Укротить или быть укрощённым

Окончив речь, Сакура закрыла глаза и прикусила нижнюю губу, стараясь не расплакаться. Да, она сейчас не просто рассказала кому-то какую-либо нелепицу, а выложила всю подноготную на себя человеку, который запросто может её уничтожить. И нет, юная Харуно переживала далеко не из-за физической угрозы устранения, а именно моральная сторона вопроса пугала её больше всего. Зеленоглазая красавица отчётливо осознавала тот факт, что попросту вручила молодому герцогу Учиха свою жизнь, дав дозволение с нею делать всё, что ему заблагорассудится, но в то же время она целенаправленно на данный шаг пошла, дабы раз и навсегда развеять все недомолвки между ними. И пусть теперь ей придётся жестоко поплатиться за всё содеянное ранее, но более выносить всё это, держать в себе, терзаться днями и ночами она не могла. Ежели ранее Саске мог лишь предполагать, смутно догадываться о чём-то, действовать, что называется, вслепую, то теперь у него оказались все козыри на руках. Ему банально стоит сказать Сакуре, чтобы она надела на шею верёвку с камнем и прыгнула в реку, то, не стоит и сомневаться, именно это девушка и сделает, поскольку мужчина отныне имеет все рычажки для управления. Она, словно марионетка, будет покорна любому его действию. Пусть к данному разговору зеленоглазая красавица готовилась, вполне осознанно шла, но всё же сейчас её буквально трясло по той причине, что Саске просто молчал. Хорошо, она просила его не мешать ей, пока пыталась облегчить душу, рассказать обо всём. Но теперь-то чего онемел? Или не только приличных слов, даже ругательства подобрать никак не может? Юная Харуно была готова к его гневным тирадам, вспышке бешенства, но не к подобному. И что теперь, как это всё понимать? Или попросту она крупно просчиталась, полагая, что молодой герцог Учиха ничего не знает о её жалких махинациях, на деле же девушка всё это время играла по его правилам, а он лишь потешался? Внезапно Саске пошевелился, и Сакура невольно вздрогнула, сжавшись в комочек. Но брюнет не стал кричать, вообще что-то говорить или делать, а просто медленно поднялся и отошёл на несколько шагов от девушки. Юная Харуно не знала, что ей и думать. И чего он молчит? Неужели сложно хотя бы послать её далеко и надолго? Уж лучше выслушать о себе самые мерзкие слова, но осознать, что вот и итог всего, нежели терпеть столь непонятное и душераздирающее молчание. Сакура робко приподняла голову и взглянула на герцога. Мужчина стоял к ней спиною, глядя на реку. Его поза казалась девушке расслабленной, словно только что вообще ничего не произошло, на него не взвалили массу правдивых, при этом далеко не лицеприятных откровений. Саске словно в гордом одиночестве прогуливался по берегу реки, размышляя о чём-то донельзя приятном. Ну, так казалось юной Харуно, поскольку весь внешний вид его именно об этом ей и говорил. Когда Саске, глубоко вздохнув, медленно обернулся, Сакура вновь зажмурилась. Пусть очень и хотелось ей взглянуть ему в глаза, попытаться прочесть эмоции, хотя и осознавала всю тщетность своих надежд, ведь мужчина мастерски умел владеть собой, но всё равно не смогла себя пересилить, поэтому выбрала очередное позорное отступление. Юная Харуно слышала его тихие шаги, осознавала, что он остановился буквально в шаге от неё, поскольку закрыл её своим телом от солнца. Некоторое время Сакура так и сидела, не зная, как поступить. Но нервы всё же сдали, и девушка медленно открыла глаза, после чего приподняла голову, дабы взглянуть на мужчину. Буквально через пару мгновений зеленоглазая красавица вскрикнула от резкой и жгучей боли, а затем, не усидев, поскольку сила удара была достаточно мощной, да и внезапность сыграла свою роль, упала на бок, прижимая ладонь к горящей после пощёчины щеке. Невольно выступили слёзы, но девушка не могла понять, что стало истинной для этой ничтожной попытки надавить на жалость, хотя об этом и речи на самом деле в данной ситуации не могло быть. Быть может, виной тому была боль, ведь молодой герцог Учиха не поскупился на силу для удара. Может статься, что внутреннее её напряжение всё же вырвалось таким образом наружу. Может быть, страх на подсознательном уровне, ведь явно сейчас будет ещё хуже. Возможно, что-то ещё. Сакура не могла сейчас думать об этом, да и не хотела. Зеленоглазая красавица едва не завизжала, когда спустя несколько мгновений Саске опустился подле неё на колени, крепко сжав девушку в объятиях. Поскольку Сакура не знала, к чему ей и готовиться, что нынче ожидать ещё от мужчины, она лишь затаила