Неожиданное счастье

Алан поставил сумку и устало посмотрел на убранство их номера. Мало того, что вышла какая-то путаница, и их поселили совершенно в другой отель, так потом ещё оказалось, что им выделили номер с двумя кроватями, а не одной. Эрик это всё окинул хмурым взглядом и пошёл разбираться, но так ничего этим и не добился. Заказ был сделан именно такой, остальные же номера были заняты. Мужчина был уверен – так сказали только потому, что не хотели лишней мороки. Это ведь нужно подготовить другой номер, заполнить кучу бумажек и квитанций. Намного проще сказать, что мест больше нет. - Ну… Всё не так плохо, - натянуто сказал Хамфриз, опускаясь на кровать, которая тут же призывно скрипнула. – Здесь хотя бы нет крыс и мышей, как в Польше. Я надеюсь на это. Хотя увидь парень сейчас грызуна, так точно не удивился бы. Эрик сел рядом с ним и окинул взглядом комнату, что отвели им на двоих. Светло-бежевые обои, одно окно на полстены с полинявшими занавесками некогда жёлтого цвета. Эрик обвёл взглядом их жилище на ближайшие пару дней. Он совсем не этого ожидал, когда соглашался поехать в этот город. - Ладно, давай отправимся для начала в местный Департамент, посмотрим, что у них есть по нашему делу, затем поищем жилище этого… Договорить Алану не дали – Слингби властно прижал его к себе и накрыл губы поцелуем. Вот чего-чего, а работать ему не хотелось, особенно с дороги. Особенно после того, как он чуть не врезал управляющему отелем. Чёртовы люди! Вот нужно же быть настолько мерзкими и принципиальными… Этот номер не прибавлял энтузиазма. Юноша что-то промычал в губы и упёрся руками в грудь мужа – он совершенно не разделял его желания сделать работу потом. Но эти сильные руки, объятия, холодные ладони, которые забирались под одежду… Алан готов был отдаться им. Но всё же рациональное мышление не давало ему полностью окунуться в пучину страсти. Скрепя сердце, Хамфриз отстранился и на всякий случай ещё и отошёл от мужа. - Вечером отдохнём, а сейчас – работа, - напомнил он. Вздыхая и проклиная чувство ответственности мужа, Эрик поплёлся за ним к выходу из отеля. Все доводы были проигнорированы, и пришлось соглашаться идти на работу. А ведь он бы с большей пользой провёл это время сжимая в объятиях мужа под тёплым одеялом. Но вместо этого пришлось телепотироваться в местный Департамент и закапываться в бумажки. Скучная и нудная работа, которую Слингби терпеть не мог. Наконец-то Алан сдался, не вытерпел его постоянных доводов что ему здесь не место, и мужчина ушёл опрашивать коллег умершего. Конечно шанс был невелик, но вдруг кто что знает? Вот только даже разговоры ничего не дали – все или ничего не знали, или удивлялись, когда слышали имена убитых. Но у Эрика складывалось стойкое ощущение, что от него что-то утаивают и скрывают. И до этой тайны он не мог докопаться, как бы не старался. Что же именно скрывалось за показной маской вежливости? Алан тоже чувствовал, что их водят за нос. Словно он был из какой-то проверки свыше, а все старались закопать свои скелеты как можно глубже и оберегали эту тайну. Это раздражало, будило в душе чувства, которые сам Хамфриз не привык испытывать. Раздражение, злость, ненависть. Ему хотелось схватить кого-то из этих сотрудников и хорошенько встряхнуть, чтобы они наконец-то сознались и рассказали правду. Глубокий вдох тоже не помогал, руки дрожали и юноша поднялся на ноги. В таком состоянии нельзя было и дальше работать. А когда за ним зашёл муж и тоже без каких-либо новостей, появилось стойкое желание послать всё к чертям. Куда делась его ответственность? Алан сам чувствовал, что менялся. И сейчас был не против вместо работы отсидеться в номере или куда-то пойти. Это дело было странным. Слишком много неизвестных и переменных, слишком много утаивания правды. Тот отчёт, что они видели, вряд ли можно было назвать полным, в нём не было самых важных деталей. Ведь не