Высшая магия

Вдох-выдох. Сосредоточиться на такой, казалось бы, простой вещи, как дыхание. Вдох-выдох. В оглушительной звенящей тишине я слышу лишь рваной стук собственного сердца. Вдох - пауза – выдох. Нет пытки мучительнее, чем ожидание. Доры не было слишком долго. Глубокая ночь сменилась предутренними сумерками, а я по-прежнему не чувствовал её приближения. Чем дольше я ждал, тем туже скручивался внутри неприятный комок. Что это – волнение? Предчувствие? Или просто измученное болью и холодом тело отреагировало на инфразвук? Я сделал попытку пошевелить пальцами. Безрезультатно. Замёрзшие, занемевшие от неудобного положения руки отказывались подчиняться. Пришлось поднять голову и взглядом контролировать движение. Не с первой попытки, но удалось сжать и разжать пальцы, кисти тотчас пронзили сотни раскалённых иголок. Пока я ждал, что кровоснабжение восстановится, я услышал шаги. Дора появилась в чертоге с первыми лучами рассвета. Решительной поступью пересекла гостиную, вошла на балкон и, замерев на пороге, эффектным жестом скинула плащ и наградила меня торжествующей улыбкой. Я позволил себе незаметный вздох облегчения, а вслух сказал: - Опаздываешь. Кажется, охота удалась, но бледность демона и синий оттенок её губ мне совершенно не понравились. Сделав шаг вперёд, Дора закатила глаза и без чувств рухнула на пол. Хель тебя забери, и что мне с тобой теперь делать? Я ещё раз подёргал висевшую на крюке собственную цепь – разумеется, снять её без посторонней помощи я не мог. Дотянуться до демона я тоже не мог – даже для того, чтобы потрясти её за плечо или легонько пнуть, чтобы доказать ей самой, что она жива. Всё, что я мог сделать – позвать охрану. Искренне сомневаясь в том, что эйнхерии почтят меня своим присутствием. Ошибся. Стражники пришли раньше, чем Дора очнулась, а я успел сорвать голос. Только причина их появления была более прозаической – завершилось время моего наказания. Намереваясь увидеть на полу балкона моё бесчувственное тело, доблестные воины едва не споткнулись о бесчувственное тело моей жены. Я не сдержал усмешки, лицезря эту картину. Пока двое охранников снимали с крюка цепь, третий склонился над Дорой, намереваясь похлопать её по щекам. Я не позволил. Едва получив свободу передвижений, я поднял демона на руки – надо признаться, она потяжелела с тех пор, как я последний раз это делал - и, стараясь держать поступь ровной, а спину – прямой, отнёс её и уложил на диван в гостиной. Двое эйнхериев тем временем благополучно удалились на пост за дверью, а третий, совсем мальчишка, переминался с ноги на ногу, словно не решался предложить помощь. Очень кстати. - Будьте любезны, пригласите для леди Дориан леди Эйр, - обратился я к нему. Увидев в глазах юнца сомнение, добавил: - Передайте леди Эйр, у меня есть, что ей предложить. Сомнения стражника не рассеялись. Я усмехнулся, только теперь понимая их причину. Я не вправе приказывать даже охраннику. Вещь, знай своё место. Выдавив из себя самую обезоруживающую улыбку и самый невинный взгляд, я добавил: - Пожалуйста. Юнец улыбнулся в ответ, кивнул и быстрым шагом вышел вон. Я повернулся к Доре. Сам похлопал её по щекам, пощупал пульс, он был слабым и редким, прислушался к поверхностному, но ровному дыханию. Демон была в глубоком обмороке, не владея магией, я не мог определить, в чём его причина. Оставалось дождаться верховную целительницу и добиться от неё ответа. А тем временем я внимательно осмотрел жену. Убедился, что браслет на прежнем месте, проверил замок и застегнул украшение на потайную застёжку, чтобы Доре не пришло в голову снять его без моего ведома. Нашёл кошель с деньгами, присвистнул от удивления. Демону несказанно повезло, на такой улов можно содержать весь золотой дворец несколько недель. Деньги спрятал на случай нежданного обыска. Смочил виски демона водой, поцеловал её в лоб, не добился никакого результата и сел в кресло напротив, пытаясь занять себя