Неожиданное счастье

- Войдите и закройте за собой дверь, мистер Ти Спирс. Мужчина на мгновение замер, а затем выполнил указание и пересёк кабинет, останавливаясь возле стола. Он лишь подозревал, зачем его вызвал к себе глава Британского отделения, и эти подозрения ему совершенно не нравились. Как и не нравилось то, что он не знал, где двое его подчинённых и что с ними произошло. Никто не мог отследить двоих жнецов. В Лондоне нашли их очки, почему-то разбитые, следов сражения не было, как и их кос смерти. Из этого можно было сделать неутешительные выводы. Если их поймали демоны, то почему не было ни крови, ни малейшего намёка на битву, почему… Слишком много этих «почему». Вариант того, что его лучшие сотрудники стали отступниками, Спирс даже не рассматривал. Они просто не могли так поступить. Он встретился взглядом со жнецом и понял – разговор сейчас будет не из лёгких. - Мистер Ти Спирс, я хотел бы знать, почему в тех списках, что Вы подали, не хватает двух ваших сотрудников? Я изучил документы несколько раз, но, ни в списках погибших, ни в списках выживших не хватает двоих. Закономерный вопрос, учитывая, что он сам задавался вопросом, как бы лучше объяснить тот факт, что двое его сотрудников пропали. Каждая секунда была драгоценна, и чем дольше он молчал, тем больше сомнений закрадывалось Оуэну Флемингу в голову. - Алан Хамфриз и Эрик Слингби бесследно пропали во время нападения на Департамент. Мы надеялись, что сможем найти их раньше, нежели эти списки дойдут до Вас. Внешне Уильям оставался спокойным, но его терзали противоречивые чувства. Если сейчас глава Британского отделения посчитает, что его действия были неправомерными, им грозила ещё одна проверка, а его самого могли отстранить от занимаемой должности. А сейчас это было худшим вариантом из всех. Они должны были отыскать своих коллег, узнать, что же произошло на самом деле. Мужчина задумчиво смотрел на подчинённого. Не похоже, что бы тот лгал. Фамилия Хамфриз была до боли знакомой, и немного покопавшись в недрах памяти, он вспомнил, где мог слышать её раньше. - Думаете, их похитили демоны? – наконец-то спросил Флеминг. - Не исключаю такого варианта. Уже был инцидент, когда мистера Хамфриза похищали, и мы думали, что надежды на то, что он жив – нет. Это были действительно сложные для них времена, особенно для Эрика. Но что-то в том, что говорил Спирс, не сходилось. Если демоны вновь похитили Алана – то зачем? В этом не было смысла - ладно ещё какие-то важные шишки - но обычный диспетчер… Глава Британского отдела, похоже, думал так же. - Тогда встаёт вопрос – зачем демонам понадобился жнец, который уже одной ногой находится в могиле? Я ведь не ошибаюсь, что это тот самый юноша, который стал жертвой редкой болезни жнецов? Слишком много информации помнил этот жнец. Уильям смотрел на него несколько мгновений. Он сам думал о том же – зачем? Это было нелогично. - Я не знаю, сэр, - наконец-то ответил он. – Но вместе с ним был похищен Эрик Слингби, мой помощник. Мистер Хамфриз может быть лишь способом давления на него. Эта теория была уже более правдоподобна. Во всяком случае, сам Уильям мог бы в неё поверить, если бы не одно «но» - его сотрудники видели Алана и Эрика уже после отступления демонов на собрании. А значит, чтобы их похитить потребовалось намного больше усилий. А насколько он знал демонов, те не слишком-то любили лишнюю растрату ресурсов и ничего не делали просто так. Сплошная головоломка, которую он пока собрать был не в силах. - Они находятся в отношениях? Мистер