дыхание, надеясь в глубине души, что всё же сможет стойко снести любые кары, которые герцог явно вот-вот обрушит на её голову. Но каково же было удивление юной Харуно, когда Саске не только не продолжил её бить, пусть явно и мечтал сделать в этот миг из неё отбивную, но даже грубого слова ей не сказал, лишь продолжал крепко обнимать. У Сакуры даже мелькнула шальная мысль, что она попросту спятила, вот ей и мерещится всякая чертовщина, а на деле ничего подобного и не происходит. Либо она уже в полубессознательном состоянии, вот-вот успешно отправится на тот свет, вот галлюцинации её и посещают напоследок. – Прости. Вот теперь, услышав тихий, но вполне ясный голос мужчины, Сакура уверовала, что ей всё это точно мерещится. С какой это радости он сейчас за что-то просит у неё прощение, если это она должна валяться у него в ногах и вымаливать хотя бы кроху понимания? Да и она сама, по идее, разрешила ему её бить, только, правда, просила это делать аккуратно, чтобы не так заметно было окружающим, а на лице синяки быстро заметят, так что особо и возмущаться нет причин. Но не успела девушка подумать о том, что молодой герцог Учиха явно лишь сказал это с целью хоть как-то объясниться за всплеск эмоций, повлекших его столь низкий поступок, выразившийся в рукоприкладстве в отношении слабой и беззащитной девушки, перенесшей недавно трагедию, как последовало продолжение. – Ты не представляешь себе даже, что я думал всё это время, чувствовал, – почти прошипел в порыве едва сдерживаемой ярости брюнет. Вот, теперь было уже ближе к делу, никакого раскаянья в голосе, лишь холодная решимость её прикончить. – Да ты просто… просто… Тут у Саске явно не нашлось более-менее приличных даже с точки зрения бранной диалектики слов, поэтому он, как решила Сакура, просто решил промолчать, чтобы не погрязнуть окончательно, как ему казалось, в низости. Негоже герцогу так выражаться, особенно в адрес леди, пусть и той, которую он готов сейчас разорвать за все причинённые ему страдания на мелкие кусочки. – Ты из меня всю кровь выпила, – продолжал Саске, при этом было очевидно, что он едва сдерживается, чтобы не отлупить девушку, – все нервы мне истрепала. Я стойко сносил все унижения, коим ты меня щедро одаривала при любом удобном случае. Из-за тебя я послал все свои принципы, воспитание, даже уважение родных и друзей ко всем чертям, был готов на всё, чтобы тебе угодить, сделать твою жизнь лучше и счастливее. А ты… ты… В этот момент брюнет крепче сжал объятия, и Сакуре показалось, что она сейчас задохнётся. Но ей было всё равно, она была готова на это, иначе бы не пошла на данный шаг. Когда же Саске ослабил хватку и несколько отстранился, юная Харуно сквозь пелену слёз увидела подле своего горла его руки, словно он вот-вот был готов свернуть ей шею. – Я тебя сейчас задушу, – прошипел сквозь зубы молодой герцог, при этом сжимал и разжимал пальцы, словно действительно сейчас приступит к исполнению своей угрозы. – Медленно буду душить, любуясь твоими страданиями, чтобы поняла, каково было мне. Но зеленоглазая красавица молчала. Она не желала даже пытаться вымаливать у него прощение за свои гадкие поступки в течение всего времени, что они были знакомы. Ей всерьёз казалось, что лучше пусть выместит на ней свою злость здесь и сейчас, так будет лучше для всех. – Повеселилась от души? – рыкнул Саске, после чего вновь крепко сжал в объятиях девушку, а затем почти простонал: – Убью тебя, клянусь. Плевать на всё, сам сдохну следом, но всё равно тебя убью, чтобы более не смела меня истязать. Брюнет уткнулся лицом в шею девушки, сделал глубокий вдох, провёл носом по бархатной коже к ключице, а затем к ушку, после чего едва слышно, что Сакура даже решила, будто всё это лишь плод её воображения, произнёс: – Люблю тебя. В следующий момент мужчина начал покрывать её шею, лицо и плечи поцелуями. Юная Харуно совершенно растерялась, поскольку не в силах была осмыслить суть происходящего. Общее положение ситуации, озлобленный тон его голоса и угрожающие слова никак не увязывались с ласковыми поцелуями. Девушка была откровенно сбита с толку столь странным поведением молодого герцога Учиха. – Саске… – прошептала Сакура, но мужчина гневно прервал её: – Рот закрой, я ещё не успокоился. После чего, словно всё это в порядке вещей, ничего и не произошло вовсе, он вновь вернулся к поцелуям, окончательно доконав девушку, у которой голова пошла кругом от столь вопиющей нелогичности происходящего. Сакура вновь инстинктивно вся сжалась, когда Саске повалил её на спину, нависая