Укротить или быть укрощённым

– А если… – Нет. – А это? – Нет. Безумно уставшие Ино и Хината с отчаяньем переглянулись, когда в уже бесчисленное количество раз услышали отрицательный ответ от своей подруги за этот день. Сакура же, казалось, совершено не испытывала усталости, с ледяным спокойствием осматривая тот или иной наряд. Прошлым вечером три подруги прибыли в столицу, остановившись в доме семьи Хьюга. Ранним же утром юная Харуно потащила своих спутниц по магазинам. Хината и Ино надеялись, что быстро смогут подобрать нужный наряд Сакуре, но зеленоглазая красавица упорно отвергала всё, что попадалось ей на глаза. Уже настали сумерки, магазины вот-вот закроются, а Сакура так и не выбрала себе наряд. Её подруги даже откровенно сомневались, что юной Харуно именно это и нужно, полагая, что она лишь с целью развеяться таскает их до изнеможения по магазинам, даже несколько раз открыто ей заявили о своих подозрениях, но подруга продолжала твердить, что попросту ничего подходящего ей не попадается. – Сакура, ну должно же было тебе хоть что-то понравиться, – едва ли не проскулила Ино, потирая уставшие ноги, когда девушки, покинув очередной магазин, уселись в карету. – Как вы не понимаете, – проговорила юная Харуно, глядя в окно. – Меня не интересует что-то там. Я хочу то, что затмит абсолютно всё. Это должно быть нечто невероятное. – Если мы и сыщем подобное, – сказала Хината, – то придётся выложить довольно круглую сумму. – Деньги меня в данный момент не волнуют совершенно. Драгоценностей у меня полно осталось, так что уже трат меньше. – Магазины уже закрываются, – произнесла юная Яманака. – Отложим до завтра? Сакура молчала, глядя в окно. Время неумолимо шло вперёд, уменьшая шансы девушки осуществить её желание. Неужели у неё так ничего и не получится? Ей не нужно какое-нибудь платье, что она подобрала бы в любом магазине, вздумай пойти на тот или иной бал. Но ничего действительно великолепного юная Харуно так за весь день и не увидела. – Мне необходимо что-то, – протянула она едва слышно, словно размышляла вслух, – что захватывало бы дух, ослепляло красотою… Это не должно быть что-то массового пошива, что-то… – Есть один вариант, – проговорила юная Хьюга, прерывая речь подруги. Юная Харуно воззрилась на подругу, ожидая, что же та скажет. Хината не спешила вдаваться в разъяснения, но всё же уступила умоляющему взгляду Сакуры, проговорив: – Одна дама может сшить платье на заказ. Второй такой наряд вряд ли ты где сыщешь. Всё выполняется строго по желанию клиента. Если она что-то хочет поменять, добавить, то обязательно обсудит сперва с заказчиком. – Едем к ней, – решительно заявила юная Харуно. – Понимаешь, эта дама… – протянула Хината, замявшись. – Видишь ли, она не принимает всех подряд. Шьёт только для себя и родных. Ещё для узкого круга, в который входят весьма влиятельные и знатные дамы. Сакура, глубоко вздохнув, устремила грустный взгляд на свои руки, обтянутые перчатками. Как обычно, стоило надежде блеснуть, как она сразу же исчезла без оглядки. – Тогда зачем ты начала этот разговор? – недовольно спросила Ино. – Я могу попробовать поговорить с нею, – пояснила юная Хьюга, видя, что зеленоглазая красавица с каждым мгновением всё сильнее вновь впадает в апатию, теряя надежду. – Но я не уверена, что она согласится. Да и понятия даже не имею, сколько попросит за оказанные услуги, если возьмётся. – Так поехали, – заявила блондинка. Юная Хьюга приоткрыла дверцу кареты, позвав кучера. Передав мужчине точный адрес, по которому следовало немедленно их доставить, девушка вновь вернулась к диалогу с подругами, пытаясь обсудить, что же конкретно желает Сакура, поскольку, ежели действительно удастся получить аудиенцию и уговорить вышеупомянутую даму сшить в кратчайшие сроки наряд, то нужно чётко знать, что хочешь в итоге получить. До нужного дома девушки добрались поздно вечером. Уже одно это уменьшало их шансы на успех