Неожиданное счастье

Хамфриз подошёл к демону и присел рядом с ним на кровать. Та немедленно отозвалась скрипом старых пружин и тяжёлым стоном раненого юноши. Ангел смерти осторожно прикоснулся ко лбу демона, но тот лишь дёрнулся и попытался отползти. Он ещё помнил, как этот самый жнец ранил его, помнил холод в голосе и глазах. — Не трогайте меня, — прошептал демонёнок. На его глазах выступили слёзы от пронзившей тело боли. Кровотечение остановилось, но ткани до сих пор восстановились не полностью. — Чем же вы лучше нас? Когда так пытаете, убиваете… Вы ещё хуже демонов! Эти слова больно вонзились в сознание, разбередили старательно залатанные мысли, которые всё это время не давали покоя. Алан резко одёрнул руку и посмотрел на демона. Тот был прав. Кем они стали? Ангел смерти поднялся и подошёл к дальней стене. Эти слова до сих пор звучали в его голове, заставляли мысли циркулировать по кругу. — Эрик, что с нами стало? Хамфриз посмотрел на юношу, что сжался на кровати и тихо стонал от боли. Его регенерация проходила весьма плохо и тяжело, тем более что ранен он был косой смерти. Теперь, когда прошло время, навалилось тяжёлое осознание того, что они совершили. Это ведь был ребёнок, чуть старше их сына. У него наверняка тоже есть родители. Конечно, это был демон, но вместе с тем такая уж большая пропасть между ними? Слингби отставил в сторону старую, потрескавшуюся чашку и заинтересованно посмотрел на супруга. У него самого на душе было неспокойно. Ему и раньше доводилось убивать, как демонов, так и жнецов во время последнего нападения на Департамент. Но ещё никогда ему не было так паршиво от того, что он убил кого-то. Скорее его пугал не сам акт убийства, а то, с какой жестокостью и хладнокровием он это сделал. И сейчас супруг озвучил те мысли, которые сам мужчина пытался затолкать как можно дальше, глубже в закоулки своего сознания. — Чем мы отличаемся от них? Это же ребёнок… — Алан, не нужно, — сказал Эрик и сжал руку жнеца. — Не думай об этом. — Это не мы. Мы бы никогда раньше… Нужно было успокоиться, взять эмоции под контроль. Хамфриз сделал глубокий вдох. Эрик был прав. Своими сожалениями они уже ничего не изменят. Время невозможно обратить, оно всегда будет бежать лишь вперёд. Все эти события оставят на них свой отпечаток, глубокую кровоточащую рану. То, что они стали отступниками заставляло их меняться, становиться другими. — Тот демон не пощадил бы нас, — пытаясь убедить в первую очередь себя, произнёс Слингби. — И я сделаю всё, чтобы спасти тебя. Скольких бы не пришлось убить. Хотелось избавиться от этого неприятного осадка, выбросить из головы. Но как бы он не старался, мысли всё равно возвращали его к сжавшемуся на брусчатке демону, который даже защищаться не мог. Всё верно, он забирал души вне контракта, и встреться они, когда Эрик был при исполнении, то демон бы непременно его атаковал бы. Неприятно было лишь то, что жнец чувствовал — он сам, незаметно для себя опустился на тот же самый уровень, готов был пытать ради того, чтобы добыть информацию. Когда произошли эти метаморфозы и почему он ничего не заметил, не заметил, как стал таким? — Что мы будем делать? — спросил мужчина, бросая взгляд на Алана. Им нужно было уходить. Вскоре их кто-то непременно найдёт, жнецы или демоны — исход был в равной степени неблагоприятный. Но у них на руках был раненный молодой демон, и это весьма утрудняло передвижение. Бросить его? Собственно, он ведь должен был скоро очухаться, рана была не смертельной. Будет болеть ещё какое-то время, но скоро затянется. Слингби лишь нужно было подтверждение, что