Purer Than The Water (like we were)

— Ты не можешь просто взять и начать встречаться с русалкой. Куда ты собираешься водить меня? В кино? В парк на прогулку, ой, погоди, у меня же нет ног, — сказал Луи. Солнце всё ещё было около горизонта, и день только начинал становиться теплее. Ветровка Гарри была повязана на его талии, на его голову была натянута шапочка, а сам он рисовал круги на песке. — Это была всего лишь идея, — угрюмо произнёс Гарри, дотягиваясь до руки Луи, и чуть улыбаясь ему, когда он позволил взять её. — Я пытаюсь сказать тебе, что ты мне нравишься. Луи поднял на Гарри взгляд полный наивности. — Ты мне тоже нравишься. Но это не значит, что мы должны встречаться. — Это также не значит, что мы не должны встречаться, — сказал Гарри, грустно водя пальцем по воде и вырисовывая на ней круги. — Я пытался встречаться с другими людьми. Но это было не так просто, как с тобой. Луи скорчил недовольную гримасу, хотя в его животе заиграло счастье, потому что он нуждался в любви так же сильно, как цветы нуждаются в солнечном свете. Любовь делала его жадным, и он никогда не получит её достаточно. Он опустился под воду, фокусируя взгляд на очертаниях Гарри и пытаясь оставаться спокойным. — Значит, старайся лучше. — Зачем? — спросил Гарри. — Мне нравится быть с тобой. — Мне нравится быть с тобой. Мне также нравится быть с Найлом. И с маленькими гольянами, — сказал Луи, стараясь не допустить того, чтобы комплименты нашли путь в его кровь. Он знает, что если этот разговор затянется, то Гарри убедит его, и он без понятия, как это до сих пор не случилось. — Ну, просто… — он сделал паузу, убирая прядь волос с лица Луи, — я работаю на своего отца, понимаешь? В большой компании, и люди там другие. Они видят меня не таким, каким видишь ты, для них я всего лишь богатенький сынок их босса. А с тобой я просто Гарри. И тебя не волнует ничего из этой ерунды. — Что, например? — спросил Луи, пододвигаясь чуть ближе, так что теперь ближе к сердцу Гарри были только волны. — Во-первых, деньги. А ещё связи, и продвижение по службе, и я пытаюсь быть в хороших отношениях со своим отцом, — сказал Гарри, и Луи посмеялся бы над его проблемами богатеньких мальчиков, если бы он не выглядел так расстроено: его брови сошлись вместе, а на губах появилась грустная усмешка. — Я никогда не знаю, нравлюсь ли я людям потому, что я такой, или потому, что мой отец заплатил им. — Мне жаль, — произнёс Луи, скользя вверх по песку и оставляя на колене Гарри поцелуй. — Но… что насчёт тебя? Что если я нравлюсь тебе только потому, что я мифическое существо с очень милым хвостом? Гарри улыбнулся. Неохотно, но всё же улыбнулся. — Да, ты нравишься мне из-за своих мифических свойств и милого хвоста, — он замолк, откидываясь назад и наблюдая за ним. — Ты смешишь меня. И ты всегда скажешь мне, если я несу какой-то бред. — Найл тоже всё это делает, почему бы тебе не встречаться с ним? — спросил Луи, но это был слабый аргумент, и они оба знали это. — Не думаю, что Найлер заинтересован в этом, — ответил он с кривой усмешкой, — а ещё у него нет хвоста. — Так и знал, что это всё из-за хвоста, — сказал Луи, счастливо показывая его над водой с гордой улыбкой. — Ты поймал меня, — сказал Гарри, брызгая ногами по воде, словно доказывая, что он всё ещё человек, — хотя, если быть честным, ты бы нравился мне и без него. Луи улыбнулся, махая своим хвостом и наблюдая, как он блестит на солнечном свете, позволяя разговору впасть в тишину. х Было раннее утро, и Гарри пробирался по воде в ярко-синих плавках. — Ты носишь слишком много неонового, — сказал ему Луи, выплывая, чтобы взять его за руку. Гарри опустил руку, чтобы перехватить его пальцы, позволяя утащить себя на глубину. — Мне нравится неон, — он говорил тихо с утра, как и всегда, словно боялся разбудить всех рыб в округе. — Ты моя собственная тропическая рыбка, — сказал ему Луи; старый голубой шарф на его голове выцвел и стал почти белым. Гарри никогда не выцветает, он всегда надёжный, и тёплый, и такой же, как и прежде. Гарри соединил их