Клетка

После этого случая работа шла своим чередом и перешла на уровень «терпимо». Мы фактически не пересекались, ведь у нас был чудный посредник — ассистентка Синди. Когда нужно было, она выгораживала и в редких случаях выполняла за меня работу, а ещё очень мило краснела, если находилась со мной в помещении больше пяти минут. Но, увы, сегодня она убежала пораньше и мне придётся заносить отчёт самому, я закрыл кабинет и направился прямо по коридору. Рука скользнула по ручке двери. — Ты с ума сошла, брать его в свой отдел, это же Малфой, — послышался голос Золотого мальчика. — Гарри, ему больше негде работать, все отказывают, он так долго не протянет. Он же не чужой человек, — растолковывала Гермиона. — Ну да, не чужой, вон даже по-дружески тебе кличку дал: грязнокровка. — Когда это было? Лет пять назад, его отца больше нет, матери тоже. — У меня их всю жизнь нет, Гермиона. Люди не меняются, тем более он. Твоя вера в людей непоколебима и безосновательна, — настаивал на своём Поттер. — Всю ответственность я беру на себя, — повысила тон Грейнджер. — Мерлин, он не домашний эльф, которого нужно спасать. Он оказался в этой ситуации по своей вине, как ты не понимаешь. — Ты знал, что преступники, которые не социализируются после освобождения, опять совершают преступления с большей вероятностью? Гарри сделал глубокий выдох. — Как знаешь, потом не плачься, что тебе этот тип всю работу портит. — Я услышал шаги и отступил назад в темноту, Поттер вышел и направился к лифту. Ещё пару минут я стоял, пока меня не одолела дикая злость. Она меня пожалела. Дело не в профессионализме. Дело не в «не меряй всех по себе». Ей просто стало меня жаль. На всех парах я влетел в кабинет и кинул отчёт на стол. — Заявление об уходе напишу завтра, мисс Грейнджер, — последние слова выплюнул ей в лицо и собрался уходить. — Драко, стой! — не знаю, что меня остановило, её голос или то, что она, возможно, впервые на моей памяти назвала мое имя, но это подействовало. Где-то в глубине души мне хотелось узнать, что меня взяли в министерство не из жалости. А еще глубже я хотел услышать от Грейнджер, что я просто вспыльчивый идиот и она наняла меня потому, что верит в меня. Верит? — Мне не нужна твоя жалость, оставь её для таких нищих и убогих, как Уизел, — я пытался задеть её так же сильно, как и она меня, но ее лицо оставалось совершенно спокойным. — Ты действительно хороший сотрудник, просто не каждый готов за тебя поручиться. Не кипятись, — она посмотрела в мои глаза и слегка улыбнулась, — мир? Мне хотелось выхватить палочку и сбить ее с ног, так сильно я был зол. Я готов был вылететь из здания министерства и навсегда оставить свои попытки устроиться на работу и жить нормальной жизнью, но почему-то ответил: — Перемирие.