сверху, но вскоре, не заметив с его стороны прямых угроз, никаких намёков на возможное насилие, он лишь продолжал её целовать, несколько расслабилась, хотя всё ещё недоумевала относительно его поведения, ожидая продолжения агрессии в самое ближайшее время. – Скажи. – Сказать что? – недоумённо переспросила девушка. – То, что я хочу слышать, – рыкнул брюнет. Потрясающе. Сакура даже несколько позабыла от такой вопиющей наглости о том, что должна сейчас всячески ему подчиняться, пытаться успокоить, умаслить. Да откуда ей знать о том, что он там себе надумал, особенно в таком состоянии, при данных обстоятельствах? Поскольку ничего путного на ум не приходило, юная Харуно выдала первое, что, по её мнению, могло помочь немного сбавить агрессию мужчины: – Я тебя люблю. – Ещё. Что ещё-то? Ему этого мало? Поскольку придумать что-то более стоящее Сакура так и не смогла, она просто повторила: – Люблю тебя. Поскольку более мужчина не донимал её данными вопросами, Сакура не спешила что-то ещё говорить, чтобы лишний раз его не злить. Время от времени Саске либо рычал в адрес юной Харуно что-то угрожающее, либо резко менял свой агрессивный настрой, начиная что-то ласковое ей шептать. Вскоре зеленоглазой красавице откровенно надоела данная неопределённость. Пусть выберет что-то одно: либо прибьёт её, либо прощает. Участвовать в происходящем более девушка не собиралась, иначе точно от обилия неразрешённых эмоций и чувств сойдёт с ума. Сакура упёрлась руками в грудь мужчины в попытке его отстранить, но это окончилось лишь полным провалом в физическом плане, ведь Саске намного тяжелее её и сильнее, так что для юной Харуно сдвинуть его было сопоставимо с тем, что столкнуть поезд. Зато в качестве ответа не заставила себя ждать очередная гневная тирада со стороны герцога, хотя слов Сакура толком разобрать не могла, лишь глухое рычание. – Перестань, пусти, – просила девушка, продолжая свои тщетные попытки отстранить от себя мужчину. – Ты ещё и крохотной доли всего, что сотворила, не оплатила, – рыкнул ей в ответ герцог, а затем легонько укусил в плечо. Сакура шумно вздохнула, едва сдержав вскрик, а затем принялась лупить брюнета кулачками по спине. – Ты что творишь? Видно же будет. – И что? Спросить всех забыл. Наденешь, ежели уж на то пошло, более закрытый наряд. В следующий миг последовал очередной укус, но уже в районе ключицы. – Это моё тело, – огрызнулась юная Харуно, успешно к тому времени позабыв, что собиралась играть роль покорной жертвы, лишь бы вымолить у молодого герцога прощение. – Ты не имеешь никакого права им распоряжаться. Себе синяки и укусы ставь. – Нет, не угадала, – заявил ей Саске, взглянув на девушку так, что Сакуре показалось, будто он её сейчас живьём проглотит. – Ты моя, так что с тобою я могу делать всё, что мне заблагорассудится. И вновь укус в доказательства его слов, но уже более слабый, за ушко. – Что? – едва не взвизгнула в негодовании Сакура. – Совсем обнаглел? Я не вещь. И плевать я хотела, что ты с моим отцом какую-то там сделку оформил. Я тебе не рабыня. – Ты моя невеста, – настаивал на своей правоте герцог. – Ещё хоть слово скажешь о том, что я твоя собственность, – парировала зеленоглазая красавица в тон ему, – так это всё окажется в далёком прошлом. Причём уже навсегда. И вообще, ты сам разорвал договор, так что не смей даже заикаться о какой-то там нашей помолвке. – Ты мне ещё угрожать вздумала? – прошипел мужчина, взгляд его вновь стал угрожающим. – Я констатирую факт, – ответила ему Сакура. – Не думай, что я, осознавая и признавая свою вину, позволю тебе издеваться над собою в полной мере. То, что я призналась тебе в ответных чувствах, вовсе не говорит о том, что теперь ты можешь об меня ноги вытирать. – А об меня, значит, можно. – Всё, ты меня достал, – зарычала юная Харуно, принявшись остервенело вырываться из рук мужчины. – Строишь из себя тут неженку-обиженку. Посмотрите на него, какой бедный и несчастный. Сам творил чёрт знает что, купил, словно лошадь, лгал, всячески портил мне отношения с окружающими, а теперь ноет. И это мужчина. Да чтобы я за такого замуж вышла… Не бывать этому. – Когда это я портил тебе отношения? – возмутился Саске, при этом старался не выпустить свою добычу из рук. – Да постоянно. Кто всячески отваживал от меня мужчин? Кто запрещал мне общаться с теми, с кем я хочу? – Что-то не заметил ухудшения твоей жизни. И вообще, раз пошёл такой разговор… – Не сейчас, пусти, – рыкнула Сакура. Девушка вновь предприняла попытку вырваться, но и она не увенчалась успехом. Осознав, что