Флеминг хоть и обладал весьма поражающими знаниями о своих сотрудниках (которых насчитывалось несколько сотен по всей Британии), но в их родственные связи особо не вникал. Только если это было что-то важное. Его мало интересовали сплетни как таковые – многолетний стаж давал о себе знать равнодушием ко многим вещам. - Да, уже много лет, и вместе воспитывают сына. - Тогда более логично было бы похитить ребёнка, Вы не находите? Флеминг внимательно смотрел на мужчину, пытаясь выявить его реакцию. Но как всегда, наткнулся лишь на внешнюю маску. Истинные эмоции же были сокрыты за показным равнодушием и вежливостью. - Не мне знать про планы демонов, мистер Флеминг, - ответил Уильям. Он старался сохранять субординацию. - И то верно, - согласился мужчина. – А где сейчас ребёнок? - Находится под моей опекой. Я его крёстный, так что до возвращения родителей именно я забочусь о нём. Мысленно Спирс вернулся домой. Там его ждали дети, ужин… Там не нужно было притворяться. Дэйв ещё хорошо держался после исчезновения родителей, но мужчина всё равно за него переживал. На судьбу мальчика выпало слишком много испытаний, сначала исчезновение Алана, когда все его считали мёртвым, потом проблемы в школе, теперь вот это… - У Вас ведь есть ещё двое приёмных детей, так, мистер Ти Спирс? - Да, это так. Удивлён, что Вы помните об этом. - Я помню всё о своих особо ценных сотрудниках. Берегите их. Сейчас очень неспокойное время. Думаю, мы сможем выделить ресурсы на поиски ваших коллег, и я очень надеюсь, что они не занимаются пособничеством демонам. Можете быть свободны, мистер Ти Спирс. Мужчина поднялся, желания задерживаться в этом кабинете и дальше у него не было никакого. «Алан, Эрик, как же не вовремя вы решили исчезнуть!» - с неким отчаяньем подумал мужчина. Их подозревали в измене, пособничестве демонам, но это просто не могло быть правдой. Уильям ещё помнил, в каком состоянии нашли Алана, тот никогда бы не пошёл на сделку с демонами, никогда бы не стал им помогать. Тогда что же было на самом деле? - Сатклиффа и Эллингтона ко мне, - приказал он жнецу из своего отдела, когда спустился на родной этаж. Выглядел он мрачнее тучи, и никто не посмел что-либо спрашивать у начальника. Видимо эти двое вновь где-то провинились, чем и вызвали гнев Спирса. Ладно Сатклифф, но стажёр? Что же он мог сделать? Именно об этом шептались жнецы, провожая бедолаг взглядом. Грелль вошёл в кабинет без тени страха. Ведь вроде бы в этом месяце норма не была перевыполнена, он практически не опаздывал и вообще был примерным сотрудником. Джеймса же пробивала дрожь от того, что он сейчас находился в кабинете начальника и не знал, за что тот будет отчитывать их двоих. Уильям сидел в своём кресле, но стоило только жнецам войти, он поднялся и сам закрыл дверь на ключ. Разговор был не для посторонних ушей. - Флеминг знает, что Алан и Эрик исчезли. Он подозревает, что они предатели. Говорил Спирс тихо, отрывисто. Эллингтон ещё никогда не видел начальника в таком состоянии. Грелль удивлённо посмотрел на супруга, понемногу понимая, что у того только что был весьма неприятный разговор с начальством. Но зачем он вызвал их? - Но это ведь не так! Мистер Слингби и мистер Хамфриз никогда бы… - с присущей юношеской импрессивностью начал Джеймс, но мужчина остановил поток его речи взмахом руки. - Я прекрасно это знаю, мистер Эллингтон, и поверьте, даже лучше вашего. Из всего отдела я могу положиться только на вас двоих. Найдите их раньше, чем это сделают другие жнецы. Мы должны знать, что происходит, и