книгой. Держать спину идеально прямо, несмотря на усталость, оказалось делом совсем простым: любое прикосновение к израненной плоти доставляло чудовищную боль. Разумеется, чтение меня не занимало, но ходить из угла в угол не было сил, а просто сидеть, уставившись в одну точку – довольно, насмотрелся за прошлый день. Машинально перелистывая страницы, я просчитывал, через какое время Эйр примет моё предложение. В том, что она придёт, я не сомневался. И она пришла. Наряженная в платье со шлейфом, сверкая драгоценностями, словно собралась на бал. (Или, возможно, только что вернулась с него? Час ранний, кто знает.) Небрежным жестом отпустила следовавшую за ней охрану. Я отложил книгу и поднялся при её появлении, приветливо улыбнулся, отвесил лёгкий поклон. Сделал вид, что протянутой руки не заметил, и целовать не стал. Эйр в ответ удостоила меня едва заметным кивком головы и сплела пальцы. - Благодарю, что так быстро откликнулась, - сказал я. - Не возьму в толк, что я здесь делаю, - парировала богиня и, подойдя к бесчувственному телу Доры, смерила его надменным взглядом. – Я поклялась не помогать тебе до конца времён. Можешь с гордостью носить свои шрамы и дальше. Я усмехнулся. Сколько лет прошло, а ты всё неравнодушна ко мне. Вслух сказал совсем другое: - Речь не обо мне, Эйр. Леди Дориан нуждается в твоей помощи. Целительница, до сих пор, нахмурив брови, водившая ладонью над телом демона, фыркнула и отошла к окну, повернувшись ко мне спиной. - Твоей смертной девке я ничем не могу помочь. Даже отравить, ты знаешь. Знаю. Травить не надо, с этим я мог бы справиться и сам, без Эйр, которая физически не могла никому причинить вред. Что не мешало ей люто ненавидеть половину Асгарда и порой применять эффективную тактику невмешательства. - Эйр, я не прошу тебя излечить её. Лишь рассказать, что с ней. - Тогда ты сам сможешь ей помочь. – Богиня зло рассмеялась. – А я желаю, чтобы она умерла. Ожидаемо. - Я думал, ты ненавидишь только мужчин, - равнодушно проговорил я, подавляя нараставшее внутри раздражение. - Верно, - Эйр обернулась, окинула меня холодным взором, - Я хочу, чтобы ты испытал ту боль, которой наградил меня. Я улыбнулся, она нахмурила брови. Обняла себя руками за плечи, словно ей было холодно, устремила отсутствующий взгляд в никуда. Или – в прошлое. В дни нашей с Тором юности у бездетной Эйр была воспитанница, к которой богиня относилась, как к дочери. Разумеется, устраивала её счастье и сосватала приёмную дочь за влиятельного ванахеймца. Накануне официального объявления о помолвке горе-жених узрел свою наречённую выходящей в неурочный час из личных чертогов моего брата. Помолвка была со скандалом разорвана, не вынесшая позора слабохарактерная дева бросилась с Радужного моста в бездну. К чести Тора, о помолвке он не знал. - Отчего ты обвиняешь во всём меня, Эйр? Не я напоил твою дочь и уложил её в постель к своему брату, они прекрасно справились сами! Не я привёл её жениха в тот коридор! Не я скрывал до последнего факт помолвки, и уж, тем более, не я столкнул её с моста! – Всё моё участие ограничилось несколькими метко брошенными фразами, посеявшими смуту в мыслях фигурантов. Выбирал каждый сам: брат – извинения, ванахеймец – отказ от брака, дева – Бездну. - Ты мог бы повлиять на Хедрига, - задумчиво сказала богиня. – Мог бы убедить его… - В чём? Что он не должен верить собственным глазам? Или в том, как почётно подбирать объедки за моим братом? Эйр зарычала, подлетела ко мне вплотную и с размаху ударила кулаком по зубам. Я едва удержался, чтобы не упасть, ощутил солёный вкус крови во рту, облизнул разбитую её перстнем губу. Одарил Эйр безумной улыбкой и спокойно продолжил: - Не к лицу леди бить заключённого. Если… Богиня не дала мне договорить, обвила мою голову руками и припала к устам страстным поцелуем. Не прерывая контакта наших губ, я высвободился из её объятий, перекинул цепь через её голову и прижал за талию к