его мысли совпадают с суждениями мужа, что тот разделяет его план. Алан лишь неопределённо пожал плечами. Хотел бы он сам знать, что делать дальше. — Подождём до утра, а там дальше будет видно. Слабая надежда, что всё образуется, ещё теплилась внутри. Им нужна была помощь. — Нам нужно найти ту ведьму, — сказал Эрик и прикоснулся к кольцу на руке супруга, которое когда-то принадлежало той колдунье, что они спасли. — Это ещё невероятнее, чем найти Нибраса, — покачал головой Алан, от чего та мгновенно отозвалась болью. Тело терзала тупая боль, пока ещё призрачная, но он знал — скоро она вернётся. Юноша отстранился и вытащил из кармана железную продолговатую коробочку. Открыв её, он извлёк ампулу и шприц. При этом его руки мелко дрожали, и стоило неимоверных усилий не выронить лекарство. — Эрик, пожалуйста. Слингби мгновение смотрел на супруга, а затем забрал у него ампулу, разломал её и набрал наркотическое лекарство в шприц. Он знал, что последние полмесяца, а то и больше Алан был зависим от морфия, постоянно увеличивая дозу. И если бы не его неспособность самостоятельно сделать себе укол, мужчина бы никогда и не узнал правду. Но сейчас жнец понимал — другого выбора не было. С каждым днём боли становились сильнее, невыносимые, приступы скручивали хрупкое тело по несколько раз на дню. И Эрик закрывал глаза на зависимость мужа, помогал ему раздобыть лекарство и делал уколы, помогал, чем только мог. Усадив напарника в кресло, Эрик наклонился и сжал руку. Не было нужды искать вену, она и так выделялась на фоне прозрачной кожи. Следов от прошлых инъекций не было — помогала регенерация жнецов. Сделав глубокий вдох, Слингби проткнул иголкой вену и ввёл наркотик. Он чувствовал, как постепенно расслабилось тело мужа, как тот перестал тяжело дышать. — Я за продуктами и лекарством. Сможешь побыть сам немного? — тихо спросил мужчина. Алан открыл затуманенные морфием глаза и внимательно посмотрел на супруга. А затем кивнул. Боль постепенно притуплялась, не исчезала, но она ощущалась словно через толстый слой воды. Эрик наклонился и торопливо поцеловал юношу в губы, а затем телепортировался. Стоило остаться без присмотра, жнец резко поднялся. Из-за действия наркотика в его крови движения стали более резкими, словно у хищника. Алан подошёл к демону и присел рядом, оглядывая его. Несколько мгновений он смотрел прямо в его алые глаза. — Ты поможешь мне, а я помогу тебе. Кровь жнеца ведь может помочь тебе восстановиться, — тихо сказал Алан и усмехнулся. От неожиданности парнишка приподнялся на локте, теперь он смотрел на жнеца иначе. — А взамен что? — настороженно поинтересовался парень. Подобные перепады настроения его настораживали. То ранят, то помогают лечить. Неправильные эти отступники. Совсем не правильные. — Мне нужна твоя кровь. Улыбка на губах Алана стала шире. Юный демон лишь сглотнул. Ему показалось, или в зелёно-жёлтых глазах он видел алый оттенок? Неожиданно рука Хамфриза больно сжала его волосы и заставила голову запрокинуться. — Скажи где твой кровный отец, и я помогу тебе сбежать, Ксафан. Глаза парня расширились, он испуганно смотрел на жнеца. Вот только жнеца ли? Теперь он отчётливо видел изменившиеся черты его лица, даже тембр голоса стал другим. Ещё бы демон не узнал его. — Велиар… Губы ангела смерти растянулись в несвойственной ему усмешке. А затем юноша почувствовал, как его горла коснулся холод косы смерти. Вместе с кровью, тот, кто стоял за этим жнецом, кукловод, скрытый в тени, получал и необходимую ему информацию. И Ксафан совершенно не мог сопротивляться тому, кто был сильнее.

