Цена веры(рабочее название)

      Лидия оказалась хорошим собеседником. Во время поездки мы разговорились и узнали друг о друге много интересного. Например, я не знала раньше, что Лидия имперка. Всегда думала, что она нордка. Нет, надо всё-таки реже смотреть Википедию и доверять описанию рас в игре. Раз сказано: «Высокие светловолосые люди», значит «Высокие светловолосые люди», а не брюнеты. Одно зло от этой Википедии.       А после, на стоянке произошло ещё одно важное событие, после которого наши отношения с Лидией изменились ещё сильнее. Могу с уверенностью сказать, что в лучшую сторону.       …Дневное светило медленно клонилось к закату, когда возчик остановил повозку, попросив нас выгружаться.       - До захода солнца надо успеть расположиться на ночлег, - сказал он – костёр развести от ночных зверей, лошадь привязать, чтоб не убёгла, да и разбойников в последнее время много развелось, подготовиться надо, на всякий случай – извозчик выразительно посмотрел на нас с Лидией. - А то, мало ли, что случиться может, а надо ко всему готовыми быть. Прав я или не прав?       Дружно признав правоту извозчика, мы стали вылезать из повозки. Переезд тяжелее всего сказался на мне. Сильно ныло под лопатками – дороги в Скайриме неровные, один камешек – и стенка повозки подло ударяет куда достанет; филейная часть тела была безнадёжно отсижена, а настроение было на отметке «чуть ниже среднего».       Лидия никаких признаков недовольства не проявляла. Привыкла к таким переездам, наверное. А может, под стальным доспехом не так сильно ощущаешь подлость повозки. Тогда удивительно, почему меховой не помогает. А ведь мех там очень толстый, я проверяла. Нет, наверное, Лидия просто привычная и виду не подаёт. В таком случае, всё встаёт на свои места.       Погружённые каждый в свои мысли мы начали разводить костёр. Я натаскала хворост, а Лидия стала поджигать. Что поделать, единственный раз, когда я ходила в поход с отцом, я благополучно гонялась по полянке за белками, пока отец разводил костёр и о чём-то разговаривал с моим братом. Да и было это лет в восемь. В общем, костёр я разводить не умела. Поэтому перепоручила такое ответственное дело хускарлу, очистив совесть простой фразой «потом научусь».       Когда костёр разгорелся, извозчик достал из повозки шкуры, которые должны были нам служить спальными мешками. Я критично их рассмотрела и пришла к неутешительному выводу, что утром у меня будут болеть не только отбитые лопатки. Эх, а так хотелось нормально выспаться! Наверно, не судьба.       Стали распределять дежурства. Решили меняться каждые четыре часа. Лидию поставили первой. Извозчик ловко увернулся от дежурства, сославшись на преклонный возраст и немного севший слух.       - А то вдруг, враг какой в кустах зашелестит, а я и не услышу? – сказал он – Помрём ведь все, даже не узнав по чьей милости! Да и стар я уже, усну на посту, так тут уже даже не до слуха севшего будет.       Самое досадное, что и не поспоришь. Нет, про слух он, конечно, откровенно заливал – он прекрасно расслышал, как Лидия в семи метрах от него сквозь зубы раскритиковала узел, которым была привязана лошадь («Будут меня ещё молодые учить! Я на этой повозке уж, почитай, двадцать лет народ вожу, и он до сих пор ещё не развязывался»). Однако уличать его в «приукрашивании собственного недуга» было как-то неудобно – человек преклонного возраста, как-никак. Пришлось смириться.       Лидия решила на посту время даром не терять и проверить состояние своего оружия. Я же уснула, стоило только коснуться головой меха лежанки. Сказывалась накопившаяся за день усталость.       Снилось что-то совершенно непонятное. Были крики, лязг оружия, рёв, похожий на драконий, очень много огня. Сначала казалось, что сниться Хелген. Однако знамёна были тёмно-фиолетовые. Я не помню, какие у Хелгена были знамёна, но точно не такие. И дракона тогда, несмотря на все каноны игры, там тоже не было. А здесь он был. Во всяком случае, такого чудовищного рёва я ещё не слышала. И ещё, мне показалось, будто я вижу чьё-то лицо. Это была женщина. У неё были иссиня-чёрные волосы, и глаза трудноразличимого оттенка. Помню, они были тёмные, почти чёрные. Глаза смотрели строго, но благосклонно.       