется возвращаться обратно и искать другую дорогу. Или пробивать путь направленным взрывом, если у вас есть при себе взрывчатка. - Возвращаться назад мы не можем, и тут точно ничего не нужно взрывать… - задумчиво проговорил мужчина, скорее обращаясь к самому себе, чем к пленнику. – Надо подумать. Роджер только безразлично пожал плечами, предоставляя тому самому выбирать из предложенных вариантов. Старший группы снова скрылся из виду, видимо, они сейчас совещались, решая, что именно лучше предпринять в этой ситуации. - Нужно открыть камеры, - заявил этот субъект, вновь возникнув в окошке через пару минут. – В соседней есть вентиляция, можно попробовать выбраться через нее. Нам придется обесточить коридор, чтобы разблокировать камеры. - Так, - Роджер почувствовал, что медленно перестает понимать происходящее. – А в той части, что вы прошли по дороге сюда? Там должно быть ответвление во вторую зону, так можно попасть в столовую с другой стороны. - Дверь тоже была заперта на магнитный замок, - отрицательно качнул головой мужчина. – У нас нет ключей доступа. Из шахт можно пробраться только сюда. - Вы шли через шахты? – удивленно моргнул Роджер. – Так там и впрямь есть выход на поверхность? - Больше нет, - последовал лаконичный ответ. - Дьявол, - скривился он. Не то, чтобы это хоть как-то меняло его нынешнее положение, но было бы приятно знать, что остальные смогут убраться отсюда. – А… кого-нибудь вы по дороге видели? Некоторые из наших пытались уйти тем путем из комплекса. Мужчина на пару секунд задумался. - Двоих, - сообщил он. – Оба мертвы. Вы… Вы – первый выживший, которого я вижу. - Твою ж мать… - выдохнул Роджер, потрясенный этим признанием. Как глупо в итоге все получилось: они могли бы подождать всего неделю-другую и помощь сама бы пришла к ним. Если бы он не полез следом за остальными в злосчастный лаз, то мог бы сейчас спокойно стоять по другую сторону двери. Если бы… - Нам придется обесточить коридор, чтобы разблокировать камеры, - продолжил незнакомец. – Это откроет и вашу. - Да… - Роджер снова слабо улыбнулся. – Вы извините, парни, я бы привязал себя к батарее, но веревок здесь нет. Да и… не удержат меня никакие веревки, когда я… - Сколько у нас времени? - Не знаю, - честно признал пленник. – Грея, моего начальника, эта дрянь сожрала буквально за несколько часов после заражения. Часов пять или восемь: все, что есть после того, как заражаешься. На последней стадии человек просто отрубается где-то на полчаса, а потом встает уже двинутым. Выглядит еще почти нормально, но полный лунатик. Сколько времени занимает сам процесс превращения в этих выродков, знали только члены исследовательской группы. - Вы уже впадали в кому? – резко спросил блондин. - А что, выгляжу настолько неадекватным? – мрачно хохотнул Роджер, но быстро взял себя в руки. – Нет, но это всего лишь означает, что я могу в любой момент отключиться, а затем проснуться психом, жаждущим всех поубивать. - В крайнем случае, у нас будет около получаса, - резюмировал мужчина. - Я… - не имело смысла больше откладывать. – Почему вы просто не пристрелите меня? Бросьте, я знаю все эти поганые протоколы. Все равно мне конец, так хотя бы умру человеком, а не мерзкой тварью. - У нас нет оружия. Роджер пару секунд изучал лицо собеседника, ища хотя бы след улыбки, затем понял, что это действительно правда. Что-то внутри задрожало, когда сложил все странности в действиях незнакомцев: осторожное поведение, попытка пройти по коридору без звука, прибытие через шахты, упоминание о том, что обратно вернуться невозможно. Задрожало, а затем вырвалось наружу громким, истеричным хохотом. Роджер запрокинул голову и от души смеялся над очередной глупостью во всем этом нелепом проекте. Спасательная команда, сама нуждающаяся в спасении – вот уж ирония судьбы! - Заткнись! – резко скомандовал мужчина в коридоре, на его лице отразился испуг. – Замолчи, ты!.. - Ах-ха… Извините, - Роджер все же постарался взять себя в руки. – Но, послушайте, у вас нет оружия. И… вас ведь только двое, не так ли? За углом не притаился еще десяток тренированных бойцов? Вы – никакая не спасательная команда, вы – остатки спасательной команды. Да? - Да мы вообще не имеем никакого отношения к вашей долбаной организации, - процедил мужчина. – Понятно? - Кх… - Роджер осекся. – Чего? Тогда кто вы? - Учитывая то, что через пару часов вы станете чудовищем, то это не имеет особого значения, - бросил незнакомец. – Пока скажите: если я открою двери, то вы на нас не нападете? - Нет. Сейчас – нет, - твердо посмотрел на него Роджер. – Но вам нельзя прикасаться ко мне ни в коем случае – вирус передается через малейшую рану на коже. Открывайте дверь, я