***

Все несколько последних дней Уильям был раздражённым. И хотя ничто не прорывалось за маску ледяного спокойствия, но Грелль, который жил с ним, это прекрасно видел. Их начальник был в досаде. Почему за прошедшие три дня они так и не сдвинулись с мёртвой точки в поиске пропавших сотрудников? Конечно, нужно было отдать должное Эрику и Алану — они могли превосходно уйти от погони и затаиться, но не когда же они их искали друзья! Только за прошедшее утро Спирс успел назначить три штрафа, два сверхурочных и довести секретаршу до слёз. Они катастрофически не успевали. Со дня на день придётся признать, что их лучшие сотрудники стали отступниками, и тогда их уже было не спасти. Дверь в его кабинет решительно открылась, и на пороге застыл Грелль, невероятно бледный. На его щеке была кровь, но, казалось, он даже этого не замечал. Значит, только вернулся с покоса. — Надеюсь, ты с хорошими новостями… — начал Уильям, но не договорил. — Рональд исчез. Из своей палаты, под присмотром врачей… Он не мог уйти сам! Уильям знал об этом, утром ему уже доложили. Он был и в его палате, и опрашивал медперсонал, но это не дало никаких результатов. На его стол легла жёлтая папка с анамнезом, какие-то выписки с приборов, заключения врачей… сверху лежал отчёт главного врача. Ещё утром ему не удалось её получить, видимо Грелль постарался. Спирс быстро всё это просмотрел, а затем раздражённо выругался. Всё его самообладание трещало по швам. Сначала Эрик и Алан, затем Рональд… Всё это походило на какой-то страшный сон. Телефон на столе ожил, и мужчина механически поднял трубку. — Спирс, ко мне. Немедленно. Этот голос было невозможно не узнать. Оуэн Флеминг, его непосредственный начальник. И судя по тону его голоса, это был приговор. Уильям положил трубку, в которой всё ещё слышались гудки, и посмотрел на Грелля. Впервые юноша увидел растерянность на лице всегда идеального супруга. А значит, можно было ожидать худшего. — Я люблю тебя, — прошептал Сатклифф, чтобы хоть как-то приободрить супруга. Но его собственный голос дрожал. Грелль понимал, что это значит. И боялся допустить хотя бы мысль, предположение о том, что будет ждать Уильяма на верхнем этаже. Аловолосый жнец обнял начальника и мягко поцеловал его в губы. Уильям Ти Спирс собирался с силами, надевал маску, которая выдержала бы любой разговор, любой исход. Отстранив Грелля, он телепортировался в кабинет к начальнику. Флеминг сидел за столом и выглядел мрачнее тучи. Невольно начальник Третьего отдела почувствовал себя в этом кабинете неуютно. И отчётливо понял, что сейчас ему потребуется вся его выдержка и силы. Мужчина так и источал скрытую угрозу, что-то произошло, и это как-то касалось не столько Уильяма, сколько его отдела. — Я смотрю, вы стоите горой за своих сотрудников, мистер Ти Спирс. Голос Оуэна был холодный, в нём чувствовалась досада и разочарование. И за этим явно последует нечто не особо приятное. — К чему Вы ведёте, мистер Флеминг? — Прошло уже больше трёх суток, а вы так и не смогли найти своих подчинённых. Что наталкивает на мысль о том, что вы их покрываете. Двое ваших жнецов стали отступниками, но почему-то на моём столе до сих пор нет ни одного отчёта или рапорта об этом происшествии. Вы намеренно тормозите следствие? И до меня дошла информация, что ещё один ваш подчинённый исчез прямиком из медчасти. Что же происходит с вашими сотрудниками, мистер Ти Спирс? Внешне Спирс оставался равнодушным. Но для него это было словно пощёчина. Начальство в нём сомневалось. Конечно этому были веские основания, но вместе с тем это значительно усугубляло их положение. — Если бы я знал их местоположение, то непременно бы сказал об этом. У меня есть все основания полагать, что их исчезновение дело рук демонов. Я знаю Хамфриза и Слингби, они бы никогда не стали сотрудничать с ними. Смею Вам напомнить — мистера Хамфриза демоны подвергли пыткам. Но Уильям видел — решение уже принято. Вопрос был в том, насколько глобальными будут последствия для них. Он действительно тормозил основное расследование, не давал выйти на Эрика и Алана раньше них самих. — Вы отстранены от расследования, мистер Ти Спирс. И мы весьма сомневаемся в правомерности Ваших действий, так что в ближайшее время в вашем отделе будет внеплановая проверка. Мой вам совет — готовьтесь. В свете последних событий проверять будут тщательно. Можете быть свободны. Мужчина кивнул и вышел из кабинета. В свете последних событий, по меньшей мере нерационально было устраивать комплексную проверку, когда столько кадров было потеряно, а они сами были в состоянии войны. Но начальству об этом не стоило говорить. Что-то затевалось, и не так просто его отстранили от поиска пропавших коллег. Это означало лишь одно — их собирались уничтожить как предателей, отступников. Уильям чувствовал — ему нужно было найти их, предупредить, помочь… даже если на кону была его должность. Они были его друзьями, близкими, и бросить их просто так мужчина не мог. Вот только как найти тех, кто не хотел быть обнаруженным? Всё складывалось как нельзя паршиво.

