Черный Туз

Артур весь вечер в театре наблюдал за Мерлином, пытаясь вновь увидеть ту грусть в серых глазах и понять, что же такое произошло, и не привиделось ли это ему? К де Эмрису же вернулось его обычное расположение духа, он снова расточал комплименты окружающим, лениво обмахивался веером и не пытался заговорить с Артуром, сидевшим рядом. Лишь однажды он поинтересовался его мнением насчет главной героини пьесы. Виконт, откровенно скучавший и совсем не следивший за событиями на сцене, ответил, что актриса довольно мила и больше ничего. Вернувшись домой, Артур не мог уснуть, чувствуя себя при этом как-то глупо. Почему он никак не мог избавиться от воспоминаний о разговоре с Мерлином? Странное поведение графа не давало ему покоя. *** - Ренар, смотри! Хватит дремать! – толкнул своего товарища Пьер, видя, как по крыше особняка осторожно ступая по хрупкой черепице, кто-то крадется. - Черный Туз? – подскочил с ящика, служившего ему отличным стулом, Ренар. Мужчина чертовски устал от многочасового наблюдения. - Не знаю… Темно. - Он скользнул в окно спальни Пендрагона! Видел?! - Одет во все черное, лица не разглядел, и кто еще в здравом уме, кроме пресловутого Черного Туза, будет разгуливать по ночам в таком виде? – хмыкнул Пьер. - Может, это простой воришка? - Если это так, то это не наша забота. Только я все равно предупрежу остальных. Если мы упустим Туза, маркиз свернет нам шеи! Оставайся здесь и будь начеку. *** Затушив свечу, Артур закрыл глаза, чувствуя, как проваливается в долгожданный сон… Вдруг окно спальни открылось, и в комнату забрался человек. Вор? Да быть этого не может! Пендрагон вскочил с постели и схватил шпагу, приготовившись к схватке - сейчас он покажет грабителю, как плачевно заканчиваются подобные попытки проникновения на чужую собственность. - Кто ты и что делаешь в моем доме? Отвечай, иначе узнаешь, как остер мой клинок! Фигура у окна не двигалась. - Ты уже забыл про сражение у Бастилии? Рана, похоже, отлично зажила, - донесся приглушенный ответ. Что? Черный Туз? Артур не верил своим ушам. - Зачем ты здесь? - Предупредить. За твоим домом следят. - Хм… Я в курсе, - ответил Артур, он давно заметил слежку за собой, но не предпринимал никаких действий, выжидая дальнейших шагов от неизвестного врага. Если его хотели убить, то возможностей для этого была масса. Виконт пытался понять, кому он перешел дорогу. - А ты хоть знаешь, почему? – Туз приблизился, он чувствовал себя свободно, проигнорировал лезвие шпаги, направленное в его сторону, взял стул и, развернув его спинкой к Артуру, присел. - Да убери уже оружие, не собираюсь я с тобой драться. У Артура вертелись в голове вопросы. Почему тип в маске ворвался в его спальню, допрашивает его, вмешиваясь в его личную жизнь? Но одно Туз подметил верно: виконт понятия не имел из-за чего и, главное, кто его преследовал. Положив шпагу на стол, Артур сказал: - В Париже всегда найдется тот, кто из-за любого пустяка может нанести удар в спину. Скорее всего, я кому-то как кость поперек горла. - А настоящая причина? Как сам думаешь? - Думаю, дело в графе Мерлине де Эмрисе. Я повсюду его сопровождаю, а вот его как раз многие жаждут убрать с доски, как мешающую фигуру возле короля. - Логично, - кивнул парень в маске. - Только весьма странно, кто бы ни был этот загадочный враг, почему он медлит и не пытается избавиться от тебя? Какая-то несостыковка… - задумчиво протянул Туз. – Не находишь? - Это так… Но послушай, тебе не кажется, что ты лезешь не в свое дело? Тебе-то какая выгода? – Артур, наконец, озвучил свои мысли. – Тебе совсем нечем заняться, раз ты надумал решать чужие проблемы? Отправляйся лучше искать себе нового дуэлянта. Незнакомец медленно встал и молча приблизился к Артуру вплотную. Виконт замер, ощутив горячее дыхание на своей шее. - Они принимают тебя за меня, - прошептал парень. – Ты ведь промолчал о дуэли со мной… Может