Teach me to defend myself

Утром Крис, как обычно, встает на полчаса раньше, чем нужно для того чтобы успеть на пары. Он приводит себя в порядок, выходит из здания и ждет за углом. Зачем? Это такой утренний ритуал – встать с утра пораньше, "встретить" заспанного До у входа в общежитие и, следуя за ним незаметной тенью, "проводить" до здания университета (до которого всего-то каких-то пять кварталов). И Ву не простит себе, если с Кёнсу хоть что-нибудь случится по дороге на учебу; он же такой маленький и невинный, что у Криса в голове просыпается инстинкт "беречь и защищать", а еще "рвать и метать" тех, от кого нужно защищать. А ведь они даже незнакомы, и в этом, конечно, виноват только Крис, который не может подойти к До ближе, чем на пять метров без пинка Чанёля, не говоря уж о том, чтобы поговорить. Стоит Кёнсу на него посмотреть, как у Криса во рту становится сухо, как в пустыне, а слова просто не могут выскользнуть изо рта. А еще он зависает похлеще древнего компа-макинтоша, изъеденного вирусами вдоль и поперек. Поэтому теперь он всего лишь ходит следом и посматривает, чтобы все было в порядке. Иногда Кёнсу забывает где-нибудь свои вещи, и тогда Крис приносит их, оставляя на вахте с просьбой вернуть "низкому парню из пятнадцатой". Чанёль говорит, что ему пора бы уже самому их возвращать, а не оставлять у старой сварливой грымзы на проходной, ведь это даже неплохой повод для знакомства, но Крис слишком боится все испортить своей неловкостью и пугающей репутацией - спасибо, большое, Пак Чанёль - поэтому друг просто вздыхает и перестает предлагать такой вариант развития событий. Крис знает, что после пар Кёнсу идет в библиотеку университета, которая находится совсем недалеко, и сидит там несколько часов, читая справочники, энциклопедии, журналы – все, что только можно прочитать по медицине. Еще канадец-китаец знает - паренек изучает книги, время от времени попивая кофе с библиотекаршей и помогая ей. Это все занимает ровно четыре с половиной часа, что идеально совпадает с расписанием тренировок Ву, и он успевает вернуться после занятия, чтобы "проводить" парня до общежития. В это время он особенно не хочет оставлять своего Кённи одного, потому что уже темнеет и ходить по улицам в одиночку опасно. Другие бы назвали это сталкерством, потому что "Крисус" такой весь из себя пугающий, но это просто из-за того, что мало кто знает, какой Ву на самом деле. Он добрый и стеснительный Фань, которого легко смутить и который просто приглядывает за Кёнсу. Так он заботится на расстоянии, потому что стоит кому-нибудь задеть До, как Крис пускает в его сторону уничтожающий взгляд, хрустя костяшками на массивных кулаках и на Кёнсу тотчас же начинают сыпаться извинения. Ву улыбается в душе. "Так-то лучше", думает он, потому что правда не хочет бить никого кроме спарринг-партнеров и увесистой боксерской груши в подвале общежития.