до катастрофически мизерных размеров. Всё же вряд ли кому придётся по душе, что незваные гости заявились в столь поздний час, ещё и смеют что-то просить. Каково же было удивление юных леди, когда слуги, испросив у хозяйки дозволения, вернулись и сообщили, что она готова принять посетительниц. Похоже, хозяйка дома настроена доброжелательно, иначе бы их уже гнали взашей. Девушек провели в гостиную, где подали чай и закуски. Вскоре появилась и сама хозяйка дома. Это оказалась довольно высокая женщина средних лет, стройная, темноволосая, кареглазая. Добродушно улыбнувшись девушкам, она присела рядышком в кресло, ожидая, когда же они изложат ей свою просьбу. – Госпожа Сарутоби, – начала речь Хината, поскольку являлась единственной, кто была ранее представлена хозяйке дома. – Мы нижайше просим у Вас прощения за своё вторжение в столь поздний час, но, поверьте, обстоятельства сложились так, что иного выхода у нас не осталось. – И чем же я могу помочь? – Моей подруге, госпоже Харуно, – немного неуверенно произнесла юная Хьюга, указывая рукою на Сакуру, пытаясь подобрать слова верно, дабы не рассердить даму чем-либо, – вскоре предстоит прибыть в одно место, где состоится весьма важное мероприятие. – И ей необходимо выглядеть соответственно, – кивнула своим же словам госпожа Сарутоби, прекрасно понимая, к чему клонит девушка. – Да. Мы объездили практически весь город, обошли множество магазинов, но ни в одном не смогли найти наряд, который мог бы соответствовать тому кругу лиц, что прибудут на данное мероприятие. В течение всего разговора темноволосая дама не сводила внимательного и изучающего взгляда с Сакуры, что несколько нервировало зеленоглазую красавицу, которая и без того пребывала вся на нервах, ожидая в любой момент гневного отказа. – А мне дозволено узнать, что за мероприятие предстоит посетить госпоже Харуно? – спросила госпожа Сарутоби. – Это вечер в честь помолвки моего кузена, – ответила Хината. – О-о, конечно, я наслышана об этом, – произнесла с лёгкой улыбкой дама, чем вызвала неподдельное удивление у девушек. – Я лично помогала будущей графине в пошиве наряда по просьбе господина Хьюга. – В таком случае, госпожа, – продолжала светлоглазая девушка, несколько воодушевившись положительным настроем дамы, – Вы лучше нас всех вместе взятых знаете, на какой уровень должна выглядеть моя подруга. – Да, ей крайне тяжко будет тягаться с дамами, что будут там присутствовать, ежели появится в платье из магазина, – сказала темноволосая женщина, вновь устремив внимательный взор на Сакуру. – И вы, значит, решили, что я могу помочь вам в столь важном деле. – Да, госпожа. Вы являетесь нашей последней надеждой. Госпожа Сарутоби довольно длительное время молчала, чем безумно нервировала юных девушек. Они не могли понять, о чём думает женщина. Если она против, то почему не скажет об этом напрямик? Если согласна помочь, то тоже могла бы сразу дать ответ, а не заставлять терзаться в неведении. – Не в моих правилах, – изрекла спустя некоторое время госпожа Сарутоби, – браться за важные заказы вот так внезапно, имея при этом весьма минимальное количество времени. Девушки моментально поникли, прекрасно понимая, что дама готова отказать им в просьбе. Что же, они были готовы к такому исходу. И всё же было горько осознавать, что, будучи столь близко к успеху, их в очередной раз постигло жестокое разочарование. – Я жду Вас завтра утром, госпожа Харуно, сразу же после завтрака, – произнесла дама. – Попрошу не опаздывать. Времени и без того в обрез. Девушки во все глаза уставились на хозяйку дома, словно не могли поверить, что им не послышалось, она действительно только что согласилась им помочь. – Я в Вашем неоплатном долгу, госпожа Сарутоби, – произнесла зеленоглазая красавица. Не смея более злоупотреблять гостеприимством госпожи Сарутоби, девушки поспешили распрощаться и покинуть её дом, направившись в особняк семьи Хьюга. Но