по возможности им помочь. Пока меня не отстранили от этого дела, пока у нас ещё есть возможность… Я не верю, что они сбежали просто так. Или их похитили, или же у них есть какой-то план. Грелль кивнул. Он понял ход мыслей мужа, но почему тот позвал ещё и стажёра? - Обещаю, мистер Ти Спирс, я Вас не подведу, - уверенно сказал Джеймс. Ему хотелось помочь своему наставнику и его мужу, а вдруг с ними что-то случилось, вдруг они ранены и требуют помощи… - Раз так – приступайте. Отчитываться будете лично мне. И ещё одно – никто об этом не должен знать. Занимайтесь поиском, но и о своих основных обязанностях не забывайте. Джеймс, воодушевлённый тем, что ему доверили такое важное дело, сразу же покинул кабинет. А вот Грелль задержался. Он стоял напротив мужа, скрестив руки на груди. - Ты уверен, что стажёру стоило поручать это дело? – спросил он. - Грелль, мне больше некому доверять. Рональд в больнице, а остальные не заслуживают доверия так, как вы. Именно этот стажёр мне рассказал о своих подозрениях. И мне кажется, с его чувствами к Хамфризу он не будет нам мешать. - Так ты заметил? – удивился Сатклифф. Он считал, что его супруг не обращает внимания на подобные вещи. - Я замечаю всё, что связано с моими сотрудниками. А теперь будь добр, иди, работай. Мне тоже скоро выходить на покос. Им катастрофически не хватало жнецов для работы. Приходилось, чуть ли не ночевать на работе. Люди всё так же умирали, а вот жнецов стало меньше. И что-то подсказывало Спирсу, что это только начало.

***

Улицы Лондона утопали в грязи. Весна вступала в свои права, а потому количество дождей увеличилось. Погода была просто ужасной. Посреди небольшой улочки появилась блондинка и тут же поморщилась, глядя на свои новые лаковые туфельки. Они, как и подол кроваво-красного бархатного платья, сразу же оказались заляпаны грязью. - Ну и дыра, - прокомментировала девушка. Она оглянулась по сторонам, а затем, выбрав направление, поспешила вдоль ряда одинаковых обшарпанных дверей. Нужный дом был найден довольно быстро. И хотя он не отличался от десятка своих сородичей, но другая аура чувствовалась сразу. Ведьма, проживающая здесь, не особо и скрывалась, хотя истинную свою силу всё же утаивала. Но для той, кто знал её не одно столетие, это было той мелочью, по которой можно было отыскать подругу. Блондинка толкнула дверь, и та со скрипом перед ней отворилась. В доме было темно, в воздухе витал запах трав и печеного мяса. Кристина поморщилась – он никогда не любила пищу смертных, так как для неё она имела совершенно другой вкус. Вот кровь детей или их сладкие души – это другое дело. Но её подруга совершенно не разделяла таких вкусовых предпочтений. Раньше, лет двести назад, между ними ещё были споры на эту тему, но со временем они позабылись. Слишком близкими подругами они стали, чтобы ссориться из-за таких мелочей. И всё же ведьма предпочитала не находиться рядом во время трапезы Кристины. Шаги девушки сопровождались скрипом половиц. Но она особо и не пыталась скрыть своего присутствия, так как понимала – о том, что она пожаловала в гости, колдунья уже знает. Да и у неё не было на уме скрывать свой визит. - Что ты здесь забыла? – спросил женский голос из тени. Кристина лишь усмехнулась и повернулась в его сторону. - Если бы я знала, где ты находишься, то предупредила бы и отправила открытку с датой своего визита. Но тебя оказалось найти сложнее, Лореляй, - блондинка усмехнулась. – Что-то в этот раз ты выбрала дом слишком… бедный. Ведьма усмехнулась, а затем щёлкнула пальцами