себе. Эйр со вздохом отстранилась, упираясь руками мне в грудь, в её взгляде плескался испуг пополам с наслаждением. Я усмехнулся, когда она кончиками пальцев провела по моей разбитой губе. - Ты причинила вред, Эйр. За это ты можешь лишиться своей силы. О да, она это знала. И всё равно поддалась на мою провокацию. А теперь её зрачки расширялись от неминуемого страха потери всего. - Я могу залечить все твои раны, Локи, выведу шрамы, я… - Нет, Эйр. – перебил я её. Дора в этот момент слабо застонала и пошевелилась, приходя в сознание. Я не взглянул на демона, не хотелось терять зрительный контакт с испуганной богиней. – Мои шрамы подождут. – Если Дора умрёт, клятва и меня потянет за ней, а уж в царстве Хель внешним видом никого не напугаешь. – Мне нужно знать, что происходит с моей женой. Подробно. Теперь целительница соизволила обернуться и взглянуть на Дору. Я тоже посмотрел в сторону дивана поверх макушки Эйр. Демон окончательно пришла в себя, осторожно села, спустив ноги на пол, посмотрела по сторонам. Увидела меня, недвусмысленно прижимающего к себе целительницу, опешила, тряхнула головой. Ещё раз с удивлением посмотрела на нас с Эйр. В своей излюбленной манере спросила, делая вид, что не замечает присутствия посторонней: - Локи ? Что происходит? Я удивлённо поднял брови и обратил взор на целительницу, переадресовывая вопрос ей. Та зарделась столь же ярко, как заполнившая небо заря, и потупила взгляд. - Я проведу полное обследование леди Дориан, - нехотя согласилась она. – Но потребую достойную плату за свои труды. Что ты можешь мне предложить, раб? Я невольно залюбовался, как стремительно испуг богини врачевания превращается в холодную ярость. Притянул её за плечи к себе, наклонил голову и шепнул ей на ухо: - Тот самый янтарный кристалл. Эйр недоверчиво посмотрела на меня, пытаясь отстраниться. - Если достанешь его, можешь звать меня немедленно. - Я так и сделаю. Я выпустил её из объятий и поднял руки, Эйр выскользнула под цепью. Кивнула мне в знак прощания, я наклонился поцеловать её руку. Затем Эйр кивнула Доре, пожелала ей доброго дня и, взметнув шлейфом пыль, покинула чертог. Едва дверь за целительницей затворилась, я позволил себе расслабиться. Моментально навалилась усталость. Я неспешно приблизился к столу, следя, чтобы заметно не дрожали руки, налил себе воды. Утолив жажду, наполнил бокал для Доры, поднёс ей. Жена смотрела на меня с такой неприязнью, словно я предлагал ей яд. -Возьми и подвинься, - вздохнул я. Дора послушно исполнила приказание. Я тяжело опустился на сиденье рядом с ней, упершись локтями в колени и уронив голову на руки. Нужно отдохнуть несколько минут. Потом неплохо бы смыть с себя кровь и переодеться. И отправляться взламывать собственные покои. Разумеется, у жены были другие планы на мой счёт. - Что всё это значит? – я не отреагировал, и Дора, недолго думая, потрясла меня за пораненное плечо, вызвав у меня рваный вздох и заставив поморщиться от боли. – Ой, прости, я не хотела. И всё же, ответь! Я поднял голову, глянул через плечо на жену. - Вот именно, Дора. Что всё это значит? Ты являешься с охоты на час позже крайнего срока, со следами удушения на шее и верёвок – на запястьях, - она поспешно одёрнула рукава рубашки, - и падаешь в обморок! – резко сказал я. – С каких пор после охоты ты стала падать в обморок? И кто на кого охотился? Её щёки вспыхнули, а во взгляде заблестела злость. Прекрасно, значит, терять сознание ты больше не собираешься. - Вижу, тебе лучше, - продолжил я с издёвкой, когда демон вскочила на ноги и разбила бокал об стену над моей головой. Я не шелохнулся. Не потому, что был уверен в её меткости, как раз, наоборот. Просто не было сил уворачиваться. - Да как ты смеешь! – процедила сквозь зубы Дора, постепенно переходя на крик. – Ты сам отправил меня в этот мерзкий дом, отправил, как продажную девку, без помощи, без защиты, подложил меня под этого мужлана, а сам тем временем