Укротить или быть укрощённым

Весь день Сакура провела в своей комнате. Она заперла дверь на ключ, а когда слуги, пришедшие оповестить девушку о приготовленном обеде, попытались до неё достучаться, накричала на них так, что никто более не рискнул нарушить её уединение. Хотя, что не удивительно, с глазу на глаз слуги тайком шушукались о том, что же могло стать причиной столь странного поведения юной госпожи. Самой же юной Харуно было по большому счёту абсолютно всё равно, кто и что подумает о ней. Ей было настолько плохо, что девушка едва могла понять, сколько даже приблизительно прошло времени. Она то проваливалась в беспокойный сон, где вновь переживала свершившуюся в недавнем времени трагедию, но уже в более глобальных масштабах, когда мужчина представал в образе сущего чудовища, то, пробуждаясь в холодном поту и с криками, вновь заливалась жгучими слезами и билась в истерике, то просто лежала неподвижно, бесцельно глядя в одну точку, словно жизнь окончательно покинула её тело, оставив лишь пустую оболочку, то её словно обуревала безумная ярость, хотелось всё крушить, даже убить того, кто довёл её до подобного состояния. Кое-как Сакура смогла успокоиться лишь поздней ночью, когда, так и не найдя покой во сне, всё же ценой неимоверных усилий взяла себя в руки. Да, раны, нанесённые её душе, не заживут ещё очень долгое время, покроются огромными и уродливыми шрамами, но это вовсе не означает, что она будет продолжать рвать их, лишь пуще бередя и без того истерзанную душу. Зеленоглазая красавица поднялась с постели и, подойдя к окну, взглянула на усыпанное мириадами звёзд ночное небо. Ранее девушка всегда восхищалась этой непередаваемой красотой, но сейчас сие вызывало в её душе лишь тоску, наводило уныние. Казалось, что уже ничто в этом мире не может принести радость, жизнь вообще не представляла какой-либо ценности. Но Сакура не была совсем уж полной дурой, не собиралась себя истязать, лишать жизни, как делают малодушные и ничтожные людишки. Напротив, девушка намеревалась любой ценой вернуть себе хоть толику того счастья, что было у неё до сего дня. Самым сложным было в сей момент для юной Харуно создать такое самовнушение, чтобы хотя бы внешне напоминать ту же девушку, коей она была совершенно недавно, пока её не уничтожили столь гнусным образом. Сакура полагала, что никто не должен даже догадываться, что творится у неё в душе, поскольку в жалости, лицемерно исходящей от каждого, кто её окружает, она не нуждалась. Пусть и не особо долго зеленоглазая красавица была вхожа в свет, но всё же успела уяснить одну простую истину: всем откровенно наплевать, кто ты на самом деле, что тебя интересует, насколько богат твой внутренний мир, что ты на самом деле чувствуешь… Интересуются лишь тем, сколько у тебя денег, с кем ты имеешь тесные связи, во что одеваешься. То есть важны лишь дешёвые понты таких же дешёвых людишек, как и они сами, тогда с тобой будут общаться. Коли ты выделяешься из общего малодушного стада, то будь готов к вечным осуждениям, насмешкам и прочему, что придумают, дабы очернить тебя, выставив таким вот образом себя, как им кажется, в крутом облике. Что же, справиться со столь поистине сложной задачей Сакуре удалось, хотя и не без огромного труда. Но всё же к моменту возвращения домой из поездки её отца, девушка вполне достойно сыграла свою роль, что господин Харуно ни на миг не усомнился в достоверности устроенного пред ним спектакля в исполнении его дочери. Да и с внешним видом пришлось хорошенько повозиться, поскольку сильные переживания того дня были, что называется, написаны на лице. Слуги же хранили гробовое молчание в присутствии своего хозяина, поскольку, если честно, им и сказать-то было особо нечего. То, что юная госпожа накричала на них, ещё ничего не означает, кроме того факта, что девушка взрослеет, осознавая, кто в доме хозяин, и демонстрируя это окружающим. Оставалось слугам лишь радоваться, что покуда они не потеряли работу, и молиться, дабы юная госпожа не шибко серчала на них. – Как ты тут одна справлялась? – поинтересовался господин Харуно за ужином у дочери. – Вроде пока дом не спалила и не заложила, – ответила Сакура, при этом слегка пожав плечами. – Хотя данный факт меня и радует, – заявил с улыбкой, вызванной шуткой дочери, Кизаши, – но всё же это твоё «пока» несколько напрягает. – Не переживай, отец, – с лёгкой улыбкой сказала зеленоглазая красавица, – тебе не о чем беспокоиться. Данные слова, казалось бы, в совокупности с общим поведением девушки должны были успокоить мужчину, но, прекрасно зная свою дочь, Кизаши нахмурился. Ему и с самых первых минут после возвращения домой постоянно не давало покоя ощущение, что что-то не так, но он никак не мог понять, что же именно его терзает. Сейчас же, пристально глядя на дочь, господин Харуно вновь не мог отделаться от мысли, что Сакура что-то скрывает, поскольку её поведение было