могло же такого быть, что до сих пор не было известно, чем именно убили этих жнецов. И от кого ждать нож в спину, от демона или же от жнеца? - Алан, идём, мы заслужили отдых, - тихо сказал Эрик. Он и сам этого желал - оказаться вдали от этого враждебного Департамента. Юноша не мог не согласиться. Нервное напряжение последних недель не отпускало. Оно сидело глубоко внутри него, делало раздражительным. Алан тихо выдохнул и поддавшись порыву, обнял супруга. Может, хоть его крепкие объятия могли подарить мимолётный покой. Алан ненавидел всё. То, что не был нормальным, что его не отпускали кошмары, что он вот-вот умрёт. С этим было трудно мириться, хотелось сбежать от всех проблем и вернуться в то прошлое, где всё было хорошо. Если бы только можно было изменить прошлое… Вот только какой именно момент он хотел бы переписать? Юноша сильнее сжал пальцами ткань пиджака Эрика, вдыхая аромат его тела. Только не сейчас, только не думать об этом… Эти мысли, словно паразиты, не давали отстраниться. - Тише, всё хорошо, - прошептал Слингби севшим голосом. Подобные порывы мужа были редкими, но столь приятными… Но так же мужчина понимал, что Алана что-то терзает. Если бы он только говорил об этом, а не как всегда держал свои проблемы в себе. А если и делился с кем-то, то не с ним, а с Греллем. Неужели супруг настолько не доверял ему? Продолжая обнимать своё сокровище, Эрик повёл его к выходу из здания. - Давай прогуляемся? – предложил юноша. И блондин с удовольствием схватился за эту возможность отвлечь мужа от тяжёлых мыслей. Слишком много было несказанного между ними, и это чувствовалось практически на физическом уровне. Вот только никто не спешил нарушать это безмолвие. Оказаться в новом городе для них было подарком – можно было отвлечься от домашних проблем, позабыть о них на время. Всё готовилось к Рождеству – на каждом углу продавали рождественские украшения, во всех забегаловках было специальное праздничное меню. Даже снег мерно опускался на землю – роскошь, которая им, жителям Альбиона, была практически недоступна. Люди приветливо кивали друг другу, все уже предвкушали праздник и сил на то, чтобы злиться не было. Хотелось подарить своё хорошее настроение каждому, хотя и хмурых лиц на улицах было предостаточно – они провожали радостные парочки завистливым взглядом, раздражённо запускали руки в карманы и шли дальше по своим делам. Эта предпраздничная суета вызывала у Алана лишь раздражение. Ведь он, как никто другой понимал, что это его последнее Рождество. Ноющая боль в груди, что появилась минут двадцать назад, служила хорошим напоминанием. Жнец уже практически привык к ней и не обращал внимания, старался шутить и всячески отвлекаться на болтовню Эрика. Но мыслями был слишком далеко. И старший диспетчер не мог этого не заметить. Они держались на небольшом расстоянии друг от друга, и Слингби стоило неимоверных трудов не обнять мужа за талию. Такие отношения презирались. Люди ещё не были готовы к тому, что все моральные устои, которые им так вбивали родители, учителя, церковь, могли быть так просто нарушены. Нынешнее общество не принимало тех, кто не был с ними похож. А потому приходилось играть по этим правилам, идти на расстоянии друг от друга. Словно они просто друзья, хорошие товарищи. Но никак не любовники, не супруги. Эрик видел, что его возлюбленных находился слишком далеко от этого места, но никакие слова не были способны его отвлечь. Поэтому он и старался хотя бы своими рассказами разбавить эту тянущуюся тишину между ними. Алан лишь задумчиво смотрел перед собой, порой вставляя какие-то слова, якобы выказывая свою заинтересованность. Но всё это было не более чем иллюзия, которую каждый старался поддержать. Словно у них было всё хорошо. Взгляд шатена зацепился за девушку, которая что-то шептала стоящему возле неё молодому человеку. Вроде бы ничего необычного, но отсутствующий взгляд человека