и там особого покоя не было до поздней ночи, поскольку Сакура принялась копаться в вещах, что привезла с собою, выискивая часть драгоценностей, подаренных ей ранее Саске. На вопрос, для чего ей это нужно, юная Харуно заявила, что ей придётся в любом случае как-то оплатить услуги госпожи Сарутоби, а наличных денег у неё крайне мало для этого. Герцог Учиха не забрал свои подарки, так что иного пути Сакура не видела. Она либо продаст часть драгоценностей, что крайне сомнительно, учитывая их истинную стоимость, либо напрямую отдаст те, какие приглянутся даме, в качестве оплаты. – А если герцог всё же потребует от тебя вернуть ему драгоценности? – спросила Ино, глядя на то, как Сакура внимательно перебирает украшения, стараясь хотя бы приблизительно уяснить их стоимость. – Это будет совсем уж низко с его стороны. Да и он написал ей письмо, – ответила за подругу Хината, – в котором ясно указал, что не собирается требовать вернуть деньги, что… Тут юная Хьюга умолкла, испуганно взглянув на Сакуру. Всё же не стоило ей озвучивать то, чему стала невольной свидетельницей по чистой случайности, прочтя то, что было написано лишь для зеленоглазой красавицы. Да и Ино не знала всех обстоятельств общения Сакуры и Саске. То, что его светлость герцог Учиха отказался от свадьбы с Сакурой, при этом не забрал деньги, уплаченные за неё её отцу, Харуно Кизаши, никого, кроме семьи девушки, не касалось. – Согласна, с его стороны было бы низко и подло, – заявила юная Яманака, то ли проигнорировав слова Хинаты, то ли не до конца поняв, то ли деликатно сделав вид, что вообще ничего не слышала, – отбирать у неё то, что сам же и подарил. И куда бы он дел драгоценности, забери их у Сакуры? – Подарил бы своей новой пассии, – ответила юная Харуно. Собственно говоря, зеленоглазая красавица абсолютно не сомневалась, что именно так он бы и поступил, попросту передарил бы драгоценности своей новой невесте. Девушка только порадовалась в данный момент тому, что сидела на полу, склонив голову, делая вид, что внимательно рассматривает украшения, поскольку волосы скрывали от подруг выражение её лица, мук, что отразились на нём, стоило ей вспомнить Саске, его поступок, последствия. – Тогда он бы окончательно опустился, – сказала юная Яманака. – Подобное слишком позорно даже для самого низкого человека. – Как полагаете, этого будет достаточно? – поинтересовалась, дабы уйти подальше от неприятного разговора, Сакура, показывая подругам комплект украшений с крупными изумрудами, в который входили серьги, браслет и колье. – Или ещё вот это отдать? – девушка указала на серьги и кулон с бриллиантами. – Вполне достаточно и первого, – ответила Хината. – Даже, я бы сказала, этого много, один браслет оплатит всё. – Мне так не кажется. – Сакура, поверь, один такой комплект, созданный на заказ, стоит больше, нежели пять тех нарядов, что госпожа Сарутоби для тебя может сшить. И вообще, у тебя не так много драгоценностей, так что не глупи, не разбрасывайся ими. – Зачем они мне? – грустно улыбнулась девушка. – Хотя бы для тех же денег, – ответила Ино. – Всегда можно попробовать их продать. Что же, юная Харуно вынуждена была признать, что подруги правы. Кто знает, что ждёт впереди. Деньги вряд ли будут лишними. А если вспомнить увлечение отца азартными играми, то не было нужды и сомневаться, что вскоре их семья вновь может оказаться на грани нищенства. Но и тут Сакура несколько лукавила. Деньги, уплаченные за неё герцогом Учиха, пошли на покрытие долгов господина Харуно, отца девушки. Более их содержать Саске не будет. Большую часть оставшихся средств Сакура, не зная истины, наивно полагая, что тратит деньги отца, истратила на балы, наряды и украшения, живя у тёти. То же, что осталось, вряд ли поможет прожить длительное время. Дорогие подарки герцога Учиха, продай она их, не спасут ситуацию, лишь на краткий срок отсрочат неизбежное, коли отец возьмётся вновь за старое.

