Луна улыбалась мне

Однажды Сан Саныч сказал мне прекрасную фразу: За двумя яйцами погонишься – ни одного не поймаешь. И в тот же день я отложил её в долгий ящик моей памяти, стоящий едва не в самом конце коридора моего сознания. Ведь тогда я и подумать не мог, что когда-нибудь эта фраза отыщет мою пищеварительную систему и вместе с прочими «приятностями» выберется наружу. Как бы страшно это не прозвучало, но наконец-то пришло время подумать над ней, как следует. За двумя зайцами, за двумя пальцами, как не скажешь, сильно смысл от этого не изменится, если, конечно, не вдаваться совсем уж в глубокие философские размышления. Глубокие… Совсем, совсем глубокие… Так о чём это я? Я всегда хотел слишком многого. Намного больше, чем мог в себя вобрать. Принять. Чёрт. (Почему каждое подобное слово звучит из моих уст так пошло?) Если так поразмыслить, то два яйца – это не так уж и много. Ну, в смысле, три, конечно, тоже не очень много, но два немножко более нормально, чем три. Вернее, не немножко, а абсолютно и совершенно нормально. Да здравствуют два яйца у каждого мужика, и всё в таком духе. Уважаю мужиков, у которых два яйца. Да и к мужикам с одним яйцом так же отлично отношусь. Что за бред я несу? ГОСПОДИ. Неожиданно мне вспомнилась ещё одна прекрасная интерпретация этой фразы, её мне сказал Дэсон. За двумя китайцами погонишься… ну а далее – по сценарию. Так вот, не стоит брать на себя слишком много. Даже если очень хочется. И не следует желать слишком многого. У желаний есть одно отвратительное свойство – они действительно иногда сбываются. И, как правило, когда они сбываются, ты начинаешь понимать, каким же всё-таки ужасным было то, чего ты хотел. Я мечтал влюбиться. Где-то в глубине души во мне грелось это, на первый взгляд, непорочное желание. Не помню, влюблялся ли я когда-нибудь по-настоящему, но в моей жизни были моменты, когда женщины сводили меня с ума настолько, что ради них я готов был родить ребёнка и броситься под поезд. Но всё это прошло. Я так и не пролил ни единой капли крови и не перерезал ни одной пуповины. Хотя однажды я едва не перерезал горло конкуренту. Но это уже совсем другая история. Огонь, пылающий в груди, погас. Я начал жить только музыкой, тёплыми улыбками друзей и редкими мимолётными романами. В последнее время не было даже их. Когда меня спрашивали, почему у меня нет той единственной, с которой я хотел бы умереть в один день, я отвечал, что просто пока ещё не появилось той женщины, которая была бы согласна совершить со мной групповой суицид. Все смеялись, всем было весело. Всем, кроме меня. Нет, на самом деле, это, конечно же, всё были просто шутки, но мне на самом деле не хватало такого человека, с которым можно было бы разделить горести, радости, сладости… Хотя нет, сладостями я не хотел делиться. Делиться. Делиться. Делиться. Карась-в попе грязь! Из-за сотни статей по биологии, что я прочитал однажды ночью благодаря бессоннице, мне начинает представляться всякая ерунда. А, если быть точнее – митоз. Интересное слово. Если бы я не знал, что оно означает, то, скорее всего, решил бы, что это что-то типа минета или сонета. Кстати, я неплохо справляюсь с глубокими сонетами. Если вы понимаете, о чём я. Да, эта ночь должна была стать для меня поистине тяжёлой. Как и предыдущий счастливый день. Тимофей забрал меня с пляжа домой, когда я был уже практически в бессознательном состоянии. Я не плакал, но моё лицо было пугающего цвета заплесневелого зернистого творога. В сливках. Вернее, не совсем в сливках. Но это уже не важно. Как говорится, добро пожаловать в наше – Простоквашино! (Лайк, кто действительно понял, о чём сейчас шла речь) Порноквашино. Странно, что молочную продукцию решили так назвать. Нет, в мультике, конечно, была корова, было молоко, просткваша, но… Раньше меня так сильно не смущала история про мальчика с кличкой «дядя», который ушёл из дома с котом и поселился с ним и псом в глухой деревушке. Хотя это слегка напоминало мою историю. Я