просто останусь в камере. - Если что-то пойдет не так, то… - блондин покосился куда-то в сторону. - Буду действовать по обстановке, - донесся ответ его спутника. Голос был странным, каким-то уж больно молодым и… Роджер не смог определить, что именно не так, но что-то его встревожило. Незнакомец скрылся из вида, а пленник просто вернулся в центр камеры и снова оперся на стол, прикидывая, сколько времени у них займут попытки обесточить сеть. Долетевший из коридора практически сразу после этого глухой удар, сопровождающийся металлическим дребезжанием, сообщил, что эта пара явно не намерена медлить. Спустя еще десяток секунд Роджер услышал звук закоротившей проводки, и лампы под потолком разом погасли. Словно дожидаясь именно этого, эфемерные голоса снова принялись что-то наперебой шептать, хотя мужчина все еще не мог уловить ни единого членораздельного звука. Он чувствовал, что там есть смысл, что это не просто бессмысленное бормотание, порожденное собственным галлюцинирующим разумом, а нечто большее. Голоса всех тех, кто погиб в этом богом забытом месте. Когда он начнет понимать их, то уже перестанет быть человеком. Шепот стал постепенно стихать, уступая место тишине, отдаляясь, но вместе с тем странным образом оставляя ощущение, что где-то на самой грани чувствительности этот тихий зловещий шелест чужих голосов все еще слышим Роджеру. Не единого просвета, только звук собственного дыхания, да прохладное дерево под пальцами. И незапертая дверь всего в нескольких шагах. «Что ж, вот она – долгожданная свобода» Разобрать вокруг нельзя было ровным счетом ничего – в отсутствие других источников освещения комната, равно как и коридор за дверью, погрузились в полную, абсолютно непроглядную темноту. Мужчина просто продолжал сидеть, не собираясь бродить в темноте. По большому счету, это было самым правильным – оставаться здесь и дать возможность этим людям убраться подальше от него, пока организм еще сопротивляется вирусу. Окружающую тьму рассеял слабый зеленоватый свет, идущий из окошка в двери, послышались приближающиеся шаги. - Как вы? – разобрать лицо говорящего было нельзя, но Роджер узнал знакомый голос. - Нормально, - он пожал плечами, хотя сомневался, что его собеседник заметит этот жест. – Пока еще считаю себя человеком. - Я… - незнакомец запнулся, - могу вам чем-нибудь помочь? - Если у вас нет запасной ампулы с ядом, то вряд ли. Мою эти уроды при обыске утащили. - саркастично фыркнул Роджер. – Вы уж не обессудьте, но я не собираюсь разбивать себе голову о стену. Какое-то время человек за дверью хранил молчание. - Я не это имел в виду, - наконец, тихо сказал он. - Да? – фальшиво удивился Роджер. – Как же я вас не понял-то сразу! Тогда не могли бы вы мне принести чего-нибудь из Стаута? Люблю, знаете ли, перед тем как сдохнуть, полистать хорошую книгу! О, нет, я же забыл – света у нас и нет! Тогда… Может быть, чашку кофе? Тут у нас погано последнее время с этим, вы представляете? Он оборвал себя, пытаясь сохранить лицо хотя бы перед этим человеком. Это уже не имело никакого значения, но хотя бы в свои последние часы Роджер хотел выглядеть пристойно, не бормочущим истериком. - Уходите, - произнес он более спокойным голосом, прежде чем незнакомец успел прокомментировать его предыдущие слова. – Вы ничего не можете для меня сделать, а потому просто уходите. Вот и все. – в следующий миг в его голове промелькнула одна мысль. - Хотя нет, погодите! - Что? - Я… Если вы… все же сможете отсюда выбраться или как-то связаться с внешним миром, то… - Да? – пауза затягивалась, пока он думал над своей последней просьбой. - Компания «Экселон», департамент… а-а, неважно, - вряд ли он запомнит, если Роджер вывалит на него много информации. – Там работает человек, Стэн Гринуолт. Работал пять лет назад. Живет на Юг-Дирборн-стрит, 2740. - Что мне ему передать? И в этот момент все стало совершенно ясно, все путаные слова насчет того, что, в конечном счете, этот спокойный и дружелюбный мужчина оказался единственным, кого Роджер мог бы назвать своим другом, вся эта сентиментальная муть ушла на второй план. «Он и так все поймет. Он всегда все понимал правильно». - Передайте ему, что Роджер Борла мертв, - фраза вылетела удивительно легко. Не прогноз, не приближающаяся неотвратимая гибель, но простая констатация факта. Мертв – и с этим уже ничего не поделать. - Не могу гарантировать это, но я постараюсь, - тихо ответил мужчина за дверью. – Это все? - Не теряйте времени, - попросил его Роджер. – Выбирайтесь отсюда, если найдете дорогу. - Прежде чем я уйду, - незнакомец помедлил. – Есть шанс сопротивляться вирусу. Не исцелиться, но сдержать его развитие. - Какой? – сердце в груди