Укротить или быть укрощённым

Как и заявлял юной девушке ранее герцог Учиха, он явился этим вечером к господину Харуно, а затем мужчины заперлись в кабинете для разговора. Сакура, естественно, не могла упустить возможность подслушать диалог между отцом и Саске, поскольку не видела оснований для столь откровенной скрытности, ведь герцог сам ей рассказал о своих целях. Но неужели всё вновь не так просто, как он ей поведал? Розововолосая особа не желала оставаться в неведении, когда решается её судьба. А в том, что в данный момент беседа между мужчинами протекает именно о её персоне, юная Харуно ни капли не сомневалась. Но несчастную девушку вновь постигло жгучее разочарование, все её планы подслушать хоть что-то из разговора отца с его светлостью герцогом пошли прахом. Из комнаты девушка выбралась без происшествий, но стоило ей оказаться подле кабинета отца, как то и дело кто-то из слуг появлялся в коридоре. Не могла же Сакура при всех приклеиться к двери? То-то и оно. Но вездесущих слуг словно показалось мало проказнице Судьбе. Стоило Сакуре немного обрадоваться, что настала тишина и спокойствие, как появилась госпожа Тсучигумо. Тётушка тотчас принялась доставать юную Харуно с расспросами относительно каких-то глупостей, связанных с её настроением, планами прокатиться по магазинам... Да о каком можно было вести речь настроении, если Сакура пребывала в ярости из-за того, что все её планы полетели к чертям? В итоге несчастной зеленоглазой красавице пришлось удалиться обратно в свою комнату несолоно хлебавши. Заперев дверь, чтобы никто не посмел бесцеремонно ворваться, а то всякое в последнее время случается, Сакура забралась на постель, устраиваясь поудобнее на подушках, принявшись усердно размышлять над тем, какую бы подлянку придумать для его светлости герцога, дабы он более не кичился своим превосходством над нею. Пока ничего путного в голову не приходило, лишь мелкие глупости, которые лишь ей в в итоге боком и вылезут. Но теперь юная Харуно была научена собственным горьким опытом, так что рисковать, идя против опытного во всех отношениях герцога Учиха с таким вот жалким арсеналом, она не собиралась. От тяжких дум розововолосую особу отвлёк стук в дверь, а затем служанка объявила, что господин Харуно зовёт дочь спуститься к ужину. Поскольку Сакура не слышала, чтобы Саске уехал восвояси, девушка закатила глаза и тихонько застонала, предвкушая "превосходное" времяпрепровождение в компании его светлости герцога в течение всего ужина. В присутствии отца ей следовало быть крайне осторожной при общении с герцогом. Это наедине Саске, очевидно, забавляли жалкие попытки сопротивляться ему со стороны девушки. При посторонних он явно не позволит ей себя унизить, не простит вздорной девчонке каких бы то ни было выходок. Взглянув на себя в зеркало, Сакура глубоко вздохнула, собираясь с силами, и направилась в столовую. Как и ожидалось, герцог восседал уже за столом вместе с хозяином имения, о чём-то беседуя. За столом находилась и Хотару, но в беседе мужчин особого участия она не принимала. При появлении девушки мужчины поднялись со своих мест. Герцог Учиха подошёл к Сакуре, помогая даме присесть. При этом розововолосая особа "случайно" задела его руку своими коготками. Саске же в ответ на откровенную провокацию не проронил ни слова, не отдёрнул руку, даже в лице не изменился, что слегка расстроило девушку. Мило улыбнувшись юной леди, мужчина проследовал на своё место. Сакура же принялась размышлять о дальнейших своих действиях. Пытаться вновь вести с его светлостью герцогом открытое противостояние бессмысленно по ряду причин. Она попросту проиграет с разгромным счётом довольно скоро. Строить из себя примерную девочку