ведь тоже хотел сбежать. Вот только не с котом, а с енотом. Но Тимофей, собака… всё испортил. Он был не виноват, это всё обстоятельства. Так вышло. Так сложилось. Будь-то случайность или судьба, но эта наша жизнь так устроена, что мы должны в ней жить. Можно, конечно, заняться читерством и попробовать залезть в петлю, сброситься с гаража или выпить просроченного киселя… Но я влюбился. В этот отвратительный ужасный день похорон я осознал, что действительно бесповоротно влюбился. И был готов сделать всё, что угодно ради того, чтобы это чувство никогда меня не покинуло, как бы ужасно это не звучало. Я чувствовал боль. Ярость. Ревность. Возбуждение. Одиночество. И весь этот букет эмоций будила во мне самая обыкновенная, сдобренная свежим навозом почва, под названием любовь. Что вообще есть любовь? Древние Греки выделяли несколько её видов. Любовь-страсть, пожалуй, самое соблазнительное чувство, на мой взгляд. Но такая любовь не может быть продолжительной. Любовь-дружба – с одной стороны – идеальный вариант, а с другой совсем не вариант. Собственно, это такая любовь, которую мы испытываем ко всем своим друзьям. Нам с ними весело, они нам дороги, но, скорее всего, этой любви суждено остаться платонической. И будет лучше, если она останется платонической, потому что в некоторых случаях секс может разрушить дружбу. Да. Это не про меня. Дружбу сексом не испортишь, я всегда так считал, считаю, и буду считать. Дважды два четыре, мать вашу. Каша-мать ваша, ешьте кашу, мать вашу. Самый прекрасный вид любви – это самоотверженная любовь. Как говорится, не бывает любви из жалости, но не бывает любви без жалости. К сожалению, не могу припомнить сейчас абсолютно все виды любви, но этих троих, пожалуй, вполне достаточно для того, чтобы утверждать, что я влюблён в маньяка по самые уши. И более того, я не знаю, какой любовью. Но, по-моему, сразу всеми. Я одержим им. Он играет роль не только маньяка, но ещё и моего друга. Я действительно готов вляпаться в ещё большие неприятности ради его счастья. На этой прекрасной ноте мне вспомнился ещё один тип любви. Так называемая – патологическая любовь. Ну, куда же без патологий в моей жизни! Некоторые старушки вообще называют существование такого «челкастого», как я, патологией. Сегодня я умирал. Наступало медленное разжижение мозга. Раньше я думал, что жидкие мозги – это нормальное состояние, но, как сказала мне одна ночная передача – это совсем не норма. Меня привезли домой и плюхнули на диван. Сначала Дэсон пытался на меня поорать, но он делал это настолько неубедительно, что я даже не думал его слушать. -Бестолочь! Ты совсем с катушек сбрендил?! Мы могли поймать Луну, и он бы вывел нас на остальных членов банды. Ты хоть немного-то думал башкой?! Зачем ты вдарил по газам?! Тебе от этого лучше стало?! Чего ты №%*?* вообще добивался?!!!! -Тииим…- тихо протянул я, пытаясь посмотреть Тимофею в глаза,- Я, кажется, ненормальный. -ДА Я ВИЖУ, ЧТО ТЫ НЕНОРМАЛЬНЫЙ! Разве нормальный человек будет спасать того, кто трахнул его в жопу и сделал недомужиком!? -Хэй, полегче,- в комнату зашёл Топ, на нём были надеты лишь тонкие серые спортивки,- почему это мужик перестаёт быть мужиком, если просто разочек даст кому-нибудь в попу. -Не разочек,- следом за ним зашёл Тэян, который тоже решил поддержать беседу. Меня бросило в дрожь. На нём были лишь зелёный шорты с рисунками в виде маленьких бананчиков. Окинув вошедших взглядом, я нервно сглотнул и помолился, чтобы длина штанов сырника, если ему тоже вдруг приспичит зайти в гостиную, не уменьшилась в геометрической прогрессии. -Какая разница?- возмутился Сын Хён, садясь рядом со мной с одной стороны. Его обнажённое плечо коснулось моего. Мне поплохело. Не знаю, как описать чувства, которые я испытал, но это было крайне похоже на стыд. Словно я кефирно-зефирная барышня, которая впервые увидела чьи-то обнажённые коленки, помимо коленок своего суженого, выбранного ей папенькой. Конечно, увидел я далеко не коленки, но лучше ситуация от этого не становилось. -Любит или дразнится?