забилось чуть чаще, почувствовав возвращение почти угасшей надежды. Роджер почувствовал, как пальцы задрожали, и крепче вцепился в стол, стараясь сохранять видимость спокойствия. - Во время периода потери сознания вы столкнетесь… - незнакомец помедлил, подбирая слова, - с серией испытаний или тестов. Не знаю, как они будут выглядеть, но вы должны пробиться через них обратно в реальный мир. - Простите? – это все звучало, по меньшей мере, странно. – Тесты? - Я не имею ни малейшего представления, как именно это будет выглядеть, - пришел ответ. – Просто помните, что если у вас это получится, то вы сможете некоторое время сопротивляться действию вируса. - Некоторое? - Это все, что я… узнал из записей, - сообщил его собеседник. – Боюсь, что более точной информации я вам дать не могу. - Один шанс из миллиона – это намного больше, чем ни одного, - невесело хмыкнул Роджер. – Спасибо и на этом. - Удачи вам, Роджер Борла. Он вслушивался в удаляющиеся шаги. Хлопнула дверь по соседству. Тишина. Кромешные потемки вокруг давили на него почти физически, хотелось куда-то убраться, что-то сделать. Сколько времени остается до момента, когда он отключится? Что там будет, действительно какие-то проверки, которые нельзя провалить, как сказал этот странный тип? Кто вообще эти люди и что они делают в затерянном среди льдов и засекреченном по высшему разряду комплексе? Роджер оттолкнулся от стула и сделал осторожный шаг вперед. «Какого черта я вообще делаю?» Если бы не последние слова незнакомца, пробудившие в нем надежду, он бы, наверно, так и остался сидеть в своей камере, ожидая неизбежного. Но теперь мужчина просто не мог заставить себя находиться в этой холодной и липкой темноте, все внутри него требовало хотя бы небольшого проблеска света. «Ладно, если что, то за полчаса они все равно успеют убраться от меня подальше» - нахмурился Роджер, - «Или запихают в какой-нибудь другой чулан, если уж совсем плохо дело будет» Дверь слабо скрипнула, выпуская его в коридор. Придерживаясь левой рукой за стену, он осторожно двинулся в том же направлении, куда ушла выпустившая его пара «спасателей». Достигнув двери, из-за которой вырывалось слабое зеленоватое свечение, Роджер притормозил. Если бы он находился на их месте, то явно бы не стал больше доверять человеку, который совсем недавно заверял, что будет оставаться в своей камере, а вместо этого крадется позади. Впрочем, по большому счету он бы вообще не стал доверять никому, кто подцепил проклятую заразу. Воспользовавшись возможностью, он осторожно заглянул в зарешеченное окошко, желая понять, чем вызваны слабые металлические звуки, доносящиеся изнутри помещения. В принципе, учитывая слабость источника света гостей, Роджеру это ничем не грозило – в темном коридоре, да еще и сквозь мелкую решетку, увидеть его было невозможно. Тем не менее, его видели. Человек, с которым он все это время беседовал, склонился в дальнем левом углу над чем-то, скрытым стоящим у стены металлическим стеллажом. Сложно было понять, чем конкретно он занимается, но металлический скрежет вперемешку с тихой руганью доносились именно оттуда. Роджера обнаружил не он, а его молчаливый напарник, стоявший рядом и освещавший комнату зажатой в руке трубкой ХИСа. Направление взгляда не оставляло сомнений, что смотрит он именно прямо на Роджера. Впрочем, если принять во внимание длинные волосы, доходившие до пояса «напарника», и темное платье, то правильнее было бы говорить… Девушка. Даже ребенок, если судить по миниатюрной фигуре. Что ж, зато понятно, почему в тот раз он увидел только ее макушку и глаза. И непонятный тембр голоса, который, ясное дело, никак не мог быть мужским. «Охренеть» - Роджер моргнул, окончательно сбитый с толку. Эти двое не только не принадлежит к их организации, так один из них и вовсе девчонка. Он уже хотел было выйти из-за двери, раз его все равно заметили, но немедленно одернул себя – она просто смотрела в сторону двери на тот случай, если кто-то войдет. В таких потемках Роджера можно было обнаружить, только если он сам себя чем-нибудь выдаст. Девочка скосила взгляд направо, откуда последовал очередной скрежет, а потом снова перевела его обратно на дверь. - Извините, вы не могли бы нам помочь? – да, вот тебе и «невозможно увидеть». – Кому-то нужно будет забраться в вентиляцию, а Филипп ранен. Я, к сожалению, тоже. *** В следующем выпуске "Новостей Мануика": Как сохранить продукты свежими, если ваш холодильник испортился? Инуиты знают самый надежный способ! Что убило Освальда на самом деле? Шокирующая правда: Джек Руби - невиновен! Чему на самом деле учат обычных японских школьниц? Только для лиц младше шестнадцати! О да, и мы снова с вами)