быть, это была твоя ошибка. Ты молод и отлично фехтуешь, поэтому многие при дворе считают тебя Черным Тузом. Я слышал о том, что делают ставки, все ждут, когда ты разоблачишь себя, скинешь маску. - Так вот зачем ты здесь... Переживаешь, что все лавры достаются мне? – иронично заметил Артур, пытаясь не обращать внимания на реакцию тела. Голос Туза звучал как-то слишком возбуждающе, еще и эта маска, оставляющая открытым только губы, заставляла воображение создавать картинки с довольно пикантным уклоном. Артур подумал, что последний раз любовью он занимался как-то уж слишком давно. Из-за того, что он постоянно таскался за Мерлином, он просто не мог должным образом уделить время своим потребностям. И это в Париже, где целомудренность стала чуть ли не мифом! И вот теперь он пожинал плоды. Артур хотел Черного Туза! Немыслимо! - С чего бы это? Мне радоваться надо, никто не мешает моим планам, - Мерлин чувствовал, что теряет контроль над собой. Близость Артура кружила голову, его хотелось повалить на постель, изучить каждый дюйм кожи языком, заставить стонать и метаться под собой. Царивший вокруг полумрак еще больше усугублял положение. Лунный свет пробился через распахнутые шторы, давая Мерлину возможность любоваться идеальными чертами лица молодого человека. - Не понимаю тогда цели твоего визита, – виконт задышал чаще, пытаясь не отключить рациональную часть себя и избавиться от непристойных мыслей. Черный Туз сделал шаг назад, заставив Артура облегченно выдохнуть. Еще бы чуть-чуть и наплевав на весь белый свет, парень бы поцеловал стоящего перед собой незнакомца. - Я человек чести и пришел предупредить о грозящей опасности, так как ты замешан в эту скверную историю по моей вине. Пока я не выяснил, чьи люди следят за тобой. Подозреваю, они служат моему врагу. - И кто он? Туз молчал. Внезапно Артур вспомнил слова Мерлина, когда тот предположил, что Черный Туз «ищет кого-то». - Выходит, ты не знаешь… Теперь мне все ясно. С помощью шпаги ты проверяешь знатных фехтовальщиков Парижа, чтобы выйти на врага? Вот для чего тебе нужна маска! Но как именно ты поймешь, что нашел того, кого надо? В чем секрет? - Я не могу тебе рассказать, - Мерлин шагнул к двери, выбираться через окно было рискованно. - Ты и так узнал больше, чем следовало. Мне пора. - Подожди. Не уходи. Парень остановился, отпустив дверную ручку. - Раз уж я все равно втянут в эту историю, позволь мне помочь тебе. Я хочу быть на твоей стороне. - С чего вдруг такие перемены, ваша милость? – Туз не верил Артуру, и это было понятно. – Ты ведь не знаешь меня, почему я действую тайно, и кто тот, кого я ищу. Позже, узнав правду, ты можешь и пожалеть о своем решении. Лучше не лезь, тогда у тебя будет больше шансов остаться в живых. - То есть ты предлагаешь мне тактику труса? – теперь Артур начинал злиться. – Остаться не у дел? Думаешь, я тебя послушаю? Ты плохо меня знаешь, Туз! Ты можешь мне доверять! - Я доверяю только себе, – Туз все это время говорил, понизив голос, так что Артур еле его слышал. - Если ты сделаешь что-то, способное мне помешать, я снова вызову тебя на поединок, и на этот раз он окончится смертью одного из нас. Для тебя будет лучше держаться в стороне. Король приставил тебя к графу де Эмрису, вот и займись его охраной. И забудь, что я был здесь. Артур прижал Туза к двери, не дав ему ее открыть. Парень не делал попыток вырваться из крепких рук виконта. Он ждал объяснений. Облизав пересохшие от волнения губы, Артур произнес: – Ты же понимаешь, что я не отступлю и не сделаю так, как ты хочешь. Почему мы не можем действовать сообща? Причина? - Я уже объяснил, на кону слишком многое, не только моя жизнь или твоя. Я связан клятвой и не могу посвятить тебя в подробности. И лучше будет, если ты останешься в стороне. С твоими преследователями я сам разберусь. - И не подумаю. Я в деле. И если бы я хотел, я бы мог сейчас сорвать