***

Сакура проснулась довольно рано, поскольку и ночью ей не было покоя. Во сне она вновь встретилась с тем, о ком всё это время вспоминала, кого ненавидела, кого мечтала вновь увидеть, кого готова была разорвать на куски при встрече и в то же время обнять, никогда не отпускать, не отдавать никому. Но и во сне он сперва был с нею ласков, нежен, а затем унизил её на глазах у всех, осмеял. А вместе с ним хохотала и издевалась та, что ныне являлась его невестой. Сакура помнила лишь смутный её образ из сна, но отчётливо запомнила издевательский смех. Быстро позавтракав, при этом стараясь не думать о сне и о том, что ждёт её в будущем, девушка умчалась к госпоже Сарутоби. Дама приняла её довольно радушно. Заявив, что нет нужды тратить время на формальности, ненужные разговоры, она сразу повела девушку в необходимую для данных целей комнату. Юная Харуно аж рот приоткрыла, когда оказалась в небольшой комнате, стены которой сплошь были в зеркалах. Тут имелось несколько комодов со множеством ящичков различных размеров, удобные кресла и диванчики, довольно длинный, но в то же время широкий стол, несколько сундучков, о содержимом которых зеленоглазая красавица даже помыслить не могла. Посреди комнаты стоял небольшой пуфик, на который госпожа Сарутоби попросила взойти Сакуру. Та безропотно повиновалась, а дама, походив немного вокруг девушки, о чём-то размышляя, указала рукою на одно из зеркал, что оказалось дверцей в соседнюю комнатку. – Госпожа Харуно, я прошу Вас пройти в комнату и снять Ваше платье и туфли, а затем вернитесь сюда. Просьба несколько смутила девушку, но она не могла ничего против сказать женщине. Всё же госпожа Сарутоби тратила на неё, неизвестную никому, глупую, практически нищую девчонку своё драгоценное время и свой талант. Вернувшись обратно в зеркальную комнату, Сакура вновь взобралась на пуфик. При этом девушка старалась смотреть в пол, поскольку безумно смущалась. Всё же находиться в одном нижнем белье в такой комнате, где ты сам себя видишь абсолютно со всех сторон, заметны все нюансы фигуры, ещё и при постороннем человеке, пусть при мастере и женщине, было очень стыдно. Госпожа Сарутоби тем временем со знанием дела уже разложила на столе необходимые ей инструменты, взяла в руки сантиметр и принялась обмерять юную Харуно, записывая все мерки на отдельный листочек. Когда с размерами было покончено, Сакура вновь надела своё платье, вернулась в комнату, где присела на софу рядом с дамой, которая взяла в руки несколько больших листов бумаги и карандаш. – Итак, госпожа Харуно, я готова Вас выслушать относительно Ваших предпочтений. – Предпочтений? – переспросила Сакура, не совсем понимая, о чём говорит женщина. – Что бы Вы желали увидеть на себе? – пояснила госпожа Сарутоби. – Цвет наряда, фасон, какие-либо детали… – Я… Зеленоглазая красавица замялась, не зная, что и сказать. Она и сама не знала, что желает получить. Конечно, так просто сказать, что нравится то или иное, когда это что-то у тебя перед глазами, а вот попытаться вообразить действительно нечто красиво и стоящее… Это, пожалуй, под силу явно не ей. – Что же, давайте я Вам продемонстрирую кое-что из того, что я вижу на Вас, – сказала дама, видя состояние девушки. – А Вы, если не надумаете ничего, выберете из предложенного. В процессе мы можем изменять тот или иной наряд, что я буду Вам демонстрировать, вносить коррективы. – Благодарю, госпожа. – Что же, приступим. Все наряды, в том числе цвета ткани, я буду предлагать с учётом Вашей внешности в целом: фигуры, оттенка волос, глаз… С причёской проблем не возникнет. И, естественно, обстоятельств. Итак, я предлагаю вот такой вариант… Госпожа Сарутоби принялась что-то быстро рисовать на листе. Сакура же с удивлением и восторгом любовалась тем, как на чистом листе бумаги возникает потрясающее по красоте платье. Попутно дама разъясняла девушке свои действия, объясняла, какая ткань может быть в данном наряде использована, что и как можно попробовать добавить… За одним наброском следовал другой. И таким образом госпожа Сарутоби продемонстрировала юной Харуно пять различных эскизов нарядов, каждый из которых поражал воображение зеленоглазой красавицы. Сакура и помыслить ранее не могла, что такие красивые платья вообще бывают. Но ведь на листе и в жизни вещи разнятся. Не будут ли наряды слишком уж вычурными в реальности, громоздкими, вообще смешными и неуместными? Госпожа Сарутоби заявила, что берёт всю ответственность на себя. Ещё никто не жаловался, но, если у клиента появится недовольство, она компенсирует понесённый урон. Зеленоглазая красавица довольно длительное время провела в обсуждениях с госпожой Сарутоби нарядов. В итоге из пяти были отобраны три эскиза, которые после частично сложились в единый наряд. От изображения на картинке Сакура была в восторге, хотя и переживала, что вновь её постигнет разочарование, когда она увидит его на себе в реальности.