развлекался с придворной шлюхой! Дора, Дора, не к лицу аристократке подобные выражения. Как же ты взбешена, если употребляешь такие фразы. Я одарил жену сочувствующей улыбкой. - С каких это пор суккубу нужна помощь на охоте? Или я должен поставлять тебе жертв прямо в твой чертог? – чем сильнее кричала Дора, тем тише и спокойнее звучал мой голос. - С каких пор в ты прелюбодействуешь в моём чертоге на моих же глазах? - С тех пор, как ты перестала удовлетворять меня, - усмехнулся я. Я ждал, когда, наконец, демон выпустит когти. Она решилась. С шипением разъярённой кошки Дора растопырила пальцы – я приготовился заслонить лицо – и замерла. Ничего не произошло, когтей не было. Дора с удивлением рассматривала свои руки, словно видела их впервые в жизни. На всякий случай подёргала застёжку браслета, готовая свалить вину на него. Я покачал головой. Дело не в браслете. Тяжело дыша, демон вперила в меня негодующий взор, под прицелом которого я протянул руку, нажал на потайной замок, и раскрывшийся браслет с лязгом упал вниз. Дора напряглась, когтей не было. Я пожал плечами, подобрал с пола браслет, вернул его обратно на запястье жены. - Твоя магия нестабильна, - снизошёл я до объяснений. – Ты впитала большую силу, но она почему-то не насытила тебя. Твой обморок – признак сильного магического истощения. - Почему? – недоумённо прошептала Дора. – Я же насытилась, впитала его… Ощущения были… как раньше. - Вот это я и пытался выяснить с помощью Эйр, пока ты так некстати не очнулась и не устроила сцену ревности, - недовольно проворчал я. Дора вновь покраснела, на сей раз от стыда. Сделала несколько кругов по комнате – как меня раздражает её привычка думать ногами! – вернулась ко мне и опустилась на корточки, заглядывая мне в лицо снизу вверх. - Прости, мой царь. Что я могу для тебя сделать? А вот это – правильная линия поведения. - Будет неплохо, если ты приготовишь мне ванну, найдёшь чистую одежду и приведёшь себя в порядок. Нам с тобой предстоит прогулка по дворцу до моих бывших покоев. Остатки твоей магии очень пригодятся. - А тебя выпустят? Я мысленно достал из тайника несколько монет и взвесил их на ладони. Выпустят. Присохшую к ранам рубашку пришлось отмачивать, так что ванну я принимал опять в одежде. Дора добавила в воду пару снадобий, отчего спину начало безжалостно дёргать, зато я был уверен, что раны не загноятся. Помогла мне вымыться, подала полотенце, проводила в спальню. Осторожно промокнула спину, смазала обеззараживающим средством, густо наложила сращивающую ткани мазь и туго перебинтовала разорванной на ленты простынёй. Помогла надеть свежую рубашку. Я оценил хитроумную систему потайных застёжек и изобретательность моей супруги, но не подал виду. Она, похоже, надеялась на похвалы, потому что грустно вздохнула, ничего от меня не услышав. Вместо одобрения я сказал: - Дальше справлюсь сам, иди, приводи себя в порядок. Демон хотела ответить что-то едкое, судя по выражению её глаз, но в последний момент удержалась, закусила губу и вылетела прочь. Прикинув, что у женщин даже самые короткие сборы занимают никак не менее часа, я с удовольствием растянулся на животе на кровати, как был, в сапогах, подложил скрещенные руки под голову, и мгновенно заснул. Мне снились крысы, плотной серой массой снующие по пиршественным столам, и проснулся я от всепоглощающего чувства голода. Спина не болела, но дышать было трудно из-за тугих бинтов, да и руки затекли от лежания в неудобной позе. Я встал, прошёлся по комнате, попутно пытаясь растереть занемевшие под наручниками запястья. С неудовольствием отметил, что руки отекли и кандалы врезаются в плоть. Одёрнул рукава рубашки. Повозившись немного, облачился в камзол, наглухо застегнул его и отправился на поиски Доры. Судя по моим ощущениям времени, близился полдень. В гостиной вместо жены я нашёл блюдо с нарезанным крупными ломтями холодным варёным мясом, почему-то стоявшее на диване. С удовольствием