и свечи в канделябрах вспыхнули, а в камине вновь загорелся огонь. Девушка поправила свои тёмные кудри и вернулась к столу, на котором лежали травы и стояли многочисленные баночки с ингредиентами для зелья. Лорелея была одета в чёрное платье – признак скорби по сестре. Но вместе с тем оно выгодно подчёркивало её бледную кожу и аппетитную грудь, утянутую корсетом. На её плечах была накинута меховая накидка, а руки были в чёрных перчатках. Видимо, по меркам теплокровных, в доме всё же было холодно, вот только Кристина не могла чувствовать температуру. Пока Лореляй была занята своими делами, демоница разглядывала убранство комнаты. На стенах были безвкусные выцветшие от времени обои в какой-то нелепый цветочек, мебель тоже была старой. Казалось, что она рассыпется от одного только взгляда на неё. Это было слишком нетипично для ведьмы из их клана. - Тебя он послал? – спросила Лореляй, растирая травы в ступке. Она старательно делала вид, что не наблюдает за своей гостьей, но украдкой всё же поглядывала на неё. - Обижаешь. Господин не знает, где я, - светловолосая демоница усмехнулась и подошла к старому зеркалу. Она поправила причёску, а затем подрисовала алой помадой губы и послала воздушный поцелуй своему отражению. А затем развернулась и посмотрела на ведьму, что всё это время следила за ней. - Ты позволила мне войти. Неужели не боялась? А если бы у меня был приказ убить тебя? Колдунья продолжила хранить безмолвие. Ей не было что ответить на это. Не говорить же, что она доверяет демону, пусть в каких отношениях они бы и не находились. Кристина подошла вплотную к девушке и прикоснулась к её руке. Она вдохнула аромат, что исходил от её кожи, и прикрыла глаза. На её губах играла мечтательная улыбка. - Сколько бы ни прошло лет, а меня всё ещё сводит с ума запах твоей крови. Позволишь? Блондинка обнажила клыки и склонилась к шее, желая укусить, но ведьма весьма проворно вывернулась из её объятий и отошла к камину. Близость дитя тьмы её очаровывала, но сейчас было нельзя позволить этому произойти. Лорелея покачала головой и посмотрела на подругу. Та была суккубом, а потому весьма умело очаровывала её, этому влечению хотелось поддаться. - Я не вернусь, сейчас точно не смогу. Он убил мою сестру, заставил её страдать… - ведьма сжала руку в кулак. - Но она ведь была предателем, - резонно заметила Кристина. Сердце Лореляй до сих пор терзала боль от одной только мысли, что она больше никогда не увидит свою младшую сестрёнку. Это демоны были равнодушны к семейным узам, с ведьмами дела обстояли иначе. Кристина подошла к девушке и осторожно взяла её за руку, разжимая её. Она не понимала этой скорби, не понимала, почему Лореляй так убивается о сестре, которую в своё время даже ненавидела. Эти чувства ей были недоступны. Но она хотела хоть как-то помочь своей подруге, хотела отвлечь её. - Позволь мне помочь тебе, - прошептала демоница. Её голос был искушающим, манящим. Именно так она завлекала доверчивых жертв заключить с ней контракт, именно с такой улыбкой убивала своих противников и врагов. - Кристина… - девушка замерла, несколько мгновений глядя в глаза демона. Она любовалась этим насыщенно-рубиновым цветом, они завораживали её. – Я не вернусь в Ад, - повторила Лорелея. – Даже не проси. И хотя эти слова заставили подняться раздражение внутри демоницы, но она не прекратила свою игру. А наоборот, нежно провела по шее девушки, скользя ниже, к её декольте. - Я сейчас не об этом, - прошептала она на ухо ведьмы. – Вспомним былые времена? Надеюсь, в