***

— Говорили же мне, когда я был маленьким демонёнком: «веди себя плохо, никогда не придерживайся правил, иначе попадутся тебе жнецы на пути…» Вот, пожалуйста. Неужели я был настолько хорошим? — причитал юноша, пока они шли по улице. У этих самых жнецов уже голова болела от его разговоров. И они честно не знали, что лучше — демон при смерти, или слишком болтливый подросток. — Будь добр, замолчи, — попросил Алан. Наутро когда демон более-менее пришёл в себя, его заставили с помощью демонических способностей найти ведьму, которая им когда-то помогла. И вот теперь они шли в её убежище, надеясь, что она, в самом деле, сможет им помочь. Кажется, колдунья тоже выступала против нынешней власти в Аду. Их время уходило, а они всё ещё не приблизились к разгадке как же им проникнуть в Ад и найти нужного демона. Разве что с помощью этого мелкого, но тот и так был слишком запуган. Впрочем, это не мешало ему действовать отступникам на нервы. Они раздумывали, что слишком жестоко с ним поступили? Это уже забылось, желание прикончить его вновь играло в крови. И это было далеко не оборот речи. Эрик с трудом сдерживался от того, чтобы не призвать свою косу смерти и не разрубить его на две части. Это желание пульсировало в висках вместе с кровью, а руки то и дело сжимались в кулаки. Чтобы они ещё хоть когда-то сотрудничали с демонами и вообще демоническим отродьем… — Пришли, — достаточно жизнерадостно сказал демон, надеясь, что его сейчас отпустят. Не тут-то было — сильная рука Эрика схватила его за ворот плаща и потащила за собой в дом. Старый, покосившийся от времени, пустые оконные рамы были заколочены досками, которые не пропускали солнечный свет. То, что нужно для временного убежища отступников. Ветер так и продувал это одноэтажное здание, и казалось ещё один слишком сильный порыв и он завалится, словно карточный домик и погребёт и их заодно под обломками. Алан поморщился от неприятной саднящей боли в груди. Кажется, действие морфия проходило. Их уже ждали, а иначе как ещё объяснить то, что в воздухе помимо запаха трав витал приятный аромат еды? Кроме всего прочего жнецам для поддержания их сил необходима была еда, а у них нормально поесть в последние дни совершенно не получалось. Учитывая, что они наверняка уже были объявлены в розыск, им приходилось постоянно скрываться. Им навстречу вышла ведьма в простом чёрном платье. Её тёмные волосы были собраны и подколоты шпильками. Она ни капли не была удивлена их появлению. Девушка подошла к ним и посмотрела на демона. — Не знала, что вы начали сотрудничать с демонами. Его уже разыскивают, — сказала Лорелея и прикоснулась к плечу юноши. Тот прищурился, стараясь запомнить лицо предателя. — Не так быстро, дорогой. Она прикоснулась к его щеке поцелуем, и тот прикрыл глаза. Когда колдунья отстранилась, он так и остался стоять. А затем словно завороженный повернулся и исчез. Жнецы лишь наблюдали за этим, но не вмешивались. — Я стёрла ему память. Идёмте, завтрак готов. Колдунья провела их в столовую. Здесь не так чувствовалось заброшенность как у входа, пыль относительно была убрана, стол накрыт. Жнецы почувствовали голод, который скрутил внутренности. Так что некоторое время они даже не говорили, вместо этого наслаждались едой, которую приготовила ведьма. Правда, они даже не знали её имени. Но их этот факт не особо смущал. У них была общая цель — остановить всё это, прекратить войну прежде, чем она начнётся. И лишь только наевшись вдоволь, они могли наконец начать разговор. — Как твоё имя? — спросил Эрик. — Это не имеет особого значения. Куда важнее этого разобраться, как вы собрались разбираться с Раумом. Девушка поднялась и прикоснулась рукой ко лбу Алана, проверяя его температуру. Юноша буквально горел, и лишь только взгляд в его глаза дал ей понять, как он всё ещё терпит это. Она мягко прикоснулась к его разуму, считывая общую информацию о его состоянии. И как не посмотри, а картина вырисовывалась не из приятных. Ему оставалось считанные дни, прежде чем демон его окончательно погубит. — Твоё кольцо не особо помогло, — сказал