- Ён Бэ с громким хохотом плюхнулся на диван, тем самым, коснувшись моего второго плеча. -От вашей глупости у меня начинает сосать под ложечкой,- выдал Дэ, и я сразу же представил, как «некто» берёт ложку и начинает её тщательно и сексуально облизывать. Джи, ты совсем уже что ли?! Разжижение мозга плавно переходит в состояние сжимающегося вакуума? -Прости, Тимофей. Что бы я сейчас не сказал, это прозвучит… -Да насрать мне, как это прозвучит. Не собираюсь тебя больше слушать!- не выдержав, Дэсон покинул гостиную, запнувшись на выходе о край персикового ковра. -Неудобно получилось,- прошептал я, всматриваясь в глаза Топа, в глубине души я надеялся встретить в них понимание. Мне не хотелось говорить правду о моих чувствах к маньяку, правду о себе. Но я всё равно надеялся, что он и только он может меня понять. Я думал, а Сын Хён лишь молчал, как-то безразлично и безэмоционально разглядывая… мои волосы?! -Хэй!- мои мысли прервал недовольный возглас Тэяна, который явно был не так холоден,- Джи Ён, почему ты меня игнорируешь? Я же задал тебе вопрос. -Какой вопрос?- мысленно я почесал затылок. В реальности проделать это действие не удалось, так как меня зажали в тисках два мужских горячих тела. Как жаль, что никто в этом доме не может меня понять. -Проехали,- я почувствовал, как пальцы Ён Бэ через одежду коснулись моего члена. Члена?!!! -Дурень, ширинку застегни!- громко проорал он, потянул за молнию вверх, отдёрнул руку и начал морщиться, вытирая её об диван,- Фу, противно! -Никто и не просил тебя… это делать,- растерянно пробормотал я, пытаясь понять, а зачем же он всё-таки это сделал. -Ведёте себя, как дети малые,- Сын Хён ударил себя ладонью по лицу в попытке изобразить «фейспалм». «Фейспалм» не удался, но шишка, я думаю, останется. Шишка встала. Ахахахаха. Меня что-то опять накрывает шуточками. Так о чём это он? -Столько проблем на пустом месте создаёте. Жизнь сейчас и так непростая,- после этих слов Сын Хён поднялся с дивана, дошёл до кухни, принёс оттуда 3 бутылки непонятного багрово-бурого напитка и опять уселся на диван, на этот раз уже рядом с Тэяном,- Изнасилования, расследования, убийства… Я до сих пор не могу от этого отойти… Лицо Тони так и стоит перед глазами… Если будем из-за мелочей так париться, то точно коней отбросим. -Ты хотел сказать, коньки?- перебил я. -Какие коньки? Я не умею на них кататься,- Топ озадаченно пожал плечами, протягивая каждому из нас по бутылке,- пейте давайте, сразу забудете, что, кто, когда и где вас щупал. -Я не хочу про это забывать,- я резко развернулся в сторону Мальвины и столкнулся с ним глазами,- Не хочу. В комнате повисла неловкая пауза. Я не хотел отрывать взгляда от глаз Топа, по-прежнему надеясь, что он всё-таки меня поймёт. Но он, почему-то, спокойно продолжал не понимать. -Сын Хён, а что это вообще?- спросил Ён Бэ, с интересом разглядывая бутылку. Он делал это так непринуждённо и по-детски, что моё настроение начало подниматься как-то само по себе. -Компотик «Всем всё можно». -То есть?- мои глаза округлились,- В смысле? -Ну, в том самом. Эта штука начисто стирает память о том, что ты делал после того, как сделал первый глоток и до тех пор, пока ты не проспишься и полностью не протрезвеешь. Вспомнить невозможно. И люди делают то, что никогда в жизни не сделали бы. И говорят то, что в жизни не сказали бы. Весёлая штука. Правда, на утро иногда жопа болит. -О, здорово, давайте выпьем!