и пульсация какой-то смутно знакомой энергии не позволила ему пройти мимо. Оглянувшись по сторонам, жнец быстро подошёл к парочке и взял девушку за руку. - Отпусти его, - прошептал он ей на ухо. Девушка вздрогнула и перевела испуганный взгляд на Хамфриза. Она прекрасно знала, кто перед ней стоит, сомнений быть не могло. От того, что зрительный контакт разорвался, человек растерянно похлопал глазами, а после попятился назад. Эрик подошёл следом, но то, что он видел на лице мужа, ему совершенно не нравилось. - Неужели настоящая ведьма? – хмыкнул мужчина. В отличие от Алана, он сам относился к ним более спокойно. - Так что ты делала с этим смертным? – спросил Хамфриз, наклоняясь к девушке ближе и резко сдёргивая с неё капюшон. Ангел смерти не собирался с ней церемониться. - Послушайте… - жалобно протянула девушка. – Мне просто нужны были деньги. Он бы и не вспомнил, ничего страшного… Пожалуйста, не нужно докладывать обо мне начальству. Скоро ведь Рождество, праздник… Эрик внимательно посмотрел на мужа. Но тот, казалось, совершенно не собирался отпускать её. Мужчина положил руку ему на плечо, чуть сильнее сжимая пальцы. По сути, у них не было таких полномочий, они не могли задержать её, так как не относились к этому филиалу Департамента. Они были просто гости, которые заметили нарушение. Если они сейчас задержат ведьму, то потом уже будет не отделаться от бумажной волокиты. - Ладно уж, иди. Мы тебя не видели, - наконец-то сказал Слингби, в секунды всё решив за Алана. – Но бросай это дело и живи обычной жизнью. Иначе мы придём за тобой, - пообещал жнец. Девушка облегчённо выдохнула и благодарно улыбнулась только когда Алан наконец-то расцепил пальцы. Почему-то этого жнеца она боялась больше всего. Быть может из-за того, что увидела в его глазах столько ненависти и желания убить? - Спасибо, - одними губами прошептала она светловолосому жнецу и, накинув капюшон, скрылась между рядов. Хамфриз понимал, что сейчас его будут ждать долгие расспросы на тему, что это было, а потому лишь отмахнулся. Откуда только было это раздражение? Он резко разжал руку и сделал шумный выдох, но это мало помогло справиться с эмоциями. «Пожалуйста, ничего не говори» - именно это читалось во взгляде шатена. И Эрик кивнул, соглашаясь с этой игрой. Позже он непременно узнает всё, что ему было нужно. Вернувшись в номер, Алан чувствовал странное опустошение. Он ощущал внимательный взгляд жнеца, знал все не заданные вопросы, но отвечать не хотел. Юноша опустился на кровать, вздыхая. Даже эта комната раздражала, хотелось как можно скорее оказаться дома. Поближе к сыну, в родной квартире. Эрик сел рядом, обнимая его за плечи и прикоснулся губами к щеке. Хотелось отвлечь любимого от переживаний, хотя бы не на долго вырвать из этих тягостных дум. Руки скользнули ниже, оглаживая кожу через одежду. Алан тяжело выдохнул и прижался к мужчине, пытаясь отвлечься от навязчивых мыслей. Вот только эти действия больше не могли прогнать жутких видений. Неспешно мужчина избавлял супруга от одежды, целуя оголившиеся участки кожи. И пусть он изучил каждый изгиб, но сейчас — словно познавал его заново. Горячие пальцы прикоснулись к незаживающей ране на руке. Но что удивительно - это действительно помогало, Алан вёл себя более спокойно. Юноша поморщился, но не отстранился. Эта боль помогала помнить, кто он и от чего бежит. Постепенно возбуждение брало верховенство над мыслями. Он обнимал Эрика за шею, выгибаясь от прикосновений. Действительно, стоит хотя бы на время забыть о проблемах, отдаться страсти. Совсем скоро мир сузился лишь до одной комнаты, а значение имели лишь горячие руки и обжигающее дыхание на влажной от пота коже. Уснули они уставшими, но довольными. Их более не смущало ни то, что они спали на маленькой неудобной кровати, или то, что они были полностью обнажены, а дверь не закрывалась на замок. Наконец-то всё было как раньше.