Эрик, наблюдая за действиями Лорелей. — Как это понимать? — Есть магия, которая сильнее моей. Если амулет не подействовал — значит, я бессильна. Лорелея отошла к столу и налила в обычный стакан зелье, которое протянула жнецу. Эрик посмотрел на неё с недоверием. — Оно лишь притупит боль. И куда более эффективнее наркотика. Увы, больше я ничего не могу сделать. Он всегда был сильным демоном. Алан взял стакан и залпом выпил жидкость, морщась от горького вкуса. Он откинулся на спинку пыльного стула, чувствуя навалившуюся усталость. Юноша облизал пересохшие губы. На некоторое время он потерялся в этой боли. Зелье тоже действовало не сразу. — Какая тебе выгода нам помогать? — спросил Эрик. Он подсел к Алану ближе, убирая с его лба чёлку, приобнимая за плечи. Как же мужчине хотелось помочь избавить его от боли, от страданий. — Раум убил мою сестру. Это месть. Ведьмы сильнее ценят родственные связи, нежели демоны. Даже если мы сотрудничаем с Адом. Он должен поплатиться за то, что сделал. Лишь только мысли о мести придавали ей сил, не давали сломаться. Она шла против своего лучшего друга, соратника, господина. И помимо чувства тяжести предательства колдунья ощущала облегчение. Ей никогда в полной мере не освободиться, он будет крепко держать её. Но раз он всё ещё не наведался к ней, означало ли это, что демон не догадывался о её роли в заговоре против него? Хотелось в это верить. — Я его чувствую, — сказал Хамфриз, всё ещё сидя с закрытыми глазами. — Вижу, где он находится. Он всё ещё зовёт меня, призывает прийти. Я ему нужен. — И мы этим воспользуемся, — сказала колдунья. — Но это ловушка, — возразил Слингби. Совсем не хотелось добровольно идти на смерть. Но и медлить особо нельзя было. — Возможно, не стоит так опрометчиво соваться к нему? — Вам не застать его врасплох, он хорошо подготовлен. Но, как и любого другого демона у Раума есть своё слабое место. Я помогу вам его убить. Ксафан принесёт вам оружие, которое может убить даже такого сильного демона. — А что ты хочешь взамен? — поинтересовался Эрик. Ничто никогда не делается запросто так. Ведьмы не предлагают смертоносное оружие, чтобы уничтожить демона, не помогают жнецам. Она преследует свою цель. Слингби казалось, что они оказались лишь пешками в игре куда значительнее и серьёзнее, чем они могли себе представить. — Не промахнитесь и убейте его наверняка. Но не выдавайте, что это я вам помогала. Никто об этом не должен знать. На мгновение Эрик замер, а затем кивнул, соглашаясь на такие условия. Он прижимал к себе мужа, который, кажется, наконец-то смог уснуть и его не терзала боль.

***

Пробуждение было длительным. Всё тело словно было налито свинцом, не было сил даже открыть глаза. Юноша мог лишь беспомощно биться в клетке своего тела, пытаясь найти выход. Вновь обрести над ним контроль. Светловолосая девушка зашла в комнату и недовольно покачала головой. Тот уже должен был проснуться. Она села на край кровати и провела пальцем по его щеке, спускаясь ниже, к шее, провела по выступающим ключицам. А затем наклонилась и прикусила мочку уха. Он ей совсем не нравился в бессознательном состоянии. — Проснись, — прошептала она и мягко поцеловала его в губы. Ответа Кристина не получила, и тем не менее это помогло сознанию ухватиться за этот образ. Юноша открыл глаза. Ему требовалось некоторое время чтобы прийти в себя. В комнате была приятная полутьма, но стоило ему сесть, как Кристина взмахнула рукой, и свечи вокруг вспыхнули, освещая спальню. Юноша зажмурился, прикрыл глаза рукой. Комната была в тёмно-алых оттенках, окон не было, но вместо этого стояли десятки канделябров со свечами. Широкая двуспальная кровать, на которой он лежал, была застелена чёрным бархатным покрывалом, по обе стороны стояло два прикроватных столика. Большой шкаф из тёмного дерева был украшен искусной резьбой, такой же узор украшал и двери. Возле одной из стен стоял дубовый стол, на нём были набросаны многочисленные книги и исписанные листы бумаги. Парень перевёл взгляд на девушку, что сидела рядом с ним. Перед глазами всё слегка плыло, даже если он смотрел