***

По средам у групп Криса и Кёнсу совместные пары по анатомии, которые для первого, как адская пытка и райское наслаждение – два в одном. А все потому что Кённи сидит совсем недалеко - их разделяют всего лишь две парты. И Крис скрипит зубами, от того что его красноволосый человечек снова сидит с Ким Чонином, загорелым красавчиком, на которого вешается половина универа; и обворожительно ему улыбается, в то время как Крис видит только его прекрасный затылок. Но ему, все же, до безумия и девчачьих маленьких сердечек на полях конспекта нравится, что Кёнсу в поле зрения и что можно смотреть на него столько, сколько захочется все это время. Что до Ким Чонина — он сосед Кёнсу в общежитии, и по совместительству, единственный друг еще с детства - Ву это прекрасно знает. Но тот слишком красив и холоден - как и сам Крис - за что и получил прозвище Кай, заменяющее ему имя вот уже десять лет. Кай холоден ко всем, кроме милого До Кёнсу, конечно. Смотря на это, Крис ревнует, пусть даже не имея на это никакого права, но ведь прекратить ревновать так просто не выйдет... И вот он уже представляет, как на тренировке будет воображать вместо груши Ким-мать-его-Чонина и "разукрашивать" его прекрасное — Крис не сомневается — тело, оставляя на нем лиловые синяки и кровоподтеки, а может, и ломая пару косточек. Крис никогда не был таким кровожадным, как в эти моменты. Ну или когда кто-нибудь трогает Кёнсу так, как не нужно.. Чанёль замечает перемену в лице и это кровожадное выражение друга, после чего пихает того локтем в ребра — кажется не один Пак это заметил, а добавление +100 баллов к стереотипу нелюдимости одного конкретного китайца никому не нужно. Крис сразу меняется в лице,нацепляя привычный для согруппников бичфэйс и спрашивает Ёля, что не так. Пак отвечает шепотом, с напускным безразличием. - Да нее, ты что.. все нормально, разве что ты только что чуть не просверлил в моем парне дырку взглядом, развешивая его кишки по всей аудитории. А так все как обычно, - тут Ёль хмурится, и продолжает злобно сверкая глазами. – Но лучше прекрати, иначе я твои кишки выпотрошу. Крис кивает и переводит взгляд на преподавателя, пытаясь вникнуть в то, что он говорит, но у него не выходит, потому что тот прекращает говорить, вызывая Кёнсу к своему столу - что-то обсудить - и парень просто не может перестать пялиться. На Кёнсу сегодня скромная рубашка в красно-черную клетку, прекрасно сидящая на его узких плечиках и прекрасно сочетающаяся с алым бардаком на голове, а еще узкие джинсы, которые Крис называет "второй кожей". Взгляд Криса и еще половины аудитории – как девушек, так и парней — прикован к аппетитным ножкам и не менее аппетитной заднице Кёнсу, которую обтягивают эти до безумия узкие, темно-синие джинсы. Крис жадно ловит каждое движение. А потом, Кёнсу наклоняется к столу преподавателя, чтобы лучше что-то рассмотреть или расслышать - вид открывается потрясающий, и кое-кто давится воздухом, смешно вытаращив глаза. Шумно сглатывая слюну, которой стало вдруг в разы больше, и покрываясь румянцем со скоростью света, Крис все так же не может оторвать взгляд. - Слюни подотри. – томно выдыхает ему на ухо Пак, и Криса подбрасывает на стуле от внезапности заявления, а Чанёль посмеивается в кулак. - А? Что? – потерянно отзывается блондин, не поворачивая головы. В голове начинают бегать мысли вроде "я что, правда, пялился так заметно?". - Слюни, говорю, подотри, а то скоро лужа натечет, - Чанёль уже ржет закрывая рот ладонью, прерывается на минуту и заговорщицким полушепотом добавляет. – А лучше переставай таращиться, или твои джинсы, хоть и не такие узкие, но твой стояк не спрячут. – Пак заканчивает "советовать" и взрывается безумным ржачем, стараясь заглушить его ладонями, прижатыми ко рту. Чонин слышит смешки с задней парты и, незамедлительно поворачиваясь на любимый басистый смех, вопросительно смотрит в озорные глаза своего парня. Пак кивает на зависшего и значительно покрасневшего соседа, продолжая хихикать. Чонин прослеживает, куда направлен взгляд Ву и теперь уже он ловит смешки ладонью и подмигивает Ёлю, отворачиваясь. Для Криса махинации друга и его парня остаются незамеченными, а, когда Кёнсу разворачивается и замечает, как Крис на него таращится, его глаза удивленно раскрываются, делая его еще милее; Кёнсу спешит как можно быстрее вернуться на свое место, потому что это смущает, когда взгляд, которым его исследуют настолько голодный. Крис в который раз дает себе мысленный подзатыльник и сокрушенно кладет голову поверх сложенных на парте рук, лениво наблюдая за происходящим вокруг, иногда поглядывая на симпатичный профиль Кёнсу, который сидит вполоборота и разговаривает с Каем. Он замечает, как тот говорит Кённи что-то ухмыляясь, а До в это время краснеет и умилительно прикладывает к горящим щечкам свои маленькие — по сравнению с крисовскими — ладошки, становясь все больше похожим на Пороро которого Кёнсу любит — тайно конечно, но Крис очень наблюдательный. Под этим "наблюдательный" можно понимать, что у него есть свои - или не очень, - в окружении Кёнсу, то есть тот самый Кай, который, почему-то, считает забавным рассказывать все секреты Кёнсу Чанёлю, чтобы тот передал Крису. Если смотреть в этом свете, то, да - Крис очень наблюдательный. "Я так облажался", - проносится в голове у блондина и он проводит остаток пары в тихом самобичевании, а после заходит в безлюдный закоулок универа и избивает ни в чем не повинную стену нежно-бежевого цвета, потому что он весь такой неудачник и не может ничего сделать, чтобы исправить свое положение и стать ближе к полюбившемуся парню. С первым широким мазком крови на стене, Крис будто приходит в себя и перестает колотить твердую поверхность, разворачивается и уходит в направлении кабинета, где состоится следующая пара.

