Два героя

Гарри Поттер.        — Аслан существует! Он создал Нарнию и убил колдунью! Мы его видели! — упорно доказывала Люси Трампу.       Они шли между красивых древних дубов. Гарри вглядывался в золотые отблески на зелёных листьях. А думал только об одном. Аслан.       Гарри даже и представить не мог, насколько он величественен и прекрасен. Сколько в нём силы, грации и мудрости. И какой у него взгляд. Не как у животного, а осмысленный и направленный прямо в душу.        — Ваш Аслан — очередной миф, — парировал гном.        — А нас ты тоже считал мифом? — осведомился Эдмунд.       Трамп промолчал, а потом, смотря куда-то в сторону, пробормотал:        — И всё равно, я в него не верю.       Вдалеке показалась река. Около неё копошилась куча людей. Трамп тут же остановился и, прижав палец к губам, поманил за собой. Немного пригнувшись, Гарри последовал за гномом. Трамп умело обошёл людей так, что они вроде были и близко к ним, а вроде и далеко. Перед Гарри открывался впечатляющий вид, спрятанный за широкими поваленными стволами сосен.       Около самой реки, воды которой были такими же голубыми, как и в реке Быстрой, сновали туда-сюда крепкие люди в старинных одеждах. Они, судя по всему, строили мост, потому что все поваленные сосны тащили к воде. Половина переправы была уже готова, а другая ещё пока была только начата. Где-то у дороги к реке, сидя на красивом тёмно-коричневом коне, отдавал указания мужчина в чёрном плаще. Его лицо было похоже на лица азиатов: такое же смуглое с маленькими глазками и чёрной растительностью. Он властно взмахнул рукой, и к нему приблизился один из его слуг. Он что-то сказал ему, и тот подобострастно удалился. Вскоре мужчина повернул коня и уехал.        — Кто это? — прошептал Эдмунд.        — Лорд Мираз, — злобно прошипел гном и в очередной раз плюнул, — чёртов тельмарин!        — А зачем они строят переправу? — спросил Гарри.        — Чтобы перейти, — буркнул Трамп, — они ищут принца Каспиана. Они думают, что Нарнийцы его похитили.        — Но вы ведь не похищали его? — Трамп посмотрел на Гарри, как на умалишенного.        — Он нам прям сдался!        — Нужно искать другой путь, — сказала Сьюзен, вглядываясь в людей строящих мост, — здесь нам не пройти.        — Может, пойдём за Асланом? — с надеждой сказала Люси.        — И разобьёмся о камни на дне обрыва, — вставил Трамп.       Люси бросила на него негодующий взгляд.        — Давайте посмотрим на этот обрыв, вдруг там есть обходной путь? — предложил Гарри.       На этот раз насупился гном.        — Некогда решать, пойдёмте к обрыву, — выразил мнение большинства Эдмунд. Гарри пошёл первый, за ним шёл Эдмунд, за руку Гарри держала Люси, где-то с краю шла Сьюзен, а замыкал процессию насупившийся гном. Он шёл и ворчал себе под нос что-то вроде: «Конечно, вам лучше знать... давайте пойдём за каким-то кошаком и разобьёмся», но это было бесполезно, потому что его никто не слушал.        — Гарри? — как-то рассеяно спросила Сьюзен.        — Да?        — Я хотела тебя спросить... — она слегка замялась, — а Том... какой он в будущем? Как он выглядит?        — Ну... — Гарри не очень хотелось расстраивать Сьюзен. — Я его не видел, — соврал он.        — М-м-м, — промычала она и задумалась о чём-то.        — Я уверена, Аслан нас правильно позвал, — радостным голосом изрекла Люси.       Гарри лишь улыбнулся ей. «Интересно, что стало со Сьюзен в моём времени? Неужели он убил её?» — подумал Гарри, обеспокоенно наблюдая за Сьюзен. Девушка закусила губу и напряжённо вглядывалась вдаль.       Вскоре они подошли к обрыву.        — Ну и где ты его видела? — количество сарказма в голосе гнома могло посоперничать со знаменитыми усмешками профессора Снейпа.        — Вот здесь... — стоило только Люси подойти к тому месту, откуда она видела Аслана, как земля под ней провалилась, и она полетела вниз. Гарри бросился к ней. Трамп опередил его и уже смотрел изумлённым взглядом вниз. Подойдя к отвалившемуся краю, Гарри увидел стоящую на тропинке, под краем обрыва, Люси.        — Всё в порядке! Это тропинка! — ликовала она. Трамп и Эдмунд перевели дух. Сьюзен облегчённо вздохнула и первой спустилась в дыру.        — А вы чего стоите? — спросила она, подняв бровь. Гарри тут же поспешил за ней.       Извилистая тропинка на очень узкой полоске земли вела к реке. Потом пришлось прыгать по подводным камням. Люси упала бы, если бы Трамп её не поддержал. Девочка ласково поблагодарила его, а он лишь сухо кивнул. «Люси ему нравится», — подумал Гарри. После реки они долго шли по густому лесу. В этот раз в качестве поводыря выступал Трамп. Совсем скоро стемнело и нужно было устраиваться на ночлег. Гном приметил небольшую полянку и тут же начал разводить на ней костёр. Потом он достал небольшой мешочек, в который он сложил оставшиеся куски медвежатины, и начал их поджаривать. Люси жадно пожирала глазами жареное мясо. Когда мясо дожарилось, она взяла себе довольно увесистый кусок.        — А как же медведь? — спросил Эдмунд.        — Я голодная как волк, — сказала она с набитым ртом.       Эдмунд прыснул.        — Волк, уплетающий медведя, я такого ещё не видел! — засмеялся он. С ним смеялись остальные. Гном лишь усмехнулся, продолжая сосредоточенно жевать. После сытного ужина ребята начали укладываться спать.       Гарри никак не мог уснуть. Эдмунд, спавший напротив, уже давно задремал вместе с Трампом.        — Лу, ты спишь? — услышал он шёпот Сьюзен.        — Нет, — ответила так же тихо Люси.        — Я хотела у тебя спросить... а почему я его не видела?        — Не знаю, может, ты не присматривалась? — неуверенно ответила ей Люси.        — Гарри видел... ему и тебе повезло. Но почему Аслан показался ему, а нам с Эдом нет?        — Может, так надо? Может, Аслан проверяет вас? — предположила Люси.       Сьюзен молчала.        — Спокойной ночи, Лу, — наконец произнесла она.        — Спокойной ночи, — ответил ей тонкий голосок Люси.       После этого разговора Гарри неожиданно погрузился в сон.       Сначала всё было как в тумане, а потом он начал рассеиваться. Гарри наблюдал за всем происходящим как-будто сверху. Он находился в большой светлой комнате с огромными окнами. Красивые бордовые шторы приветливо висели на окнах, в углу стоял большой дубовый стол, массивные светлые стулья расположились рядом, у стены пристроилась кровать с красным балдахином. В целом комната была очень уютной.       Гарри повернул голову и заметил давно знакомый ему предмет... исчезающий шкаф! Он стоял совсем новенький, тёмное лакированное дерево так и поблёскивало на солнце. Вдруг открылась дверь, и в комнату вошли два мужчины. Один был в золотистой мантии с гривой ярко-рыжих волос и коротенькой бородой. На лице его был лёгкий загар, а его синие глаза так и искрили энергией. Лицо его было очень приятным, хотя и не аристократического сложения, но простое и очень добродушное. Его спутник был его полной противоположностью.       На нём была длинная мантия изумрудного цвета. Его волосы были чёрные, доходили ему до плеч и путались на концах. Его тонкий аристократический профиль, абсолютно бледная кожа и слегка прищуренные серые глаза делали его натуру отталкивающей и холодной. Рыжеволосый мужчина подошёл к столу и сел.        — Салазар! Садись, дорогой друг! — радушно предложил он. «Это... Основатели!» — чуть не выкрикнул Гарри.        — Спасибо, Годрик, благодарю, — ответил холодным голосом Салазар. Он отодвинул стул и присел на самый его краешек.        — Не угодно ли испить вина? Я недавно приобрёл у одного гоблина четыре прекрасных бутылки красного, а гоблины знают толк в напитках, — у Годрика было хорошее настроение, хотя... Гарри подумал, что он, наверное, всегда такой.        — Нет, спасибо, к обеду не хочу испортить аппетит, — бесцветно поблагодарил Салазар. — Так что, ты звал меня?        — Ах да, забыл совсем. Хотел показать тебе одну занятную вещь, что я сменял у одного дельца, — Годрик встал и подошёл к исчезающему шкафу. Немного порывшись в нём, он извлёк красную коробочку и сунул её Салазару. — Вот, смотри.       Салазар открыл коробочку, внутри которой... оказалось найденное Гарри в Нарнии кольцо!       Немного повертев кольцо в руках, Салазар скучающе посмотрел на Годрика.        — Кольцо, я вижу. А что в нём такого?        — Делец сказал мне, что сей предмет умеет из царства смерти возвращать обратно в мир живых, — Годрик от радости только в ладоши не захлопал, — и вот, что за штука, лишь высшая сила помогает ему в сем действии.       Салазар повнимательней пригляделся к кольцу. Потом вынул из кармана тончайшую палочку и провёл ею по камню на кольце. На его лице ничего не отразилось, но Гарри был совершенно уверен, что видел лихорадочный блеск в его глазах.        — Ох, Годрик, — Салазар картинно покачал головой, — скажи мне, сие кольцо работает?        — Не знаю, я не попробовал, — озадаченно произнёс Годрик. — Но думаю, мне нужно с ним немного поработать, и оно подействует!        — Тебя ждёт лишь разочарование. Скорее ты со своей наивностью стал как всегда жертвою обмана, — Салазар жадно пожирал взглядом кольцо, а Годрик ничего не замечал. — Ты лишь зря потратил золотые.        — Ну что ж, раз зря, я подарю его на именины моей Кандиде, любая драгоценность ей к лицу, — Годрик положил кольцо обратно в коробочку и понёс его в шкаф. Салазар усмехнулся у него за спиной. Тут комната начала расплываться, и Гарри проснулся. Питер Певенси. Питер не мог отвести взгляд от могильных плит. Могилы его семьи. Его личное надгробие. Питер тупо смотрел на серую плиту с его именем. Потом он перевёл взгляд на плиту рядом. Это было надгробие Эдмунда. На нём такими же мелкими буковками по нарнийски было выведено: «Кто хоть день правил Нарнией, тот навсегда король или королева». Слева была плита Лу. На ней была надпись: «Оскалит Аслан зубы, зима пойдёт на убыль. Гривой он тряхнёт — нам весну вернёт». Лишь плита Сьюзен была другой. Она была новой, из белого мрамора. На надгробие была эпитафия: «Все грехи искупает любовь». Питер ещё раз обвёл взглядом могилки. Из его глаз были готовы политься слёзы. На плече он почувствовал мягкую руку Гермиону.        — Зря я привела тебя сюда... — тихо сказала она, — но послушай... в этих могилах нет тел!        — Что?! — опешил, Пит. — Как понять нет?        — Ну, понимаешь, есть такое заклинание... в общем, неважно, просто я проверила, и оказалось, там не было тел никогда! — восхищённым голосом прошептала она. — Ни при захоронении, ни после.        — То есть ты хочешь сказать... — Питер был удивлён ещё больше.        — Кто-то инсценировал вашу смерть так хорошо, что кто-то в неё поверил, — Гермиона указала на большие букеты цветов на каждой могилой. Питер заметил, что у него и Сьюзен самые большие букеты, причём у Сьюзен её любимые незабудки.        — Неужели это... — вывод в голову Питера напрашивался сам собой.        — Скорее всего, так. Эти цветы носит твой друг.       Питер не мог поверить в происходящее. Мало того, что кто-то инсценировал его смерть, так ещё и его друг-убийца (Питер не может до конца в это поверить) носит ему цветы.        — Я, кажется, знаю, как проверить точно, он носит или нет, — сказал Питер на бегу.        — Эй, ты куда!? Подожди! — Гермиона еле успевала за Питером, хотя он и держал её за руку.       Питер был на этом кладбище ещё в своём времени летом. Он приходил сюда на могилу давно умершего дедушки. Было довольно тепло, бомбёжки почти прекратились, и мама отпустила его, правда только его одного, на могилку. Питер немного побыл там и уже собирался уходить, как заметил знакомую фигуру. Совсем недалеко от Питера около маленькой аккуратненькой могилки склонился Том. Он держал в руках букет ромашек, большую редкость в военном Лондоне. Том что-то тихо тихо шептал и неотрывно смотрел на немую плиту. Питер незаметно подошёл к нему. На надгробие была надпись: «Меропа Мракс». Том, заметив его, даже не повернулся, лишь сказал:        — Это моя мама.       Питер долго стоял с ним там, на могиле его мамы, и не уходил. Том был благодарен ему, что Пит не оставил его одного с горем наедине...       Питер быстро бежал вдоль нескончаемых оград и наконец добежал до того места. Могила мамы Тома сильно изменилась. Вместо обычной плиты стоял памятник из чистого мрамора. Большой белый ангел склонился над маленькой могилкой. Надпись на плите была золотой, а на земле, поросшей разными цветами, лежал букет роз. Гермиона непонимающе посмотрела на Пита.        — Это могила мамы Тома, — тихо пояснил Питер.       Гермиона, кажется, тоже всё поняла.        — Он не забыл тебя, — ответила она. — Значит, у тебя есть шанс с ним поговорить.       Питер ещё с минуту смотрел на букет.        — Гермиона, я тут подумал... — Питер слегка замялся.        — Что?        — Я, кажется, знаю, как мне попасть к Тому. Тот шкаф в магазине... я знаю, для чего они собрались вокруг него, это...        — Портал! Ну конечно, как я сразу не догадалась! — воскликнула Гермиона, — они хотели по нему переправиться к Сам-Знаешь-Кому!       Гермиона немного задумалась, потом повернулась с ошарашенным лицом к Питеру.        — Ты же не собираешься попасть к нему через этот шкаф? — вкрадчиво проговорила она.        — У меня нет выбора. Если мы только не найдём какой-то другой путь...        — Найдём! Я уверена...        — Я не могу долго ждать, кто знает, когда я вернусь обратно? — с болью сказал Питер. — А я ведь могу так и не узнать, почему всё так? Я себе не прощу, если не узнаю.        — Питер, я... обещаю, что помогу тебе во всём, — твёрдо произнесла Гермиона. Питер слабо улыбнулся ей.        — Пожалуй, нам правда пора, — сказала Гермиона. Питер кивнул, и они пошли обратно. Проходя мимо своей могилы, Пит услышал оклик.        — Эй вы, чего там шляетесь? Воровать пришли?! — седой старик шёл к ним из-за невысоких кипарисов.        — Мы пришли на могилу к родственникам, — оправдалась Гермиона.        — Так поздно? — немного присмотревшись к худому как спичка старику, Питер понял, что это сторож.        — Да... времени нет пораньше.        — А к кому вы пришли? — продолжал допытываться сторож.        — К Певенси, — ответил Питер. Гермиона немного испуганно посмотрела в его сторону.        — Ты Питер? — неожиданно спросил старик.        — Да... а... — изумился Пит.        — У меня для тебя кое-что есть, — ответил сторож. — Следуйте за мной.       Ошарашенные Питер и Гермиона последовали за стражем кладбища.