на предметы с близи. Её светлые волосы кудрями ниспадали на плечи, овальное лицо, кожа была бледной, особенно в свете свечей. Алые губы улыбались, а в зелёных глазах была игривость. Взгляд опустился ниже, девушка была в алом платье с глубоким декольте. Сам же юноша был обнажённым, насколько он мог судить по своим ощущениям. Этот факт его почему-то ни капли не смутил. Блондинка терпеливо ждала, пока тот придёт в себя и закончит её рассматривать. Хотя она была не против, что тот любовался её грудью. — Наконец-то ты очнулся, — улыбнулась Кристина и тут же вовлекла его в длительный поцелуй. — Что… произошло? Он пытался напрячь память, но вместо этого в ней был какой-то туман. Юноша не помнил ни своего имени, ни того, почему ему было так трудно просыпаться. Он прикоснулся рукой к своей груди, которая всё ещё болела при каждом вдохе. Его ранили? — Ронни, ты ничего не помнишь? — удивилась девушка. Она перебралась к нему на колени и обеспокоенно посмотрела в его лицо. Рональд покачал головой. Ни одного воспоминания, ничто не могло вызвать даже малейших ассоциаций. И это заставляло просыпаться тревогу. Демонесса хорошо играла свою роль, и юноша ей поверил. — Видимо ты действительно сильно ударился головой при падении. Поднимайся, у нас ещё много дел. Эти жнецы ранили тебя и бросили истекать кровью в Лондоне. Пора бы им отомстить. Но для начала оденься, — прошептала она ему на ухо и провела рукой по его обнажённой груди. Словно заведённая кукла, Рональд поднялся и подошёл к шкафу. Его ничуть не смущала ни его нагота, ни то, что сейчас девушка пристально на него смотрела. Его не волновало то, что сейчас он находился в Аду и что зрение у него было хуже обычного. Юноша воспринимал это как в порядке вещей, для него это было нормально. Благодаря вмешательству Раума он не замечал то, что сам отличается от демонов. Украденный жнец был чистой книгой, на которой высший демон переписывал заново всю его историю, все воспоминания. Рон ощущал себя демоном, хотя таким не являлся. Переодевание не заняло слишком много времени. Юноша надел кожаные брюки, высокие ботинки со шнуровкой, красную рубашку и кожаную куртку. То, что предпочитали носить демоны. Он зачесал светлые волосы назад и посмотрел на своё отражение — зелёные с жёлтым глаза смотрели на него. Рональд усмехнулся и обернулся к девушке. — Детка, ты готова? Девушка легко скользнула с кровати и подошла к блондину, обняла его и повисла на плече, тоже любуясь их отражением. — Мы с тобой прекрасно смотримся вместе, — мягко сказала она. — Идём, тебе нужно забрать своё оружие. Демонесса мягко увлекла парня за собой, на нижний ярус, где подвела его к каменному столу. Странно, что по дороге им никто из демонов не встретился. Так и было задумано Раумом. Она взяла Рона за руку и полоснула по ладони специальным ножом. Алые капли проступили по краям, собрались вместе, а затем упали на чёрный клинок. Соприкасаясь с демонической сталью, кровь жнеца шипела, противилась. — Возьми его, — прошептала Кристина на ухо парня. Тот на мгновение замешкался, а затем сжал окровавленной рукой рукоятку. Сначала сталь обожгла кожу, словно оружие было раскалённым, но затем клинок подчинился воле своего нового господина. Кристина ожидала, что же будет дальше, ей было интересно, можно ли было подчинить воле жнеца их оружие? Конечно, это могло и убить парня. Но к счастью этого не произошло. — Теперь можно и в Лондон, — усмехнулся Рон. Он не знал, что стал марионеткой в руках демонов, что на самом деле он был жнецом. Кристина взмахнула рукой, преображая платье на облегающий фигуру костюм. А затем она обняла Рональда за талию и вместе с ним перенеслась в город. Блондин вдохнул полной грудью воздух, прислушиваясь к своим ощущением. Внутри него клокотала злость, желание причинить боль, заставить с кровью врагов вернуться и его воспоминаниям, что забрали жнецы. И пусть это были не его эмоции, чужие, чужеродные, но он воспринимал это как свои. Ему хотелось пролить кровь. Демонический клинок удобно лежал в его руке, он сжимал его, чувствуя, что тот теперь является его