губы и сделал лицо, как у рыбы, начиная смеяться, потому что Луи сделал тоже самое. — Из тебя рыба лучше, чем из меня. Луи закатил глаза, выводя Гарри из зарослей камыша. — Почему-то меня это вообще не удивляет. — Я внутренне опустошён. Быть рыбой — это моя жизненная цель. Однажды я присоединюсь к моим морским братьям в красивых просторах аквариума Sea Life, — величественно заявил Гарри, и Луи захихикал, прежде чем в очередной раз закатить глаза. — Они примут тебя как давно потерянного водного принца, — сказал Луи, затягивая его в воду ещё глубже, так что теперь она доставала ему до подбородка. — Водный принц хочет остановиться здесь, — произнёс Гарри, выглядя немного панически в глубокой воде. — Обучение плаванью не предполагает закончиться моей неизбежной смертью от воды. Луи одарил его уютной улыбкой, подплывая ближе, чтобы оставить мелкие быстрые поцелуи на его погружённых в воду ключицах. — Расслабься. Ты не утонешь. — Ты раньше кого-нибудь учил плавать? — спросил Гарри, глотая воздух, когда вода попыталась перешагнуть границу его губ. Луи хотел сказать ей, чтобы она не пыталась украсть его мальчика, но он сомневался, что маленькие волны послушают его. — Нет, — ответил Луи, отпуская ладонь Гарри и плавая кругами около него. — Разве ты не доверяешь мне? Гарри секунду не отвечал, а потом снова протянул свою руку, чтобы Луи взял её. — Доверяю. Но я всё ещё напуган. Луи засмеялся. — Попробуй поднять свои ноги и помогай руками, вот так, — он начал двигать своими руками, плавая по воде. Гарри некоторое время не двигался, а потом начал пытаться, закрывая глаза и крутясь в воде, оставаясь на плаву несколько секунд, прежде чем снова уйти под воду. — Не делай всё так быстро, — сказал ему Луи, когда он вернулся на поверхность, задыхаясь со слезами на глазах. — Вода будет держать тебя, если ты позволишь ей, но она также может забрать тебя вниз. Гарри просто смотрел на него; большие зелёные глаза всё ещё очень сильно напоминали Луи об озере. Он попытался смягчить его черты, подплывая к Гарри и оставляя быстрый поцелуй на его щеке. — С тобой всё будет хорошо. Не волнуйся. Я держу тебя. Гарри улыбнулся; его губы бледнели в холодной воде. Луи не мог решить, любит ли он или ненавидит то, что Гарри начинает выглядеть прямо как он, если остаётся в озере слишком долго. Луи интересно: если бы он остался в городе на долгое время, он тоже бы стал выглядеть как Гарри? — Не уверен в своих чувствах насчёт того, что меня учит плавать кто-то, кто утонул, — тихо произнёс Гарри, словно неуверенный, можно ли ему так шутить. — С тех пор я научился некоторым вещам, — сказал ему Луи, дыша в воде, — тебе просто нужно понять, как двигается вода. — Я пытаюсь, — сказал Гарри, барахтаясь в глубоких волнах и кашляя, когда проглатывал немного воды. Луи смотрел на него с напряжением, его конечности казались длинным и странными в воде. Он выглядел немного лучше, когда останавливался, отступая, так что его голова была над водой, и делал несколько глубоких вдохов. — Мои руки начинают болеть. — Это нормально, — сказал Луи, подплывая ближе, так что их грудные клетки начали задевать друг друга, и его руки скользнули вокруг талии Гарри, — нужна практика. Гарри улыбнулся ему, обнимая своими руками плечи Луи и прижимая его ближе. — Интересно, ты бы был выше меня, если бы был человеком? — Не думаю, — сказал Луи не поднимая взгляда, потому что Гарри упёрся подбородком ему в макушку, а его хвост задевал песчаное дно. — По крайней мере, я на это надеюсь. — Это было бы хорошо, если бы ты был выше, — сказал ему Гарри, и Луи мог почувствовать, что тот улыбается где-то за гранью его понимания. — Но мне больше нравится, когда ты ниже. Луи хотелось обнимать его вечно, чтобы было такое место, где могли бы существовать одновременно и русалы, и люди; такое место, где ему бы не приходилось выбирать между двумя невозможными мечтами. — Всё нормально? — спросил Гарри, ласково играясь с его волосами, и Луи позволил мыслям уйти. — Да, — сказал Луи, и Гарри лишь хмыкнул, крепко держа его на волнах.