Высшая магия

Впервые со времени возвращения на Землю Тору приснился Асгард. Во сне он вернулся в тронный зал, колонны которого были увиты траурными лентами. Шаги Тора гулко отдавались в тишине и полумраке пустого помещения, приближая воина к трону. На ступенях у подножия трона сидел отец. Постаревший на тысячу лет, сгорбившийся, его единственный глаз смотрел в никуда. С трудом сфокусировав взгляд на приблизившемся Торе, отец приподнял дрожащую руку, указывая перстом на Радужный мост. Тор подошёл к окну, взглянул вниз. Увидел высокую худую фигуру своего брата, неспешно шагающего по кромке Биврёста. Локи развёл руки в стороны, чтобы удержать равновесие, и более всего напоминал Тору ярмарочного канатоходца. Вот неосторожный шаг, брат пошатнулся, но устоял. - Только в твоих силах вернуть его, - раздался хриплый голос отца за спиной. Опомнившись, Тор стремглав бросился к Радужному мосту. Досада на забытый где-то Мъёльнир, без которого ему пришлось преодолевать весь путь пешком, сменилась ужасом, когда, почти поравнявшись с братом, Тор узрел причалившую к Биврёсту погребальную ладью. Локи ступил в неё одной ногой, другой, обернулся к Тору, одарив на прощание ироничной, но очень тёплой улыбкой. Обеими руками оттолкнулся от края моста – и уплыл прочь. - Не-е-ет! – заорал Тор изо всех сил, понимая, что не успел. Тор просыпается в холодном поту, резко садится, прижимая ладонь к груди, из которой вот-вот должно выскочить сердце. Переводит дыхание, поворачивается к мирно спящей рядом Джейн. Нет, к счастью, не разбудил. Осторожно, стараясь не шуметь, поднимается, заходит в ванную, брызгает на лицо холодной водой, трёт виски. Встречается взглядом с собственным отражением в зеркале. И понимает – это был не просто сон. Сердце не унимается, заполошно бьётся в груди, как пойманная в силки птица, а перед мысленным взором стоят невыносимо зелёные глаза и такая родная – и такая далёкая сейчас улыбка младшего брата. И от этого совсем страшно. Вернувшись в спальню, Тор натягивает на себя джинсы и куртку, наскоро нацарапывает в темноте записку для Джейн, в волнении перемешивая английские слова с асгардскими, кладёт на её телефон – на случай, если задержится. Целует любимую в губы и в живот, где теплится новая жизнь, спускается вниз, суёт ноги в кроссовки, запирает за собой дверь. Привычным быстрым шагом направляется в сторону ближайшего парка. Выбирает большую, плохо освещённую поляну, запрокидывает голову и кричит что есть мочи в пасмурное весеннее небо: -Хеймдалль! Открой! Испуганная криком, с ветки срывается ворона и, недовольно каркая, улетает прочь. - Хеймдалль! Ты слышишь меня?! Открой! Тор кричит долго, едва не срывая голос, но услышан только проезжающим вдоль парка патрулём. Полицейский с фонариком выходит из-за деревьев прямо пред ясные очи Тора, никого не замечающего вокруг себя, окликает: - Эй, сэр! - Что, друг? – Тор устремляет взор на полисмена с такой надеждой, словно тот сопроводит его к Хеймдаллю лично. - Вы нарушаете общественный порядок. Немедленно прекратите, или я вынужден буду вас арестовать. Тор мутным взглядом обводит полицейского, не понимая, о чём речь. - Вы пьяны? – почти участливо вопрошает служитель закона. - Что? – спохватывается Тор. – А, нет, нет. Не пьян. - Тогда идите домой, - ласково продолжает уговаривать полицейский. – У вас ведь есть дом? Тор отрешённо кивает. - Да, есть. - Вот и ступайте туда, там и взывайте к своему Богу, кем бы они ни был. А здесь не нужно шуметь, ночь на дворе, люди хотят отдыхать. - Да, конечно, простите, - кивает Тор. С надеждой и отчаянием устремляет взгляд в молчащие небеса. – Просто… - У вас что-то случилось? – вежливо спрашивает полицейский, всем видом красноречиво демонстрируя, что ему не интересен ответ. Но Тор этого не замечает. - Да, - говорит он, и ясные синие глаза наполняются неизбывной грустью. – Случилось. У меня только что умер брат. Полицейский выдерживает почтительную паузу, вздыхает, наконец, произносит: - Я вам сочувствую, сэр. Идите домой. Под пристальным взглядом служителя закона Тор медленно покидает парк.