слишком наигранным. Так деланно учтиво девушка всегда вела себя лишь в присутствии посторонних, но с родным отцом... Пусть Кизаши и терзался недобрыми предчувствиями, но и расспросить дочь не решался. Коли пожелает, так сама всё и поведает ему. А раз Сакура столь рьяно что-то скрывает, то попытка выведать насильно лишь усугубит и без того не самые душевные отношения между ними. Да и есть темы, которые юная девушка не может обсуждать с мужчиной, пусть даже и с родным отцом. – Дочь, а почему бы тебе не пригласить юную Хьюга к нам, – предложил Кизаши, мельком поглядывая на реакцию девушки. – Хинату? – протянула Сакура, взглянув на отца. – А зачем? – Просто так, – ответил господин Харуно, сделав небрежный жест рукою, словно вообще данная тема не стоила и внимания. – Поболтаете, прогуляетесь… Или ты можешь к ней наведаться в гости. Вряд ли она откажется тебя принять. – Сомневаюсь, что Хината здесь. Наверняка уехала в столицу. – Ну, узнать не сложно. Ещё есть Яманака. Сакура помолчала несколько мгновений, раздумывая над словами отца. Девушке казалось крайне подозрительным, что он так рьяно пытается навязать ей чьё-либо общество, хотя частично и разделяла его мнение, поскольку, если взглянуть со стороны, то несколько странным кажется тот факт, что юная девушка сидит целыми днями взаперти, ни с кем не общается. – Я подумаю, отец, – ответила юная Харуно, решив, что тот попросту печётся о её благополучии. Более Кизаши не донимал дочь, так что Сакура была до конца дня предоставлена сама себе. Обдумав за вечер предложение отца, девушка всё же решила рискнуть и встретиться с Хинатой или Ино. Смотря кто из девушек вообще в их городке, если обе на самом деле не уехали в столицу. Хотя на самом деле зеленоглазой красавице совершенно не хотелось с кем бы то ни было видеться и общаться, поскольку даже провести пару часов, не вспомнив о недавнем происшествии, без слёз она была практически не в состоянии. Но Сакура надеялась, что общение с девушками отвлечёт её хотя бы на краткий срок от тяжких мыслей и воспоминаний. Ничего, пройдёт время, и она сможет преодолеть себя. Ещё покажет этому напыщенному индюку, что она не одна из его любовниц, не одна из тех, кто по мановению его пальца прыгают к нему в постель, готовые на всё. Да, это будет безумно сложно, что ещё мягко сказано, но другого выхода Сакура не видела. Зеленоглазая красавица осознавала, что рано или поздно сорвётся, не выдержит, ведь психика человека не железная, но сейчас ей хотелось сделать хоть что-то. Безнаказанно такое оставлять нельзя, хотя и что-то серьёзное предпринять тоже вред ли ей удастся. Естественно, как-то серьёзно повлиять на герцога Учиха она не сможет. Положение в обществе и деньги решают всё, а самому ему наплевать на таких, как она, но что-то всё равно нужно делать. Подумаешь, лишилась девственности. Не она первая, не она последняя. У него, всё по тем же слухам, подобных ей несколько десятков уже сменилось. А сколько пыталось его шантажировать даже тем же самоубийством? Ни у кого ничего не вышло. Этот факт знали абсолютно все. Учиха Саске никогда не волновало, кто и что будет делать с собою. Исчезнет из его жизни одна, появятся на её месте ещё три. Подумаешь, одной истеричкой и прожигательницей чужих денег больше, одной меньше. От Саске все эти дни не было ни слуху ни духу. Куда он пропал, юная Харуно и понятия не имела, но исчезновение мужчины лишь разозлило её пуще прежнего. Немного отойдя от пережитого, Сакура ожидала от него извинений, пусть и в письменной, как и потребовала, форме, хоть каких-то действий, мечтала просто встретиться и врезать ему по самодовольной физиономии чем-либо тяжёлым, плевать на последствия, но брюнет словно испарился, будто его и не существовало вовсе. Поразмыслив хорошенько, юная Харуно всё же решила, что лучше бы какое-то время побыть в чём-либо обществе. Не сидеть же ей теперь всю жизнь в четырёх стенах из-за какого-то, как про себя окрестила девушка герцога Учиха, морального урода, который только и думает о себе, а на других плевать. Нет, рассказывать она о произошедшем никому ничего не будет, но всё же не помешало бы сделать так, чтобы никому и в голову не пришло, что с нею что-то произошло. В итоге поутру, быстренько позавтракав, юная Харуно, облачившись в наряд для верховой езды, направилась к конюшне, где её уже ожидал Ардарик. Но всё же Сакура не торопилась ехать сразу же к дому Хьюга или Яманака, а по своему обыкновению сперва пустила коня галопом вдоль владений её отца, наслаждаясь скачкой. К дому Хьюга Сакура подъехала, когда солнце уже давно перешло зенит. Поскольку зеленоглазая красавица сомневалась, что Хината всё ещё находится тут, а не отбыла в столицу, она была несколько удивлена, когда слуга сообщил, что юная госпожа у себя в комнате, её немедленно оповестят о визите гостьи, так что Сакура может покуда разместиться в гостиной, а её конём займутся конюхи.