юная Харуно тоже не видела смысла, поскольку никто не поверит в столь разительные перемены, особенно Саске. А если только сейчас притвориться, что она такая милая и хорошая? Отец явно будет доволен, что дочь немного остепенилась. Но существовала всё та же назойливая проблема в виде его светлости герцога Учиха. Не воспримет ли черноокий Дьявол её смирение, пусть и показное, как вызов? Юная Харуно была убеждена, что Саске сочтёт делом чести поиздеваться над нею, заставив показать истинное поведение при господине Харуно. При этом сам же выйдет "сухим из воды", даже в некоторой степени оскорблённым девушкой. Нет, такое удовольствие зеленоглазая красавица не могла ему предоставить. Но что же тогда делать? Герцог Учиха явно не просто так решил остаться на ужин в доме её отца. Ему что-то нужно. Но что? Просто позлить девушку? Слишком мелочно для его персоны. Или в его голове созрел более коварный план? - Доченька, что-то ты совсем ничего не ешь, - проговорил господин Харуно, прерывая мысли Сакуры. - Я не голодна, отец, - отозвалась девушка. Ужин едва только начался, а Сакуру уже трясло от постоянных взглядов герцога в её сторону. Неужели он не понимает, что человеку крайне сложно проглотить даже крохотный кусочек, когда кто-то столь пристально его разглядывает, едва ли не в рот смотрит? - Дорогая моя, ты не заболела? - заботливо спросил Кизаши. - Ты никогда ранее не отказывалась от еды. Учиха довольно хмыкнул, и юной Харуно безумно захотелось запустить ему в голову супницей. Да, девушка, обладая на первый взгляд хрупкой и довольно стройной фигурой, никогда не страдала от отсутствия аппетита, напротив, Сакура любила обильно и вкусно поесть. При этом его светлость герцог уже имел удовольствие самолично убедиться в прекрасном аппетите зеленоглазой красавицы, когда изволил доставить её в недавнем времени домой. Девушка скрипнула зубами, пытаясь успокоиться. Она не позволит ему вот так просто вывести себя из равновесия. Ну не может же она ему так легко и быстро проиграть. Заболела? А это мысль. Или же... Нет, всё же можно рискнуть. - Возможно, я слегка простыла, - проговорила слабым голосом Сакура. - Так чего же ты молчала? - проявила заботу госпожа Тсучигумо, молчавшая до этого времени. - Нужно немедленно послать за лекарем. - Думаю, мне просто нужно прилечь и отдохнуть. - И желательно с чем-либо тёплым рядышком, - влез со своими комментариями Учиха. Зеленоглазая красавица глубоко вздохнула, сжав кулаки. Всё же она оказалась права, и его светлость герцог не упустит шанс её довести. А это его замечание... У Сакуры возникло жгучее желание вбить ему в голову парочку тех шампуров, на которых жарили мясо мужчины, когда везли её домой. Что он такое говорит? Как вообще посмел открыть свой рот в её сторону, произнося подобные мерзости? Неужели отец не замечает за словами брюнета откровенное издевательство? Как этот мерзкий извращенец смеет такое ей говорить? Она не одна из его подстилок, чтобы терпеть подобное к себе отношение. - Что Вы имеете в виду? - едва не прорычала Сакура, покосившись на герцога. - Только то, что под поясницу лучше подложить грелку, - невинно улыбнулся черноволосый мужчина. - Вы совершенно правы, герцог, - кивнул Кизаши. Сакура сжала челюсти от злости. Нет, её этот черноокий монстр не проведёт. Она прекрасно поняла его извращённый намёк. Ничего, она ему ещё покажет такую грелку, что до конца жизни запомнит. Только бы выждать подходящий момент. - И желательно ещё пару капель на подушку масел хвои, - продолжал Саске, не сводя глаз с юной Харуно, которая прожигала его убийственным взглядом. - Всё же для дыхания полезно. И головную боль снимет. - Я распоряжусь, - сказала госпожа Тсучигумо. - Ещё ножки