***

В течение последующих трёх дней Сакура пребывала в постоянном напряжении. Ей казалось, что платье не будет готово в срок, переживала, что вообще ей не подойдёт. Подруги старались успокоить её, отвлечь как-либо, но юная Харуно всё равно не могла отделаться от тревоги. И вот на четвёртый день ожиданий пришло письмо, где сообщалось, что госпожа Сарутоби просит госпожу Харуно прибыть к ней, дабы примерить наряд, заказанный ею ранее. Захватив Ино и Хинату, Сакура помчалась к госпоже Сарутоби, безумно надеясь, что все её опасения напрасны, как и говорили ранее подруги. Дама проводила юных леди в зеркальную комнату, усадив на софу, а с Сакурой прошла в соседнюю комнатку, где помогла облачиться в подготовленный наряд. Хината и Ино пребывали в ожидании, пытаясь тщетно угадать, что же сотворила госпожа Сарутоби для их подруги. Когда же зеленоглазая красавица вернулась в зеркальную комнату, став на пуфик в центре, то девушки даже затаили дыхание. Сама юная Харуно тоже не могла подобрать слов, дабы описать своё состояние, когда она увидела себя в новом платье. Наряд был создан из бархата насыщенного изумрудного оттенка, красоту которого Сакура не могла описать словами. Оттенок был поистине восхитительный, она никогда не видела ничего подобного. Длинная юбка, спадая идеально собранными волнообразными складками, плавно переходила в шлейф. Корсет плотно облегал стан девушки, подчёркивая все достоинства и скрывая недостатки. Тонкую талию подчёркивал пояс, вышитый замысловатым узором серебряными нитями и украшенный россыпью самоцветов, удачно подобранный в тон наряду. Подобный узор украшал подол платья и лиф. Рукава, облегающие руки и плавно переходящие от локтей к запястью в широкий обшлаг, и верхняя часть наряда, переходящая в высокий воротник-стоечку, были созданы из полупрозрачных кружев того же оттенка, что и платье. – У меня нет слов, – выдохнула юная Яманака. – Потрясающе, – поддакнула Хината. – Сакура, тебе безумно идёт. – Да, – кивнула блондинка. – И цвет, и фасон… Ты словно в нём родилась. – Оно потрясающе оттеняет твою кожу, а глаза просто сверкают, словно драгоценные камни. Они и так у тебя ярко-зелёные, а сейчас… А какая ты в нём высокая, стройная... Это бесподобно. – Прошу обратить ваше внимание, юные леди, – сказала госпожа Сарутоби, – на некоторые особенности наряда. Возьмём, к примеру, кружевные вставки. Как вы можете видеть, они словно сливаются с бархатной основой. Но, ежели подойти ближе, то становится заметно, что кружева на самом деле полупрозрачные. Тем самым открывается пикантный и соблазнительный вид на зону декольте. Сама ткань, хотя и бархат, довольно лёгкая, не особо подвержена деформации, – на этих словах дама подмигнула Сакуре, проговорив: – Можно сидеть, танцевать, даже обниматься вдоволь с возлюбленным, платье практически не потеряет свой первоначальный вид. К платью прилагаются туфельки, которые в данный момент на госпоже Харуно. Сакура приподняла подол платья, дабы подруги смогли полюбоваться обувью. Туфли были идеально подобраны в тон платью. Даже украшены очень красивыми пряжками, что сочетались с общей гаммой россыпи каменьев на платье. – Данный наряд, – продолжала госпожа Сарутоби, – сам по себе является полностью самостоятельным. Он не нуждается в дополнительных украшениях. Никаких колье и браслетов. Разве что можно подобрать серьги и кольцо, но они не должны быть громоздкими. Да и не пойдут Вам, юная леди, крупные украшения, – сказала она Сакуре, поправляя шлейф наряда. – Что-то миленькое, нежное, едва заметное будет идеально смотреться. Волосы я бы посоветовала уложить в высокую причёску. Но ничего сложного, строгая