***

– Где мой завтрак? Громкий крик едва не сотряс поместье, когда в столовую ввалился молодой мужчина. Слуги давно привыкли к подобному, поэтому завтрак уже давно был подан. Молодой герцог Учиха редко отличался рвением подняться из уютной кроватки раньше, чем все уже позавтракают, но бывали моменты, когда он, ещё только забрезжит рассвет, уже был на ногах. Такое случалось лишь тогда, когда мужчина был готов пожертвовать сладким сном, дабы прокатиться галопом на любимом коне по обширным полям. Вот и в это утро, стоило солнцу только приступить к трудам, разогревая воздух, его светлость был уже готов прокатиться верхом. Быстро закинув в себя всё, что было подано на стол, он помчался в конюшню, где его уже ждал запряжённый жеребец. Это был великолепный орловский рысак, в котором мужчина души не чаял. Ещё ныне покойный глава семьи Учиха Фугаку славился своей любовью к лошадям. Видимо, эта страсть передалась и его сыновьям. Его жена, ныне вдовствующая герцогиня Учиха Микото, никогда не возражала против увлечения мужа, как и того, что их дети подхватили, скажем так, эстафету. Конечно, на покупку и содержание огромного количества животных различных пород уходили огромные суммы, но разве можно сравнить бездушные бумажки с тем, когда глаза твоего ребёнка светятся от счастья, даже если он может лишь просто любоваться одним из прекраснейших созданий, что когда-либо создавала природа. Семья Учиха никогда не жалела денег на то, что сделало бы их и близких им людей счастливыми. В этом было одно из принципиальных отличий Учиха от других богатых семей. В этом и состояла одна из существенных проблем всех особ прекрасного пола, пытающихся захомутать одного из наследников. Вопреки слухам, окружавших сыновей Микото и Фугаку, юные герцоги никогда не были падки на женщин до такой степени, как об этом все судачили. Стоит заметить, что они были действительно очень красивы, но красота проявлялась не только внешне. Но разве соискательниц богатеньких муженьков волнует чей-то внутренний мир? Дамочки всех возрастов и мастей постоянно липли к молодым герцогам. Чуть ли не до рождения каждого из них любая мамаша считала своим долгом записать свою дочь им в жёны, а потом делать всё, чтобы исполнить задуманное. Естественно, что ни у одной женщины не получилось стать герцогиней Учиха, кроме некой особы, которая стала женой старшего наследника семьи Учиха. Тогда весь высший свет и те, кто услыхал сию новость, были, мягко говоря, в шоке. Понятное дело, что прошлые слухи о похождениях старшего из братьев обросли новыми, где каждая стремилась опорочить его молодую жену. Ни он, ни его жена никак не реагировали на всё это. Вскоре они вообще исчезли. Поговаривали, что герцог увёз жену подальше от столицы, ежели вообще не в другую страну, чтобы никто не посмел нервировать её, ведь молодая герцогиня ждала ребёнка. Никто и не скажет сейчас, кроме самой семьи Учиха, что умалчивают о любом факте, касающихся их личной жизни, правда это или нет, но в свете пара больше не появлялась. По истечении некоторого времени о них вообще позабыли, получив в качестве «жертвы» второго из братьев. Вновь возобновилась «охота» всех дамочек, вновь полились слухи, что и этот не особо далеко ушёл от старшего, пойдя по его стопам. После заговорили, что второй сын герцога и герцогини Учиха даже превзошёл своего старшего брата, став большим распутником и бабником. Это подстёгивало женщин к цели, ведь был шанс оказаться в постели одного из самых завидных женихов. Пусть на день или два, но ты будешь на высоте, после тебе будут завидовать все. Потом, если даже не удастся его удержать надолго, что пока никому и не удавалось, можно попытаться раскрутить герцога на содержание, что получилось, опять же по тем же слухам, лишь у нескольких счастливиц, которые направо и налево трещали об этом при каждом удобном случае. Доказательства? Нет, только их слова. Сейчас охота и заарканивание Учиха Саске шли в усиленном варианте. Слухи о том, что он собирается назвать женой ту или иную девицу, ходили довольно часто, но все были беспочвенными, являясь лишь фантазиями наивных дурочек, которые пытались его окрутить. Но в последнее время друзья герцога, что являлись весьма уважаемыми людьми, стали вести себя несколько иначе, что дало пищу для размышлений в свете, будто последнее известие о помолвке Учиха Саске с некой девушкой является правдой. Пока же барышни успокаивали себя тем, что имя счастливой избранницы герцога не называлось, как и не была она представлена должным образом. Все сочли это очередным слухом. Про младшего из братьев слухи ходили не менее разношёрстные. Да, его тоже заклеймили жутким бабником и повесой, но единственное, что отличало его от братьев, было поведение молодого мужчины. Младший из братьев был поистине душой компании, обожал веселиться, откровенно хулиганить, был, так сказать, заводилой, то и дело влипал в передряги, куда