Мне показалось, будто она говорит мне что-то. Но говорила она странно: тонкие ярко-красные губы, выделяющиеся на очень бледном, почти белом лице не шевелились. Казалось, будто голос звучал прямо в моей голове. И говорил этот голос на неизвестном мне языке. Он был очень красивым, мелодичным, однако понять смысл каждого слова я не могла. Однако по мере того, как она говорила, в моей груди нарастал первобытный, животный страх. И постоянно в голове билась мысль: «Тебе грозит опасность! Ты можешь умереть! Тебе грозит опасность…».       Проснулась я в холодном поту от сильного чувства тревоги. Я рывком встала и увидела рядом Лидию во всеоружии и в боевой стойке.       - Ты тоже это слышала? – спросила хускарл.       - Слышала что?       Лидия молча указала в сторону ближайших кустов. Несколько секунд кусты были абсолютно безмолвны. Однако вскоре их верхушки начали немного шевелиться, послышался шорох. Я медленно стала пятиться назад, попутно доставая железный меч из ножен. Стоило сделать несколько шагов, как со стороны всё тех же кустов раздались звуки, очень напоминающие лязг оружия. Я разбудила извозчика и знаками показала прятаться в повозке.       Как только извозчик скрылся в повозке, на стоянку стали выходить люди, у которых сквозь отблески костра угадывались очень криминальные лица. Таких хотелось без суда и следствия посадить за решётку, от греха подальше. Все были вооружены мечами и топорами. У кого-то был лук. От преступных субъектов разило потом и грязью, а глаза их поблескивали в темноте, подсвеченной светом костра, крайне недружелюбно.       Самый рослый из разбойников (я не сомневалась, что это были именно разбойники) в рогатом железном шлеме издал вопль, напоминающий боевой клич, и разбойники стали двигаться на нас. Их было шестеро, не считая главаря. Трое накинулись на Лидию, один, с луком, стал у дерева и приготовился стрелять. Главарь встал около другого дерева, выжидая.       На меня набросились двое. Ближний, с двуручником ударил сверху, надеясь одним ударом разрубить меня напополам. Я увернулась и ударила эфесом меча в висок второго, подбежавшего слева, выводя противника из боя. Пока первый приходил в себя после неудавшейся сокрушительной атаки, я взмахнула мечом , и разбойник больше не мог воевать по причине распоротых артерий.       Я зажгла заклинание «Искры», найденное в Хелгене, и «сняла» лучника у дерева. Лучник, конечно был косоруким (не одна из выпущенных им стрел в цель не попала) и из-за него, возможно, опустошать и так ограниченный запас магии не стоило, но всякое может случиться. Как показала практика, больше всего шансов выжить у перестраховщиков.       Я хотела было броситься на помощь Лидии, но увидев, что двое «клиентов» уже лежат с распоротыми животами и ещё один обезоружен, решила, что она и без меня неплохо справляется.       Сейчас казалось, будто мы такие супер-вояки, мечом взмахнём — половины войска уже не осталось. Это потом, уже после боя стало ясно, что нам просто очень повезло. Разбойники действовали не слажено, оружием владели не очень хорошо, и было их не так много. Наверное, это была новая банда. Действуй они немного слаженнее или будь их чуть-чуть побольше, у нас не было бы никаких шансов.       На время битвы мы совсем забыли про главаря. Как оказалось — зря.       Пока Лидия занималась оставшимся противником, он подошёл сзади, чтобы нанести смертельный удар железной булавой. Хускарл взмахнула мечом — голова её противника отлетела к деревьям, но обернуться назад уже не успевала.       Всё началось как в замедленной съёмке. Вот медленно, мучительно долго оборачивается Лидия, вот уже также медленно готовиться нанести сокрушительный удар занесённая над наёмницей булава. Я же, почему-то сохраняя собственную скорость, будто по наитию, достаю из-за пояса кинжал и ловким броском отправляю его в нападавшего. Несмотря на общее замедление, кинжал летел очень быстро и вонзился прямо в шею главаря. Наваждение прошло и время опять потекло, как обычно. Главарь, захрипев, упал на колени, а затем распластался всем телом. Лидия, обернувшись, взмахнула мечом, но тот не нашёл никакой преграды.       Хускарл удивлённо переводила взгляд с поверженного главаря на меня.       - Т-ты спасла мне жизнь... - проговорила она немного справившись с удивлением.       Я не ответила — сил не осталось. Они как будто вытекли из меня, все разом. Не осталось даже удивления произошедшим. Я просто обессиленно упала на траву.