маску с тебя, но я этого не сделаю. - Знаю, - усмехнулся незнакомец на эти слова. Почему же он так уверен в этом? – И раз ты так упрям, то может, хоть это остановит тебя… - и не дав Артуру сообразить, о чем идет речь, резко высвободился из хватки, и теперь уже виконт оказался прижатым к деревянной поверхности спиной. И в тот же миг его губами завладели чужие губы, горячие настолько, что Артур ощутил, как все нутро заныло в предвкушении чего-то большего, способного воспламенить не только тело, но и душу. Страстные поцелуи Черного Туза опутывали словно сеть, нити которой покрывали сладостные потоки возбуждения. Собственный стон заставил Артура испуганно отшатнуться от взволновавшего его чувственную сторону молодого человека. Мысли наскакивали одна на другую, он часто дышал, не понимая, как вести себя дальше. - Насколько ты смел, чтобы зайти дальше поцелуев? – Мерлин знал, что позволил себе лишнее. В оправдание он мог лишь сказать, насколько сильно устал находиться в обществе Артура, играя роль богатого и изнеженного графа. Черная маска, скрывающая лицо, неимоверно раскрепощала, и соблазн оказался сильнее расчета. – Я приду, только позови, но разговорам и фехтованию в этих встречах не будет места. Ты отдашься мне и будешь пытаться отгадать мое настоящее имя, и пока попытки не увенчаются успехом, я не выпущу тебя из постели… - Что?! – опешил виконт, не понимая, какую игру затеял Туз. Несколько минут назад он вел себя холодно и отстраненно, грозил дуэлью, а потом вдруг поцеловал, а теперь говорил подобные вещи слишком легко, будто речь шла о пустяке. – Я почти готов поверить сплетням про твое безумие… - Мне все равно, - ответил Мерлин, решив, что пора бы уже бежать отсюда, пока телесные позывы вновь не взяли вверх над рациональным сознанием. На самом деле он не следил, что вырывалось из его уст. Плохо. Тайные желания просились наружу. – Я ухожу. Прощай, мы не должны больше видеться. Артур не стал останавливать Туза, потому что запутался окончательно. Прежде всего в себе, так как не только не оттолкнул незнакомца, а еще и отвечал на поцелуи, а потом уже в ситуации в целом. Почему он так вел себя с человеком в маске, которого совсем не знал? Ведь наверняка Черный Туз просто провоцировал его, пытался разозлить. Артур должен был либо схватиться за шпагу, либо отвесить приличный удар в ответ, начав рукопашный бой. Он же не только замешкался, но и дал понять, что заинтересован в происходящем, поэтому Туз и применил словесный выпад, закрывшись щитом насмешки. - Так чему мне верить? – рассуждал виконт вслух, смотря в пустое пространство перед закрывшейся дверью. – Я могу искать с тобой встречи или же должен избегать? ** Они ехали уже довольно долго. Ливень, начавшийся столь внезапно, превратил дорогу в грязевое месиво. Колеса застревали, кучерам и слугам приходилось выталкивать экипажи из непроходимой колеи. Артур, вынужденный все время пути проводить в обществе Мерлина, не особо теперь беспокоился по этому поводу. Он даже успел привыкнуть к вечно ноющему де Эмрису. - И почему Людовику взбрело в голову тащить в окрестности Версаля еще и нас? - Мерлин закутался в шерстяной плед. – Мне вредны подобные поездки. - Может хватит повторять одно и тоже? - Артур устал от причитаний графа. – Смиритесь, Ваше Сиятельство, такова участь свиты короля. Тем более, разве мог Его Величество поехать один? - Естественно, не мог, но от этого мне не легче, - ответил Мерлин. – Но мы заехали в какую-то глухомань. Неужели здесь, среди болот можно возвести дворец? - Думаю, что Людовика ничто не остановит, с его-то характером. - Когда же я уже смогу выспаться в нормальной постели? - Если повезет, то к вечеру мы будем в замке графини Энрикеты. Потерпите. - Вам легко говорить, а у меня уже все тело болит от этих ухабов. А голова разрывается от боли… - юноша дотронулся до висков, закрыв глаза. - Выпейте свое лекарство и попытайтесь