и втягивал Саске, а после оба огребали от матери, но в то же время он не был глуп, в нужные моменты оказывался серьёзным, собранным и весьма сообразительным. Сейчас молодой герцог совершенно не собирался думать об интригах в высшем свете и прочем. Он планировал насладиться верховой прогулкой. Погода стояла великолепная, что казалось, будто ничто не сможет омрачить этот день. Вернулся он домой часа через три. К этому времени уже все проснулись. Быстро совершив все водные процедуры, юный герцог первым делом отправился в гостиную, где наслаждалась чаепитием его мать. Госпожа Учиха всегда отличалась невероятной красотой, чем доводила до бешенства огромное количество соискательниц лёгкой жизни. Именно она стала той счастливицей, что получила предложение руки и сердца от когда-то самого завидного жениха. Даже сейчас, по прошествии стольких лет и тяжких испытаний, что легли на хрупкие женские плечи, Микото оставалась невероятно молодой и привлекательной женщиной. Огромное количество мужчин жаждали жениться на вдовствующей герцогине, но она всем отказала. Молодой герцог приблизился к сидящей даме со спины, мягко поцеловав в щёку. – Доброе утро, мамуль, – с улыбкой проговорил он, обнимая брюнетку за плечи. – Доброе, сынок, – улыбнулась Микото. – Что-то ты сегодня рано. Опять ездил верхом? – Решил прокатиться, пока есть время. Мы с братом довольно хорошо поработали на днях, так что можно и передохнуть. – Что-то вы в последнее время стали забрасывать дела, а потом, как сумасшедшие, разгребаете завалы, – деланно недовольным тоном пожурила сына герцогиня. – Так получается. – Это не дело, так не годится, – уже на самом деле строго произнесла госпожа Учиха. – Мам, мы же не специально, – попытался оправдаться молодой мужчина. – Когда я в последнее время слышала нечто подобное, ко мне потом пришёл твой старший брат и заявил, что женится. – Неужели ты думаешь, что у меня кто-то есть? Мам, честно, никого. Ты же знаешь, что все слухи являются лишь полной чушью от озабоченных барышень. – То же я знала это и про Итачи. А в итоге? Он на самом деле женился. Нет, я нисколько не против, ведь она очень хорошая девочка, они любят друг друга, но всё было так неожиданно. – Мамуль, клянусь, как только я встречу ту единственную, ты первая узнаешь об этом, – пообещал юный герцог, ласково улыбнувшись матери. – Надеюсь, – заявила Микото, внимательно глядя в глаза сыну, – иначе решу, что вы, мои родные дети, хотите своими выходками просто довести меня до инфаркта. – Не смешно, – зашипел юный герцог. – Ладно, не злись, – примирительно улыбнулась госпожа Учиха. – Мама, ты чем-то взволнована? – спросил он, видя, что мать как-то отрешённо поглядывает вокруг. – Нет, дорогой, всё хорошо. Просто что-то сегодня не могла долго уснуть. Иди завтракай. Молодой мужчина уже было намеревался пойти в столовую, дабы усладить свой желудок яствами, поскольку после скачек у него всегда разыгрывался просто сумасшедший аппетит, но всё же он сперва решил сперва сделать кое-какое иное дело, о котором задумался ещё вчера вечером. Поднявшись на второй этаж и подойдя к нужной двери, юный герцог постучался. Ответа, как он и ожидал, не последовало. Пару раз довольно громко постучав, герцог Учиха осознал, что ему явно никто не откроет. Но сдаваться из-за подобного пустяка он не собирался, поэтому, усмехнувшись наивности хозяина комнаты, он извлёк из кармана специально припасённые накануне металлические крючочки, принявшись возиться с замком. Не прошло и пары минут, как дверь была открыта. В нос сразу ударил едкий запах алкоголя и перегара, вследствие юный герцог, не ожидая подобного и глубоко вдохнув, закашлял. Окно было закрыто, так что доступа свежего воздуха не наблюдалось. Шторы были наглухо задёрнуты, что создавало мрачную атмосферу. Рыкнув, юный герцог быстро закрыл дверь, подошёл к окну, распахивая шторы и раскрывая ставни. Свежий ветерок мгновенно ворвался в комнату, стараясь разогнать тот кумар, что окутал помещение. Молодой мужчина обернулся, заметив в углу, в кресле, обитом бордовым бархатом, брата. Он был в одних брюках, в руке держал полупустую бутылку коньяка. Ещё семь валялись вокруг на полу. Юный герцог Учиха поморщился и бросил взгляд на кровать, что была полностью заправлена. Весь вид мужчины, сидящего напротив, говорил о том, что он беспробудно пьян, причём заливал в себя спиртное в течение чуть ли не всей ночи. – Ты что, даже не ложился? – ответа не было. – Ты меня слышишь? Он уже начинал злиться. Ему не нравилось такое состояние брата. Причём чутьё подсказывало, что и состояние матери с утра как-то связано с тем, что его брат мертвецки пьян. Вполне вероятно, что Микото каким-то образом ещё вчера вечером прознала о том, что один из её сыновей устроил в комнате попойку. – Да, – донёсся до его слуха слабый голос брата. – С чего это ты так набрался? – Захотелось, – отозвался тот, припав к бутылке в