Вчера не сегодня

Саша, весь взмокший, трясущийся, прижался к Кириллу, плотно обхватив его руками. Парень оттащил его подальше от места катастрофы, закутал в свой пиджак и теперь всматривался в черты лица спасенного. Словно нарисованный золотой кистью художника, он был восхитителен. Тонкий, сильный, прекрасный – Александр был дивом. В затхлости газов, в удушающей майской жаре, в омерзительных запахах ужаса, Кирилл был застигнут внезапной зависимостью, и имя ей – Александр. - Ты не сделаешь этого, - к Саше вернулся разум, стоило только Кириллу приблизиться к его губам. – Ты не воспользуешься ситуацией, - он утверждал это с такой уверенностью, что даже Кирилл сначала поверил. - Если не сейчас, то когда? – Кирилл просунул руку под голову Александру и притянул к себе, сопротивления не последовало. – Тебе это нужно не меньше, чем мне, - прошептал он и мягко скользнул своим языком меж губ Саши. Что-то дикое захватило обоих парней, что-то, развивающееся уже многие столетия на уровне инстинктов. Оно проникло в них, захватив их разум и чувства, сжигая дотла. Александр перенял инициативу на себя. Сбросив пиджак наземь, он повалил Кирилла, проникая своим языком все глубже и глубже, скользя по зубам, лаская небо, изредка касаясь языка Кирилла, доводя второго этими касаниями до дрожи. Это продолжалось долго, настолько долго, что оба они начали забывать, что сзади них навзничь валяется недавно взорвавшийся автомобиль, а рядом с ним лежит неупокоенный старший Донат, они потеряли счет времени, они променяли это, наше, пространство на другое, лучшее, пространство только для них двоих. Они катались по асфальту, прижимались, обнимали друг друга, отталкивали, отстраняясь, и вновь сливались воедино. Пока над их осветленными головами не раздался оглушающий вскрик. - Сука. – Отрывистый рык прокатился по переулку. Владимир рывком поднял Кирилла с земли и отшвырнул в сторону. Тело молодого любовника с шумом ударилось о стену и сползло вниз к мусорным бакам. - Вова, - Донат поднялся на ноги и осторожно развернул друга в сторону оставленной им машины, - идем. Мне нужна помощь. - Да, да, конечно, - он подхватил Сашу под руку и повел к автомобилю. После того, как Владимир усадил Александра, он отогнал во дворы машину самого Доната и вернулся к Кириллу. К тому времени он только начал приходить в себя. - Никто не должен знать, что Саша здесь был, ясно, мразь? – в ответ Кирилл лишь хмыкнул. – Ты же понимаешь, что для тебя это так же нежелательно, как и для меня с Сашей? - Да, мне все ясно, проваливай, - парень сплюнул на обувь Вовы, который, впрочем, даже не заметил этого. Он просто развернулся и направился к авто, у него были более важные дела. Менее чем через десять минут на место аварии прибыла «скорая», пожарные и полиция. Пожар был потушен, труп, облаченный в черный пластиковый пакет, отвезен на экспертизу, а Кирилл благополучно доставлен в участок. Тянулись долгие часы допроса. На все вопросы юноша отвечал коротко и односложно. «Да», «нет», «не знаю» - все, что из него могли вытянуть. Все отчетливо понимали, что этот задрыпыш тут ни при чем. Случайный свидетель случайной смерти и не больше. Но был труп, и это был труп слишком важного человека, чтобы вот так вот просто отпустить единственного свидетеля. - Оставьте его, он не скажет вам ничего нового, - за дверью раздался знакомый Кириллу голос, он тут же навострил уши. - Он несознательный мальчишка, - писклявый фальцет принадлежал некоему мужчине. Распахнулась дверь, и на Кирилла упала длинная тень короткой Артемии. - Ну и дерьмо же ты, Кирюш. Они снова ехали в её красном «порше». Артемия угрюмо молчала, отвернувшись к окну. Кирилл не решался заговорить, да ему и не следовало. Она сама потом ему рассказа, что на помощь её выслал не кто иной, как сам Донат, и адвоката, того самого писклявого мужчину, выслал тоже он. Из личной свиты, кстати говоря. Этот адвокат будет представлять юридические интересы Кирилла на протяжении всего дела о смерти старшего Доната, ибо следствием было установлено, что это убийство. Сам же Александр слег в постель. Его выхаживал Владимир и никого к нему не подпускал. Словно цепной пес, он сам не отходил от Сашеньки ни на шаг. Ел с ним, пил с ним, по ночам сидел над его изголовьем и нервно передергивался каждый раз, когда кто-то стучал в дверь. О встрече Кирилла с Сашей и речи быть не могло. Нет, нет и НЕТ. Да, Кирилл позаботился об Александре в первые минуты его слабости, да, он не сдал их властям, да, он являлся его омегой, но нет, ни под каким предлогом, он не сумеет приблизиться к маленькому больному Саше. Кирилл же метался целыми днями по комнате из угла в угол, откровенно пугая своим поведением Игоря. Он брался за книгу, но отшвыривал её после первых двух страниц, заходил в сеть, но и там не мог пробыть и десяти минут, ложился спать, но, ворочаясь не один час, выводил из себя Игоря, и тот отправлял его прогуляться. В таком мучительном томлении протянулась неделя. Казалось, каждый авреливец ощущал на себе гневное дыхание чего-то томительного. И среди всего этого беспорядка ходил наш на удивление спокойный президент. Артемия вообще стала более одухотворенной. Она отреклась от тирад и гневных окликов, перестала нападать на нарушителей. Занималась поручениями верхов сия «Аврелии» и все тут. Никто не мог понять, в чем было дело. Однако стали появляться слухи о некой тени, по пятам следующей за Артемией. Впрочем, все были слишком увлечены новостями о Донатах. И тут они не ошибались. Атмосфера вокруг Александра нагнеталась, с каждым днем, не смотря на старания Владимира, ему становилось все хуже. Очень четко это понимал Кирилл. Они оба буквально таяли на глазах. И, в конце концов, решением школьного врача, было решено положить обоих в больницу. *** Артемия сидела за монитором, не особо усердно выискивая очередной доклад. В приемной секретаря раздался звонок, который после, по велению президента, был переадресован на аппарат в учительскую. Артемия сняла трубку: - Да, миссис Донат, я вас внимательно слушаю.