все же уснуть, - бросил Артур, отодвигая шторку и выглядывая в окно. – Дождь прекратился. Поэтому, пожалуй, дальше я поеду верхом. Оставшись один, Мерлин смог перестать разыгрывать недомогание. Поездка спутала ему все карты. Из-за того, что в путь с королем отправились лишь самые приближенные дворяне, которых Мерлин уже проверил, то и маску Черного Туза пришлось оставить в Париже. Граф Мерлин де Эмрис никак не мог отказаться от сопровождения короля, тем самым нарушив правила этикета. Придется терпеть, когда силы уже готовы иссякнуть. Рядом с Артуром это стало еще сложнее. Надоело ловить на себе холодные взгляды, вызывая своим поведением лишь насмешку и неприкрытую жалость у человека, к которому тянуло, и которого не хотелось подвергать опасности, впутывая в игры со смертью. *** - Я буду в смежной комнате, если что - стучите, - Артур находился не в восторге от перспективы быть с Мерлином так близко, но ничего не поделать. – Только не перепутайте меня со своим слугой, я не приношу завтрак в постель и не поддерживаю огонь в камине. - Мне достаточно одного Гаюса, Ваша милость, не переусердствуйте в своей заботе обо мне, - Мерлин стоял возле комнаты, внутрь которой слуги вносили его вещи. - Тогда спокойно ночи, Ваше Сиятельство, - картинно откланялся виконт и удалился в соседнюю комнату. Умывшись, Мерлин переоделся в длинную до пят ночную сорочку с кружевом, подумав, что в ней он выглядел как-то совсем глупо. «Я похож на девицу». Видел бы его отец настоятель, знатно бы посмеялся. Юноша совсем не хотел спать, хотя всю дорогу до замка жаловался Пендрагону на усталость и ломоту в теле. Нелепый фарс. А еще Мерлин постоянно вспоминал те поцелуи, которые ему удалось сорвать с губ Артура, дурманящие и сводящие с ума. Чем дольше размышлял он о своих чувствах к виконту, тем больше убеждался – все серьезно. Хотелось видеть Артура не только своим любовником, но и быть настолько близким ему, чтобы доверять самые сокровенные тайны, разделяя тревоги и груз ответственности, которые приходилось нести на плечах. Если даже король увидел его заинтересованность в Артуре, то оставалось надеяться, что сам виновник вспыхнувших пламенных чувств в груди Мерлина не заметил на себе изучающих взглядов украдкой. Часы в форме павлина, висевшие над камином, пробили первый час ночи. Потушив свечи, Мерлин прилег на кровать. Необходимо немного поспать, иначе весь день будет ходить вялым и даже не придется притворяться, играя измученного бессонницей капризного графа. Но звезды в эту ночь явно сошлись в неблагоприятную для него фигуру: звук разбитого оконного стекла заставил Мерлина прогнать с себя дремоту. Ворвавшийся в комнату неизвестный сразу кинулся к кровати, на которой секунду назад лежал юноша. Он успел покинуть опасное место и спрятался за открытой дверцей огромного шкафа. Наемный убийца, а это, похоже, был именно он, кто еще станет вонзать острую шпагу в перину, разрывая простынь, заметил его движение и ринулся к жертве. Стальной клинок вошел в дубовую панель с глухим звуком. Мерлин громко закричал: - Помогите, Артур! Спасите меня! – и схватив канделябр, стоявший на столе, с силой кинул в напавшего. Снаряд прошел мимо цели. Юноша нырнул вниз, как оказалось, вовремя – лезвие шпаги прошло над ним, заставив завопить еще громче. Да где там этот Артур? Плохой из него защитник, совсем не дозовешься! Мерлин, конечно, мог схватить шпагу и спокойно преподать убийце смертельный урок, но раскрывать себя было нельзя. Как потом объяснить, как удалось бедняжке-графу справиться с клинком. Сплошные проблемы, да и только! Мерлин кинулся к двери в спальню виконта, намереваясь в его комнатах искать убежище, но та, наконец-то, распахнулась. Полуголый Артур, лишь в одних штанах босиком, сразу оценил обстановку и, ловко закрыв собой Мерлина, отразил опасный выпад противника. Тот не собирался позорно убегать, видимо, в его планы