не мешало бы попарить. Розововолосая особа уже кипела от ярости, а Учиха лишь задорно улыбался, взглядом скользя по её телу. Как же ей хотелось сейчас разделать его самого вместо индейки. Но нужно было держаться, нельзя сейчас допустить роковую оплошность и сорваться. - Ваша забота, герцог, безгранична, - с улыбкой протянула Сакура. - Я ценю это, поверьте. - Не сомневаюсь, сударыня. Надеюсь, Вы вскоре поправитесь. - Всенепременно, милорд. Вашими молитвами. - Дочь моя, - проговорил Кизаши, отвлекая дуэлянтов от битвы, - его светлость мне поведал, что желает пригласить тебя на вечер, что устраивает один из его друзей. Как бы сейчас юной Харуно хотелось, чтобы отец отказал этому напыщенному мерзавцу, но она прекрасно знала, что он этого никогда не сделает. Отец не пойдёт против герцога, тем более сейчас, когда полностью зависим от него. - И? - Я дал своё согласие. Сакура едва не закатила глаза, видя довольную ухмылку Саске. И почем она не удивлена? - Благодарю, отец, - только и смогла выдавить из себя девушка в ответ. - Я бы, конечно, желал, чтобы и твоя тётя поехала с тобою... - продолжил Кизаши. А вот этого юная Харуно точно не желала. Она не горела желанием провести наедине с Хотару столько времени. Девушка не простила тёте обман и предательство. Уж лучше она поедет лишь с этим мерзопакостным извращенцем, гордо именующим себя герцогом Учиха. - Отец... - Но я не вижу особой нужды в этом, - заявил господин Харуно, заставив дочь удивлённо воззриться на него. Хотару же от удивления аж рот открыла. Женщина явно была уверена, что Кизаши не отошлёт родную дочь одну. Пусть она теперь и числится в невестах у герцога, но это не означает, что юной девушке можно свободно находиться столько времени в обществе мужчины. - Кизаши, что Вы такое говорите? - возмутилась блондинка. - Отпускать девочку одну на такое длительное время... Но сама же Сакура была убеждена, что Хотару не только по причине сохранности целомудрия и чести племянницы так беспокоится, ведь ранее только и делала, что толкала её, скажем так, в руки других мужчин. Девушка полагала, что госпожа Тсучигумо лично жаждет оказаться в столь высокой компании. Всё же Учиха заявил, что этот вечер только для узкого круга. Кого попало там не будет, а Хотару всегда мечтала оказаться в самых верхах высшего света. Такой шанс она упустить не могла. Не зря же она столько сил положила, чтобы впихнуть племянницу герцогу Учиха в объятия. И тут такой удар для неё. - Я убеждён, - проговорил Кизаши, - что его светлость герцог позаботится о моей дочери должным образом. Я ему всецело доверяю. Да и, как я понимаю, там будет множество благородных дам из высокопоставленных семей, которые не допустят оскорблений в адрес юной девушки с чьей-либо стороны. - Благодарю Вас, господин Харуно, - отозвался Саске, слегка склонив голову. - Вы всецело правы. - Но ведь... - попыталась вновь что-то предпринять Хотару, но Кизаши её оборвал, заявив: - Хватит, госпожа Тсучигумо. Я принял решение. Уверен, что мне не нужно переживать за дочь. Не сомневаюсь, в окружении его светлости лишь достойные господа. Да уж, в этом юная Харуно тоже ни капли не сомневалась. Они все достойны друг друга. Если вспомнить все слухи, что ходят о братьях Учиха, о их компании, то девушка скорее больше удивится, увидев среди них хотя бы одного, кто не затаскивает в постель каждую ночь новую девицу. Хотя, если вспомнить тех, с кем ей довелось познакомиться недавно, Сакура немного стушевалась. Всё же господин Хьюга не выглядел столь уж развратным типом, думающим едва ли каждую минуту лишь о том, какая девица ему сегодня согреет постель. Да и господа Рок и Тсукури тоже не особо соответствовали тому описанию, какое ходило о них