этой халупе есть нормальная кровать. Обещаю, тебе понравится. Лореляй вздохнула. Конечно, этот дом нельзя было сравнить с богато украшенным дворцом демонов и её покоями там, но по меркам людей он был весьма неплох. А главное – в нём никто не жил, и её появление не вызвало никаких подозрений. Ведьма до сих пор не была уверена, стоит ли окунуться ей в этот омут страсти, стоит ли поддаться чувствам сейчас? - Прекрасная Лореляй, которая своим пением губила моряков*. Что с тобой сейчас стало? Забудь о своих печалях, доверься мне, как когда-то. Блондинка наклонила голову ведьмы и поцеловала её в губы. Лореляй замерла. Её давно никто не называл этим именем и не вспоминал о той истории. Тогда она была в отчаянии и колдовала на берегу, но, кажется, суеверный народ запомнил её. Более того, они даже придумали свою легенду. Это возвращало её в прошлое, когда она решила взять имя из легенды. Её настоящее имя было утеряно в бесконечном потоке времени, но она об этом не жалела. Ведьма немного запоздало всё же ответила на поцелуй, обнимая Кристину за шею. Погружаться в омут, так с головой. Демоница довольно усмехнулась и прижала девушку к стене. Она явно превосходила её по физической силе, и приходилось себя контролировать, чтобы ненароком не сломать хрупкие запястья девушки. Сила Лореляй была в её заклинаниях, а не в мышцах. Кристина стала уже более напористо её целовать, а её руки приподняли подол платья, сжимая ягодицы. - Так что там по поводу кровати? – жарко прошептала она. Лореляй обняла девушку крепче и перенесла её в спальню, практически сразу же припечатывая к большой двуспальной кровати. Она села на её бёдра и склонилась, нежно целуя любовницу в губы. В этот раз ведьма наслаждалась поцелуем, а мысли о близости с девушкой будоражили её воображение и фантазию. Внизу живота разливалось возбуждение, которое сжимало внутренности в тугой комок. - В этот раз ты решила взять инициативу в свои руки? – усмехнулась демоница. Лореляй взмахнула рукой, и появившаяся из воздуха верёвка перехватила запястья суккуба и привязала их к изголовью. Достаточно медленно, дразня свою пленницу, ведьма сначала сняла накидку, а затем и перчатки. - Тебе понравится, - повторила она фразу подруги, а затем усмехнулась и забралась рукой под платье, поглаживая нежную кожу, поднимаясь по ноге вверх. Кристина только и могла, что жарко вздыхать от этих прикосновений и желать большего. Но зная, как разговоры раздражают Лореляй, она молчала. А то кто знал, в каком настроении была колдунья, она и кляпом могла заткнуть. Девушка лишь только двигала бёдрами на встречу неспешным поглаживанием. Для неё это было сладкой пыткой. Ещё бы, ведь она привыкла, что её господин действовал порывисто, порой нетерпеливо. Но иногда хотелось разнообразия, хотелось почувствовать ласку и нежность, которую могла подарить лишь девушка. Конечно, это не значит, что её повелитель был лишь груб. Нет, ей безумно нравился секс с ним. Но она никогда не была против других экспериментов. Для демонов не было значения, с кем делить постель, им более важны эмоции, которые испытывались при этом. С ведьмами же всё обстояло иначе. И тем приятнее было совратить тогда ещё молодую и неопытную колдунью, показать ей новые грани отношений. Суккуб живёт сексуальной энергией, которая питает её, даёт силы. А потому Кристина была весьма искусна в постели, ей не составляло труда совратить, кого угодно, будь то праведник или падший ангел. - Может, ты перейдёшь к более активным действиям? – не выдержав, спросила Кристина. Она