***

Всё ещё чувствуя руки мужа на своих ягодицах, Алан почувствовал и другие прикосновения. Кто-то весьма грубо, но настойчиво тормошил его, что-то говорил. Открывать глаза совершенно не хотелось, ведь сон был таким прекрасным... Сон? Алан резко распахнул глаза, ошарашенно глядя перед собой. В нос ударил затхлый воздух камеры, следующее, что он почувствовал - как по телу пульсирует тупая ноющая боль. - Вставай, принцесса, - услышал он хриплый голос стражника. Это не могло быть просто сном, ведь он же помнил прикосновения супруга, помнил слова, сказанные интимным шепотом. С каждым мгновением воспоминания таяли, словно снег на солнце. Его спасли, он был в больнице, а дальше - провал. Как они оказались в гостинице, почему не дома? Что было с Дэйвом, почему он не помнил его лица? Видимо охраннику надоело смотреть на его ошарашенное лицо, так как он весьма грубо схватил жнеца за лохмотья и заставил стать. Ноги сразу же подкосились, и чтобы не упасть пришлось схватиться за мужчину. Сломанная нога давала о себе знать, и Алан не хотел смотреть вниз, ведь опасался, что от этого зрелища его просто стошнит. Хотя он был бы даже рад избавить свой желудок от той ужасной похлёбки, что ему дали вчера. Он помнил все моменты в тюрьме, но не помнил ничего, что произошло с ним после спасения. Значит это был просто... сон? Пусть так, он был не против вернуться в него. Всё же лучше, чем эта реальность. - Только посмей грохнуться в обморок. Господин тебя ждёт. Он бы хотел малодушно упасть в обморок. Увы, организм восстановился и в ближайшее время сознание не планировало отключаться. Его грубо поволокли прочь из камеры, на встречу с его персональным кошмаром. Статный демон в тёмных одеждах уже ждал его. Алан поднял на него взгляд, но тут же отвёл - за это ведь можно и получить. Лучше уж лежать на сыром полу камеры, чем стоять перед этим изучающим и пронзительным взглядом. Складывалось такое впечатление, что он знал обо всём, и о сне, и о самых потаенных мыслях и желаниях. Это пугало. Мужчина подошёл к пленнику и приподнял голову за подбородок. Пустой и ничего не выражающий взгляд сменился небольшой искоркой жизни. - Это был лишь сон. На самом деле они мертвы, - жестоко сказал демон. - Тебе не выбраться от меня, никогда. Жнец ничего не ответил на это. Зачем он был так нужен демонам? Почему не убили? Мужчина на это лишь усмехнулся, и у Алана не осталось сомнений - он мог читать его мысли. Рука жестоко сжала его волосы на затылке и запрокинула голову. Юноша дёрнулся, но сил сопротивляться не хватало. Он зажмурился, чтобы не видеть расплывчатое пятно вместо лица своего мучителя, но остальные органы чувств работали прекрасно. В камере послышался стук каблуков а после к его щеке нежно прикоснулась горячая рука. Алан открыл глаза. Он видел силуэт девушки с тёмными волосами. Определённо, её образ ему был знаком. Но откуда? - Сделай с ним что-то, - приказал демон. На что та лишь покачала головой. - Ещё рано, он не готов. Сейчас нельзя добавлять кровь жнецов. Это его убьёт. - Плевать. Мне он нужен живым. Мужчина раздражённо выпустил волосы из хватки и отошёл в сторону. Алан лишь апатично наблюдал за всем этим. Только эти сны давали ему стимул жить, а когда он осознавал, что реальность совершенно другая, вся воля к жизни пропадала. Он наблюдал, как демон надрезал своё запястье, как алые капли выступили на бледной коже вокруг пореза, собираясь вместе и каплями падая на грязный пол. Мужчина поднёс запястье к его плотно сжатым губам. - Пей, - приказал демон. Всё повторялось, словно по заученному сценарию. И как бы не пытался юноша сопротивляться, всё было бесполезно – он всё равно так или иначе чувствовал кровь на своём языке. А дальше наступало настоящее безумие. Оно утаскивало его в свои липкие объятия, дарило забвение, где не было дорогих сердцу образов, где мир был чёрным с кровавыми росчерками.