входило любым способом избавиться от молодых людей. Граф тем временем нашел под подушкой спрятанный пистолет и был готов выстрелить, если придется. Но Артур недаром считался одним из лучших фехтовальщиков Парижа, он загнал убийцу в угол и, сделав пару обманных движений, нанес укол в сердце. - Он мертв? – Мерлин изобразил ужас на лице, даже не думая подойти и проверить. - Определено, - кивнул виконт, оглядываясь на юношу, вцепившегося трясущимися руками в пистолет. Хорошо, что граф не успел выстрелить. – И лучше вам положить оружие, не дай Бог еще попадете в меня или сами покалечитесь. - Я же все-таки дворянин, меня учили стрелять, - обиженно произнес Мерлин, но пистолет аккуратно опустил и присел на край постели. – Почему вы так долго? Еще бы чуть-чуть и меня бы пронзили насквозь! Я уже чувствовал дыхание смерти… Меня прошиб холодный пот, сами проверьте, коснитесь моего лба, - заохал он. – Мне срочно нужно выпить моего целебного отвара с мятой и ромашкой… Позовите Гаюса, будьте так любезны, Артур. Боюсь, я даже не в состоянии двигаться, ноги онемели от пережитого волнения. - Знаете, я порой сомневаюсь в том, мужчина вы или женщина, Ваше Сиятельство, то, как вы себя ведете, раздражает, - произнес Артур, отметив про себя, что Мерлин в длинной сорочке действительно походил на хрупкую девушку. Длинные до плеч волосы вились темными прядями, лицо, освещенное отблесками пламени камина, стало еще более прекрасным. Артуру показалось на миг, что зрачки Мерлина превратились в расплавленное золото. Похоже, он начинал сходить с ума. Он не раз замечал, как глубокий серый цвет глаз меняется, в зависимости от освещения, на темно-синий. Золотистый отсвет, шедший по краю радужки, притягивал и волновал, играя с воображением. Не хотелось отводить взгляд, хотелось вечно наслаждаться теплым, обволакивающим светом. Чувства, которые пробуждал в Артуре Мерлин, выводили из себя, поэтому виконт и говорил слишком резко и необдуманно. - Буду считать, что я не слышал вашего грубого замечания, - сухо ответил на это де Эмрис. - Вам не нравится, что я не лгу вам в отличие от других, привыкших лебезить и играть перед вами в саму любезность и учтивость? Ненавижу подобное. - То есть я должен поблагодарить вас за вашу откровенность? - искренне изумился Мерлин. – Если я вам так неприятен, я попробую поговорить с королем и попрошу позволить вам больше не принимать участие в моей дальнейшей судьбе и перестать охранять круглые сутки. - Мне все равно, делайте, что хотите, - Артур устал выслушивать нытье Мерлина каждый божий день. – А вот и ваш слуга, мне даже не пришлось его искать, - кивнул он в сторону встревоженного Гаюса, прибежавшего на шум. – Оставляю вас с ним, пойду сообщу о нападении, и надо бы убрать тело убийцы из комнаты. Или же пусть лежит? - Да мне теперь все равно не уснуть! Ваши шуточки неуместны! – негодующе воскликнул Мерлин. – Вдруг подосланный ко мне убийца был не один, и вскоре заявится еще кто-то?! Далеко не уходите! Вы пока еще приставлены ко мне! - Надо было оставаться в теплой постели и заткнуть уши, чтобы не слышать ваших воплей о помощи, - хмуро бросил Артур, не удержавшись от издевки. – У вас был пистолет, вы бы и сами справились, граф. - К огромному сожалению, ваше благородство не позволило вам так поступить. И я остался в живых. Ничего с этим не поделаешь, - развел руками Мерлин и залез под одеяло, накрывшись им до подбородка. – И оденьтесь, виконт, вы выглядите до неприличия развязно. - Вам еще повезло, обычно я сплю голым, - иронично усмехнулся Артур, не обращая внимания на слугу Мерлина, который посмотрел на него с явным осуждением. Видимо, у них с господином были одинаковые взгляды на мир. Чересчур целомудренные. - Еще никто не жаловался. А совсем наоборот. - Закончим на этом, не надо подробностей, - отмахнулся де Эмрис, закрывая глаза. – А то вы еще пуститесь в долгий рассказ о ваших любовных