очередном глотке. – Или мне следовало сперва у тебя разрешения испросить? – Не зли меня, – рыкнул юный герцог. – А то что? – вяло усмехнулся его брат. – Ударишь меня? Давай, бей. Что смотришь? Бей. – Что случилось? – Ничего. Тебе нужны чужие проблемы? – Ты не чужой. Хватит чушь нести, – зарычал молодой мужчина. – Так, всё с тобой ясно, алкаш недоделанный. Сейчас же встаёшь и идёшь в ванну, только тихо, чтобы мама не заметила тебя в таком виде. Приведёшь себя в порядок, тогда и поговорим. Маме я скажу, что ты заболел. Молодой мужчина уже было направился к выходу, как его остановил тихий голос брата: – Я мерзкое чудовище, которое недостойно жизни. – Я тебе это уже давно твердил. Поражаюсь, что до тебя только что это дошло, тугодум, – заявил с ухмылкой юный герцог, но, стоило ему обернуться и взглянуть на старшего брата, как лицо его омрачилось. Юный герцог подошёл к брату, опускаясь рядом с ним на колени. – Что произошло? – спросил он, беря руку брата в свою. – А оно тебе надо? Просто дай мне спокойно напиться и сдохнуть. – Или ты сейчас мне всё расскажешь, или я тебя так отделаю, что месяц минимум шевелиться не сможешь, – огрызнулся молодой мужчина. – Бей. Буду только рад, если ты меня убьёшь. – Саске, хватит уже, – рыкнул парень. – Я никогда не видел, чтобы ты так напивался. Вообще не видел, чтобы ты выпивал в неделю больше половины бутылки, а тут столько выжрал. Тебе точно будет очень плохо. Что произошло? – Я ублюдок и насильник. – Ну, это не новость. Я частенько слышу и не такое от тех, кому ты «перешёл дорогу». Про меня не лучше слухи ходят. С каких пор ты стал таким ранимым на подобные чьи-то слова? – Я серьёзно, – Саске потянулся за новым глотком алкоголя, но брат отобрал бутылку с остатками коньяка. – Я её изнасиловал. – Что ты сделал? – ошарашено спросил парень. – Саске, это не смешно, прекрати. – Я разозлился, повёлся на ложь, примчался к ней и... – Ты что несёшь, придурок пьяный? – рявкнул юный герцог, сжав кулаки. Он просто не мог поверить, что слова его брата являются истиной, а не пьяным бредом, порождённым убойной дозой алкоголя в крови. – К кому ты пришёл? – К ней, – вяло отозвался Саске. – Хватит уже, – чуть ли не закричал молодой герцог, но вовремя спохватился. Только не хватало ещё, чтобы кто-то услышал, о чём они тут разговаривают. – К кому ты пришёл? – Я осквернил самое нежное и прекрасное создание на свете, – проговорил старший из братьев, игнорируя требования младшего. При этом он подтянул к себе ноги, уткнувшись лбом в колени. Его брат был просто вне себя от распиравших его чувств. Он не мог поверить в то, что говорит Саске. Но и врать тот не был в данный момент способен, тем более на подобные темы. – Имя! – Сакура, – практически простонал Саске. – Оно красивое, правда? Словно нежный весенний цветок, распустивший свои лепестки навстречу солнцу. – Романтика из тебя прёт сейчас совершенно не к месту, – огрызнулся юный герцог, рыская взглядом по комнате, словно тут имелось что-то, что могло бы помочь разобраться со всем этим. – В другое время я бы поиздевался над тобою по этому поводу, заявив, насколько мне жаль несчастную девушку, в которую ты, кретин несчастный, не приемлющий в жизни слово «любовь», отвергающий это любыми путями и средствами, втрескался по уши. Заодно бы пригрозил, что всё расскажу семье и друзьям, и над тобою и твоими прежними убеждениями все будут потешаться. Жаль, что сейчас не до этого. Как же ты любишь всё портить и усложнять, глупый братик. Фамилия у Сакуры есть? – Сам дурак. – Фамилию Сакуры мне назови сейчас же! – зашипел молодой герцог, мечтая больше всего на свете свернуть брату шею в сей момент. – Должна была бы быть скоро Учиха, а теперь уже не станет никогда. – Я тебя сейчас убью. Говори уже фамилию Сакуры! – Харуно, – выдал Саске. – Здорово, да? Цветущая Вишня. Не проронив более ни слова, юный герцог, поглощённый своими мыслями, вышел из комнаты брата и настолько быстро удалился, что даже не заметил одинокую фигуру, стоящую в тени коридора.

***

Одним из вечеров юная госпожа Хьюга сидела в своей комнате за вышиванием, как к ней подошёл дворецкий, заявив, что пожаловал мужчина. Девушку сей факт удивил. Кто это может быть? Она никого не ждёт. Хината велела просить гостя. Через несколько мгновений в комнату вошёл высокий молодой мужчина. Девушка уставилась на него, не веря своим глазам. Вот уж кого она точно не ожидала увидеть в своём доме. Даже на высоком приёме она не мечтала вот так вот встретиться с ним лицом к лицу. – Добрый вечер, госпожа Хьюга, – мужчина галантно склонился перед юной хозяйкой дома, беря её руку в свою и целуя тыльную сторону ладони. Девушка вспыхнула от такого проявления внимания. Нет, ничего такого в его поступке не было, всё на уровне приличия и этикета, но вот то, кто это был, являлось основополагающим фактором смущения юной дамы. – Добрый вечер. Я рада принимать Вас в своём