поёрзала под девушкой, намекая на то, что ей уже не терпелось получить наслаждение. - Какая ты нетерпеливая, - хмыкнула ведьма. Платье ей мешало, а потому девушка щёлкнула пальцами и оно исчезло. Теперь Кристина лежала перед ней полностью обнажённой. - Хэй, это платье подарил мне господин! – возмутилась демоница, чем вызвала лишь только ухмылку на губах Лореляй. Упругая грудь блондинки вздымалась от каждого вздоха, и это заводило Лореляй, она наклонилась и поцеловала её, а затем прикусила бусинку соска. А затем поцелуями стала спускаться ниже, к животу. Ведьма резко развела ноги Кристины и та вскрикнула, но эта грубость, граничащая с нежностью её сильнее возбуждало. Лорелея припала губами к её промежности, лаская её языком и Кристина, не сдерживая стонов, подавалась навстречу ласкам. Её запястья уже были красными от того, как сильно верёвка в них впивалась, и это приносило дискомфорт, но он мерк на фоне получаемого удовольствия, наоборот, прибавлял остроты. Щелчок – и верёвки по желанию колдуньи исчезли, Кристина наконец-то могла сжать волосы ведьмы в порыве удовольствия. Не смотря на то, что у приближённой Раума было много как любовников, так и любовниц, но Лореляй она доверяла больше всего. Она была её первой девушкой, той, кто по-настоящему понравился. Кристина почувствовала, как её накрыл оргазм, как её мышцы сводит приятной судорогой и отпустила волосы любовницы, расслабилась на кровати. Это было чертовски приятно. Несколько мгновений она лежала без сил, а затем приподнялась на локтях и поцеловала ведьму в губы. - Ты шикарна, - усмехнулась она. - Надеюсь, ты выполнишь своё обещание? Лореляй приподнялась и начала самостоятельно расшнуровывать ленты на своём платье. Её руки подрагивали, а дыхание было тяжёлым. Она была возбуждена, и Кристина это прекрасно чувствовала. Демоница села позади темноволосой ведьмы, развратно разведя ноги, и поцеловала её в основание шеи, при этом убрав волосы. Затем провела ладонями по плечам, спустилась ниже, к рукам и поднесла их к своему лицу, запечатлевая поцелуи на запястьях. Особо не торопясь, суккуб начала избавлять свою любовницу от одежды, сначала платье, затем корсет и юбка, дальше – нательная белоснежная рубашка и наконец на пол полетели панталоны. Кристина обняла девушку за талию одной рукой, а второй стала ласкать девушку между ног. Когда ведьма окончательно расслабилась, суккуб прокусила кожу на шее, наслаждаясь её кровью и вместе с тем набираясь сил. - Ты обещала так не делать, - возмутилась девушка, но запоздало. Её реакция была медлительной, она тонула в прикосновениях и ласках суккуба. - Трудно удержаться, - усмехнулась Кристина. Её ласки стали более резкими, и вскоре Лореляй позабыла обо всём, отдаваясь страсти. Лишь только по истечению нескольких часов девушки смогли в полной мере насладиться друг другом. Никуда не хотелось ни идти, ни что-либо делать. Такое умиротворение редко наступало. - Пожалуйста, вернись к нам, - тихо сказала Кристина и поцеловала девушку в щеку, внимательно следя за её реакцией. – Хотя бы подумай об этом. - Хорошо, я подумаю. То, что сделал господин… Мне не так просто это забыть. Мне нужно время. - Только смотри, чтобы не было слишком поздно. Кристина поднялась, совершенно не смущаясь своей наготы, и прошла в ванную, а через пару минут Лореляй поднялась и прошла следом. Ноги ещё плохо слушались после бурной ночи, но ей этого на самом деле не хватало. Ведьма прекрасно понимала, зачем её подруга пришла. Но пока что она не могла вернуться обратно, только не сейчас.