элегантность будет играть Вам на руку. Госпожа Сарутоби подошла к большому столу, на котором стояла коробка, открыла её, извлекла оттуда что-то, а затем вернулась к Сакуре. – Вот, пожалуй, последняя деталь. В руках юной Харуно оказался восхитительный ридикюль, расшитый бисером и серебряными нитями в виде павлина. – Сюда можно положить зеркальце, – как бы между делом заявила дама, хотя девушки прекрасно и так знали, для чего служат такие великолепные аксессуары, – расчёску, флакончик с духами, платочки, верёвку, нож, бутылочку с ядом… На последних словах госпожа Сарутоби засмеялась, узрев непонимание и удивление на лицах девушек. – А что такого? – пожала она плечами. – Вдруг возлюбленный заартачится. Или потребуется незамедлительно помочь ему с правильным выбором между двумя дамами. Или понравится другой, а прежний не захочет уступать ему место. Всякое случается. Леди должна быть готова к любой ситуации. Девушки пробыли ещё некоторое время в доме госпожи Сарутоби, которая кое-что им рассказала, помогла с советами. От оплаты дама отказалась, заявив, что лишь после того, как Сакура съездит на вечер, выслушает девушку, она решит, стоит ли брать с неё деньги. Всё же клиентка может высказать и своё недовольство впоследствии. В итоге девушки вернулись домой лишь поздно вечером. Уставшие, но безумно довольные, они поужинали и легли спать. Через два дня предстояла тяжёлая во всех смыслах поездка, исход которой никто не брался предугадать.

***

Экипаж мчался по дороге, вздымая за собою клубы пыли. Поля, утопающие в цветах, притягивали взор любого, кто оказывался в этих краях. Но далеко не всем в этот момент подобное восхитительное зрелище доставляло удовольствие. Юная Харуно, глядя на бескрайние луга, вспоминала дни, когда совершала поездку к господину Сабаку но. Тогда она путешествовала в компании Саске, они останавливались на отдых среди таких же полей… Сакура не могла не вспомнить, как герцог Учиха сплёл несколько венков из цветов. Тогда он не казался ей холодным и надменным, подлым и жестоким, а был заботливым, нежным, романтичным. Стараясь отогнать от себя тяжкие мысли, девушка попыталась отвлечься на разговор с подругой, но то и дело, когда её взор вновь падал на окно, за которым пробегали поля, грусть, разочарование и обида вновь обуревали зеленоглазую красавицу. – Осталось совсем немного, – сказала Хината. – За тем холмом будет река. Переедем мост, обогнём небольшую рощу, там и увидим особняк моего брата. Юная Хьюга видела, что Сакура безумно нервничает, но старалась делать вид, что всё отлично, беззаботно болтала о всяких пустяках. Юная Харуно была безмерно благодарна подруге, но всё же, чем ближе они приближались к нужному месту, тем сильнее она ощущала страх и неуверенность, хотелось бросить всё и помчаться обратно. Плевать на Саске, на его невесту, на герцогиню, на всех и на всё. Зеленоглазая красавица хотела покоя, а не продолжения страданий. Но и понимала, что, ежели она струсит сейчас и сбежит, поджав хвост, спрячется в нору, лишь на время отсрочит то, что неумолимо должно в итоге произойти. Уж лучше встретить свою участь с гордо поднятой головой, лицом к лицу, нежели остаток жизни рыдать о том, что так и не решилась, не смогла. Огромный особняк буквально утопал в зелени садов. На лугах, что простирались от реки до особняка, Сакура увидела прекрасных коней, которые на какое-то время отвлекли девушку от тяжких дум, полностью завладев её вниманием. Проехав кованые ворота, юная Харуно увидела вдалеке несколько экипажей, которые слуги откатили к сараю. Что же, практически все гости в сборе. Экипаж остановился подле невысокой лестницы, ведущей к