доме. – Я покорнейше прошу прощения, что доставил Вам своим визитом в столь неурочное время неудобства, но мне бы хотелось кое-что выяснить. – Что Вы, какие неудобства? Прошу Вас, присаживайтесь. Чаю? – Благодарю, госпожа, в другое время я только с радостью принял бы Ваше приглашение, но не сейчас, – проговорил с нежной улыбкой на устах молодой мужчина, вследствие чего сердце юной красавицы совершило кульбит, но он тотчас вернул себе задумчивый вид. – Я бы хотел немедленно прояснить кое-какие вопросы. Вы ведь, госпожа Хьюга, являетесь подругой детства госпожи Харуно Сакуры. Брюнетка не могла понять, спрашивает он или утверждает. Тон мужчины можно было трактовать по-всякому. А то, что речь зашла о Сакуре, вообще заставило девушку насторожиться. Подобный интерес от этого человека не мог принести ничего хорошего её подруге. Да и не только юной Харуно. – Да, – осторожно проговорила она. – Значит, Вы должны знать, где госпожа Харуно находится в данный момент. – А в чём, собственно, дело? – пусть она и была польщена визитом человека такого уровня, ещё и довольно красивого мужчины, но Хината не понимала, откуда он может знать о Сакуре, зачем она ему понадобилась, ещё и на ночь глядя. Даже то, каким образом он осведомлён об их дружбе, было непонятно брюнетке. – Прошу простить мою дерзость, госпожа, но мне необходимо немедленно увидеть госпожу Харуно. – С какой целью, позвольте узнать? – несколько более резко, чем того требовали обстоятельства, поинтересовалась Хината. Юная Хьюга не желала зла подруге, и интерес этого человека к Сакуре пугал её. Он наверняка уже был в доме отца девушки, но не сыскал Сакуру там. Вот господин Харуно явно и намекнул ему, что Сакура может вполне быть у неё, поскольку как-то зеленоглазая красавица уже ночевала в доме юной Хьюга. – Я не могу Вам ответить. Это личное. – Вы являетесь в мой дом, ещё и смеете права тут свои устанавливать? – начала злиться наследница семьи Хьюга. Она не любила, когда кто-то пытался через неё чего-то добиться. Пусть она и ниже его по положению, всего лишь женщина, но это не означает, что она вот так просто сдаст этому мужчине подругу. Кто знает, с какой целью он вообще разыскивает Сакуру. – Я ни в коем случае не хотел Вас оскорбить, просто дело очень срочное, – поговорил мужчина. – Я не могу Вам объяснить всего, пока не переговорю с госпожой Харуно и не выясню детали. – Её здесь нет. Она отправилась по своим делам. Куда именно и когда вернётся я не скажу, поскольку не знаю. – В таком случае я прошу Вас передать подруге это, – мужчина достал из кармана конверт. – Пусть госпожа Харуно, как только сможет, прибудет по этому адресу. Я буду ждать. – Что? – вспыхнула девушка от негодования. – Да как Вы смеете? Вы вообще соображаете... – Это не то, что Вы подумали, госпожа Хьюга, уверяю Вас, – поспешил заверить брюнетку гость. – Это дом одной многоуважаемой дамы. Поверьте, ничего непристойного. Мне всего лишь необходимо побеседовать с госпожой Харуно. Мы там будем не одни, клянусь. Вы также можете прибыть с подругой. Я буду счастлив вновь Вас лицезреть. – Я передам госпоже Харуно Вашу просьбу, – заявила Хината с надменным видом, – когда увижу её. А там уже лишь ей решать. – Благодарю Вас, госпожа Хьюга. Мужчина поднялся, отвесив очередной поклон и поцелуй в ручку девушки, а после удалился. Хината же осталась стоять в растерянности, не зная, что ей теперь делать. С одной стороны, лучше уж передать письмо Сакуре, а та пусть и решает, как ей поступить в дальнейшем. С другой стороны, столь непонятный и внезапный интерес этого человека, которого Хината боялась и которым могла лишь восхищаться, не сулил её подруге явно ничего хорошего. Юная госпожа Хьюга опустилась на диванчик, прикрыв лицо ладонями. Она и понятия не имела, как ей поступить. Что произойдёт, ежели она скроет от Сакуры письмо и вообще сам факт приезда этого мужчины? Как он отреагирует на подобную выходку брюнетки? Её саму, Хината была убеждена, смогут защитить отец и брат, но что случится с Сакурой? Светлоглазая красавица едва не застонала в голос, не зная, что ей и предпринять в итоге. – О чём задумалась? Хината вздрогнула и резко обернулась, стоило услышать голос. В дверях гостиной стояла её подруга, которая только что приняла ванну после совместной верховой прогулки, из которой обе девушки вернулись буквально за пару часов до визита молодого мужчины, который так напугал и одновременно взволновал юную Хьюга. – Прости, я не хотела тебя напугать, – проговорила Сакура, заметив испуг во взгляде подруги. – Всё хорошо. Я просто задумалась. – И о чём же таком ты так глубоко задумалась? – подмигнув брюнетке, юная госпожа Харуно присела подле девушки на диван. Некоторое время Хината молчала, обдумывая все «за» и «против», после чего, всё же придя к выводу, что решение должно исходить лишь от Сакуры, протянула удивлённой таким её состоянием подруге письмо. – Прочти. Это