подвигах. - О, боюсь, что ваша тонкая душевная организация не позволит вам в полной мере осознать все прелести постельных утех. Мерлин больше ничего не ответил, и Артур уже было обрадовался, что впервые последнее слово осталось за ним, и ему, кажется, удалось вывести из себя вечно равнодушного графа, как послышалось тихое: - Никогда не судите по внешности, виконт. Вот вам мой совет. На поверхности часто мы видим совсем не то, что есть на самом деле. И почему-то добавлять что-то еще отпало всякое желание, ведь в словах Мерлина действительно был смысл. Напрасно он сорвался и дал волю своему языку, ведь юноша совсем не заслужил подобного отношения. Да, пусть он много говорил никому не нужной чепухи и пускал пыль в глаза окружающим, и репутация самого большого модника после короля шагала далеко впереди него, все же Мерлин был не похож на остальных. Он выделялся. Не только благодаря дальнему родству с Людовиком. Порой граф поражал ясностью суждений и глубиной мысли и говорил как умудренный жизнью философ. Артур не раз ловил себя на мысли, что не знает, какой на самом деле настоящий Мерлин. И вот снова резко изменившееся поведение юноши заставило Артура опять задуматься. Именно поэтому он и не понимал до конца, не мог разобраться, как следует относиться к де Эмрису. Как к избалованному мальчишке? Или же попытаться стать ему для начала хотя бы другом? На следующее утро все только и говорили про ужасающее происшествие в замке. Мерлина буквально атаковали вопросами о самочувствии, так что Гаюсу пришлось вежливо отказывать излишне настойчивым визитерам. - Быстрее бы вернуться в Париж! – Мерлин не мог дождаться, когда уже король закончит здесь свои дела и отправится обратно в столицу. – Я здесь как в клетке. И до смерти надоели все эти лицемеры, постоянно окружающие меня! - Тебе следует быть осторожнее в разговоре с виконтом Пендрагоном. Похоже, он что-то начинает понимать, ты странно себя ведешь в его присутствии, временами я вижу того самого Мерлина, которого так хорошо знаю. Ты выдаешь себя глазами и голосом. - Гаюс, я знаю, - горько усмехнулся юноша, - но ты не представляешь, как сложно изображать болезненного дворянина, помешанного на придворном этикете, рядом с человеком, которого безответно любишь. Невыносимо видеть в его взгляде столько презрения. - Любишь? Кого? Пендрагона? – старый друг присел рядом с молодым господином, который всегда был ему как сын. – И давно? - С первой встречи, как увидел его, - грустно признался Мерлин. – Глупо, правда? - Почему? Если ты его выбрал, то значит, так должно было случиться. Артур – хороший юноша, смелый, честный. И если подумать, то вы подходите друг другу. Его импульсивность – твой холодный расчет, сила и решимость, прямолинейность и хитрость. Теперь я понимаю, почему ты такой странный в последнее время. Переживаешь еще и за него? - Не хочу, чтобы он пострадал. Вернемся в город, я должен выйти на след убийцы отца через людей, которые следят за Артуром. Раз они думают, что он Черный Туз, мне легче будет подобраться к ним. - Не забывай, что я тоже могу помочь. Я не изучал технику настоятеля и не обладаю талантом в фехтовании, но твой отец и мне показал пару-тройку приемов, - подмигнул Гаюс. – Вместе мы справимся. - Спасибо, - Мерлин крепко обнял друга. – Я напишу Михаэлю письмо, подробно объясню ситуацию. Если со мной что-то случится, ты знаешь, что делать… - Мне хватило смерти Балинора, твоей я не допущу, - сердито заворчал Гаюс. – А теперь ложись и выспись хорошенько, а то начинаешь нести всякую чушь! Я покараулю у дверей, чтобы тебя не беспокоили. Отдохни. - Ну вот, кажется, я на самом деле становлюсь избалованным неженкой-графом, - засмеялся Мерлин. - Только смотри, не привыкни. Иначе отец-настоятель сам лично приедет в Париж, и достанется не только мне. - Понял, учту. Мерлин прилег и вскоре почувствовал, как падает в спасительное сновиденье.