Неожиданное счастье

Возвращение домой было приятным. Эта командировка стала слишком выматывающей, не было ощущения того, что они хоть немного отдохнули. Наоборот, расследование оказалось намного более сложным, нежели их обычные дела по сбору душ. Дома же их ждали. Первым делом они обняли сына. Пусть и прошло всего несколько дней, но казалось, что прошла минимум вечность. И ребенок тоже скучал, это чувствовалось в его крепких объятиях. А еще он переживал всё это время. Это проявилось в его тихом вопросе Эрику, когда второй отец ушёл в душ. - С папой всё хорошо? Слингби замер. Разве мог он сказать сыну о том, что произошло в том городе? О своём страхе, когда увидел мужа, а у его ног мёртвого демона. Липкий страх всё ещё сковывал его от одной только мысли о том, что кто-то узнает. - Да, всё хорошо, - ответил он и натянуто улыбнулся. Эту фальшь Дэйв почувствовал и нахмурился. - Ты что-то недоговариваешь, - сказал мальчик и отвернулся. - Вы никогда мне ничего не говорите. В его душе разыгралась обида. Он, что, маленький ребёнок, что от него всё скрывали? Так было нечестно. Дэйв видел, что Эрику тяжело, а Алан вёл себя как-то странно. Неужели ему стало хуже? Неужели скоро... Мальчик резко развернулся и убежал в другую комнату. Эта догадка пугала его, ему не хотелось возвращаться к тому кошмару, где у него был только один отец. За те дни, что родители были в командировке, ему было одиноко, и Дэйв надеялся, что когда они вернутся, то это чувство рассеется. Но этого не произошло. В коридоре он столкнулся с Аланом. Жнец как раз вышел из ванной, чувствуя облегчение. Они дома, можно было и расслабиться. То, что с сыном что-то не так, он почувствовал сразу. Юноша наклонился и заглянул ему в глаза, пытаясь в них прочесть, что же тревожит ребёнка. Дэйв сразу же отвернулся. Он не хотел, чтобы отец видел его переживания. - Скучал? - попытался отвлечь ребёнка от мыслей Алан. - Откуда синяк? Опять подрался в школе? – юноша приподнял голову сына за подбородок, разглядывая травму. Мальчик промолчал и отвёл взгляд в сторону. Это подтвердило догадки Хамфриза. Значит, стоило наведаться в школу и узнать, что же там происходит. - Пап, с тобой всё хорошо? - задал он вопрос, который в данный момент волновал его больше всего. Жнец на мгновение замер, а после кивнул. С ним всё было хорошо - это та мантра, которую он повторял последние сутки. Почти удалось убедить себя, но осуждение во взгляде мужа всё ещё не давало покоя. Мысли до сих пор было сложно собрать в кучу, а воспоминаний не было. Наоборот, Алан помнил лишь тот кошмар, что ему приснился. В какой же момент он вышел из отеля и как нашёл того демона? Если подобное повторится - ему придётся писать заявление и уходить с должности. Юноша прикоснулся к кольцу – он не помнил, откуда оно появилось и странным образом что-то не давало ему его снять. Что же именно произошло и что он не помнил? - Дэйв, поможешь мне приготовить ужин? Возможно это поможет отвлечься и собраться с мыслями. У Дэйва, по сути не было выбора, и он поплёлся за отцом на кухню. Сам бы он с удовольствием бы сейчас заперся в своей комнате. Но даже там не было спокойствия, ведь там засел Элиот.