доставили тебе. – Что это за адрес? – проговорила взволнованная Сакура, прочитав послание. – Он только что уехал, – проговорила Хината. – Хотел поговорить с тобою, но я сказала, что тебя нет, не знаю, когда появишься. Тогда он попросил передать тебе эту записку. Сказал, что в ней адрес, по которому просит тебя прибыть. – Кто «он»? – Герцог Учиха, – тихим голосом ответила юная Хьюга. Хината же тем временем внимательно следила за реакцией подруги. Пусть юная Харуно и не рассказала ей всей правды, но светлоглазая красавица чувствовала, что Сакура скрывает какую-то страшную тайну. И, ежели юная госпожа Хьюга верно поняла, в этом замешан именно Саске. У Сакуры едва сердце не остановилось, стоило ей услышать от Хинаты данное имя. Неужели приезжал сам Саске? Зачем? Что ему ещё понадобилось? Мало он принёс ей страданий? Решил окончательно добить? Или всё же нашёл в себе смелость поговорить? – Саске… – прохрипела она. – Нет. Его брат. Брат? Вот тут у Сакуры едва сердце не остановилось. А он-то тут каким боком? Неужели Саске растрепал всё семье и друзьям? – Откуда он меня знает? – ошарашенно спросила зеленоглазая красавица. – Зачем я ему вообще понадобилась? – Не знаю, но он хочет тебя видеть, чтобы о чём-то поговорить. – Да о чём может со мною разговаривать человек, который даже и не подозревает о моём существовании? – едва не взвизгнула юная Харуно. – Он не только подозревает о твоём существовании, а знает даже то, что мы с тобою подруги. Я не знаю причину его интереса к тебе, но то, что он явился сюда, меня саму поразило. Я никогда не была лично представлена кому-либо из семьи Учиха, лишь отец, дядя и кузен, а тут такое. – Только не говори, что это один из домов, что сдают специально богатеям, которые возят туда своих любовниц для утех, – прошипела зеленоглазая красавица, сжав письмо. – Нет. Это адрес одного из имений госпожи Учиха, вдовствующей герцогини, но она там, по слухам, не живёт практически. Очень редко появляется, да и то на пару дней. Сакура лишь открыла рот. Она и представить себе не могла, зачем понадобилась сыну герцогини Учиха. Хотя... Тотчас всплыли обстоятельства прошедшей ночи. А если Саске всё же действительно рассказал семье о случившемся? Ну, пусть не всё, а как-то по-своему там расписал, вроде того, что она сама его соблазнила, ну и тому подобное. Может, не семье, а лишь брату, но сути вещей это не меняло. Вполне вероятно, что юный герцог явился по её душу, чтобы уладить кое-какие вопросы. Например, Саске мог сказать, что она что-то там сделала, как и другие дамочки, чтобы тянуть из него деньги. Тогда брат свободно мог прибыть сюда, чтобы... Чтобы что? Угрожать? Нет, это полный бред. Люди такого уровня даже и не подумают, чтобы лично разговаривать с какой-то пылью у себя под ногами. Да и зачем одному брату что-то делать за другого? Саске и сам кого хочешь уничтожит. Может, Саске договорился с братом, чтобы он её заманил в этот дом, а там уж сам и разберётся с нею? Зачем такие сложности? Опять же, можно было и слуг подослать, а может, кого посерьёзнее и пострашнее. Даже упрашивать не нужно. Что может сделать слабая и хрупкая девушка? А может, это у них так принято? Привозить в этот дом своих любовниц, развлекаться там с ними? Хината ведь сказала, что дом пустует. Кто знает, что эти извращенцы там устраивают, что у них на уме. А может, он просто хотел дать ей денег, чтобы она закрыла рот, никому не обмолвилась о произошедшем с Саске? Всё же брюнет пока известен в свете как повеса, дамский угодник и любовник довольно большого количества дам, но не насильник. Конечно, как такового, насилия не было, Сакура была согласна стать его на тот момент, но сам-то мужчина об этом не знает. Репутацию сильно не подпортит сей факт, ведь какая-то там деревенщина не сможет ничего доказать, тем более с её-то репутацией, что сама себе заработала, но всё же не стоит марать ему и его семье имя. Но почему бы просто не передать сумму со слугой? Да хотя бы по причине того, что один лишь факт, что перед тобой герцог, запугает любую. Может, он и не только словами хочет заставить её молчать, но и действиями? Повторить «подвиг» брата? Зеленоглазую красавицу аж передёрнуло от подобных мыслей. Как бы то ни было, но это ненормально. Сакура панически боялась этого человека. Что же ей теперь делать? Как быть? Ехать туда? Нет, она не может. Сбежать, спрятаться? Куда? Если захотят, они найдут её, под землёй достанут. – И что ты решила? – мысли Сакуры прервал голос Хинаты. – Я не поеду туда, – заявила юная Харуно. – Ты ведь понимаешь, раз герцог решил тебя найти, то он найдёт. – Не думаю, что мне что-то угрожает смертельного, – деланно небрежным тоном заявила Сакура. – Люди такого уровня не будут марать руки о такую, как я. Не волнуйся, я уеду. Что бы ни случилось, будет лучше, если ты не будешь замешана в этом. Пусть разбираются со мною. – Ты с ума сошла? – Всё будет нормально.

