"Ничего себе, сказочка!"

Первое, что осознал Эйдан, когда сияние рассеялось, - это то, что он лежит на довольно прохладной траве лицом к небу. По голове будто чем-то тяжёлым треснули. Скрипнув зубами, актёр принял сидячую позу и огляделся. Дин «отдыхал» неподалёку и явно был жив, потому что со стороны его дислокации слышался отборный мат. А причиной столь бурного потока слов было даже не то, что дверца в мир, из которого пришли парни, куда-то исчезла, а возникла, на первый взгляд, неприятная, но не смертельная проблема, а именно: О’Горман вляпался рукой в кучу конского навоза. - Дин, ты мне сейчас что-то сказал? – поинтересовался ирландец, уже с интересом глядя, как друг копошится на дороге. По его лицу Эйдан понял, что сейчас лучше помалкивать. Брезгливо отерев руку о пучок травы, Дин поднялся на ноги и осмотрелся. Они находились всё на той же полянке, куда притащились утром, вот только солнце было уже высоко. - Пошли! Нас, наверное, уже обыскались, – проворчал О'Горман, выходя на тропинку, которая, как он предполагал, должна была вывести их к месту съёмок. – Ты идёшь, или как? - Ага, – машинально ответил Тёрнер, почёсывая парик. – А почему мы в Шире? - Каком, нахрен, Шире? – продолжал ворчать Дин. – Мы отсняли эти сцены ещё, хрен знает, когда. Эйдан, признавайся, что ты... Тут блондин встал, как вкопанный, и очень вовремя: от падения под горку его отделила всего пара шагов. Парень, наконец, соизволил посмотреть перед собой. Лесок, за которым, он был просто уверен, находилась их съёмочная площадка, неожиданно обрывался краем холма, поросшим густой зелёной травой, а внизу, в невесть откуда взявшейся долине раскинулось село со своими полями, оросительными каналами, большой мельницей на соседнем холме, домами и фермами. Домики были точь-в-точь такие, как у хоббитов. Во всяком случае, очень похожими на те, что делали для съёмок. Какой-то низенький мужичок пас под холмом стадо овец, но, завидев двух парней, вышедших из леса, испуганно икнул и в мгновение ока испарился. - Я не при чём, – озадаченно произнёс ирландец. – В этот раз я не при чём, – уточнил он, разглядывая поселение. – Наверно, кто-то решил над нами пошутить, напоил снотворным и привёз сюда. Может, даже Питер. Он же всё жаловался, что ему надоели наши с Джимом шутки. Эйдан имел ввиду своего соотечественника Джеймса Несбитта, игравшего в фильме роль гнома Бофура. Жизнерадостные и весёлые ирландцы частенько разыгрывали режиссёра даже во время съёмок. Обычно тот не обижался, но грозился отомстить. Видимо, его терпению как раз пришёл конец. - Ладно, давай выбираться отсюда. И Дин бодренько поспешил вниз по склону. Овцы, завидев приближающегося великана, тревожно заблеяли и ломанулись прочь, зато навстречу незнакомцу вышел крупный чёрный баран и, наклонив рогатую голову, ринулся в бой. - По-моему, ты ему не нравишься, – заметил Эйдан, оттаскивая друга в сторону, чтобы курчавый монстр проскочил мимо. – Лучше, правда, свалить отсюда побыстрее. Надо узнать у местных, как тут автобусы ходят и откуда. Неугомонный защитник стада сообразил, что промазал, лишь отмахав добрых полтора десятка метров. Развернувшись, драчун злобно заблеял и снова ринулся в атаку, на этот раз уже метя ударить противникам в тыл. Но и сами парни в этот раз оказались порасторопнее. Заслышав за спиной шум погони, оба задали стрекача до ближайшего забора и остановились, только перемахнув через него. Они как раз успели обернуться, чтобы узреть момент столкновения бараньих рогов с крепкой изгородью. Иссохшая от времени древесина дала трещину, но натиск защитника стада выдержала. Баран окинул смотрящих на него парней презрительным взглядом, воинственно что-то проблеял и побрёл к остальным. - По-моему, эта скотина только что послала нас на... Как там это было прописано в сценарии? – спросил О'Горман, вспоминая сцену в эльфийской темнице, когда Торина привели с допроса. - На то самое, что… между ног у него, – Тёрнер в это время пытался откашляться от той пыли, столб которой поднял баран. – О, смотри, а вот и местные. Парень кивнул на столпившихся у колодца низкорослых кудрявых дамочек. Барышни с опаской смотрели на приближающихся к ним актёров и как-то подозрительно крепко сжимали в руках ведёрки. - Привет! – Эйдан дружелюбно улыбнулся женщинам. – Не подскажете, где тут ближайшая автобусная остановка? Дамы, все как одна, маленькие и пухлые, сделали шаг назад. Парочка тех, кто посмелее, окатили черноволосого громадину водой, а одна, самая бойкая, ещё и коромыслом огрела. До головы не достала, но когда по колену лупят цельным куском дерева, это тоже очень болезненно. К тому моменту, как на помощь прыгающему на одной ноге другу подоспел Дин, барышни улепётывали во все лопатки, побросав вёдра и дико визжа о том, что из леса пришли чудища. - Твою мать! – завопил на ирландском матерном Тёрнер, морщась от боли. – Это какие-то убийцы мелкие! Что за хрень тут происходит? - По-моему, ты им не понравился, – передразнил парня Дин, беззлобно усмехаясь. – Ты со своей небритой рожей перепугал всё прекрасное население деревни. - Как будто твоя рожа сейчас краше, – отпарировал ирландец. – Вся в пыли, в усе какой-то муравей запутался. Могу поспорить, испугались они тебя, просто я первый им попался. - Ни фига, – улыбнулся блондин. – Ладно... Давай поищем остановку сами. Не похоже, чтобы тут было так уж много улиц.