Сборник лучиков надежды

Дорога растягивается в тысячи медленно текущих километров. Её жизнь разбивается на маленькие кусочки каждый раз, когда она мысленно возвращается обратно к тому, что случилось еще вчера. С каждым километром Кайла понимает, что она неизбежно отправляется на эшафот. Ведь с Острова еще никто не возвращался. Хотя бы полуживым. Конечно же, если у тебя есть регенерация, тебе это не страшно. Но у Сильверфокс никогда не было регенерации, исцеляющего фактора или чего-то наподобие. Но у неё всегда была сестра. И Кайла надеялась, что она до сих пор есть, и Страйкер не убил её во славу своих бесчеловечных экспериментов. В любом случае, она готова была пойти на либо-что ради младшей сестренки Эммы, которую у неё в прямом смысле слова отобрали, так ужасно и нечестно. Если говорить откровенно, то Сильверфокс куда меньше переживала за Джеймса, за его чувства. Да, он ей нравился, да, может быть, она его даже любила — но сестра в любом случае была важнее и дороже, как бы сильно ей не хотелось причинять боль мужчине. Дорога заворачивает на одно единственное шоссе, ведущее к взлетной полосе, откуда можно добраться до Острова. Кайла понимает, что теперь дороги назад нет.

***

В этом ужасном месте все её кошмары происходят наяву: убийства, похищение людей, а именно детей со сверхспособностями, которых ужасно много здесь, которых держат здесь подобно крысам в клетках. Кайла совершенно не хочет тут быть, совершенно не хочет признавать то, что она — всего лишь часть поистине бесчеловечного эксперимента. Так не должно быть! — Как там Джимми? — Виктор, брат Хоулетта, оплот всего самого дерьмового на всей земле. Его вопрос приводит её в ступор и она совершенно отрешенно понимает, что на глаза накатываются слезы. Кайла молчит в ответ, что слегка бесит Виктора — тот в одну минуту оказывается рядом с ней, и его рука, сжимающая её горло — тому доказательство. — Кажется, я задал вопрос, — тихо повторяет он, очерчивая непонятные линии своим когтем на её щеке. — Или ты предпочитаешь не отвечать мне? Сильверфокс молчит, но молчит, скорее всего из-за того, что если начнет говорить — воздух закончится быстрее, чем сейчас. Поэтому она всего лишь дергается у него в руках и царапает его руку ногтями — помогает мало, но она хотя бы пытается. — Виктор! — призывно звучит где-то в стороне, но она уже не видит своего спасителя — глаза просто не воспринимают картинку перед глазами. — Отпусти её, я сказал. Кайла медленно оседает на холодный пол, придерживая шею руками, словно не веря, что её отпустили. Таинственный спаситель — полковник Страйкер, который спас её, скорее всего, просто из убеждений, что она будет полезна в его планах. Он коротко кивает ей, разворачиваясь и уходя в другой зал комплекса — Кайла даже не успевает сказать «Спасибо». — Вставай, — коротко говорит Виктор, явно недовольный ситуацией. — Вставай, говорю, — он протягивает ей руку и Кайла неуверенно хватается за его большую и теплую ладонь. Что-то невероятно непонятное охватывает её душу, когда он поднимает её с пола, отряхивает от пыли и грязи, одним движением руки поправляет её растрепавшиеся волосы и, усмехнувшись, подталкивает её к выходу. Кайла смотрит на него своими голубыми глазами и отчетливо пытается понять, что же это только что было? Милосердие? Издевка? Проявление человечества? — Иди, — говорит он, все также продолжая улыбаться. — Думаю, ты поняла, что я не люблю повторять. Его рука указывает на дверь в жилой отсек — Кайла уходит, ни разу не оглянувшись.

***

Между ними нет никаких отношений — он даже иногда с ней не здоровается, просто проходит, усмехнувшись. Кайлу это слегка напрягает — она чувствует свое волнение, а волноваться очень не любит — оказывается, это губит нервную систему под корень. Она пытается с ним говорить, но как только с её губ срывается заветное «Виктор», на большее сил не хватает — мужчина, как обычно, оборачивается к ней, усмехается своим звериным оскалом, и, не дождавшись никакого продолжения, уходит, кивнув ей головой. Кайлу невероятно злит её беспомощность — тут нет никого, кто может ей помочь. Никто на этом гребанном Острове не может проявить хоть капельку сострадания и выявить к ней хоть чуточку сожаления. Нет, всем плевать, если честно. Страйкер явно не выполняет своих обещаний — Эмма до сих пор у него и Кайла понимает, что она вряд ли когда-то увидит сестру. — Не переживай, убьем ублюдка, — медленно, словно смакуя слова, как-то говорит ей Крид, вновь подобравшись со спины. — Не думаю, что это будет стоить больших трудов. Сильверфокс осознает всю печальную истину только тогда, когда ловит себя на том, что кивает на его слова — кажется, это верх безумия.