***

Проснулся Эрик в одиночестве. Алана рядом с ним не было, и это настораживало, в душе рождались зачатки страха, которые с каждой секундой становились всё более серьёзными. Где его супруг, почему его нет в номере? Его похитили, или же он сам ушёл? Мысли не давали покоя. Ведь только он подумал, что у них всё хорошо, только расслабился, и тут на тебе. Это раздражало. Неужели у них никогда не может быть нормальной жизни? Слингби спешно оделся и выскочил на улицу, даже не представляя, где может быть его супруг. Ведь не мог же он уйти далеко? Глупец, как он только мог уснуть, почему проспал и даже не заметил, как самый важный для него жнец исчез? Эти полчаса поисков казались мужчине самыми длинными в его жизни. Словно кто-то заморозил его плёнку жизни, заставлял её протекать в разы медленнее. Мужчина не обращал внимания на холодный и пронзительный ветер, снег, который тот бросал ему в лицо. Когда он увидел знакомую фигуру, то сердце забилось сильнее. Жив. Это было главным, и Эрик, не раздумывая, бросился к нему. Он хотел его обнять, узнать, что же это собственно было и куда тот исчез. Но все слова так и застряли в горле, когда жнец рассмотрел мужа ближе. - Алан... - тихо выдохнул он, отказываясь верить. Лицо юноши было перепачкано в крови, отсутствующий взгляд смотрел сквозь него. Хамфриз сжимал косу смерти, а с неё на тёмный снег падали капли крови. Мужчина опустил взгляд вниз и шумно выдохнул - у их ног лежал демон. Это чувствовалось по резкому запаху, на который он не обратил внимания ещё несколько секунд назад. Зловонная кровь впитывалась в землю, а широко раскрытые глаза смотрели в небо. Всё ещё опасаясь, Эрик осторожно опустился на колени и приподнял руку трупа, желая лучше рассмотреть её. Чёрная пентаграмма чётко выделялась на бледной коже. Контрактник. Узнай кто-то из начальства, и им всем было бы весьма плохо. Это грозило бы если и не разрушить перемирие между демонами и ними, то расшатать так точно. - Выходи, - приказал жнец, резко оборачиваясь. И как это он только раньше её не заметил? Девушка скинула капюшон чёрного плаща и подошла к жнецам. Её взгляд задержался на шатене и она вздохнула. Эрик не мог не узнать эту ведьму, ведь только днём они её отпустили. Может, не стоило тогда этого делать? - Это твоих рук дело? - спросил Эрик, надеясь, что найдёт разгадку всего этого. - Нет. Все одна фраза разрушила всё. Ведьма тем временем не спеша подошла к парню и провела ладонью по его щеке, растирая кровь. Странно, но эти действия заставили жнеца прийти в себя. Он испуганно посмотрел на девушку, а после заметил Эрика и побледнел ещё больше. Во рту отчётливо чувствовался привкус крови, и сомнений не было - это случилось вновь, он снова потерял контроль. А теперь ещё и Эрик знал об этом. Алан так долго пытался сохранять всё это в тайне, но, видимо, это всё же должно было произойти рано или поздно. Голова раскалывалась от боли и юноша еле сдерживался, чтобы не застонать в голос. Что на этот раз он натворил? - Всё в порядке, - сказал Слингби, подходя ближе. Ему совершенно не нравилось, что эта ведьма стояла рядом с его мужем. Поэтому он постарался как можно скорее заявить права на него и обнял, закрывая его своей спиной. - Нужен он мне, - хмыкнула девушка. - Это просто так не остановить. Это будет повторяться из раза в раз. Слова звучали слишком жестоко, не оставляли и лучика