по слухам в свете. Но ведь юная Харуно и была с данными мужчинами знакома лишь совсем ничего. При этом они знали, что на неё претендует сам герцог Учиха, а он среди них имеет самое большое влияние. Так что всё могло быть наиграно. И всё же зеленоглазая красавица в глубине души сомневалась, что можно так сыграть. Будь они действительно столь развращёнными типами, разве не выдали бы хоть чем-то своё гнусное поведение? Ну, к примеру, каким-либо словом, фразой, жестом, действием, взглядом... Да чем угодно. Но Сакура ничего такого не заметила. Но свою невнимательность розововолосая особа могла списать и на недостаток опыта, вообще общения с мужчинами, а не с напомаженными франтами, вообще на нервозность обстановки в то время, покуда имела возможность наблюдать за данными господами. Вполне вероятно, что она могла и ошибиться. Чего только стоит это её персональное проклятье, что сидит сейчас рядышком и с довольным видом рассматривает её. Так и хочется заехать ему в зубы чем-либо тяжёлым, чтобы стереть эту его ухмылку. Если взглянуть на Саске, то первым впечатлением, беспорно, будет восхищение. Сакура не скрывала даже от себя, что Учиха довольно привлекателен. Ничего нет удивительного в том, что многие женщины падают к его ногам. Поначалу юная Харуно и сама попалась на его обаяние. Она и сама не знала, как смогла устоять. Очевидно, лишь благодаря исключительно силе воли и чувствам к Сасори. Ну и злости, поскольку Учиха попытался испортить все её планы. Девушка уже не строила иллюзий на свой счёт относительно своей привлекательности. Нет, она не считала себя страшилой, ранее ей вдалбливали, что она лучшая из всех, но Сакура видела в свете столько действительно красивых женщин, с которыми ей никогда не тягаться. Так чего это один из самых завидных женихов вдруг обратил на неё своё внимание? Уж не ради ли интереса или спора с друзьями? Все девушки от него без ума, а она просто отшила брюнета, причём много раз. Да, это вполне может быть. Юная Харуно не отрицала такого развития событий. И всё же зеленоглазая красавица с горечью была вынуждена признать тот факт, что всё же не до конца смогла избежать его атак. Уже одно то, что она позволяла Саске себя касаться, даже целовать, влекло за собою множество вопросов и противоречий. Девушка не могла отрицать и тот факт, хотя и скрипя сердце, что поцелуи брюнета и его ласки пробуждали в ней нечто доселе неведанное. Ничего подобного она даже приблизительно не испытывала с Сасори. Да что уж скрывать, она вообще в последнее время не вспоминала о молодом Акасуна но. Но на это у розововолосой особы тоже было оправдание. Саске был опытным мужчиной, что касалось близкого общения с женщинами. Он знал, что и как нужно сделать, сказать, чтобы заставить девушку потерять голову. Что уж говорить про такую неопытную и глупую девицу, как она. Даже опытные женщины, как знала юная Харуно, пали жертвами братьев Учиха. Куда уж ей тягаться со столь искушённым в подобных вопросах мужчиной. И всё же, как это не прискорбно было осознавать девушке, она вновь возвращалась к тому, что уже давно не вспоминала о своей "великой любви до гроба". И всё из-за невыносимого черноокого Дьявола, который проник настолько глубоко в её мысли, что уже завладел даже её снами. Что же будет дальше? Сакура боялась, что когда-нибудь не сможет воспротивиться его натиску, сломается. И тогда он получит желаемое. А после? После этого в ней для него уже не будет никакой надобности. Герцог просто вышвырнет её, словно ненужную вещь. И зеленоглазой красавице было страшно. Она чувствовала, что последние барьеры медленно рушатся. Как бы она не огрызалась, стоит ему улыбнуться, и она теряет дар речи. Стоит ему взглянуть пристально