так ей никогда не освободиться, а продолжение диалога в таком ключе приведёт лишь к плачевным последствиям, Саске только ещё пуще взбесится, поскольку сейчас он, да и она тоже, нет смысла скрывать, на эмоциях, разумные доводы его вряд ли посетят в таком состоянии, поэтому юная Харуно произнесла: – Хочешь поговорить обо всём, так милости прошу, только в другое время и в ином месте. – Струсила? – ухмыльнулся молодой герцог Учиха. – Вновь хочешь спрятаться от прямого диалога? – Ты каким местом слушаешь? – огрызнулась зеленоглазая красавица. – Я же сказала, что поговорим обо всём после. Отпусти, мне к реке нужно. – Зачем? – удивился мужчина. – Утопиться хочу, тем самым, как ты выразился, избежать разговора и вообще твоего общества, – рыкнула Сакура, но затем, заметив странный взгляд Саске, осознав, что мужчина сейчас не особо видит разницы между сарказмом и правдой, проговорила более спокойным тоном: – Вот-вот Наруто и Хината вернутся, мне умыться нужно. Если Саске и не поверил до конца её словам относительно того, что прямой разговор состоится в ближайшее время, но всё же явно сообразил, что на самом деле брат и юная Хьюга в любой момент могут воротиться, а они с Сакурой тут не совсем диалогами о прекрасной погоде заняты. Да и лицо у девушки было всё заплакано, ей действительно следовало привести себя в порядок. Заполучив долгожданную свободу, зеленоглазая красавица быстренько ретировалась к реке. Саске же задумчиво смотрел на неё, покуда Сакура умывалась. Да, разговор в самое ближайшее время предстоит серьёзный, надлежало к нему подготовиться основательно. Ежели эмоции вновь возьмут верх, то ничего путного из этого не выйдет, только ещё пуще нагородят, уже точно никогда не разгребут. Вскоре, как и предрекала юная Харуно, из-за поворота показались медленно шествующие Наруто и Хината. Заметив сидящую у реки Сакуру, они о чём-то тихо переговорили, а затем ускорили шаг, направляясь к развалившемуся в вольготной позе на покрывале Саске, который упорно делал вид, что наслаждается природой, всё отлично, ничего не произошло из ряда вон выходящего. – Ты почему мясо не приготовил? – заявил с неприкрытым недовольством Наруто. Ничего не ответив брату, Саске, вздохнув с деланной горестью, словно его замучили ненужные вопросы и нелепые требования, не дают спокойно несчастному расслабиться, поднялся и принялся готовить очередную порцию шашлыка. Наруто и Хината лишь переглянулись. Сакура довольно много времени провела у реки, что не могло не нервировать Наруто и юную Хьюга. Хината то и дело поглядывала в сторону подруги, после чего переглядывалась с блондином, но оба ни словом не обмолвились на счёт своих подозрений. Наруто попутно недвусмысленным взглядом буравил брата, но тот упорно делал вид, что не замечает этого, словно ничего ужасного не произошло, всё просто замечательно. Когда же юная Харуно вернулась, присев на своё место, то старалась не поднимать взгляд, то и дело отворачивалась. В итоге Наруто целенаправленно завёл разговор так, что девушке всё же пришлось ответить ему. А поскольку подобный диалог подразумевает хоть изредка зрительный контакт с собеседником, то Сакуре всё-таки пришлось пару раз взглянуть на блондина. – Саске, братик мой разлюбезный, отойдём на пару слов, – сказал Наруто, медленно поднимаясь со своего места. – А чего бы нам тут не поговорить? – отозвался брюнет. – Поднимай свой зад и иди за мною, – рыкнул его брат, а затем обратился к присутствующим юным дамам: – Прошу меня простить, леди, за столь вопиющую бестактность, но некоторые иначе не понимают. Саске лишь молча поднялся и побрёл прочь, Наруто последовал за ним. Девушки же только проводили мужчин взглядом, не стали вмешиваться. Хината тоже хотела поговорить с Сакурой, но промолчала, решив, что попробует в другой раз, поскольку подруга явно сейчас не настроена на открытый диалог. Когда же мужчины вскоре воротились, Саске выглядел вполне обыденно, то есть по его лицу сложно было понять о том, что произошло недавно во время диалога с братом, а вот Наруто сперва выглядел откровенно хмурым и даже несколько злым, но довольно быстро взял себя в руки, вновь принялся улыбаться, шутить. – Ешь хорошо, – проговорил тихо Саске, подкладывая Сакуре на тарелку побольше кусочки. – У меня и так уже скоро платье по швам лопаться начнёт, – парировала ему девушка. – Это кому другому рассказывай. Тебе это не грозит, как и моему братцу. Вы за десятерых можете есть, но ни на грамм не поправитесь. – Ты на что это намекаешь? – прошипела юная Харуно. – Лишь на