***

- Мой господин, - Кристина присела перед мужчиной в реверансе. Раум сидел за столом в своём кабинете и задумчиво разглядывал принесённый подчинёнными свиток. Но стоило его любовнице появиться, как он сразу же отложил все дела. - Я нашла её, как Вы и просили. Лорелея что-то скрывает, она не дала мне прочесть свои мысли, как обычно. Возможно, Вы были правы, и она затевает против Вас заговор. Пусть ведьма и была её близкой подругой, но отношения с господином были для неё дороже. А ради него она готова была убить любого. - Лорелея-Лореляй… Что же ты так? Ты посмела меня предать? Мужчина сжал руку в кулак. Этой ведьме он доверял, но, видимо, всё же не стоило. То, что он раньше делил с ней постель, затуманило его разум, и теперь он это отчётливо видел. И это его невероятно злило. - Иди ко мне, - позвал он девушку и та с готовностью села на его колени. – Ты молодец. Раум поцеловал свою любовницу в губы, а затем его рука скользнула под подол её юбки. Он чувствовал силу, что исходила от неё, знал, что та была с этой ведьмой. Но для них это было нормально, удовлетворять свои потребности с кем-то другим, получать от этого необходимую подпитку. Главное, чтобы Кристина оставалась верной ему. А эта девушка, в отличие от ведьмы, не могла ничего скрыть от него, что ему безумно нравилось. - Ты моя, навсегда, - сказал он, укладывая блондинку на стол и нависая над ней. - Вы властелин моего тела и сердца, до скончания веков, - прошептала Кристина, млея от его прикосновений.

***

На город уже давно опустился полог ночи, но двое мужчин только сейчас вышли из своего убежища. Им приходилось действовать предельно осторожно, чтобы никто их не заметил и не раскрыл. Юноша, что на вид был более юным и хрупким, чем его спутник, держал мужчину под руку, направлял его. Складывалось впечатление, что блондин слеп. Практически так и было, Эрик почти ничего не видел и пару раз чуть не врезался в столбы с газовыми лампами. Алан же на порядок лучше него ориентировался в темноте. Поверх их обычной одежды были накинуты чёрные плащи с высоким воротом, что позволяло не только укрыться от промозглых порывов ветра, но и частично скрыть своё лицо. Вместе они подошли к одной неприметной лавке. Оглянувшись, Хамфриз никого не увидел на улице. Он выбил стекло в двери локтем и довольно проворно открыл замок. Над дверью приветливо зазвонил колокольчик, и оба жнеца переглянулись. Ещё не хватало, чтобы кто-то сейчас спустился посмотреть, что же происходит на первом этаже лавки. Помещение было небольшим, на витринах лежали новые оправы, монокли и просто разные стёкла в очки. Алан сразу же начал искать подходящие им очки, перебирая десятки ненужных оправ. Наконец-то он нашёл одни и сразу же вручил их Эрику, вскоре нашлись и подходящие для него. Конечно, это не могло стать заменой их очков – зрение у жнецов было другим, нежели у людей. Но на первое время им должно было хватить, тем более, что оказаться в бою полностью слепым никому из жнецов не хотелось, это был их самый ужасный сон. Правда такие очки могли ещё только больше посадить и без того плохое зрение ангелов смерти. Вот только особого выбора у них не было. Эрик обнял за плечи своего мужа и достал из кармана записку. «Найдите демона по имени Нибрас, он вам поможет» - было выведено красивым женским почерком. Даже среди демонов были те, кто выступал против нынешней политики Ада. И им стоило этим воспользоваться. *Лореле́й, в более современной транскрипции Лореля́й (нем. Loreley или Lorelei) — овеянная романтическими легендами скала на восточном берегу Рейна, близ городка Санкт-Гоарсхаузен. Расположена в самом узком месте русла на территории Германии. Брентано переосмыслил Лорелей как одну из дев Рейна, которые прекрасным пением заманивали мореплавателей на скалы, словно сирены вдревнегреческой мифологии. Сильное течение и скалистый берег этого отрезка Рейна действительно создавали в старину все условия для частых кораблекрушений. Созданный Брентано миф о Лорелей получил множество художественных воплощений. Наиболее известно написанное в 1824 году стихотворение Генриха Гейне (нем. «Ich weiß nicht, was soll es bedeuten…»), которое перевёл на русский язык Александр Блок.