***

- Эрик, можно с тобой поговорить? Мужчина посмотрел на своего отца и кивнул. Почему бы и нет? А разбор вещей можно было оставить и на потом. Дерек сел рядом и посмотрел на сына. - Ты не был бы так строг к матери. Вот предчувствовал же, что не просто так отец к нему заглянул. Эрик постарался не показать своего раздражения, а лишь только кивнул. Но потом резко изменил точку зрения. Почему это он должен подстраиваться под мнение других и соглашаться со всем? Мужчина был зол на мать, ту, которая не помогла ему в трудный момент. - И почему же, интересно? – спросил он, скрестив руки на груди. - У нас с Самантой дело дошло до развода. Ты не знал? Да, он не знал. Эрик замер на месте, пытаясь осознать слова отца. Как это? Его родители всегда были образцом влюблённости, сколько бы десятилетий не прошло. И тут развод? - Но почему? Обычно так спрашивают маленькие дети. Почему вы разошлись? Эрик впервые за долгие годы почувствовал себя ребёнком, который не понимал, что происходит с его родителями. Это было невозможно. Буквально на его глазах сейчас рушились все идеалы, что у него были с детства. - Понимаешь… - Дерек тяжело вздохнул. И вот как объяснить сыну сложившуюся ситуацию? – В жизни каждой супружеской пары наступают такие моменты, когда они теряют взаимопонимание. Кто-то изменяет, кто-то не может примириться с этим… В нашем случае мы с Самантой изменяли друг другу. Да, было такое. Зато теперь всё вернулось в норму. Нагулялись, так сказать. Если для старшего Слингби это было пустяком, то для его сына это было совершенно иначе. Как разрушить всё, во что он верил за несколько секунд? Его отец прекрасно показал этот опыт. Чтобы двое людей, которые любят друг друга, изменяли? Это звучало подло, не укладывалось в голове. - Значит, вы хотели разводиться? – решил уточнить жнец, чтобы не затягивать эту паузу. - Твоё письмо пришло как раз когда мы уже жили по отдельности. Я не пытаюсь оправдываться, мы действительно поступили в отношении тебя плохо. Не так делают родители. Но этот разрыв подкосил нас обоих. Всё же мы уже привыкли жить вместе, изучили привычки каждого, и это вошло в нашу жизнь. Как-то сложно теперь без этого. Дерек положил руку на плечо сына и сжал пальцы. Тот растерянно кивнул. Вроде бы Эрик был взрослым, всё же уже разменял первое столетие, но вот такие неожиданные тайны семьи стали для него неожиданностью. Он был дезориентирован, не знал, что сказать. Значит, мать такая из-за того, что сама недавно пережила потерю супруга, пусть и временную? Было трудно поверить, что таким образом она пыталась уберечь его от страданий. Но если он сам уже не представлял жизнь без своего мужа? Как ему быть, если он был совершенно не готов отпускать его, хотел пробыть с ним до самого конца? - Я понял, спасибо, отец, - сказал Эрик наконец-то. Нужно было закончить этот разговор прежде, чем это вылилось в философские обсуждения жизни. А старшему Слингби видимо очень сильно хотелось поучить уму-разуму старшего сына. Мужчина кивнул и поднялся. Кажется, то, что он хотел донести до своего ребёнка было услышано. Дерек совершенно не хотел, чтобы сын повторял его ошибки. - Кстати, не забывай, что и о своей женитьбе мы узнали постфактумом, и не от тебя, а от коллег. И пусть в этом не было ни обиды ни горечи, но Эрику стало неприятно. Действительно, он ведь тоже был в какой-то мере виноват перед родителями. - Простите. Обещаю, больше такого не повторится. Хотелось бы в это верить. Мужчина хотел сказать что-то ещё, но так и не решился. В их семье как-то не были приняты объятия и подобные демонстрации нежности. Хотя сейчас ему хотелось обнять сына, показать тем самым свою поддержку и то, что он всё ещё заботится об Эрике. Но возможность уже была упущена, и Дерек тряхнул головой. Нечего было сожалеть.