в её глаза, и она тонет в чёрной бездне, не в силах найти силы для сопротивления. Знала девушка и то, что герцог Учиха давно и сам заприметил, что её бастионы готовы выбросить белый флаг в самое ближайшее время. И это его лишь забавляет. Ему нравится любоваться предсмертными судорогами его глупой и наивной жертвы. Очевидно, юная Харуно настолько погрузилась в свои тяжкие размышления, что перестала замечать всё вокруг. Видимо, на её лице отразились печаль и некая мука, поскольку очнулась девушка от касания к своему плечу. Рядом стоял отец, и глаза его выражали обеспокоенность состоянием дочери. Сакура часто заморгала, словно очнулась ото сна, обведя взглядом собравшихся. Хотару за столом уже не было, зато рядом по-прежнему сидел его светлость герцог, который с не меньшим беспокойством взирал на девушку. - Сакура, всё хорошо? - спросил Кизаши. - Ты побледнела, поникла, совсем не отвечала на вопросы, словно и не слышала нас. - Я просто... Девушка умолкла, не зная, что и сказать. Может, её ложь относительно небольшой хвори не так уж и далека от правды? Столько переживаний в последнее время не могли не сказаться пагубно на здоровье молодой девушки. - Тебе стоит немедленно прилечь, - настаивал господин Харуно. - Я уже отослал твою тётю подготовить всё необходимое. - Да, мне лучше подняться к себе, - проговорила розововолосая особа. Кизаши помог дочери подняться. Герцог Учиха тоже встал, подойдя ближе. - Не смею более злоупотреблять Вашим, сударыня, и господина Харуно гостеприимством, - произнёс он, склоняясь в поклоне, и, взяв руку девушки в свою, целовал тыльную сторону её ладони. - Спешу откланяться, дабы Вы могли отдохнуть. - Всего доброго, милорд, - отозвалась Сакура. - Быть может, мне послать всё же за лекарем? - обратился брюнет к отцу девушки. - Думаю, мой личный врач прибудет уже завтра. - Это очень великодушно с Вашей стороны, - кивнул в ответ Кизаши. - Не вижу необходимости, - заявила зеленоглазая красавица. - Я всего лишь утомилась. Завтра мне уже станет легче. - Очень надеюсь, сударыня, что так и будет. Не провожайте меня, господин Харуно. Уделите всё своё внимание дочери, - сказал Саске, вновь поклонился ей и, кивнув Кизаши, направился на выход. Господин Харуно отвёл дочь в её комнату, где уже во всю хлопотала Хотару со служанками, а затем удалился, оставив девушку на их попечение. Сакура и сама не понимала, почему такая "ватная". Возможно, она действительно слегка простыла на конной прогулке.

***

Что же, на следующий день девушке действительно полегчало. Сакура решила, что просто перенервничала. В обед, как и обещал накануне его светлость герцог, прибыл наряд для девушки. Зеленоглазая красавица не стала открывать коробки. Она и без этого догадывалась, что наряд будет шикарным и безумно дорогим. Вряд ли Саске выберет для неё мешок из-под картошки, чтобы показать друзьям. Хотя с него станется. Кто знает, что именно там задумал герцог. Остальное время его светлость герцог Учиха не появлялся в доме господина Харуно, как и не оказывал юной девушке "удовольствие" лицезреть его сиятельную персону на её конных прогулках. Розововолосая особа, хотя сама отрицала всячески сей факт, едва ли не каждый день "случайно" заезжала на территорию его владений. Но герцог не обнаруживал себя. Однажды юная Харуно вообще осмелилась подъехать аж к самому дому, но встретила там лишь слуг. Оказалось, Саске уехал по делам ещё три дня назад. Никто не знал, когда его светлость изволит воротиться. Что же, это многое объясняло. На следующий же день герцог Учиха прибыл в дом господина Харуно собственной персоной, дабы убедиться в самочувствии зеленоглазой красавицы. При этом брюнет заявил, что завтра в полдень Сакура должна