то, – спокойно ответствовал молодой герцог Учиха, – что ты, когда голодна, становишься невыносимой врединой, огрызаешься, а не на то, о чём ты подумала. – Я ни капли не верю ни одному твоему слову. – У меня тост, – прервал зарождающийся очередной скандал Наруто. – Хочу поднять этот бокал за наших наипрекраснейших дам. Вы приносите в нашу серую и невзрачную жизнь, наполненную тоской и унынием, солнечный свет, окрашиваете в изумительные оттенки, вдохновляете на новые свершения, дарите радость и желание творить, причём именно для вас, а не для себя. Пусть мы частенько за глаза называем вас вредными, настырными, порою даже надоедливыми, но это, поверьте, лишь с целью попытаться в ваших глазах поднять себя на такой своеобразный, якобы недосягаемый для вас, пьедестал «мужчина». Мы просто боимся показаться в ваших глазах слабыми и ранимыми, опасаемся, что вы либо от нас отвернётесь, либо затянете поводки так, что и дышать не сможем. Но, повторюсь, мы всё равно готовы в любой миг пасть к вашим ногам, какими бы сильными и независимыми не казались со стороны. Мы вас очень любим, – затем же, взглянув хмуро на брата, он добавил: – Я прекрасно знаю, что у тебя на уме. Попробуешь сейчас хоть слово сказать, так я тебе быстро зубы пересчитаю. Саске лишь ухмыльнулся и развёл руками, как бы говоря тем самым, что ничего такого и не замышлял, вообще он невиннее ангелочка, так что нечего все грехи мира на него сваливать. Наруто же всё-таки показал ему кулак, предостерегая брата от любых необдуманных действий. Вскоре всеобщим вниманием полностью завладел лишь блондин, принявшись рассказывать занимательные истории из прошлого, что произошли с ним самим, Саске или кем-то из друзей. Девушки задорно смеялись, чего и добивался молодой герцог, так что пикник проходил в довольно дружеской и приятной атмосфере. – Так, я не понял одного до сих пор, – проговорил Наруто, осушив очередной бокал, обращаясь к Саске и Сакуре. – Вы поговорили откровенно хоть немного или нет? Юная Харуно потупила взгляд, а брюнет только повёл плечом, после чего флегматично заявил: – Тебя это вообще не касается. Но, поскольку ты всё равно не отвяжешься, как пиявка только присосёшься, могу лишь сказать, что серьёзный разговор состоится, но позже, когда ты не будешь мельтешить поблизости, а твои вездесущие уши не будут пытаться уловить ни звука, что не для тебя предназначены. – Тогда целуйтесь. Сакура уставилась на Наруто одновременно озадаченно и изумлённо. У неё просто слов не было, чтобы выразить свои эмоции относительно данного заявления мужчины. Хината же несколько покраснела, переводя взгляд с одного присутствующего на другого, при этом не зная, на чью сторону ей стать. С одной стороны, юная Хьюга разделяла мнение Наруто, ведь, если Саске и Сакура поцелуются, то есть, пусть и крайне призрачная в данных обстоятельствах, надежда на спасение их отношений. С другой же стороны, подобное заявление молодого герцога выглядело весьма вульгарным, ведь не обязаны Сакура и Саске целоваться прилюдно, ещё и по чьей-то непристойной прихоти. – А в глаз тебе кулаком не вмазать? – поинтересовался Саске. – Если не поцелуетесь сейчас, – спокойно ответил ему Наруто, – то мы с Хинатой ни в грош не будем ставить вашу жалкую попытку показать нам, что вы якобы на пути к примирению. – Наруто, это как-то… – попыталась вступить в разговор Хината, но блондин не дал ей окончить мысль, сказав: – Давайте не будем тут оперировать теми фактами, будто это непристойно, всё такое. Тут все свои, так что не вижу причин для негодования и стеснения. Если вы отказываетесь выполнить столь простую мою просьбу, то я уличу вас во лжи прилюдно, буду апеллировать перед друзьями, чтобы они тоже больше никогда не доверяли вам в данном вопросе, особенно тебе, братишка мой, поскольку именно ты больше всех ранее и распинался. Саске злобно сверкнул глазами на брата, на что тот лишь довольно улыбнулся, после чего склонился к замершей Сакуре и легонько поцеловал её в уста. – Это что вообще только что было? – едва ли не воспылал праведным гневом Наруто. – И это ты называешь поцелуем с возлюбленной, которая вскоре должна стать твоей супругой? Да матушка нас, своих сыновей, с большей страстью целует. Хината, – обратился он с негодованием к брюнетке, – ты только погляди на это. Да они нас за самых последних дураков тут держат. – А фрагмент супружеской ночи тебе не продемонстрировать? – огрызнулся на брата Саске. – Коли нужно будет, так продемонстрируешь, причём не фрагмент, а полностью всё, – в тон ему заявил Наруто, – чтобы