неотъемлемой частью. Демонесса наблюдала за ним с улыбкой. Это была его проверка, способ узнать, насколько их власть над этим жнецом была сильна. Девушка подошла к Ноксу и обняла его со спины. — Они близко, — прошептала она и потёрлась щекой о его плечо. — Чего ты хочешь? — Мести. Кристина удовлетворённо усмехнулась. Юноша расслабил руку, позволяя оружию исчезнуть, и бесшумно двинулся в ту сторону, где находились жнецы. Он притаился у стены, прижался к ней спиной, наблюдая за их работой. Теперь ангелы смерти даже на покосы ходили вместе, в виду увеличившихся нападений во время работы. И не зря, нужно сказать. Юноша наблюдал за их деятельностью с интересом. Один из жнецов насторожился и поднял голову. Он посмотрел прямиком в ту сторону, где стоял юноша. Рон, почувствовав этот взгляд, отстранился от стены и чуть склонил голову на бок, прислушиваясь к остальным своим чувствам. На зрение уж никак нельзя было полагаться. — Джек… — ангел смерти позвал своего напарника и сделал шаг назад. Что-то на уровне подсознания пугало его. Было нечто такое во взгляде коллеги, что заставляло его отступать. Пронзительный, заглядывающий в самую душу, разрывающий изнутри. Что-то явно было не так. — Рон? — позвал его бывший коллега из отдела. Смутные сомнения начали проявляться. Юноша изменился. Не был похож на себя обычного. Рональд усмехнулся, а в следующий момент телепортировался прямо перед жнецом и вонзил в него демонический меч. Он придерживал его, не давал мгновенно рухнуть. Блондин видел страх в глазах бывшего коллеги, которого не помнил, видел непонимание и страх. Наблюдал, как жизнь покидает тело. Нокс посмотрел на напарника уже убитого жнеца и резко дёрнул мечом. Он отбросил задыхающегося от боли и крови мужчину на брусчатку, а сам подскочил ко второму. Тот выставил перед собой косу, пытался отразить атаку. Удар, выпад вперёд, шаг назад, ещё один. Рональд наслаждался этим сражением, он словно танцевал, сжимая новое оружие в руке. Жнец отступился о труп и упал на него, попытался отползти в сторону. Нокс навис над ним и прижал к его горлу оружие. — Что ты творишь? — прохрипел Джек. На его горле выступили кровавые капли. Рональд Нокс, жнец с которым они вместе ходили на вечеринки, которого он видел с первых дней в их отделе, тот, кому он нередко помогал, сейчас готов был забрать его жизнь. И мужчина совершенно не понимал, что с ним стало. Юноша ведь исчез прямо из медчасти, испарился, словно его и не было там. Значит его забрали? Это были очередные проделки демонов, или Рональд сам перешёл на их сторону? Завершить логическую цепочку мыслей ему не дали, юноша перерезал ему глотку, чувствуя, как тёплая кровь брызнула ему на лицо, запачкала одежду, волосы. Алая жидкость впитывалась в ткань, юноша чувствовал её металлический запах. Кристина подошла к нему и обняла, слизывая кровь с его щеки. — Ты был неподражаем, — улыбнулась она. Главное чтобы воспоминания не вернулись сейчас. Необходимо было заблокировать ненужные эмоции от убийства коллеги. Кристина прикоснулась рукой к лицу парня и мягко поцеловала его в губы. Её игрушка, жнец, который попал в её власть. Она могла делать с ним всё, что угодно, лишь только не ломать окончательно. Он им ещё был нужен. — Мне понравилось. На губах Рональда появилась улыбка. Теперь уже юноша сам страстно поцеловал блондинку в губы, привлекая её к себе за талию. У него не было памяти о том, кем он был, и считая себя демоном, ему нравилось уничтожать врагов. Его натаскивали на убийства себе подобных, чтобы в нужный момент он стал отличным сторожевым псом. — Как тебе душа, понравилась? — спросил он с усмешкой. Душа ангела смерти была настоящим деликатесом в мире демонов. Не так-то просто их было убить. Но эти оказались слишком слабыми, слишком уязвимыми… Конечно свой эффект возымела неожиданность, они просто не могли поверить, что именно Рон попытается их убить. Руки юноши прошлись по бёдрам блондинки, приподняли кожаную юбку. Демонесса вздохнула, она чувствовала желание. Переспать со жнецом тоже было своеобразным трофеем. И она собиралась его получить.