надежды. Ведьма взяла руку Алана, но почти сразу же отпустила. На большом пальце левой руки призрачным светом поблескивало кольцо из лунного камня. - Надеюсь, это поможет, - тихо сказала девушка. - Мы сражаемся на одной стороне, - её голос дрогнул. - Просто помните, что я вам не враг. И под испытующий взгляд Эрика она набросила капюшон и отошла от них. Её глаза горели решительностью, а боль от воспоминаний не давала покоя. Слингби так и стоял, не в силах понять, что же это только что было. Он запутался, не знал что происходит. Но в его объятиях стоял тот, кто сейчас нуждался в поддержке. Мужчина сильнее обнял мужа, обещая себе больше никуда его не отпускать. - Мы справимся, - тихо сказал он. Неизвестно, говорил он это Алану или же самому себе. Хотелось верить в эти слова. - Прости, - еле слышно выдохнул Алан. Шок от произошедшего постепенно проходил, а слишком реальный кошмар наоборот, чётко стоял перед глазами. Он не хотел жить в мире, где не было Эрика, где все близкие ему люди мертвы. Пусть даже это всё было не более, чем сном, юноша не хотел просыпаться. Это его мир, реальность, а остальное уже не важно.

***

Большой тёмный зал освещался огнями сотен свечей. Дубовый стол с резными ножками в виде грифонов был уставлен разными яствами, как человеческой так и демонской кухни. Возле запечённого фазана на тарелке лежали человеческие сердца, рядом - глаза, которые, казалось, всё ещё смотрят на всех с ужасом. Ещё чуть дальше - блюдо с фруктами и графин с тёмной кровью. Во главе стола сидел мужчина, развлекающийся с двумя демоницами. Они всячески пытались его ублажить, задобрить. Их руки скользили по подтянутому торсу, опускались ниже, к паху, поглаживая и дразня. Дверь резко открылась и в помещение вошла девушка в коротком облегающем красном платье с шлейфом из тёмной ткани. Мужчина заметил её и усмехнулся, а после поднял бокал и поднёс его к своим губам, не отводя взгляда от девушки. - Лорелея, - он позволил себе насмешливый кивок головы в знак приветствия. - Что привело тебя в мои скромные владенья? - Как ты посмел? - она нависла над ним, а её руки подрагивали от подавляемой ярости. - Посмел что? - мужчина отставил кубок, расслаблено откидываясь на спинку кресла с обивкой из фиолетового бархата. - Это была моя сестра. - Она была предателем. А ты прекрасно знаешь, как я поступаю с теми, кто предаёт моё доверие. Лорелея, надеюсь, ты более осмотрительна, нежели твоя сестра и не сделаешь той же ошибки, - демон притянул её за талию к себе, целуя в щеку. - Пошёл к ангелу, - выругалась она. - Так бы отымел тебя на этом столе, - пошептал он на ухо. - Моя прекрасная ведьма. Лорелея выпуталась из этих объятий, стараясь не наслать на него проклятие прямо сейчас. Слишком опрометчиво. - Как продвигается наш план? - спросил он, глядя на девушку. - Понемногу, - отрезала ведьма, не желая распространяться на эту тему. По привычке она хотела прикоснуться к кольцу на пальце, но потом вспомнила, что сама же его отдала. - Я жду от тебя хороших результатов. Останешься? - демон лукаво посмотрел на Лорелею. - Воздержусь. Как же это было глупо, врываться сейчас сюда. Нельзя было действовать на эмоциях, иначе он всё поймёт. Девушка взяла себя в руки и, более не говоря и слова, покинула зал. Ей хотелось мести, и мужчина прекрасно это видел в её глазах. Молодая ведьма, ещё ничего не понимает – мысленно хмыкнул он.