все знали, что не придуриваешься, не пытаешься пустить пыль в глаза, а сам на деле ни на что не способен. – Да я тебя… – Перестаньте, – прервала зарождающийся конфликт между братьями Сакура. Когда брюнет обернулся к ней, девушка положила ладонь ему на затылок, притягивая к себе ближе, а затем вовлекла мужчину в долгий поцелуй. При этом юная Харуно очень надеялась, что у неё получается задуманное, ведь целовалась-то она всего ничего, особого опыта не имела. Но это не стало большой проблемой, поскольку Саске быстро перенял инициативу, взяв всё в свои, так сказать, руки. – Доволен, гад белобрысый? – рыкнул Саске на брата, когда, откровенно нехотя, отстранился от девушки. – Не особо страстно, но сойдёт, – махнул рукою Наруто, дозволяя великодушно оставить всё покуда на данном уровне. – Я тебе потом это всё припомню. При этом мужчины совершенно за своими баталиями позабыли о девушках, которые пытались справиться каждая со своим смущением. Настолько пунцовой краской обе ещё никогда не покрывались. Но всё же Наруто довольно быстро прекратил свои перепалки с братом, вновь вернув всё своё внимание дамам, продолжая отвлекать их от тягостных мыслей, стараясь рассмешить. Саске постепенно стал замечать, что юная Харуно с течением времени становилась всё более тихой, замкнутой. Нет, она по-прежнему смеялась над шутками Наруто, но брюнет видел, что она буквально выдавливает из себя веселье, даже отказывалась от столь любимого ею мяса. Это неподдельно встревожило мужчину. Но всё же молодой герцог Учиха старался не приставать к девушке лишний раз, посчитав, что юная Харуно просто ещё не отошла от пережитых волнений, да и переживает перед предстоящим тяжким разговором. При этом ещё и выходки Наруто тоже явно возымели некий эффект. Некоторое время спустя Сакура тронула Саске за руку, привлекая его внимание к себе. – Я пойду прилягу, – прошептала она ему на ухо. – Тебе плохо? – взволнованно проговорил мужчина. Поскольку сказано сие было далеко не тихим голосом, Наруто и Хината тотчас замолчали, обратив свои взоры на Сакуру. – Так, давайте собираться, – заявила юная Хьюга. – Всё хорошо, – попыталась успокоить всех зеленоглазая красавица. – Просто прилягу ненадолго. Да и лекарь рекомендовал больше лежать. Мне всё ещё после… – тут Сакура запнулась немного, пытаясь подобрать слова, но особо в голову ничего не приходило сейчас. – В общем, тяжело мне длительное время проводить на ногах. – Вот именно, – сказала Хината, – лекарь настаивал на полном покое и хорошем отдыхе, а ты тут то на верховых прогулках, то… ещё чем-то занимаешься. На последней фразе юная Хьюга вновь покраснела и поспешила отвести взгляд, надеясь, что на неё сейчас не набросятся с обвинениями в бестактности и даже кое-чем похуже. Всё же её не касается, чем именно занимается Сакура, с кем и где, ещё и, мягко говоря, она только что практически растрепала мужчинам о том, что подруга поведала ей по секрету. Саске же, попросив Сакуру немного обождать, направился к повозке. Повозившись там немного с сидением, он вернулся, помог девушке подняться, после чего повёл её к экипажу, где устроил поудобнее на подушках, укрыл пледом. Затем брюнет поднял навес повозки, чтобы солнце не светило прямо на Сакуру, создавая уютную тень. – Тебе удобно? – поинтересовался Саске. – Да. – Может, всё-таки поедем домой? – Я же сказала, что просто немного полежу. – Сакура, а… – молодой герцог несколько замялся, не зная, как и выразить свои мысли, да и не был уверен, что стоит вообще вновь сейчас затрагивать эту тему, но затем всё же завершил мысль: – Вишенка, это точно не связано с тем, что я… ну… – Нет. – Сакура, если… – Сколько можно повторять? – рыкнула юная Харуно. – Со слухом проблемы? – Да я только… – Поди прочь. Сакура демонстративно отвернулась, укутавшись в плед. Саске ничего более и не оставалось, кроме как удалиться, оставив её одну, дабы не злить девушку ещё пуще. – Ладно, отдыхай, – проговорил брюнет, а затем поцеловал Сакуру в висок. – Если что потребуется, так зови, мы рядом. Саске вернулся к брату и Хинате, но всё равно не мог сосредоточиться на беседе. Сперва Наруто пытался его немного растормошить, даже пару раз откровенно нарывался на крупный скандал с элементами, так сказать, погони и мордобоя, но затем отстал от Саске, переключившись на светлоокую красавицу, осознав, что брат слишком глубоко погрузился в свои размышления, ему абсолютно всё равно на происходящее. Молодой герцог Учиха действительно не вслушивался в разговор Наруто и Хинаты, а размышлял о своём: о том, что рассказала