двустворчатым массивным дверям, у которых ожидал лакей. Юным дамам слуги помогли выйти из экипажа, а затем занялись их вещами. Не успели девушки ступить и на одну ступеньку лестницы, как из дома вышел сам хозяин особняка. – Добрый день, мои дорогие леди, – произнёс Неджи, склонившись в поклоне и поцеловав поочерёдно ручки девушкам. – Как дорога? Не сильно утомились? Если желаете, можете прилечь, привести себя в порядок. Всё необходимое вам немедленно доставят в комнаты. – Всё прекрасно, господин Хьюга, – проговорила Сакура. – Благодарю за заботу. – Спасибо, кузен, – сказала Хината. – Поездка прошла хорошо. – Прошу. Неджи жестом пригласил девушек пройти в дом. Сакура удивлённо принялась оглядываться по сторонам, оказавшись в просторном холле. Большие окна, мраморные полы, прекрасные картины, гобелены, ковры, скульптуры… Она не знала, на чём остановить своё внимание. Хотелось рассмотреть сразу всё, хотя это и не представлялось возможным. – Позвольте Вам представить, госпожа Харуно, официально мою будущую супругу, – проговорил Неджи, когда к Сакуре и Хинате приблизилась темноволосая девушка с ярко-карего оттенка глазами, облачённая в изумительное платье из шёлка золотого оттенка, украшенное вышивкой бисером. – Тен-тен, его невеста, – представилась она лично с улыбкой на устах, не дав жениху более и слова произнести, сделав лёгкий книксен. – Сакура, местная дурочка, – ответила ей тем же юная Харуно. Обе девушки, пару мгновений помолчав и обменявшись взглядами, весело засмеялись. – Рада видеть вас, Сакура, Хината, – сказала Темари, подходя к прибывшим девушкам. Рядом с блондинкой стоял и господин Нара, который улыбался девушкам. Где-то позади юная Харуно заметила приближающегося Гаару, который, подойдя к девушкам, поцеловал им руки, тепло поздоровавшись. – Вишенка. Юная Харуно удивлённо воззрилась в ту сторону, откуда послышался голос, узрев приближающегося светловолосого мужчину, который буквально светился радостью. – Господин Тсукури, – проговорила Сакура. Улыбка мгновенно исчезла с лица блондина, который состроил грустное выражение лица. – Вот тебе и встреча, – пробормотал он с деланно грустным видом, глубоко при этом вздохнув. – А я-то надеялся… Эх, нет бы сказала: «Дейдара, дорогой мой, как я счастлива видеть тебя, как соскучилась». – Я на самом деле соскучилась и рада Вас… – произнесла с улыбкой Сакура, но сразу же поправилась, увидев, как по-детски надул губки мужчина, делая вид, что обиделся, когда она обратилась к нему на «вы», – тебя видеть. – Вот так-то лучше, – вновь заулыбался Дейдара, раскрывая объятия. – Обними же меня, моя Вишенка, иначе обижусь. Сакура сперва смутилась, но довольно быстро взяла себя в руки. Всё же Дейдара был её, если не другом, хорошим знакомым. А после пары дней, что она провела в узком кругу лиц в доме Гаары, когда они весьма дружно общались, пожалуй, можно было позволить себе маленькую вольность обнять блондина. Девушка уже сделала шаг к нему, как остановилась, услышав голос: – Что-то ты разошёлся, Дейдара. Не учили, что отбивать чужих дам очень и очень плохо? – А кто отбивает-то? – обиженно бросил Дейдара, но всё же немного отошёл в сторону. – То, что ты герцог, ещё не даёт тебе право выбирать себе красавиц. Я её первым встретил. Имею право обнять подругу. Сакура же, не слушая практически причитаний господина Тсукури, во все глаза смотрела на того, кто сейчас направлялся в её сторону. После речи Дейдары, произнесённой с долей шутки, да и реакция окружающих говорила красноречивее любых слов, у зеленоглазой красавицы не осталось никаких сомнений в личности этого мужчины. Так вот, значит, какой он, младший брат Учиха Саске.