***

Несмотря на возражения юной Хьюга, Сакура покинула её дом на следующий день. Так прошли три недели. Никто не появлялся в жизни юной Харуно. Девушка даже стала подозревать, что тот приезд брата Саске был лишь обычной шуткой, пусть и извращённой. Они просто посмеялись. Наверняка на это и рассчитывали. Она испугалась и сбежала, сама, никто её не заставлял. Их не упрекнёшь. Вскоре пришло письмо от Хинаты, отбывшей с кузеном в столицу, в котором она упомянула, что слышала слухи, в которых говорилось, что Саске один раз видели в обществе Узумаки Карин. Причём дамочка вела себя так, словно находилась в статусе его невесты. Юная Хьюга написала и то, что решила проверить информацию. Оказалось, что это вовсе не ложь, то есть не совсем, поскольку герцог действительно появлялся в свете в компании госпожи Узумаки, причём не запрещал ей рассказывать всем, что они помолвлены. Выходило, что теперь Карин является невестой Саске. Зеленоглазая красавица была поражена. Значит, в этом и была часть плана. Он просто сделал так, что Сакура самоуничтожилась. Она испарилась из его жизни, не стала истерить, требовать денег или свадьбы за поруганную честь. Всё сложилось просто идеально для него и этой Карин, о которое ранее госпожа Шотай Самуи и рассказывала, называя одной из главных соперниц юной Харуно и просто безнравственной личностью. Девушка была в бешенстве. Она и сама не могла понять, на что именно больше всего злится: на то, что он ею попользовался, лишив невинности, на то, что вновь сошёлся с этой Узумаки, о которой только и говорят, что она куртизанка, на то, что её он, видите ли, не соизволил представить, как невесту, а эту запросто, на то, что он вот так мерзко от неё избавился... Сакура не знала, что ей и делать. С одной стороны, она была уверена, что Саске никому не расскажет о той ночи, она тоже. С другой стороны, её буквально жгло изнутри, хотелось выть подобно раненому зверю, сорвать с себя кожу, лишь бы заглушить, пусть и на время, эту адскую боль внутри. За что он так с нею поступил? Неужели она это заслужила? Да, были моменты, когда она вела себя неподобающе леди, но это не повод вот так вот обращаться с нею. Это бесчеловечно. Хотя о какой человечности может идти речь, когда имеешь дело с богатым и избалованным эгоистом? Юная Харуно уже поняла, что в высшем свете, чем изощрённее способ, тем выше ты выглядишь в глазах окружающих. В эту ночь девушка не могла уснуть. Её била истерика. Зеленоглазая красавица боялась, что просто сойдёт с ума, не выдержит больше боли и страданий. Она прокралась в кабинет отца, стащила бутылку дорогого коньяка, а после осушила её до дна. Истощённый нервным напряжением организм, заправленный убойной дозой алкоголя, отключился под утро.

***

В течение последующих трёх дней Сакура не покидала комнату, сославшись на болезнь. Отец и не тревожил её, решив, что пусть отдохнёт. Поняв, что всю оставшуюся жизнь она не сможет валяться в кровати, как овощ, юная Харуно решила покинуть дом, поэтому направилась к конюшне. Ардарик всегда её успокаивал. Это великолепное свойство всех животных. Сакура любила животных, ведь они искренне любят, а не как лживые и продажные люди. Животные – лучшее творение природы, а человек – раковая опухоль на теле планеты. Она отсутствовала весь день, мотаясь по полям. Вернулась лишь после заката, мечтая сразу рухнуть в постель. Есть не хотелось, слишком сказывалось нервное напряжение, что слегка отступило, когда она, забывшись, скакала по лугам во весь опор, мечтая упасть и свернуть себе шею, а теперь вновь накатило на неё с новой силой по возвращении. Сакура прекрасно осознавала, что так нельзя, но ничего с собой не могла поделать. Но суматоха в доме не позволила юной девушке насладиться столь желанным покоем. Опять отец что-то затеял? В прошлый раз он устроил слугам марафон по сбору, а потом отчитывал каждого за что-либо. Что на этот раз? Опять куда-то торопится с утра, вот и гоняет слуг? В коридоре она столкнулась с взволнованной служанкой. – Госпожа, господин Харуно Вас повсюду разыскивает, – залепетала служанка. – Господин уже около часа принимает у себя одну персону. Хотел было Вас уже послать искать конных, но потом отчего-то передумал. – У нас гости? – Да, госпожа. Как только он узнал, что Вы вернулись с прогулки, приказал мне помочь Вам нарядиться. – А кто же это прибыл? – удивлённо проговорила зеленоглазая красавица, направляясь в гостиную, игнорируя слова служанки о требовании отца девушки переодеться. Неужели приехал кто-то из знакомых? Но причём тогда такая суматоха? Нет, отец не стал бы так суетиться. А может... Тут Сакура застыла на месте. А не может ли явиться тот самый младший брат Саске? Она ведь не выполнила его приказание, не явилась по требованию по указанному адресу. Неужели... Зеленоглазая красавица тряхнула головой, отгоняя мрачные мысли. Этого просто не может быть, не должно быть. Если бы явился кто-то из братьев, то отец бы её едва ли не с собаками уже разыскивал по полям. Или всё же может? А сам Саске… Это можно даже не обсуждать. Не приедет он сюда более уже никогда. У него теперь новая невеста, он сейчас явно с нею. Данные мысли вновь заставили сердце девушки сжаться от боли, но она постаралась взять себя в руки. Тогда кто пожаловал, вызвав такой переполох, ещё и в столь поздний час? Девушка медленно двинулась к гостиной, хотя при приближении каждый шаг становился всё труднее, тело словно налилось свинцом. Подойдя к массивным дверям, она глубоко вздохнула и, натянув милую улыбку и состроив самое невинное выражение лица, на какие сейчас была способна, распахнула двери, шагнув в комнату. Отец стоял около камина, что-то рассказывая, а в высоком кресле напротив окна... Сакура аж раскрыла рот. Такого удивления, граничащего с шоком, она уже давно не испытывала. Пожалуй, после того случая, когда узнала, что Рок Ли – Учиха Саске. Все слова и мысли мгновенно покинули девушку. Она не знала ни что ей делать, ни что говорить. Просто стояла, как истукан, и смотрела. – Добрый вечер, госпожа Харуно. Кто бы мог подумать, что такая, как Вы, заставит гоняться за собою. Что за ребячество? В прятки не наигрались в детстве? Надеюсь, Вы понимаете, насколько неприлично поступаете, заставляя людей искать Вас. Вас просили по-хорошему ответить на приглашение, а Вы? Столь отвратительный поступок неприемлем для приличной леди.