ему Сакура, о том, что было ранее, о том, что может произойти в будущем, к чему стоит стремиться, а от чего надлежит поскорее избавиться раз и навсегда. Саске предстояло решить много важных вопросов. Если хотя бы в одном из ответов он допустит ошибку, то в итоге всё падёт прахом. Ему следовало проработать каждый момент на несколько шагов вперёд, просчитать все плюсы и минусы, игнорируя эмоции, при этом мужчина не мог обратиться к кому бы то ни было за советом, по крайней мере сейчас. В будущем, если он справится сейчас, не угробит всё на корню, тогда, возможно, он и сможет попытаться с кем-либо поделиться своими соображениями, сомнениями, идеями, но нынче вся ответственность лежит лишь на нём одном. Только от верности или ошибочности его шагов будет зависеть судьба, при этом не только его. Несколько раз Саске то и дело отлучался от компании к экипажу, дабы убедиться, что с Сакурой всё хорошо. Девушка крепко спала, поэтому брюнет толком не мог успокоиться, то и дело коря себя за то, что так и не сумел тогда сдержаться, причинил ей боль не только морально, но и физически, что в её тяжёлом положении может лишь ухудшить общее состояние юной Харуно.

***

Сакура так и проспала до вечера. Когда солнце стало клониться к горизонту, молодые люди засобирались по домам. При этом возникла одна проблема, которая грозила вылиться в крупный скандал с летальным для некой небезызвестной личности, которая и предложила кое-что, исходом. А дело было в том, что Саске, не желая ничего слушать, заявил, что они сейчас все едут к нему домой, там Хината поможет уложить Сакуру в постель, сделает всё, что нужно, а затем Наруто отвезёт её домой. Вроде бы всё вполне нормально, но проблема состояла в том, что брюнет не собирался выслушать мнение Сакуры, а просто делал так, как сам посчитал нужным. – Как можно не вернуть дочь отцу? – возмущался Наруто, хотя и понимал суть суждений брата. – Сам подумай, что господин Харуно станет думать относительно её отсутствия ночью дома, как будет переживать. – Не пори чушь, – отмахнулся от него брюнет. – Как только прибудем домой, я тотчас отправлю посыльного к господину Харуно с запиской, где объясню ему, что его дочь в целости и сохранности, просто переночует в моём доме. – Нет, так нельзя, – вмешалась Хината. – Как может девушка провести ночь в доме мужчины? Там больше нет никого из дам, кто могли бы поручиться за её честь. При всём этом… – Хватит, – заявил Саске, при этом поморщился так, словно съел за раз десяток лимонов. – Она, можно сказать, без пяти минут моя жена. О каком приличии, о какой морали идёт речь? – Но ведь всё же могут просочиться слухи. Подумай, как это отразится на Сакуре. – Уж прости, Хината, но это глупость. Кто осмелится сказать какую-либо гадость о том, что Сакура провела ночь в моём доме, вообще открыть рот в её сторону? Разве будут некие свидетели какой-то непристойности? Просто скажи, что я проигнорировал эгоистично её мнение, а не выдумывай нелепицы. При этом Саске отчётливо припоминал, как Сакура не просто на ночь глядя сама заявилась к нему домой, вряд ли особо пугаясь каких-то там возможных слухов о себе, после чего сделала такое, что даже вспоминать без смущения не удавалось. Получается, просто переночевать в доме жениха считается непристойностью, а нечто подобное в порядке вещей? Не смешите. И Саске догадывался, что юная Хьюга в курсе того, что произошло буквально накануне между ним и её подругой. То, как вела себя Хината, как разговаривала, как то и дело смущалась на различные слова и намёки, всё наводило мужчину на мысли, что Сакура ей рассказала о случившемся. Ну, пусть и не всё досконально, но в общих чертах явно поведала. Как бы то ни было, но Хината сдалась, решив не лезть в это дело. Раз Саске хочет нарваться на скандал с Сакурой, то так тому и быть. Наруто тоже долго возражать не стал, а просто заявил брату, что не станет пытаться залечивать его раны, даже звать лекаря не будет. Максимум, на что в качестве заботы с его стороны может рассчитывать Саске, так это более-менее скорбное выражение лица, когда мать узнает о потери одного из сыновей. Послав брата куда подальше, Саске запряг лошадей, покуда Наруто занимался вещами, а затем устроился на место возницы. Как бы брюнет не старался, но всё же аккуратно проехать по полю ему не удалось, поэтому от тряски Сакура довольно скоро пробудилась. При этом всех взволновал довольно ощутимо тот факт, что она, узнав, что уже вечер, они возвращаются домой, просто вновь улеглась спать. – Саске, – пробурчала девушка, – будем