Перекрёстки жизни

      — Ну что, давай присоединимся к остальным. В конце концов, им тоже есть что сказать, — проговорил блондин, обнимая девушку, что только кивнула, не желая отстраняться от парня, который до сих пор казался ей лишь каким-то приятным сном.       — Скажи, что это правда, — прошептала девушка, слушая биение сердца блондина, который как-то недоуменно взглянул на неё.       — Что правда? — проговорил Минато, не понимая слов брюнетки.       — Что все реально, а не мой сон, — обнимая его ещё крепче, шептала она, улыбаясь, как маленький ребенок. Давно она не была так счастлива, не испытывала бурю положительных эмоций. Сейчас ей снова хотелось жить, хотелось обнять весь мир, хотя последнее она могла сделать только с Минато, который и находился в её крепких объятиях.       — Это не сон, — спокойно, с приятной улыбкой на лице проговорил Минато, отстраняясь от девушки. Он был счастлив, что теперь они снова вместе, что вся недоговоренность, все секреты и тайны остались в прошлом. Сейчас, когда он обнимал её, когда она стояла здесь, смотря на него тем же взглядом, что и в ту ночь, он понимал, насколько же она дорога ему. Что никто больше не сможет заменить её. Хватило каких-то пару слов, и он был готов уехать с ней хоть на край света, лишь бы она была счастлива.       — Я хотела заехать к своему отцу, мне стоит кое-что ему сказать перед тем, как все окончательно закончится, — уверенно произнесла девушка, в глазах которой читалась твердость и даже злость, что редко удавалось увидеть блондину.       Она должна была наконец-то выяснить всё между своей семьей. Объяснить свои поступки, которые она натворит чуть позже. Ей хотелось сказать все, что накопилось за её жизнь. Всё, что она натерпелась от отца: ту обиду, которую он смог оставить в её сердце; боль, которой тоже есть место. Она хотела в последний раз взглянуть ему в глаза и наконец-то перечеркнуть всё, что их связывало. Она давно мечтала поступить именно так, но не могла. Но сейчас всё стало возможным. Все цепи, державшие её, исчезли, и она могла свободно дышать.       — Тогда стоит отправляться, мне бы о многом хотелось с тобой поговорить, — направляясь в сторону выхода, мягко проговорил он, в своей любимой манере слегка наклоняя голову вбок. Брюнетка лишь кивнула и взяла его теплую руку, сплетая их пальцы. Он придавал ей уверенности, смелости, которой она никогда не обладала ещё с самого детства. Теперь, когда они вместе, когда их судьбы переплелись снова, она больше не оставит его и не позволит ему исчезнуть.       — Ха-ха, какая сладкая парочка. Раздражает, — тихо прошипела последние слова Харуно, присаживаясь на лавочку, что стояла неподалёку, дожидаясь брюнета, который должен был явиться с минуты на минуту.       Конечно, ей хотелось увидеть фееричное столкновение Саске и любовника Хинаты, но тому не суждено было сбыться. Она мечтала увидеть, как все, что связывало брюнетку с Учихой, превратится в прах, а её мечты быть с Саске станут такой же реальностью. Мечты, мечты... и так мало стремления для их реализации. Что нужно человеку, чтобы его заветная мечта сбылась? Только стремление, чего у Харуно было в достатке. Ради своей цели она была готова перешагивать через людей, подставлять, обманывать, если на то была причина. Ей было несложно разрушить чужую жизнь для своего блага. Она уже давно научилась делать подобное, и первой, кто испытала это, была Хината. Размышляя о чем-то своём, она не заметила присутствия брюнета, что уже как пять минут наблюдал за отстраненной по виду Сакурой.       — Саске? Ты опоздал, они уже уехали, — вяло произнесла девушка, закидывая ногу на ногу, при этом гневно смотря на обладателя ониксовых глаз. Ей было обидно, что он опоздал всего лишь на каких-то пять минут.       — Значит, они уже уехали. Что ж, я предполагал, что он вернется, но не думал, что они будут действовать сообща, — присаживаясь рядом с розоволосой, которая даже не понимала, о чем шла речь, спокойно произнес Саске.       — О ком ты говоришь? — не понимая брюнета, недоуменно проговорила девушка.       — Он сюда приехал не один, а с её друзьями. Они меня ещё в день нашей церемонии раздражали своим присутствием, но сейчас они перешли границу, — прошипел Учиха, вспоминая тот день, когда брюнетка принадлежала лишь ему.       — Тебе-то что? Главное, чтобы они не мешались, — пожав плечами, проговорила Сакура.       — Вот именно — не мешались. Так эти букашки подливают масло в огонь, — со злостью в голосе произнес брюнет, доставая из кармана телефон, набирая знакомый номер, прослушивая гудки.       — И что же тебе понадобилось, братик? — раздался на том конце довольно игривый, будто с издевкой, голос, от которого у брюнета по телу пробежались мурашки.       — Как ты и предполагал, Намикадзе вернулся в город, но на этот раз не один, — запуская другую руку в волосы иссиня-черного цвета, устало проговорил брюнет, понимая, что придется выслушать выговор своего старшего брата на этот счёт ещё немало раз. Данная ситуация ему самому была не по душе, но предпринимать что-то необдуманно не хотелось.       — У меня для тебя ещё более худшая новость. Давай в офис, чтобы через полчаса был у меня.       После этих слов Учиха скинул трубку, позволяя лишь младшему брату беспрекословно подчиниться тому. Убрав мобильник обратно в карман, Саске, не замечая при этом присутствия девушки, что лишь краем уха слышала разговор двух братьев, направился к выходу, оставляя Сакуру одну. Ему не хотелось видеть сейчас брата, который уже до тошноты ему надоел, но, увы, сейчас было не такое положение, когда можно было выбирать или ставить условия. Желание вернуть брюнетку было огромным, но ничего он поделать пока не мог. Единственное, что ему оставалось, — это лишь слушать указания брата, чтобы ещё раз не наделать ошибок.       POV Хината       Я наконец-то решилась на такой отважный шаг. Для меня, конечно, он казался отважным. После стольких лет взглянуть ему в глаза и сказать наконец-то всё, что я думаю о нем, было выше моих возможностей. Но, после того как Минато снова вернулся ко мне, я была готова пойти на что угодно. Моё прошлое, что крепко удерживало меня, было связано с моей семьей. Именно отец и этот глупый договор стали моими оковами. Но теперь всё изменится.       Когда мы подъехали к особняку, меня охватила дрожь, которая по накатанной нарастала, отчего мне было сложно дышать. Я и не ожидала от себя другой реакции на предстоящий разговор, но побороть себя просто обязана. Рука, что легла на моё плечо, успокоила меня, придавая мне сил и уверенности в себе.       — Если не хочешь, не стоит заставлять себя, — проговорил Минато, смотря на меня своими изумрудно-синими глазами. В такие вот моменты мне было плевать на страх, какое-то нелепое волнение, а вот решимости во мне было хоть отбавляй.       — Нет! Кажется, я уже решила для себя всё. Но я хочу, чтобы ты пошел со мной, — произнесла я, считая правильным данное решение. Я просто хотела, чтобы отец наконец-то понял, что я по-настоящему счастлива и не хочу быть как-то связана с Учихой и этим договором. Но лишь Минато смог бы быть моим доказательством того, что я изменилась.       — Ну, если ты так хочешь, то я согласен. Я ведь даже с твоей семьей не познакомился, хотя, думаю, это было к лучшему, — улыбнувшись, проговорил он, нежно целуя мою руку, при этом не отводя от меня взгляда.       Когда он делал что-то подобное, я начинала краснеть, как какой-то подросток на первом свидании. Улыбнувшись ему в ответ, я вышла из машины. На улице уже потихоньку темнело, и лишь последние лучи солнца одаривали всех своим теплом. Когда я снова почувствовала его теплую руку, мы вместе направились в особняк. Сколько времени прошло? Как давно я не была здесь? Не гуляла по нашему красивому саду, что всегда, в любое время года, был просто восхитительным? Воспоминания дали о себе знать в первую же минуту моего пребывания здесь. Я уже стала забывать, как выглядит наш дом, каким же красивым он был.       — Здравствуйте, Хината-сама, — не успели мы и подойти к двери, как нас тут же встретил Ко, мой самый верный друг, поддерживающий меня в минуты моей слабости. Я никогда не забуду его доброты, какой он одаривал меня. Его улыбка до сих пор грела моё сердце и заставляла дарить такую же теплую улыбку. — Как давно Вы здесь не были. Я очень рад Вас видеть, — произнес он, осматривая меня. Как и раньше, в его глазах играла искорка доброты и любви.       — Я тоже очень рада тебя видеть, но мне нужно увидеться с отцом, — уже сразу перешла к делу я, желая поскорее со всем покончить и вздохнуть с облегчением, избавляясь от камня, тянувшего меня вниз.       — Хиаши-сама сейчас не в лучшем настроении, но, я думаю, от разговора с Вами он не откажется, — проговорил Ко, после чего пропустил нас в дом.       Когда мы оказались внутри, я была весьма удивлена тем, что ничего не изменилось. Хотя глупо было предполагать, что отец затеет какой-нибудь ремонт, но все слишком было пропитано воспоминаниями, и от этого становилось дурно. Все было настолько родным, знакомым, что, казалось, будто я и не уезжала. Ко, что отошел ненадолго узнать, примет ли меня отец, тут же вернулся уже с худшим настроением, ведь все легко можно было прочитать в его глазах.       — Хината-сама, он готов принять Вас, но, думаю, гость, что пришел с Вами, подождет в гостиной, — проговорил Ко, по-доброму смотря на Минато, который, лишь кивнув, присел на диван, говоря тем самым, чтобы я отправлялась одна.       Я не хотела идти туда без какой-либо поддержки, но, видимо, не оставалось другого выбора. Когда я оказалась возле кабинета отца, стало ещё хуже, но я уже все решила для себя и, набрав полную грудь воздуха, открыла дверь, заходя в злосчастный кабинет, где многое напоминало о неприятном прошлом.       — Я удивлён тем, что ты приехала ко мне, — снова этот грубый, пропитанный ненавистью голос раздавался в огромном кабинете, где, кажется, происходило все самое ужасное в моей жизни.       — Я не просто так пришла к тебе, отец. Мне есть о чем с тобой поговорить и многое что сказать, — уверенно начала я, говоря без единой запинки, что, скорее всего, смогло удивить моего отца, который всегда считал меня мягкотельной.       Я давно не стояла так перед ним, смотря на его спину, при этом не видя этих глаз, которые всегда выражали злобу. Да и не желала я видеть сейчас его эмоций — это было выше меня. Просто хотелось разрешить всё здесь и сейчас и покинуть этот мир, который все время затягивал меня в свою пучину. Должен же быть конец этой тирании, и я должна наконец-то почувствовать жизнь.       — Ко уже сообщил мне об этом, так что я внимательно тебя слушаю.       Да, он всё так же по-прежнему обращался ко мне свысока, считая меня ниже себя. Как это было похоже на него, и даже манера его разговора со мной осталась неизменной. Хотелось покинуть место, но я не могла, потому что знала, что если уйду, то покажу свою слабость. Нет! Хватит бояться его! Пора уже подумать о себе, а не о семье, которая ненавидела меня на протяжении всей моей жизни. Что он подарил? Чему научил меня? Тому, что мир жесток и даже собственная семья может быть хуже врага? Или, может, тому, что, если не сможешь постоять за себя, так и будешь считаться слабым звеном? Наверное, это и были ответы на мои вопросы. Но он не подарил мне приятных воспоминаний, от которых по телу шли бы приятные мурашки, а улыбка бы не покидала моего лица. Нет, этого он не смог мне дать, но я не виню его не потому, что слишком добрая, а потому, что мне жаль его. Жаль Ханаби. Жаль всех тех, кто умирал в этом доме, ведь здесь всё пропитано ненавистью, но я смогла уйти от этого, и сейчас самое время показать, чему же научилась у него.       — Я разрываю наш договор с Учихами. Я больше не собираюсь жить под одной крышей с этим человеком. Более того, я нашла подходящую кандидатуру на место мужа, — строго проговорила я, давая знать, что не хочу слышать каких-либо комментариев и унижений в свой адрес. Я хотела показать ему, какой могу быть.       — Это невозможно, и ты прекрасно об этом знаешь, — спокойным, но до жути холодным тоном произнес он, стоя ко мне спиной, что было неуважительно для собеседника. Я сжала руки в кулак, намереваясь добиться своего и не уйти из этого дома, не оставив последнего слова за собой.       — Я всё прекрасно знаю, но, кажется, я уже вынесла своё решение, и хотелось, чтобы ты первый об этом знал. Меня с Учихами больше ничего не связывает, поэтому я собираюсь расторгнуть контракт, и мне плевать, что случится с компанией, меня этот вопрос больше не волнует, — все так же стояла на своём я, даже не собираясь давать шанс этому человеку.       — У тебя это не выйдет. Ты слишком глупа, чтобы сделать что-то подобное! — уже повысил  голос отец, отчего дрожь тут же охватила моё тело, и я будто снова попала в детство, когда не могла возразить отцу. — Ты думала, что придешь ко мне так просто, скажешь о том, что разрываешь договор и уйдешь? Если ты так думала, то могу огорчить тебя — у тебя не выйдет подобное, — спокойно произнес он, но мне хватило и одного раза, чтобы замолчать и выслушать его, как было раньше, когда я пыталась возразить. Я стояла, будто вкопанная, не осмеливаясь что-либо сказать, но дверь резко открылась, и на пороге появился Минато, как всегда, появлявшийся в самый подходящий момент.       — Хиаши-сама, я хочу, чтобы Вы выслушали меня, — спокойно произнес он, заставив его повернуться к нам лицом, благодаря чему я смогла увидеть его глаза, в которых читалась печаль.       — А ты кто? — строго проговорил он, выжидающе смотря на Минато.       — Я Минато Намикадзе, думаю, это фамилия Вам о чем-то, да говорит. — Его любимая манера наклонять голову вбок всегда поднимала мне настроение даже при самом серьезном разговоре, что, кстати, и было тем самым моментом.       — Да, говорит. Хорошо, я тебя выслушаю, — мягко проговорил он, чем очень меня удивил, ведь порой какой-то доброты дождаться от него просто невозможно.       — Поверьте, если Вы расторгнете этот договор, связывающий Вас с Учихами, Вы ничего не потеряете, но также сможете подарить своей дочери счастливую жизнь, которой Вы лишили её в детстве. Я прекрасно знаю о жизни Хинаты и могу сказать, что Вы и вправду были ужасным отцом, но попытайтесь понять её и дайте шанс начать нормальную жизнь. Сейчас Хината ждет ребенка, но это мой ребенок, и именно я собираюсь увезти Хинату из этого города и навсегда разорвать её связь с Учихой. Мне нужно лишь Ваше согласие на это, — тихо произнес Минато, смотря на Хиаши, который внимательно слушал Намикадзе, будто обдумывая полученную информацию, пытаясь принять правильное решение.       — Что ты себе позволяешь, мальчишка?! Мне плевать на твои слова! Плевать на мою дочь! Вы пришли в мой дом, ставите свои условия! Я не позволю тебе так просто забрать её! — вдруг неожиданно сорвался Хиаши, грозно смотря на Минато, чего тот явно не ожидал. Сквозь меня что-то прошло. Слова, которые произнес Минато, должны были убедить его, но, видимо, он не справился с этим. Злость переполняла меня через край, и единственный, на кого я могла выплеснуть её, стоял напротив меня.       — Хватит, отец! Ты больше никак на меня не влияешь! Не забывай, что ты давно уже стар и не имеешь каких-либо полномочий надо мной! Ты стал ничтожен и низок! Ты жалок и всегда будешь самым худшим отцом, но я прощаю тебя за это. Прощаю за всё, что ты сделал, но даже так я не отступлюсь и своего решения не поменяю! — прокричала я, заставляя его слушаться меня после всего сказанного им. Я давно терпела его, но теперь устала, и всё, что накопилось, вышло наружу. Я взяла руку Минато, направляясь к выходу, но Хиаши, видимо, решил отстоять своё.       — Ты больше никогда не вернешься сюда, если сделаешь это! Для меня ты перестанешь быть дочерью! Задумайся над этим! — прокричал напоследок он. Но мне всё равно хотелось оставить последнее слово за собой, не желая вот так просто сдаваться.       — Отлично! Больше моей ноги здесь не будет! Считай, что с этого момента у тебя нет дочери! Прощай, Хиаши, — проговорила я, направляясь к выходу, заметив при этом Ханаби, что, видимо, слышала весь разговор. Её я не ненавидела, мне просто было жаль её. Она всегда стремилась вырасти в глазах отца, и ей это удавалось, и пускай все будет так, как стало.       Покидая этот дом, я знала, что всё сделанное было правильно, и, сказав последние слова, я зачеркнула все связи с прошлым.       END POV Хината       В темном кабинете, освещаемом лишь маленькой лампой, сидел мужчина, смотря куда-то вдаль.       — Как думаешь, кто из них победит? — послышался слащавый голос, от которого по телу прошлись бы неприятные мурашки по коже, но не у мужчины, что, лишь улыбнувшись, взглянул в окно.       — Ты ведь сам знаешь, тогда зачем задаешь глупый вопрос? — произнес приятный голос, чьего владельца было едва видно из-за этой темноты, воцарившейся в комнате.       — Да, поставляя Учихе неверную информацию, а Намикадзе — наоборот, ты думаешь, мы сделали правильное решение? — все не унимался парень, желая достать вопросами своего собеседника.       — Поверь мне, мы не просто поступили верно — мы подтолкнули его к победе, так что нам ещё спасибо нужно сказать, — произнёс мужчина, не желая продолжать этот разговор.