- весело воскликнул Ён Бэ. АСЬ? ЧЕГО?!!!! -Да не в том смысле,- паренёк посмотрел на меня, как на сумасшедшего, ей Богу, я смотрел на него точно так же,- Я просто хочу отвлечься. Напиться и забыться. -А ты не боишься, что среди нас с Джи Ёном затесался гей? Сын Хён, ты хотел сказать, затесался натурал, да? Топ ненавязчиво закинул руку Тэяну на плечо, неожиданно я ощутил неприятное покалывание внутри себя. Мальвина, что… ты делаешь? Почему я начинаю думать обо всяких глупостях? Почему от этих мыслей мне вдруг становится так противно и гадко? Зачем я вообще об этом думаю? Я что, сумасшедший? Псих, точно псих! -Ой, да ладно, вот напьёмся в срань и проверим,- захохотал Тэян, с довольным видом откручивая крышку у бутылки,- Или не проверим… Ахахахаха. Проверим. Мы проверим. Ох, не знаю, что это говорило во мне. Но с каждой секундой этот голос становился всё громче и отчётливей. Это был голос моего больного сознания? Моей души? Настоящего меня? Или другого? Нового меня? Неожиданно мою голову посетила гениальная идея. Да, мы должны выпить. Втроём. Закрывшись в одной комнате. Так, чтобы никто этого не увидел. Я не знаю, почему, но чувствую, что мы должны это сделать. -Погодите, ребята, я сейчас «опустошусь», чтобы по пьяни на коврике не наделать Вы там пока чайку попейте. А вот это без меня не начинайте,- я улыбнулся, поставил бутылку на пол и направился в ванную. Решив не впутывать в дело Тимофея, так как с ним у меня сейчас были крайне странные взаимоотношения, я решил отправить сообщение Сын Ри: «Спишь?» «Неа, дрочу. А ты что делаешь?» «Я в туалете» «Понятно. Что делаешь?» «Да так, думаю о жизни…» «И что надумал?» «Что жизнь гавно» «+1» «Ты закончил?» «Ахахах, да, конечно, даже руки помыл» «Где помыл? На кухне? В ванной же я» «Ну ладно, не мыл. Ты что-то хотел?» «У меня к тебе странная просьба. Ничего не спрашивай, просто выполни её. За это буду должен тебе три желания» «Что за просьба, Джи? Меня начинает это пугать» «Тебя это не касается. Но, если ты не выполнишь её, я умру» «В смысле, что случилось?! Почему ты разговариваешь, как шестиклассница? Я сейчас к тебе приду» «Не надо, Сын Ри. Умоляю тебя, помоги мне. И я сделаю всё, что ты захочешь» «Ладно, Джи. 3 желания говоришь? Я обязательно использую их. Что я должен делать?» «Установи камеру в моей комнате, но поставь её на книжный шкаф, чтоб было менее заметно и включи запись видео. Только не говори об этом никому. НИКОМУ!» «Ааа, всего-то, ну хорошо…» «Дело сделано» «Так быстро? О_О Спасибо, Сырничек!!!» «Не надо думать, что я быстрый во всём. Спокойной ночи» Да… Спокойной… Не успел я опомниться, как мне на самом деле захотелось в туалет, и неожиданно пришло сообщение от Сын Хёна. «Что делаешь, маленький засранец?» «Сру» Следующее было уже от Ён Бэ: «МЫ ТОЖЕ» А следующее снова от Сын Хёна: «Но, как ты помнишь, в доме только один туалет» Едва я успел прочитать это сообщение, как услышал громкий групповой истерический хохот из гостиной. Вот придурки. Походу, чего-то они там уже дёрнули, пока меня не было. Значит, пора выходить. А-то я тут торчу уже минут 15. Я вышел и направился в сторону гостиной. Там Сын Хён и Ён Бэ сидели с телефонами в руках и открытыми бутылками странного напитка, именуемого компотиком «Всем всё можно». -Вы что, уже начали, и разговаривать с вами бесполезно?- возмущённо воскликнул я, с подозрением вглядываясь в знакомые лица. -Не-не-не,- запротестовал Ён Бэ. -Мы пока только по стаканчику соджу,- Топ довольно улыбнулся, указывая на два стакана, которые стояли на стеклянном столике, объёмом… по пол литра?! -Пошли ко мне, дурачьё. Не будем тут Тимку смущать,- я поднял свою бутылку с пола, и мы с ребятами медленно поплелись в мою комнату. Когда все переступили её порог, я зашёл последним и незаметненько закрыл дверь на защёлку. Сегодня отсюда никто не выйдет. - Ну что, развлечёмся, ребят?- я открыл бутылку, небрежно бросив крышку на пол, и мы с ребятами все вместе сделали по одному глотку. Горло чудовищно зажгло, но позже горький терпкий вишнёвый вкус сменило приятное банановое послевкусие. Меня начало накрывать липким струящимся из всех щелей Вселенной туманом. Похожим на белый омлет с колбаской. Я фея. Нет, нет. Я индюк. Индюк. Бредущий среди сотен пёзд. Или гнёзд. Тьфу ты, звёзд! Или всё-таки, действительно, гнёзд? Я вижу его и иду к нему. Мои руки тянутся к моей единственной в этом мире любви. Я тону в нём. В его янтарных от хмеля глазах. Я стрекоза. Я... стрекоза...