подъезжать к дому, разбуди, чтобы я заранее подготовилась, не выглядела перед отцом помятой и заспанной. Брюнет в ответ лишь пробурчал что-то неразборчивое. Наруто и Хината взволнованно переглянулись, осознавая, что скоро грянет страшная буря. Подсчитать жертвы сейчас не представляется возможным никоим образом. Именно по этой причине, как шепнул юной Хьюга на ушко блондин, стоит поскорее разобраться со всем, а затем умчаться из дома, оставив Саске разбираться с разгневанной фурией. Да, Наруто был согласен, даже в мыслях не отрицал, что это подло вот так бросать брата одного на растерзание, но в данном случае это был единственно верный выход из положения. Лучше пожертвовать одним лишь Саске, который всю эту кашу и заварил, вот пусть и расхлёбывает сам, тем самым уберечь от гнева Сакуры остальных людей. Юная Харуно убьёт его, тотчас успокоится, и все будут счастливы, жертв среди ни в чём не повинных не окажется. Молодые люди добрались до дома Саске уже в пору, когда сгустились сумерки. Наруто и Хината даже отошли на несколько шагов, дабы не попасть под разгорячённую руку Сакуры, когда брюнет направился её будить, но, к их величайшему удивлению, юная Харуно спокойно позволила Саске поднять её на руки и внести в дом. Переглянувшись, Наруто и Хината поспешили следом. Саске отдал приказ служанке принести всё необходимое для молодой госпожи в его комнату, куда и понёс Сакуру, предварительно сказав Хинате следовать за ним. Наруто же направился в кабинет, дабы не мешаться зря под ногами. Опустив девушку на постель, молодой герцог Учиха удалился, дав возможность Хинате помочь Сакуре с переодеванием и всем, что ей может понадобиться. – Я уж было подумала, что ты разорвёшь его на кусочки прямо в экипаже, – проговорила брюнетка, как только за Саске затворилась дверь. – Вот ещё, – фыркнула Сакура, при этом с напускным величием продолжила: – Разве достойно леди устраивать дешёвые скандалы на глазах у посторонних, особенно прислуги? Да и платье было жалко кровью заляпать, – подмигнув Хинате, Сакура усмехнулась, сказав: – А тут и он расслабился, и отнёс меня на руках в комнату, и будет теперь прыгать вокруг, исполняя малейшую мою прихоть. Теперь, когда его бдительность усыплена, как только выпадет удачная возможность, я ему отомщу за всё. Он не смеет распоряжаться мною и моей жизнью на своё усмотрение. Вот ведь гад, даже моё мнение не соизволил узнать. – Он сказал, что напишет сейчас записку твоему отцу, объяснит ему всё, – сказала Хината, помогая снять с Сакуры платье. – Объяснит, – закатила глаза юная Харуно. – С каких это пор герцог Учиха собирается кому-то что-то объяснять? Он просто поставит отца перед фактом, что вот так вот всё, поскольку хозяин положения, а отец не сможет ему ничего противопоставить, лишь смириться придётся. – Опять начинаешь. Ты же обещала мне. Мало тебе с ним скандалов? – нахмурилась юная Хьюга. – Ты как себя вообще чувствуешь? – Разве я скандалю? – изобразила невинное выражение лица Сакура. – Напротив, я сама невинность и кротость, мила, ласкова и покорна. Ну, если честно, то немного заводит меня его дразнить. Спать сильно хочется. Что-то меня на свежем воздухе совсем разморило. – Хорошо, если действительно тебя просто разморило, а не что похуже. Только в чём же ты спать-то будешь? – спохватилась брюнетка. – Сорочки-то и нет тут никакой. Может, у служанок попросить? – Раз ты сейчас заведёшь песню о том, – вздохнула зеленоглазая красавица, – что негоже молодой особе спать обнажённой в доме мужчины, хотя никто ведь и не узнает, то просто открой шкаф и подай мне любую рубашку. Его светлость не удавится, если я посплю в одной из его вещей, а коли жаба и задушит, так сильно не расстроюсь. Когда же в итоге Хината ушла, Сакура улеглась в постель и попыталась вновь уснуть. Пусть мысли и волнения и мешали ей должным образом забыться сном, но всё же довольно скоро девушка заснула, наслаждаясь удобной постелью, вдыхая аромат мужчины, который тут недавно спал. Наруто отправился провожать юную Хьюга домой, предварительно заявив брату, что они обязательно продолжат тот разговор, что не смогли в должной мере провести на пикнике в присутствии дам. Саске же недобрый огонёк в глазах брата вовсе и не пугал, как и его угрозы, так что он устроил себе постель на диване в кабинете, хотя мог занять и любую из гостевых комнат, написал кое-что на листе бумаги, который убрал в конверт и запечатал, уселся в кресло у камина, плеснул себе в бокал немного коньяка, а затем в ожидании возвращения Наруто углубился в свои размышления.