набросился на еду, лишь на последнем куске подумав с сожалением, не оставить ли его Доре. Прислушался к звукам, доносившимся из её комнаты. Не оставить. Еда сейчас интересовала демона в последнюю очередь, её тошнило. Тошнило? С тех пор, как я поставил барьер между ней и ребёнком, неприятностей подобного рода происходить не должно. Предусмотрительно прихватив кружку с водой, я отправился к Доре. Она сидела на коленях на полу ванной, в одной нижней рубашке, со слезами на глазах, бледная, дрожащая от холода и напряжения. Первым делом я глянул на её живот: под тонкой тканью руны не светились. Значит, защитный круг цел. - Локи, что со мной происходит? – прошептала Дора с тревогой. – Я умру? - Конечно, умрёшь, - спокойно согласился я, и не заметил в её глазах страха, лишь покорность. Значит, ей совсем плохо. – Когда-нибудь. Но не в ближайшую тысячу лет. - О, Локи… - она закрыла лицо руками и затряслась от беззвучных рыданий. Я сел на пол рядом с ней, притянул её к себе, приобняв одной рукой за плечи, поцеловал в макушку. Цепь мешала, пришлось отпустить Дору прежде, чем она успокоилась. Я протянул ей кружку, она послушно взяла её в руки и мелкими глотками выпила всю воду. Тяжело вздохнула, поставила кружку на пол и лишь тогда взглянула на меня. Глаза были сухими. - Это же не ребёнок? – спросила она, и я не знал, имеет ли она в виду своё плохое самочувствие или артефакт, размещённый в её теле. Я не ответил. – То, что внутри меня – это же не ребёнок? – продолжала настаивать Дора. Я усмехнулся. Рано или поздно мы должны были к этому прийти. Я ожидал раньше. – Не ребёнок… - ответила она сама себе, истолковав мою усмешку по-своему. – Очередной твой эксперимент… Надеюсь, удачный? Я пожал печами. - Вырастет – узнаем, – я положил одну руку ей на живот, а второй взял её ладонь и прижал сверху. – Ты не слышишь, а я чувствую. Здесь бьётся сердце того, кто скоро появится на свет. Будет это существо ребёнком, чудовищем или экспериментом – зависит только от тебя. От той, кто даст ему жизнь. – Демон медленно кивнула, сомневаясь в моих словах, но мой красноречивый взгляд убедил её. Верил ли я сам в то, что говорил? О, да. Лишь творец знает, как назвать своё детище. Сейчас творцом была Дора. – Но с тобой действительно что-то происходит, я не могу понять, что. Нам нужна помощь Эйр, чтобы это выяснить. - Я принесла достаточно денег, - с упрёком ответила демон. Ей не понравилось, как она их получила, или то, что я их спрятал без её ведома? - Эйр не берёт деньги, иначе её дар потеряет силу. Она хочет кое-что другое. В глазах демона проснулся интерес, она нахмурила брови и недоверчиво склонила голову набок. - И что же? Тебя в своей постели? Моя жена меня ревнует! Потрясающе! Я искренне рассмеялся, представив себя соблазняющим целительницу. - Дора, Эйр ненавидит мужчин! Ей нужен особенный артефакт, который столь удачно припрятан в моих покоях. За ним мы сейчас и отправимся. Одевайся! Я успел трижды отчитать демона за медлительность, помочь ей затянуть шнуровку на платье, отыскать её заколки для волос и даже убедить стражу за нашей дверью в собственной лояльности, обеспечив себе беспрепятственное перемещение по дворцу, прежде чем Дора изволила быть готовой. Я открыл двери, пропуская демона вперёд, а сам задержался на пороге, позволяя каждому из присутствовавшего отряда воинов тщательно осмотреть мои кандалы и заодно забрать несколько монет с моей раскрытой ладони. Наконец, стражники расступились, давая мне проход, я предложил руку Доре, она приняла её, и, подстроившись под мой неспешный, но широкий шаг, шепнула: - Я полагала, ты полностью лишён магии? Я ответил усмешкой. - Это очень простая магия, Дора, она называется фокус. Брови демона взлетели вверх: то ли термин был ей незнаком, то ли не поверила. Я пожал плечами и направился к тому месту, которое когда-то считал своим домом. Почётный караул, бряцая оружием и доспехами, в молчании двинулся за нами.