быть готова отправиться в дорогу. Сама же розововолосая особа даже не пыталась напрягаться в плане подготовки к поездке на вечер, устроенный кем-то из друзей Саске. Она все заботы благополучно свалила на отца и тётю, поскольку всё равно от неё ничего толком и не будет зависеть. В назначенный срок к дому господина Харуно подъехала карета, запряжённая четвёркой лошадей картезианской породы белой масти. Девушка и понятия не имела, что вызвало у неё больший восторг: столь любимые лошади или карета, которая была выполнена в старинном стиле. На таких когда-то разъезжали лишь представители королевской фамилии. Его светлость герцог Учиха тоже совершенно не скрывал своего самодовольства, наблюдая за тем, как Сакура, словно маленькая девочка, мечется между каретой и лошадьми, со счастливой улыбкой рассматривая их. - Леди, рад Вас вновь видеть, - проговорил с улыбкой кучер. - И я Вас, - ответила девушка. - А Вы пожарите в дороге вновь мясо? Казалось, у юной Харуно аж глаза заблестели, когда она вспомнила всю ту вкусноту, что удалось ей попробовать во время той поездки. - Обязательно. Если его светлость позволит. - Да кто его спрашивать будет, - фыркнула Сакура, махнув рукой. Очевидно, Учиха всё же расслышал их разговор, хотя девушка старалась говорить как можно тише, поскольку у неё за спиной послышался голос: - Сударыня, на Вас мяса не напасёшься. - Отчего же, - удивлённо протянула зеленоглазая красавица, обернувшись и деловито смерив взглядом стоящего подле неё мужчину. - Целая туша парного мяса поедет с нами. Вполне хватит на дорогу. Герцог лишь усмехнулся на её колкий выпад, смерив в ответ и саму девушку изучающим взглядом. - Хотя... - продолжила Сакура, игнорируя опасный блеск в чёрных глазах мужчины, - Вы правы. Что тут есть? Одни жилы да старое мясо. Только зубы ломать и желудок портить. - Может, всё же стоит проверить и убедиться в правдивости суждений? - протянул Саске. - Не вижу надобности лишний раз разочаровываться, - махнула рукой Сакура, возвращая всё своё внимание лошадям. - И всё же, - не отставал брюнет, - я думаю, Вам лучше попробовать лично. Клянусь, я очень вкусный, легкоусваиваемый. - Я не питаюсь объедками, милорд, - пренебрежительно бросила юная Харуно, направляясь к карете. Это было её роковой ошибкой, поскольку, оказавшись вне поля зрения других людей, герцогу уже ничто не помешало схватить непокорную девчонку за предплечье, развернуть к себе лицом и прижать спиной к дверце кареты. - Советую объясниться, сударыня, - почти прорычал черноокий красавец. - А Вам всё нужно разжёвывать? - продолжала усугублять и без того своё скверное положение Сакура. Пусть девушка и испугалась ярости в его глазах и возможных последствий, но всё равно не могла закрыть рот. Напротив, она ещё больше злила мужчину. Но чего розововолосая особа хотела этим добиться? Этого она и сама не знала. - Сделайте милость, - зашипел герцог. - Скажем так, не вижу смысла пробовать то, что уже до меня довелось покусать и полизать другим, - огрызнулась в ответ юная Харуно. - Я даже на это, с позволения сказать, блюдо издалека смотреть не хочу. Воротит до тошноты. - И откуда же, позвольте полюбопытствовать, такие глубокие познания? - протянул с улыбкой Саске, хотя больше эта улыбка походила на оскал взбешённого зверя. - Слухами земля полнится. - А Вы бы, сударыня, меньше слушали всякую ересь, быть может, тогда и лапши бы столько на ушах Ваших не было. - С удовольствием воспользуюсь Вашим, герцог, советом, когда буду в следующий раз выслушивать Ваши речи. - От Вас, леди, тогда тоже уже давно ничего не осталось, если верить всё тем же слухам, - недвусмысленно намекнул на её многочисленных поклонников черноволосый мужчина. - Так чего же