***

Самый ожидаемый праздник зимы наконец-то постучался и в их дома. Стены были украшены гирляндой, в гостиной стояла большая ёлка. Её пушистые ветви украшали разноцветные шарики и фигурки из стекла, свечи. Убранством дома занимались всей семьёй, хотя и споров было неимоверно много. В воздухе помимо запаха ели витали ещё соблазняющие ароматы выпечки и запечённого гуся. Эрик, вооружившись ножами и терпением, вместе с матерью готовил праздничный ужин, а его супруг в это время в кабинете разбирался с отчётами и сводками. Хотелось закрыть все дела до Рождества и уйти на законные выходные. Это был первый год, когда он не работал в последние дни декабря. В их доме наконец-то исчезли ненависть и ссоры. Алан не знал, о чём говорил его супруг с матерью на протяжении двух часов, но после этого её отношение к нему самому немного изменилось. Неужели Слингби смог переубедить женщину? Но и сам мужчина стал лучше понимать свою семью. Это было заметно по их общению, правда осуждать их он так и не перестал. Ближе к вечеру с делами было покончено, и Хамфриз устало откинулся на спинку кресла. За последние дни ему стало хуже. Каждый вздох сопровождался тягучей болью. Она резко появлялась и так же неожиданно исчезала. Это было неправильно. Сколько они читали об этой болезни, сколько узнавали, но об этом не было и слова. Конечно, каждый случай был уникальным, но обычно у больных было в запасе несколько лет, у него же, по самым радужным прогнозам - не больше полугода. Алан никому об этом не говорил. Не хотел, чтобы это испортило праздник. - Алан, нужна твоя помощь. Юноша поднял голову и посмотрел на отца Эрика. С этим мужчиной они довольно быстро нашли общий язык. "Пожалуйста, хотя бы один день, всего один, без приступов" - мысленно молил он. Кого именно молил - Бога, Смерть или ещё кого-то, не важно, лишь бы только помогло. Но все эти силы оставались безмолвными и глухими к его просьбам. Когда стало особо невыносимо, жнец заперся в спальне и дрожащими руками достал шприц, пристально глядя на него. Последний раз? Хотя это было не более, чем обман - Алан понимал, что становиться зависимым. Но морфий помогал притупить боль хотя бы на время. Вошедший в комнату Эрик замер на пороге. В несколько шагов он преодолел разделяющее их расстояние и схватил мужа за руку, отводя её в сторону. Алан поднял голову и виновато посмотрел. Мужчина всё понимал без слов, и это терзало его. Эрик опустил голову. В последнее время он всё реже видел улыбку на лице парня, и всё чаще чувствовал, что тот старается отдалиться от него, когда становилось особенно больно и невыносимо. Слингби искал, но так и не смог ничего найти, ни одной зацепки, что давала бы гарантию хотя бы на пятьдесят процентов. Оставалась лишь одна ненадёжная легенда, соломинка, за которую он столь отчаянно хватался. - Алан, я обязательно... Видеть страдания мужа было невыносимо. И Эрик решился пойти на преступление, всё, что угодно лишь бы спасти его жизнь. Он не мог и дальше смотреть, как его любимый увядает с каждым новым днём и бездействовать. Юноша словно почитал мысли и покачал головой. - Даже не смей, - сказал он. - О чём ты? - попытался свернуть от ответа Эрик. Хамфриз же не мог знать... - Тысяча невинных душ, верно? Я видел твои записи. Слингби чуть не задохнулся от возмужания. Как он только посмел рыться а его вещах? Ведь это был реальный шанс, пусть и такой ценой. Пусть даже сказка, но если это поможет… - Это не шип смерти. И даже если эта легенда правда, она мне не поможет. Эрик, не бери на себя грех, не нужно, - Алан крепко сжал предплечья мужа и внимательно смотрел в его глаза. - Тогда что это? Откуда у тебя такая уверенность? - Тот демон, у которого я был в плену... Я почти на сто процентов уверен, что это его проделки. Поэтому успокойся пожалуйста. Мужчина вздохнул. Если это правда... Но у него ещё были сомнения. Может, Алан говорит это специально? - Ты мне не веришь, - утвердительно сказал парень. Он видел это выражение на лице других, да и за столько лет совместной жизни научился чувствовать жнеца, понимать его. - Шип смерти может быть на начальной стадии до нескольких лет, так? У меня предпоследняя стадия, слишком резкий и быстрый переход. Всё ещё есть сомнения? Эрик, пожалуйста, пообещай мне, что не будешь делать глупостей. А я обязательно разберусь с этим. Но сам Алан не верил в это. Проклятие это или что-то ещё, юноша не знал. И он уже не надеялся, что его отпустили просто так. - Сегодня праздник, давай насладимся им, - наконец-то сдался Эрик и обнял мужа. Оказавшись прижатым к груди любимого, Алан наконец-то почувствовал себя защищённым. И это чувство поддержки и понимания он ни за что не отпустит. Они так и стояли, позабыв о времени, что неумолимо бежало вперёд и проблемах, что сыпались на их головы словно снег.