***

Обеденный перерыв приходит неожиданно для Криса, застрявшего в своих мыслях, что, впрочем, обычное его состояние. Он уже сидит в ближайшем к университету кафе потягивая из огромного пластикового стакана американо со льдом, где льда больше, чем кофе, потому что, даже если он не любит этот бодрящий напиток так сильно, как любит его Кёнсу (Крис знает, что тот каждый день пьет как минимум три чашки макиато, а летом — карамельный или шоколадный фраппучино), кофе приводит его мысли в порядок своим горьким привкусом на кончике языка. Крис с громким вздохом опускает голову и упирается лбом в собственные руки, сложенные на столе. Если бы такого препятствия не было, его столик издал бы громкое "Бум!" встретившись с черепом Ву один на один, и неясно, кто из этих двоих отделался бы большими повреждениями. На соседний стул плюхается одна двухметровая шпала, звонко хлопая Криса по плечу, и тот незамедлительно реагирует на довольно улыбающегося Пака. "Как кот, наевшийся сметаны, ей Богу", - проскальзывает в голове Криса, когда он замечает у кассы Чонина и Кёнсу с его всполохом красных волос на голове и во все тех же до безумия узких джинсах. Крис снова зависает, но Чанёль находит кодовую фразу, чтобы вывести друга из транса. - Да трахни ты его уже, хватит таращиться! Вариант о том, что Кёнсу, вероятно, не гей - не всем же ими быть, в конце-концов, - совсем не рассматривается Паком. Как и было задумано, Крис сразу выходит из транса, и переводит на Пака ошарашенный взгляд, как будто было сказано "убить" вместо "трахнуть". "Мы ведь даже не знакомы, как так можно-то?"- Ву словно окатило его собственным ледяным американо с ног до головы. Он только усиленно махает головой из стороны в сторону, похоже на сломанного болванчика. -Да ладно тебе! Я не думаю, что он будет против, – Чанёль озорно улыбается, что выглядит немного безумно в его исполнении, - просто попроси его помочь тебе с чем-нибудь, а там просто... - НЕТ!! – Крис вскрикивает, привлекая слишком много внимания и, вскакивая, почти вылетает из кафе забывая свой кофе.

***

Как только дверь за реактивным боксером захлопывается, к Ёлю за столик как раз подсаживаются Чонин и Кёнсу, последний посматривает в сторону двери удивленно хлопая глазами, пока Ким и Пак переплетают пальцы под столом. - Что это с ним? – невозмутимо спрашивает Кай с нотками удивления в голосе. - Да так, слишком много искушений для одного дня, - также невозмутимо отвечает Чанёль, ехидно улыбаясь и переглядываясь с Чонином. Тот понимающе кивает, ухмыляясь в ответ. Они встречаются чуть больше двух недель, но Кёнсу еще не привык к ним таким, наверное, потому что в универе они практически не пересекаются. Чонин ходит с Кёнсу, а Чанёль со своим другом. Он не понимает, что с этими двумя такое конкретно сейчас и что именно Пак имел в виду, а поэтому предпочитает тихо попивать свой обжигающий макиато, опустив взгляд на дно кружки, ничего лишний раз не спрашивая.