***

У Виктора нет души, считает она, не сводя с него внимательного взгляда голубых глаз. Он чувствует её взгляд, вновь усмехается своей типичной нечеловеческой улыбкой, чуть-чуть обнажая острые клыки. Кайла как-то отвлеченно думает о том, сколько же глоток он ими разорвал. — Немного, — достаточно громко говорит он, и его голос невероятно хрипит. Кайла сразу же втягивает голову в плечи, понимая, что нечаянно озвучила свои мысли. Они сидят в её комнате: Сильверфокс на кровати, подогнув ноги под себя и опираясь на стену, Виктор напротив, сидит в кресле, закинув ноги на стол, и также внимательно её разглядывает. — Я не хотела говорить этого, — смущенно бормочет она, отмечая про себя, что ей, в принципе, и не стыдно за этот вопрос. — Обычно я использую когти, — Виктор жестом фокусника вытягивает руку вперед и показывает ей свой предмет гордости — длинные когти, как у настоящего оборотня, которым ей в детстве пугали друзья постарше. — Ага, — коротко говорит она. К своему удивлению, она как-то смешно воспринимает тот факт, что все считают, будто она — его новая пассия, подружка на ночь, или какие-то там эпитеты, которые присущи в этой ситуации. На самом-то деле, все обстоит вовсе не так — просто они похожи, вот и все. — Скучаешь по Джимми? — о, этот его извечный вопрос. Кайла в ответ лишь закатывает глаза, тихо хмыкает, но все равно отвечает — инцидента в первый день на Острове ей хватает. — Может быть, — не «Да» и не «Нет». Что-то среднее. — Я предала его, у нас нет будущего. Виктор внимательно смотрит на неё, прежде чем ответить — слова даются ему не особо легко, как и практически все, что связано с его братом. — Есть. Джеймс весьма охотно всем все прощает. — А тебе он все простил? — срывается с языка, прежде чем голова успевает подумать про то, что вопрос явно лишний сейчас. Она вся группируется, ожидая, как минимум, удара. Но ничего, к её большому удивлению, не следует. — Не все, — Виктор коротко вздыхает, встает из кресла, подходит к ней, останавливаясь в паре сантиметров от неё. Кайла отчетливо понимает его боль. Они же родственники, а родственники должны защищать друг друга. Если посмотреть трезво, то у них с Эммой похожая ситуация. Интересно, как отреагирует её сестренка, когда узнает, что она делала ради её спасения? — Не стоит расстраиваться, мы тут ненадолго, — хриплым шепотом говорит Виктор, наклоняясь к ней и целуя в щеку — слишком уж непривычно для его звериной натуры. Кайла ничего не отвечает, словно и не замечая того поцелуя. Кайла почему-то чувствует себя щенком, которого выбросили на улицу. На этот раз Виктор уходит сам, даже не оглянувшись на неё.

***

Она чувствует, как где-то на животе кроваво-красным расползется пятно крови. Чувствует также, как и все внутренности почему-то неприятно сжимает. Понимает, как горит изнутри, как мозг отказывается чувствовать боль, как глаза её закрываются против воли, как душа находится уже где-то между небом и землей. Логан ушел, простив её — это одно из самых главных вещей. Она это знает. Страйкер побежден — Кайла надеется, что теперь он точно сдохнет, как ему подобает. Самое главное, что её сестра жива и здорова. А то, что она подыхает на земле, вся в пыли и грязи — совсем другое дело. Не важно, что её, возможно, никогда не найдут, а если найдут, то не смогут установить личность, ведь Кайла Сильверфокс давно канула в Лету. — Эй, — кто-то легонько бьет её по щекам, призывая открыть глаза. Мутный силуэт — максимум, который она видит. По очертаниям — мужчина, на большее её глаза не способны. Кайла не имеет понятия, кто это, до того, как неизвестный не начинает говорить: — Джимми бросил тебя тут. Скорее всего, ни меня, ни тебя он не помнит. Видимо, такова наша судьба, — Сильверфокс улыбается на эту весьма несмешную шутку, понимая, что это Виктор склонился над ней. Он осторожно берет её на руки — рана на животе доставляет массу неприятных ощущений, но с этой болью жить легче, чем с грузом на душе из-за всего, что пришлось сделать. — Думаю, нам стоит выбираться. Ей кажется, что когда человек при смерти — время останавливается, как бы давая насладится последними минутами. Наверное, она скоро умрет. — Все будет хорошо, — проносится у неё где-то над ухом, но Кайла предпочитает не фокусироваться на таких вещах. Она снова чувствует себя кем-то роде дворняги, которая никому на всём белом свете не нужна. Выброшенная, опустошенная, полумертвая. Кайле кажется, что она видит свет в конце туннеля, но, скорее всего, это просто ирония судьбы — для таких, как она, местечко в Раю уж точно не уготовано. Свет в конце туннеля превращается в больничную лампу. В голове проносится лишь одно — спасена.