***

Праздник впервые за несколько лет был действительно семейным. Дэйв смотрел на свою семью, неожиданно появившихся бабушку, дедушку и дядю и не мог нарадоваться. Все беды и печали отходили на задний план, растворялись в мерцании свеч. Неспешные разговоры взрослых, ожидание открытия подарков – хотя до утра ещё было слишком много времени и счастливые улыбки на лицах отцов дарили чувство успокоения и счастья. Младший Хамфриз старался запомнить каждое мгновение этого дня, словно предчувствуя, что больше такой день не повторится. Он мог сколько угодно молить Смерть о том, чтобы она пощадила их семью, чтобы несчастья обошли их стороной, но ребёнок слишком рано успел разочароваться в высших силах. Ближе к десяти вечера старшее поколение Слингби откланялось и отправилось на прогулку старым Лондоном. Элиот тоже отправился повидаться со своими друзьями, благо телепортация позволяла отправиться в любой уголок мира без особых трудностей. На эту ночь обычно снимали ограничения, и перемещения не фиксировались так строго, как обычно. Молодая семья же вместе с сыном переместились в дом Уильяма и Грелля. Они практически не опоздали, не считая того, что там уже собрались все, включая Рональда. Юноша о чём-то беседовал с Викторией, и к этой парочке то и дело направлялись строгие взгляды Уильяма. Не хватало ещё, чтобы Рон флиртовал и с ней, как это он проделывал со всеми жнецами женского пола. Практически всеми. - Вы пришли! – радушно улыбнулся Грелль, по очереди обнимая всех гостей. – Дэйв, кажется, ты подрос, или нет? Сатклифф был одет в приталенное тёмно-алое платье, а на плечах покоилась новая меховая накидка – явно подарок Уильяма. Сам же Спирс тоже был одет неофициально – в светлые брюки, чёрную рубашку, галстук отсутствовал, и непривычно для строго начальника несколько верхних пуговиц было расстёгнуто. Пиджак покоился на спинке стула, позабытый всеми. Эрик последовал примеру друга и тоже отправил верхнюю одежду на покой и остался в тёплом свитере молочных тонов. - Как посидели? – спросил Уильям, глядя на Эрика и предлагая ему бокал бренди. Тот не отказался и принял напиток. Алан тем временем помогал Греллю и попутно что-то обсуждал с ним. С этой работой и ставшим традиционным предрождественским авралом, у них совершенно не было времени спокойно пообщаться. Впервые за долгое время Эрик мог расслабиться и позабыть о проблемах. Он лениво посмотрел на друга, пару мгновений раздумывая над ответом. Выпитый алкоголь уже начал своё действие, заставляя мысли лениво перетекать в голове. - На удивление отлично. Я даже позабыл, что мои родители могут устраивать семейные праздники. А вы здесь как? - Не считая истерики Виктории замечательно. Это не дочь, а какое-то наказание. - Переходной период, друг, - сочувственно похлопал Уильяма по плечу мужчина. А ведь им тоже придётся пережить подобное, когда Дэйв подрастёт. - И где вы там застряли? Все вас уже ждут, - позвал Грелль, грозно глядя на мужчин. Спирс подошёл к аловолосому жнецу и обнял его за талию, глядя на собравшихся. Близкие ему люди, его семья. Раздался звонок и Грелль поспешил высвободиться из объятий мужа и пойти открывать. Алан непонимающе посмотрел на начальника. Они ждали ещё кого-то? - А вот и он, - с улыбкой сказал Сатклифф, входя вместе с явно смущающимся Джеймсом. Эрик только присвистнул, глядя на своего стажёра. А он здесь оказался? Более того, как это Спирс согласился пустить ещё кого-то в свой уютный мир? Уильям был не из тех людей, кто просто так подпускает кого-то к себе. Даже к Ноксу он относился с некой прохладой, хотя в последнее время это уже выражалось не так ярко. Всё же Рональд работал у них не первый год, и уже успел зарекомендовать себя пусть немного ветреным в отношениях жнецом, но и достаточно надёжным и преданным. А Эллингтон? Но одного взгляда на Грелля хватило, чтобы понять, кто именно настоял на его присутствии. И раз уже Уильям тоже согласился… - Счастливого Рождества, - первым сказал Алан, с лёгкой улыбкой кивая стажёру. - Кто будет малдвайн*? Это Рождество дарило уют и тепло, именно то, чего жнецам так долго не хватало, и к чему они так отчаянно стремились. *Малдвайн, то есть есть мulled wine, — английский вариант глинтвейна. Продается только перед Рождеством, в отличие от русского — редко бывает с фруктами, но существенно более пряный.