тогда возитесь с костями? - рыкнула Сакура, чувствуя, что вот-вот сорвётся. - Идите на поиски свежего мясца. Или уже всё опробовали? - Не советую доводить меня до крайности, - предостерегающе прорычал Саске. - А то что? Сакура дерзко взглянула ему в глаза, хотя в душе вся тряслась. Она прекрасно видела, что взбесила мужчину, но не могла отступить назад. - Могу наказать, - склонившись к самому её ушку, прошептал Саске, после чего легонько прикусил мочку, а затем спустился дорожкой едва весомых поцелуев к шее. Зеленоглазая красавица почувствовала, что теряет контроль над своим телом. Её затрясло как в лихорадке, колени подгибались, сердце застучало с удвоенной силой. И самым для неё отвратительным было то, что она, пусть и едва слышно, застонала. Девушка совершенно потеряла ощущение реальности, забыв, где и при каких обстоятельствах находится. А самое главное, с кем. Губы мужчины плавно пробрались к её губам, завладев ими без особого труда. Сакура бы давно осела на землю, если бы сильные руки Саске не прижимали её крепко к его могучему телу. Розововолосая красавица не отдавала уже отчёт своим действиям, запустив пальцы в его густую шевелюру и прижимая мужчину к себе ближе, прогнувшись в пояснице, словно хотела прильнуть к нему как можно плотнее всем телом. Юная Харуно и понятия не имела, сколько времени эта сладостная для неё пытка продолжалась, но внезапно Учиха отстранился, и девушка едва не потеряла равновесие, вцепившись в карету. Только сейчас она поняла, что к ним приближается господин Харуно. Вряд ли он что-то видел, ведь только что показался из-за кареты. Сакура поспешила отвернуться, дабы отец не заметил её лица, по которому ему не составило бы труда прочесть всё то, чему он только что помешал. Поскольку мужчины принялись обсуждать что-то там своё, девушка быстро запрыгнула в карету, принявшись делать вид, что увлечена внутренним её убранством. Вскоре всё необходимое было уложено в сундуки, вопросы улажены, поэтому, не теряя более времени даром, герцог Учиха запрыгнул в карету, и они тронулись в путь. Зеленоглазая красавица старалась упорно делать вид, что вообще ничего из ряда вон выходящего недавно и не произошло, она вообще не при делах, поэтому смотрела исключительно в окно, словно её до безумия интересовал пейзаж. Пусть со стороны она и казалась забившейся в угол крошечной девочкой, которая упорно старается не выказывать свои страхи, Саске даже не попытался продолжить их прерванный... диалог. Мужчина спокойно сидел рядышком, с ледяным спокойствием рассматривая какие-то бумаги. Это тоже не добавляло радости Сакуре, которая только пуще прежнего бесилась из-за столь отвратительного на её взгляд поведения брюнета. Но выказывать своё недовольство розововолосая особа сейчас была не в состоянии. Слишком напугана и обескуражена она была, чтобы вступить в новый спор с герцогом, где она явно проиграет. Поэтому ей оставалось лишь пытаться привести себя в более-менее нормальное состояние, радуясь тишине и спокойствию. Сакура не знала, что будет дальше, что ждёт её как в этой поездке, так и после. Теперь она жалела, что рядом нет пусть даже и Хотару. При тёте вряд ли Саске осмелился бы что-то ей сделать. Даже вновь... наказать. Девушку пугала та неизвестность, что её ожидает. Если Саске так повёл себя там, где было множество посторонних людей, её отец, которые в любой момент могли заметить его непристойное поведение, то что же он может сделать с нею наедине? А в компании таких же людей, как и он сам, его друзей? Зеленоглазая красавица едва смогла унять слёзы, что подступали к глазам. Горло сдавило от рвущихся рыданий. Ей было страшно, безумно страшно. И казалось, что дальше её ждёт лишь ещё больший кошмар.